Год назад я побывал на итоговой конференции ПФЛ. Это называется "местная командировка". Доклады, отчёты, приём новых членов и исключение старых – всё как обычно; рутина. После протокольной части мероприятия был банкет. Делегаты съезда кушали, немножко выпивали (всё-таки конец сезона) и произносили тосты за процветание объединившей их организации и здравие её многолетнего руководителя.

В тот вечер в весёлом шуме-гаме ресторана "Лужников" все эти мужчины, сидящие за соседними столами, показались мне одной большой дружной семьёй. Наверное, так же когда-то думал и отец-основатель Профессиональной футбольной лиги Николай Толстых. До тех пор, пока эти люди не шарахнулись от него, как от прокажённого.

За несколько дней единомышленники стали оппонентами. И, свернув прежние транспаранты, развернули новые и колоннами пошли в другую сторону. А их прежний вождь остался один. Мне в этот момент отчего-то вспомнился замечательный афоризм одного из видных политических деятелей страны: "Парламент – не место для дискуссий". Ведь Российский футбольный союз – это тоже своего рода парламент. В миниатюре. И Николай Александрович в нём оппозиция. А для них, диссидентов, места в светлом будущем не предусмотрено.

Ещё на прошлой неделе ПФЛ объединяла низшие сословия профессионального футбола Российской Федерации, отстаивала их интересы на более высоком уровне и производила впечатление довольно крепкого и очень многочисленного сообщества. Оказалось – обман зрения. Вызванные "на ковёр" самым главным футбольным начальником страны, руководители клубов первой лиги легко открестились от своего непосредственного куратора и охотно выбрали нового. Вместе с совершенно новой структурой.

Была ПФЛ – стала НФЛ. Замена одного-единственного слова в названии организации чудесным образом решила массу проблем, которые безуспешно пытался решить глава опальной ассоциации. Оказалось, что у Российского футбольного союза уже и сильный спонсор для национальной лиги заготовлен – страховая компания "Согаз", и "Адидас" готов в процессе поучаствовать. Мало того, даже телевидение вроде бы не прочь первую лигу вернуть на голубые экраны! Позже, правда, последовало уточнение, что пока это только проект, но это уже детали.

Главное, что проблемами первой и второй лиг наконец-то озаботились на самом высоком уровне. И люди из этих лиг по достоинству оценили проявленное в их судьбе участие. Хотя не далее чем за несколько дней до этого кто-то из них подписывал письмо премьер-министру страны с просьбой разобраться "в чрезвычайной ситуации". После разговора оных с президентом РФС выяснилось, что ситуация не такая уж и чрезвычайная, а самая что ни на есть нормальная. Всё идёт по плану. "Осень-весна" радостно стучится во все двери.

Я далёк от мысли идеализировать ПФЛ и её руководителя. Наверное, уменьшение интереса населения к футболу в глубинке – это и их недоработка. Однако в первую очередь это, видимо, всё-таки следствие неприлично низкого уровня жизни этой самой глубинки. Футбол в шкале ценностей потерял много позиций, и несколькими директивами из центра ситуацию уже не изменить. Боюсь, не прекратятся по первому же окрику с Таганки и так называемые странные матчи. Они прекрасно вписываются в систему координат российского общества и будут существовать ровно до тех пор, пока взятка гаишнику, "откаты" и "распилы" будут считаться нормой жизни.

Я думаю, что понимаю мотивы Сергея Фурсенко во всей этой истории. Право же, какому начальнику понравится перечащий ему сотрудник? Если же он это делает публично, да ещё и норовит подключить к разрешению принципиального спора самое высшее руководство (в данном случае – всей страны), несложно догадаться, чем окончится такой спор. Увольнением сотрудника за нарушение корпоративной этики или что-нибудь в этом роде.

Я примерно понимаю, почему люди, вчера голосовавшие "против", сегодня голосуют "за". Образно говоря, "получить по шапке" никому не охота. Все же прекрасно осознают, на чьей стороне власть, а, следовательно, и правда.

Я не совсем понимаю одного: какое будущее эти люди могут сообща построить? Но это, видимо, мои проблемы.

Зато я, кажется, знаю, за что проголосуют на встрече с Сергеем Александровичем делегаты второй лиги. И они знают. И все знают. Но от этого знания радостно на душе почему-то не становится.