Первая часть интервью Быстрова

"Ощущение, будто этого кошмара не было"

— 13 июня 2009 года, когда "Рубин" встречался с "Ростовом", стало по-настоящему чёрным днём в вашей жизни. Из-за жары вы потеряли сознание и попали в больницу, где вам был поставлен диагноз — отёк головного мозга, тепловой удар и дегидратация. С тех пор что-то поменялось в ваших ощущениях от жизни, от футбола?
— Я нашёл в себе силы быстро забыть о произошедшем, несмотря на то, что из-за этого случая я мог закончить карьеру футболиста. Мысли о футболе – деле моей жизни – помогли мне быстро восстановиться. Разумеется, долгое время меня очень сдерживали врачи, говорили, чтобы не торопился с тренировками и выходом на поле. Сейчас по ощущениям я абсолютно здоров и полон сил. Такое чувство, будто этого кошмара в моей жизни вовсе не было. Теперь ценю каждый момент: как в жизни, так и в игре.

— С тех пор ни разу не возникало момента, когда становилось тревожно за своё здоровье?
— Нет. И мне не хочется возвращаться к тому случаю даже мысленно. Что случилось, того не изменить. Я серьёзно отношусь к своей профессии и тщательно слежу за здоровьем, которое, будем надеяться, больше меня не подведёт.

— Последствия могли быть гораздо хуже. Не становится страшно, когда задумываетесь над этим?
— Врачи говорили, что всё могло быть намного серьёзней. "Ты родился в рубашке, что остался в живых", — слышал я отовсюду. Но я рад, что сейчас все показатели, все анализы говорят о том, что я здоров и все последствия того случая уже позади.

— Наверное, после произошедшего вы стали ярым сторонником перехода на систему "осень-весна"? В разгар лета теперь играть почти не придётся.
— Ко всему надо подходить с умом. Назначать матчи на два часа дня при температуре "плюс 35" — не самый удачный ход. В таких условиях сложно показывать фееричный футбол. Тяжело было не только футболистам, но и болельщикам, которые могли перегреться и получить солнечный удар. Меня порадовало, что после злополучного случая со мной матчи в жару стали переносить на более позднее время, а игрокам стали давать паузы на то, чтобы попить воды.

— Сейчас вам сложней играть в жару или в мороз?
— "Минус 15" и "плюс 35" вряд ли можно назвать оптимальной футбольной погодой (усмехается). Но мы привыкли ко всему. Ведь у настоящего футболиста должен быть сильный характер.

"Я был способен на большее"

— Вернёмся к вашей карьере. Как думаете: на сколько процентов реализовали свой потенциал?
— Я всегда был самокритичным и полагаю, был способен на большее. Жаль, тогда не было таких профессионалов рядом, которые подсказали бы, на чём сделать акцент, над какими ошибками работать, какие слабые места совершенствовать. Сейчас с нами работают квалифицированные специалисты, благодаря которым мы имеем все возможности реализовать свой потенциал.

— Как восприняли последние события в "Рубине"?
— Когда прочитал, что Курбан Бердыев может уйти в отставку, испытал лёгкий шок. Ситуация была очень неоднозначной. Эффективно, качественно работали в Турции, и тут – такой поворот событий. Никто не хотел верить в слухи, в душе надеялись, что все они не являются серьёзным предметом обсуждения. Ведь разгар подготовительного периода – не лучшее время для смены тренера. Тем более тренера, который успешно выполняет свою работу. Мы знали, что будет собираться учредительный совет клуба. Предполагали, что там руководство встретится, обсудит все за и против, после чего всё останется как есть. Однако в какой-то момент наступила неопределённость. Лично для меня это был очень волнительный момент. Рад, что в итоге ситуация разрешилась и Курбан Бекиевич остался у руля команды. Это пойдёт на пользу всем – не только "Рубину", но и всему казанскому футболу. Все успехи команды связаны с Бердыевым. Сейчас я не могу представить "Рубин" без этого человека. Это настолько гармоничный ансамбль, что трудно вообразить ситуацию, при которой в Казани будет работать другой тренер.

— Казань за эти годы успела стать вашим домом?
— В полном смысле этого слова родным домом мне её трудно назвать, несмотря на то что мне очень комфортно там жить. Казань — очень красивый город, который в последнее время не перестаёт развиваться. Но большую часть жизни я прожил в Москве, поэтому этот город мне очень близок.

— Знаете что-нибудь на татарском?
— "Улым" — значит "сын". "Кильманда" — "иди сюда". "Ичпичмак" — татарский пирожок-треугольник с начинкой. Вот, собственно, и все мои познания (улыбается).

— Чем занимаетесь в Казани в свободное время?
— Учу английский язык. Ему меня обучает моя девушка, которая владеет английским в совершенстве. Также мы любим ходить в театр и кино.

— Зачем вам английский?
— Для себя. К тому же, выучив английский, я смогу ближе общаться с иностранными ребятами, играющими в "Рубине". Уверен, что всегда нужно развиваться и совершенствоваться. Все знания пригодятся. Я человек, который думает о будущем.

— Видите себя в бизнесе?
— В будущем, наверное, да, а пока футбол, футбол и ещё раз футбол! Мне хочется играть, причём как можно дольше.

— Какая мотивация? Заработать ещё миллион?
— Хочется побеждать. Стать тем, кого запомнят, тем, кто принесёт пользу команде. А главное, хочется показывать пример подрастающему поколению.

— Чемпионом вы уже стали.
— Это не предел. Хочу ещё раз испытать эти ощущения. Стать чемпионом во второй раз, в третий, выиграть Кубок России.

— Может, и Лигу Европы тоже?
— Почему бы и нет? По крайней мере, у нас есть цель пройти в этом турнире максимально далеко. А в будущем ещё и в Лиге чемпионов поиграть. Закончить ведь всегда можно, в любой момент, а я с этим не тороплюсь. Напротив, предельно профессионально стараюсь относиться к футболу, к тренировочному процессу. Понимая, что мне в футболе осталось не так много времени, я сделаю всё для того, чтобы моя карьера продлилась как можно дольше. Главное, у меня есть все шансы на это, и только от меня зависит, как я смогу их реализовать.