Наша самая памятная встреча с нынешним (или уже бывшим?) наставником питерского СКА состоялась в достаточно далёком 2003-м. Это был не первый опыт моего общения со Смитом, но в конце 90-х всё ограничилось небольшим интервью. В Детройте же мы с Барри пообщались более чем плотно. Наверное, я стал первым россиянином, который узнал о наполеоновских планах Смита (если не считать игроков "русской пятёрки"). Вряд ли в 2003-м кто-то кроме игроков и болельщиков "Детройта" вообще хорошо знал, "ху из мистер Смит".

Кстати, тут стоит обратить внимание на биографическую справку о Барри. Она взята с официального сайта СКА, а потому является, по сути, официальным документом. Богатый послужной список, к которому можно добавить несколько нюансов. К примеру, то, что он включён в Зал славы Итакского колледжа (в 1992-м). Или то, что Смит приезжал в СССР, о чём вспоминал в интервью The St. Petersburg Times: “Я провёл две недели в СССР в 1975-76-м, обучаясь в Московском институте физической культуры и спорта. В то время тренером сборной был Анатолий Тарасов. И я привёз домой российский хоккейный опыт".

Впрочем, главное, на что стоит обратить внимание в перечислении достижений Барри Смита, – на отсутствие прилагательного "главный" в его тренерской деятельности. Перечитайте ещё раз, убедитесь сами. Является ли большой опыт работы в роли тренера-ассистента гарантией результата в ипостаси главного тренера? Однозначно – нет. Примеров при желании можно привести множество, на любом уровне и из любого игрового вида спорта. Ближайший по времени из отечественных хоккейных примеров – Сергей Герсонский. Человек, чья высокая квалификация, знание нюансов игры делает его почти идеальным (и всегда востребованным) тренером-ассистентом. Но в роли главного тренера Герсонский (может быть, пока) не смог себя реализовать никак. Данный пример относится и к герою нашего рассказа.

Количество перстней обладателя Кубка Стэнли – наглядный показатель того, что Смит много значил для боумэновской команды. Потому как иначе мэтр североамериканского хоккея просто не стал бы на протяжении столь длительного периода времени держать Барри в роли одного из своих двух постоянных ассистентов. Другое дело, что то, как именно расписаны роли в этом трио, достоверно известно не было. Т.е. у каждого со стороны могла быть своя точка зрения на данный счёт. И мне доводилось слышать разные оценки от людей, имевших то или иное отношение к этому трио. Наверное, можно считать в каком-то роде показательным выбор менеджмента "Детройта", остановившего свой выбор не на Барри Смите. Когда Скотти Боумэн окончательно решил уйти на пенсию, было понятно, что его преемником практически наверняка станет кто-то из связки помощников Льюис – Смит. Выбор боссы "Ред Уингз" остановили на Дэйве Льюисе (том самом, что на недавней Олимпиаде был тренером-ассистентом сборной Белоруссии). Хотя однозначно утверждать, что это говорит о большей роли Льюиса, всё же можно лишь с натяжкой. Здесь могло сыграть свою роль прошлое Льюиса, куда более звёздное, чем у Смита. Льюис отыграл в НХЛ больше 1000 матчей и последние два сезона как раз в "Детройте". Более того, Дэйв стал одним из тренеров "краснокрылых" сразу по окончании игроцкой карьеры. Так что Льюис был намного больше "своим", чем Смит. Но можно вспомнить и другой факт. Дэйву Льюису после неудачи в "красных крыльях" предложили ещё одну попытку – на сей раз в "Бостоне". Смиту никто работать главным в НХЛ так и не предложил.

Вернёмся к встрече с Барри осенью 2003-го. Я тогда работал над фильмом про Игоря Ларионова. Игорь в этот момент играл в "Нью-Джерси", проводя свой последний энхаэловский сезон. Но не заехать в Детройт, где прошла лучшая часть заокеанской карьеры величайшего российского плеймейкера, было бы непростительной ошибкой. Город моторов произвёл большое впечатление. Скорее даже не в хоккейном отношении, а как очень специфический город. Впрочем, это явно тема для другого рассказа. Общение со многими игроками, с удовольствием рассказывавшими о том, как им игралось с Ларионовым, было весьма любопытным. Но самой продуктивной "под запись" получилась именно беседа со Смитом. Причина – вопрос о "русской пятёрке", заданный мной Барри. Вопрос, который Смиту совсем не понравился, задел за живое и вызвал искренний эмоциональный отклик.

- Мистер Смит, как вам точка зрения о том, что в первом сезоне, когда в Детройте создали "русскую пятёрку", неудача в плей-офф была обусловлена тем, что соперники понимали, как играть против этой пятёрки. Понимали потому, что вы использовали её в чемпионате постоянно. А потому предоставили оппонентам все варианты, чтобы придумать, как накрывать "Russian Five"?

Логично, что вопрос Смиту не понравился. Какому тренеру придётся по вкусу, когда его спрашивают, не тренерские ли ошибки привели к неудаче…

Барри долго и подробно объяснял мне, что вариативность игры "русской пятёрки" была столь велика, что никто не мог бы её накрыть. Что были обстоятельства в виде травм и прочих неприятностей. Но так как тема тактики и стратегии игры была весьма интересна обоим, то разговор перешёл затем в более общую плоскость. И тогда Барри (повторюсь, наверное, впервые) произнёс, что хотел бы поработать в России. Я и спустя годы довольно хорошо помню его слова: "У меня есть опыт работы в Европе. И я хорошо представляю, что необходимо взять из энхаэловской системы игры и организации, чтобы сделать успешным европейский клуб". Мы ещё долго разговаривали на тему ассимиляции европейцев к североамериканскому стилю игры. И о том, что можно привнести в европейский клубный хоккей из североамериканского. У Смита были очень тёплые отношения с игроками "русской пятёрки", поэтому вкупе с интересным спором разговор получился хорошим. И закончился тем, с чего начинались последующие – "Хай, Алекс. Друзья Игоря – мои друзья"…

Следующий сколько-то продолжительный разговор с Барри у нас состоялся в 2007-м, в Мытищах, во время чемпионата мира, где Смит работал в тренерском штабе американской сборной. Мы вспомнили о давешнем разговоре в Детройте применительно к уже объявленному приходу Барри Смита в СКА. Барри был настроен оптимистично и сказал, что теперь у него будет возможность доказать то, о чём мы спорили "на пальцах". Осенью СКА пригласил меня провести церемонию презентации команды. Команды, которой теперь руководил Барри Смит. Причём в первом сезоне он совмещал роль главного тренера и руководителя хоккейных операций (в следующем сезоне эту роль возьмёт на себя Игорь Ларионов). Барри был воодушевлён, демонстрировал мне тренерскую и тренажёрный зал, рассказывал о планах на ближайшее будущее и сезон в целом. Так начиналась его карьера в СКА, где для комфорта Барри были созданы все условия. От Смита ждали результата, но в первую очередь речь шла не о сиюминутном успехе, а о построении сильного клуба, способного стабильно выступать на высоком уровне и бороться за высшие награды. Будущее представлялось исключительно в оптимистических тонах…

Окончание следует.