Как добивались согласия
Фото: Fotobank.ru/Getty Images
Текст: Александр Стельмах

Как добивались согласия

Команды на всех парах подходят к весьма ответственному для Ф-1 периоду – подготовке и подписанию нового Договора согласия. Когда готовили предыдущий, не обошлось без искр и столкновений.
9 ноября 2011, среда. 15:00. Авто
Лука ди Монтеземоло пусть и завуалированно, но пригрозил уйти из Формулы-1. Скандал? Нечего удивляться: перед командами замаячила перспектива подписания нового, седьмого Договора согласия (начнёт действовать 1 января 2013 года). Уже за три года до финальной даты утверждения предыдущего – шестого – документа, регламентирующего коммерческие отношения между командами, Берни и ФИА, участники чемпионата, мягко говоря, перессорились. Формула-1 прошла в те годы через многое: дважды разные ассоциации команд шантажировали Берни и Макса, грозя создать альтернативную серию.

Звучали громкие взаимные оскорбления. Не обошлось и без секс-скандала и грязных намёков в эфире чешского радио.

В первой половине нулевых мировая экономика процветала, компании имели доступ к дешёвым кредитам, позволявшим им расти и развиваться. Американцы в порыве потребительства скупали дома в кредит (в конце 2008-го внезапно окажется: выплаты по ипотеке им не по карману),
GPWC без "Феррари” не смог навязать соперничество Берни.
в Ирландии и Испании строилось огромное количество никому не нужной недвижимости, Исландия внезапно оказалась крупным банковским центром, а солнечная Греция просто красиво жила в долг. Общее оживление (или, в ретроспективе, надувание пузыря) не прошло мимо автомобильной индустрии, которая фиксировала внушительные цифры продаж. Советы директоров автоконцернов массово одобряли крупные бюджеты, в Ф-1 начали появляться серьёзные бренды. Форма участия была разнообразной: поставщики моторов, свои команды или владение долями конюшен. Бравые автопроизводители, прибывшие в автоспорт из мира больших корпоративных понтов, оказались неприятно удивлены диктатом Экклстоуна и Мосли. Первый забирал себе слишком много денег, второй не обращал внимания на проделки Берни, но постоянно пребывал в плену навязчивых идей, связанных с удешевлением и озеленением Формулы-1.

Подобная расстановка сил не нашла понимания у автопроизводитей – они хотели получать значительную долю выручки и призывали к стабильности регламента. Пятый Договор согласия истекал 31 декабря 2007 года, и за три года до его завершения команды, спешно объединившиеся в отраслевую Ассоциацию автопроизводителей Гран-при (GPMA), начали оказывать давление на Берни и Макса. Главная угроза казалась серьёзной: соперники выражали готовность организовать альтернативную гоночную серию. В этом противостоянии у GPMA имелся, по сути, единственный козырь – ”Феррари". Интересы ”Скудерии" совпали с позицией других команд: итальянская конюшня была не прочь получить больше денег и обезопасить себя от серьёзных изменений регламента со стороны ФИА. Уловки Мосли – ”заморозки", ”зелёные технологии" и бесконечные манипуляции с форматом квалификации – могли нарушить доминирование дрим-тим ”Скудерии" во главе с Михаэлем Шумахером.

Неудивительно: Берни приложил все усилия, чтобы ликвидировать главное преимущество GPMA, и добился сепаратного мира с ”Феррари". В самом начале 2005 года ”Скудерия" объявила об одностороннем продлении Договора согласия – с 2008 по 2012 год. Чуть позже примеру ”Скудерии" последовали ”Ред Булл" (”Матешиц дружит с Мосли и катается с ним на лыжах!" – возмущались сторонники GPMA), ”Мидленд" (Алекс Шнайдер тоже желал приобщиться к обещанной Экклстоуном бочке варенья) и ”Уильямс". Решение о поддержке Берни принесло коллективу Луки ди Монтеземоло немало денег. Несколькими годами позже Берни признал: если бы в 2008-м Кубок Конструкторов выиграл ”Макларен", команда из Уокинга получила бы на $ 80 млн меньше, чем ”Феррари".

GPMA пошла на попятную. В мае 2006 года оставшиеся члены ассоциации подписали так называемый Меморандум о намерениях, декларируя свое желание продлить Договор согласия до 2012 года. Берни Экклстоун согласился перечислять подписантам 50% всей выручки, полученной от продажи телевизионных прав и выплат за право проведения Гран-при.

Почему меморандум не превратился в полноценное соглашение к требуемому сроку – 1 января 2008 года? Поскольку документ не имел юридической силы и выражал лишь намерения сторон, Берни воспользовался случаем и отказался от своих обязательств. Помните: Экклстоун уже заключил сепаратные договоры с четырьмя командами. Довольно скоро промоутер Формулы-1 сформулировал ультиматум. Остальные коллективы должны были согласиться на старые условия: получать только 47% выручки от телеканалов. Оплата организаторов этапов, отчисления за рекламу на трассах и прочие доходы до команд в таком случае не доходили.
ФИА никак не вмешивалась в коммерческие дела Экклстоуна.
Берни проигнорировал возмущённые голоса и заявил: меморандум – не обязывающий Договор согласия, и если команды не собираются принимать условия Экклстоуна, они вольны в любой момент уходить из Формулы-1.

Где в этот момент была ФИА? Вопрос риторический. Макс Мосли, продавший в 2000-м своему давнему другу Берни коммерческие права на Формулу-1 за смехотворные $ 60 млн и обещание ежегодно платить по $ 3 млн ближайшие 100 лет (судя по всему, без учёта инфляции), демонстрировал избирательность в решении проблем. ФИА оставила в покое Берни и его спорные коммерческие достижения, но обратила пристальное внимание на технический регламент и отношения с командами. В данной сфере Мосли действовал со значительным апломбом.

В 2008-м федерация на несколько месяцев была парализована секс-скандалом: в конце марта ныне несуществующий еженедельник ”Новости мира" опубликовал на первой полосе разгромный материал под хлёстким заглавием: ”Босс Ф-1 участвует в извращенной нацистской оргии с пятью проститутками" (подзаголовок: ”Сексуальное бесчестие сына поклонника Гитлера"). Мосли немедленно намекнул: скандал – дело рук недоброжелателей из мира Формулы-1 (и даже грозился их разоблачить – ждём компромата до сих пор). Небезызвестный Радован Новак в интервью чешской радиостанции ”Импульс" не исключил, что скандальные хроники – дело рук команды ”Макларен". Спешно созванная Генеральная ассамблея ФИА (её проведение обошлось федерации в $1млн.) подтвердила полномочия Макса – в поддержку президента голосовали даже либеральные в половых вопросах ОАЭ и Иран (здесь, конечно, предполагается ирония).

Без действующего Договора согласия противоречия достигли пика в 2009-м. Разразившийся в межсезонье глобальный экономический кризис вынудил ”Хонду" немедленно прекратить участие в Формуле-1. Другие автоконцерны останавливали заводы – спрос на машины катастрофически снизился. Команды, осваивающие по $ 400 млн за сезон, резко ослабели – их материнские концерны не могли одной рукой увольнять рабочих конвейеров, а другой тратить на Ф-1 миллионы долларов. Макс Мосли почуял прекрасную возможность для реванша, объявил о намерении ограничить потолок расходов для команд Ф-1 и унифицировать регламент. Трудно сказать: действительно ли Мосли действовал во благо Формулы-1 или, как это часто бывало с Максом, использовал предложения в качестве очередного акта демонстрации силы в его личной политической песочнице – ФИА.

Президент, впрочем, совершил крупную ошибку: ”Феррари", в отличие от некоторых других команд, никуда уходить не собиралась, а перспектива ”превращения Формулы-1 в Формулу-3" (слова ди Монтеземоло) коллектив не радовали. Несмотря на сепаратный договор 2005 года с Берни, ”Феррари" и остальные конюшни впервые за много лет выступили единым мощным фронтом – и создали ассоциацию ФОТА (её возглавил Лука). Сложилось ощущение, что Берни недооценил соперников: промоутер Формулы-1 поначалу называл новоявленный ”профсоюз" не иначе как ”ФОТА-шмота" и гордо рассказывал, как скормил визитные карточки представителей ассоциации своим собакам.

ФОТА, между тем, начала энергично действовать. Максу Мосли был объявлен ультиматум: либо он уходит в отставку и отменяет свои предложения по радикальному изменению регламента, либо ФОТА организовывает свою гоночную серию. От Берни Экклстоуна потребовали включить в долю команд все доходы Ф-1, а не только телевизионные деньги – исполнять условия меморандума.
Создание ФОТА завершилось сокрушительным поражением Мосли.

В отличие от GPMA, на этот раз ”Феррари" оставалась заодно с революционерами до конца. Лука ди Монтеземоло и Стефано Доменикали демонстративно отправились в Ле-Ман, где президент ”Феррари" официально начал 24-часовую гонку. Победы следовали одна за другой: организаторы Гран-при Монако заявили, что разрешат чемпионату ФОТА проводить гонку на территории княжества. Газета ”Гардиан" опубликовала предварительный календарь серии, где, среди прочих, оказались этапы в Монреале, Сильверстоуне, Маньи-Кур, Монце и Сузуке. Чемпионат выглядел вполне конкурентоспособным. В результате CVC и Берни осознали: их многомиллионные инвестиции находятся под угрозой. Экклстоун и ФОТА быстро пришли к соглашению, и Макс Мосли был вынужден отступить.

Объединение ФОТА под чутким руководством ди Монтеземоло принесло командам грандиозную победу. Макс Мосли потерял право на высокомерие (не помогли даже прикормленные федерации из ОАЭ и Ирана), а Лука на прощание назвал англичанина ”диктатором". В финансовом плане ФОТА тоже выиграла: доля команд с $ 216 млн в 2006-м выросла до $ 658 млн в 2010-м. После этих событий, 29 июля 2009 года, все конюшни Формулы-1 (кроме ”БМВ-Заубер" – к тому моменту совет баварской компании решил отказаться от участия в чемпионате) подписали шестой Договор согласия, который с успехом действует до сих пор…
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 12
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →