Как работает пилот по ходу гонки длиной 24 часа?
Фото: 24h-rennen.de
Текст: Евгений Кустов

Хочешь поспать? Руби кабель репродуктора!

Как выглядит работа гонщика по ходу уик-энда с марафоном длиной в 24 часа? Как идёт подготовка, что решает команда и как выспаться?
21 мая 2013, вторник. 21:10. Авто
Фоторепортаж с "24 часов Нюрбургринга"

Получив приглашение посетить марафон "24 часа Нюрбургринга", корреспондент "Чемпионат.com" решил выяснить, как вообще работает пилот в ситуации, когда гонка длится не два часа и даже не шесть, а целые сутки. Чем живёт гонщик по ходу соревнования, удалось выяснить у пилота G-Drive Racing Романа Русинова, который при поддержке топливного бренда выступал на "Нюрбургринге" в составе одного из экипажей команды Phoenix Racing, занявшего девятое место в абсолютном зачёте.

Прежде всего интересовало, как гонщики учат трассу, чья длина – в сочетании "Нордшляйфе" и современного круга Гран-при — составляет 25 километров. Как вы понимаете, пешком такое расстояние преодолеть не так просто.
Попробуй выучить все повороты "Нюрбургринга"!

Попробуй выучить все повороты "Нюрбургринга"!

Роман подтверждает: "Пешком я трассу не проходил, на велосипеде не проезжал – зато проезжал на машине".

Правда, тут надо отметить, что Русинов был в Нюрбурге уже не первый раз, так что мог сразу работать над скоростью. А вот если ты впервые открываешь для себя столь долгое кольцо, то на адаптацию потребуется существенно больше времени, чем обычно. "На обычном треке достаточно кругов пять, а здесь нужно целых 30, чтобы уже можно было работать на результат", – объясняет гонщик.

При этом для подготовки очень даже подойдут компьютерные игры. "Помогают ли они? — переспрашивает Русинов. – Конечно! Перед тем как я приехал на трассу, я показал быстрейшее время на PlayStation в игре "Гран Туризмо". Там очень реалистичная трасса, это очень помогает! Но, конечно, в игре есть далеко не все кочки, которые существуют на реальном автодроме. И в компьютерной игре очень просто проходятся быстрые повороты, а в реальности на большой скорости любая неровность приводит к дестабилизации машины".

В реальной жизни есть и ещё один важный момент – болельщики. Вокруг трассы разбросаны многочисленные палаточные городки, частенько примыкающие прямо к кольцу. В результате ночью можно рассчитывать не только на свет фар, но и на фонари, установленные фанатами на ограждениях. "Главное, чтобы их не перевешивали", – смеётся Русинов. А так от подобных самодельных ориентиров действительно есть толк.

С изучением трассы понятно. Дальше на очереди тренировки, а с ними и вопрос – как распределяется время между членами экипажа, коих на "24 часах Нюрбургринга" четверо, а в Ле-Мане — трое? По словам Русинова, на свободных заездах в распоряжении каждого из пилотов равное время, плюс для тестов можно использовать ещё и ночную квалификацию, ведь понятно, что во второй — дневной — все поедут быстрее и именно там будет реальная борьба за секунды.

Кто едет от экипажа в решающей квалификации, определяет команда, исходя из опыта, результатов на тренировках, послужного списка и других моментов – тут уж никто из гонщиков не может опротестовывать выбор и просто обязан с ним смириться. В гонке времени хватит всем.

"У нас есть определённый план, мы обсуждаем, кто и когда едет, – рассказывает Русинов. –
Роман Русинов перед стартом "24 часов Нюрбургринга"

Роман Русинов перед стартом "24 часов Нюрбургринга"

Если пойдёт дождь, то, скорее всего, будем ехать по часу. Если переменчивая погода, то лучше дольше

оставаться в машине: тогда ты понимаешь состояние трассы. А иначе ты прыгаешь в машину и не знаешь, что на трассе, где сухо, где мокро. На "Нюрбургринге" очень трудно предсказать погоду, а значит, и сформировать стратегию. Наша метеостанция может показывать одно, а пойти всё может по-другому".

По ходу своей смены гонщик постоянно находится на связи с инженером: например, в определённый момент непременно надо сообщить, сколько ещё топлива остаётся в баках. А то круг длинный – вовремя не заедешь, так рискуешь остаться на обочине с пустым баком.

"Когда ты проходишь последний круг по трассе, ты всегда на связи с инженером и доносишь до него, что происходит, – добавляет Русинов. – Например, говоришь: "Передайте Франку, что у нас то-то и то-то происходит". То же самое делает и Франк: "Скажите Роме, что в этом повороте влажно, на входе машина немножко нервная сзади". Это стандартный процесс – что здесь, что в WEC”.

А вот на вопрос, нельзя ли гонщику, находящемуся в боксах, пообщаться с коллегой, который сейчас за рулём, Русинов отвечает отрицательно. Всё общение должно идти через инженера, который аккумулирует информацию. "Есть чёткая, всем понятная структура", – подчёркивает гонщик.

Работа над настройками идёт до старта гонки, а вот уже по ходу марафона никаких серьёзных корректировок не вносится, пусть даже на "Нюрбургринге", в отличие от Ле-Мана, любой гонщик обязан потратить на пит-стоп не менее двух с половиной минут, что исключает спешку и позволяет провести пересменку спокойно.

"Теоретически можно подкрутить стабилизатор спереди и сзади, – говорит Русинов. – Но сильно перенастраивать машину не стоит. Надо стараться сразу найти "оптиму", чтобы не менять. По ходу гонки состояние трассы улучшается благодаря резине, и надо сразу иметь настройки, рассчитанные на это".

Итак, гоночная смена завершена – что дальше? Конечно, надо бы поспать. "На "Нюрбургринге" мы спим в отеле рядом с трассой, – говорит Роман. – В Ле-Мане в экипаже трое, тут четверо, так что здесь промежутки между сменами больше. В Ле-Мане самое сложное, если ты живёшь в кемпинг-каре. Потому что над ним обычно есть репродуктор, который постоянно орёт — это гоночное радио. Так что важно обрубить кабель! И проконтролировать, чтобы этот кабель никто потом не восстановил".

При этом никакой особой подготовки к столь странному для организма графику не ведётся.
"Нюрбургринг" ночью. Скоро будет красный флаг

"Нюрбургринг" ночью. Скоро будет красный флаг

По словам Русинова, его работа над "физикой" перед гонками длиной шесть и 24 часа не различаются. Главное — ложиться спать при любой возможности и не тратить энергию понапрасну.

А тратить-то хочется! Как рассказал россиянин, ему очень сложно отключиться от происходящего, потому что постоянно есть желание следить за тем, что происходит с машиной на трассе. "Я стараюсь заставить себя уйти и пойти поспать. А хочется-то смотреть, как едет напарник", – говорит пилот.

Ночь – самое сложное время. Видимость минимальная, а если ещё и идёт дождь… Вот на "24 часах Нюрбургринга" гонку и вовсе прервали аж до утра, поскольку условия на трассе стали слишком опасными. "Знаете, удалось полноценно поспать впервые по ходу таких марафонов, – признаётся Русинов. – Обычно после гонки все в команде никакие, а сейчас такие свеженькие!".

Вообще, по словам пилота, его любимый момент суточных марафонов – это восход солнца. Да, трасса ещё холодная, но она уже достаточно "прорезинена", так что сцепление с асфальтом отличное. А чем лучше, как выражается Русинов, "зацеп", тем лучше и ощущения от пилотажа.

На вопрос, хочется ли в конце смены поездить ещё или накапливается усталость и хочется побыстрее вылезти из машины, пилот отвечает однозначно: "Ещё бы поездить!". Что ж, ещё поездить можно будет уже через месяц на "24 часах Ле-Мана". Главное – не забыть перерубить нужный кабель рядом с кемпингом!
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 12
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →