Все новости
Николай Фоменко
Пётр Геллер
Фото: Getty Images
Н. Фоменко: Rush – блестящая картина
В Москве прошёл премьерный показ фильма "Гонка". Своими впечатлениями от киноленты поделился президент "Маруся Моторс" Николай Фоменко.
Авто / Формула-1

8 октября в московском кинотеатре «Октябрь» состоялась долгожданная премьера фильма Rush (в российском прокате — «Гонка»), повествующего о противостоянии Джеймса Ханта и Ники Лауды в чемпионате мира 1976 года. Картина наделала шума в Европе и даже в США, где отзывы о фильме в большинстве своём положительные, и 17 октября выйдет в широкий прокат в России. После завершения премьерного показа корреспондент «Чемпионат.com» пообщался с президентом компании «Маруся Моторс» Николаем Фоменко, который поделился своими впечатлениями от просмотра.

— Николай, какие у вас остались впечатления от фильма?
— Надо, чтобы этот фильм посмотрело много народу в нашей стране, да и вообще во всём мире. С точки зрения даже не киноискусства, а чтобы увидеть, какие были люди. Я хочу вам сказать, что почти всё так и было. За исключением того, что показано слишком мягко.

Хочу сказать, что почти всё так и было. За исключением того, что показано слишком мягко. По-настоящему было круче во много раз.

По-настоящему было круче во много раз. Надо сказать, что Ники Лауда не настолько сухой человек, насколько он показан. Много достаточно клишированных образов, но современное поколение в этом фильме может увидеть, как всё было. Я не могу сказать, что чувствую себя человеком из того времени — я ещё учился в школе. Но мы так жили и так живём сейчас. Мне не хватает в спорте всего того, что есть в этом фильме. Не хочу обсуждать кинодостоинства или кинонедостатки этого произведения. Самое крутое — что в мировом прокате появляется кино, которое достаточно открыто говорит о том, что толерантность современного мира в целом приучает нас к ненастоящей фиктивной жизни во всём — в спорте, в отношениях, в эмоциях. И это плохо. То, что двигало людьми тогда, даёт возможность жить сейчас. Я не знаю, что будет со следующими поколениями, которые будут жить искусственными эмоциями и картонными отношениями. Я считаю, что это блестящая картина, которую должны посмотреть все.

— Как у профессионала автогонок у вас были по ходу сеанса противоречивые ощущения, были мелочи, которые задевали?
— Я и не собирался смотреть на такие детали, зачем? Это не нужно. Если опять начнём показывать профессиональные моменты, то просто закопаем в этом зрителя. Если бы фильм выходил в 76-м году или в 80-м, была бы другая дотошность. Сейчас зрителям это не нужно, им нужно ощущение того, как всё было. Мне кажется, это во многом удалось. Это было почти так, как сделано в фильме. Но только в жизни было ещё круче, страшнее. К чёрту подробности, что называется! Люди гонялись, потому что не могли иначе. И капелька этого ощущения здесь есть. И очень хорошо в общем и целом это снято для зрителя. Если смотреть реальные кадры, они ещё страшнее, чем то, что показано в фильме.

— Можно ли сравнить ту войну характеров, которая показана в фильме, с современной борьбой в Формуле-1?
— Никоим образом. Если говорить о профессиональном аспекте, можно обратить внимание на ноту по поводу лишних полутора сантиметров ширины слика. Это лишь маленький намёк на то, что происходит в чемпионате сегодня. Могу сказать, что этому когда-нибудь придёт конец.

Если опять начнём показывать профессиональные моменты, то просто закопаем в этом зрителя. Если бы фильм выходил в 76-м году или в 80-м, была бы другая дотошность. Сейчас зрителям это не нужно, им нужно ощущение того, как всё было. Мне кажется, это во многом удалось.

Всё движется по спирали, и 76-й год обязательно должен вернуться. Иначе мы будем похожи на насекомых.

— Кто из героев вам ближе?
— Да чёрт, они оба настолько крутые! Я не застал их в бою, хотя видел Лауду за рулём боевого «Ягуара», когда он проводил тесты в Валенсии. Когда пришли Айртон Сенна и Ален Прост, времена поменялись, но оставался этот дух. Сейчас нет никакой возможности заниматься этим человеческим аспектом. Мы не знаем, что собой представляют пилоты в человеческом плане. Мы хотим болеть за конкретных парней со своими характерами. Сейчас с этим скользким картонным пиаром вы ничего не можете узнать, а мы, как команды, ничего и не можем вам сказать, потому что подписана куча соглашений. Мне хочется прямо сейчас рассказать, а я не могу. Это ужасно, не должен быть таким спорт! Это везде — и в Формуле-1, и в футболе. Везде обо всём договорились, и мальчики бегают еле-еле.

И похож ли на самом деле киношный Ники Лауда на реального, насколько клеится образ? Настолько сухой человек, который вот так остановился и сошёл с дистанции в дождь ради безопасности дорожного движения, за которое мы все сегодня в Формуле-1 да и вообще в автоспорте ратуем, надел бы на себя шлем через 42 дня после аварии? Вы подумайте об этом! Ради этого люди живут, ради этого всё происходит — надо доказывать самим себе, что мы люди, а не насекомые. Поэтому мне очень понравилось. С точки зрения кино не хочу обсуждать, а с точки посыла это очень круто.

— Но всё равно ведь здорово получилось, согласитесь?
— Спасибо «Ротмансу» за то, что можно курить в

Он последний борец. Конечно, из всех гонщиков сегодня, из первой пятёрки, Кими по человеческим качествам и по характеру — просто остатки разбитого вдребезги. Но это то поколение, которое уже уходит.

кадре! (Смеётся.)

— Кто-либо из современных гонщиков похож на этих парней?
— Да нет, конечно. Последние такие люди покинули Формулу-1 — Жак Вильнёв, Хуан Пабло Монтойя, вот были последние ядерные люди, которым сказали: чуваки, вы не похожи на чемпионов! Сегодня чемпион должен был сделан из силикона. Новые материалы стали приходить в Формулу-1.

— Кими Райкконен, по-вашему, не такой?
— Вы знаете, Кими так далеко от Формулы-1… Он последний борец. Конечно, из всех гонщиков сегодня, из первой пятёрки, Кими по человеческим качествам и по характеру — просто остатки разбитого вдребезги. Но это то поколение, которое уже уходит. Уходит и Марк Уэббер. Сегодня любой инженер в команде скажет: давайте уберём пилотов, к чему они нам нужны? У нас всё есть! Мы и так отправим машину со старта, она уедет и всё проедет.

— Если заглянуть немного в будущее, вам было бы интереснее увидеть фильм про борьбу Сенны и Проста или про Михаэля Шумахера?
— Эти люди совсем близко от нас. Для меня Хант и Лауда — это идолы. Когда я в паддоке вижу Лауду или сэра Джеки Стюарта, это прямо ах! Конечно, про них надо снимать кино. Уверен, художественный фильм про Сенну ещё снимут, его время придёт.

Маруся •••
Комментарии (0)
Рассылка лучших статей за неделю

Подпишитесь на рассылку и получайте самые интересные материалы портала одним письмом

Введите корректный e-mail
Загрузка
Произошла ошибка. Пожалуйста, попробуйте еще раз.
Спасибо!

Для завершения подписки остался один шаг. Проверьте свою почту.

Партнерский контент