Николай Грязин
Фото: Пресс-служба РСКГ
Текст: Кирилл Качнов

Николай Грязин: мечтаю о DTM или WTCC

Герой первого этапа РСКГ Николай Грязин рассказал, почему приходится «донашивать» машины за старшим братом и в какой стране механики добрее.
28 мая 2014, среда. 13:00. Авто
Молодой москвич участвует в гонках не первый год, но манера, в которой он открыл очередной кольцевой сезон, не могла не впечатлить. На трассе «Смоленское кольцо» под Дорогобужем по ходу первого этапа серии РСКГ (самый масштабный и престижный кольцевой турнир в России) он сначала оказался самым быстрым в квалификации, а потом выиграл обе гонки. Причём во второй на старте судьи ради обострения борьбы ставят победителя первого заезда на шестую позицию.

«Лет в 14 что-то у меня в голове переключилось – и отец предложил попробовать заняться автоспортом».
С одной стороны, класс «Туринг-Лайт», в котором выступает Грязин, не самый быстрый и престижный на российском кольце. Но с другой – Николай каждый раз опережал своего товарища по команде, опытного и титулованного москвича Бориса Шульмейстера, выступавшего на точно таком же Ford Fiesta. «Чемпионат», к слову, так впечатлился выступлениями Грязина, что именно ему вручил приз как лучшему гонщику этапа.

Напомним, что Николай – сын весьма успешного (первым из россиян выигравшего этап чемпионата Европы) раллиста Стаса Грязина и младший брат сейчас выступающего в ралли Василия. Наверняка при такой родне Николай вырос в окружении гоночных автомобилей и с ранних лет мечтал исключительно о карьере профессионального пилота? На деле всё оказалось немного сложнее…

— Когда отец успешно выступал на ралли, я был ещё очень маленьким, — начал разговор Николай. — Сам на ралли с участием отца ездил, по-моему, один-единственный раз и из происходившего на гонке ничего толком не запомнил. Вдобавок чуть позже я вместе с семьёй попал в автомобильную аварию, после которой не то что к быстро едущим автомобилям – к автомобилям вообще испытывал своего рода отторжение. Как минимум садиться за руль не было никакого желания. На тот же картинг ездил скорее за компанию, чем ради собственного удовольствия. И отец уже стал прикидывать, что Вася будет заниматься гонками и дальше, а я пойду в какую-нибудь науку. Но лет в 14 что-то у меня в голове переключилось – и отец предложил попробовать заняться автоспортом на серьёзном уровне.

«На Granta было сложнее ездить: помню, на самой первой тренировке я с непривычки даже руку вывихнул».
— Почему выбрали именно «кольцо»? Брат рассказал вам о ралли нечто очень страшное?
— В ралли не пошёл в том числе потому, что там уже гоняется Вася. Весной и он, и я стартовали на Rally Masters Show в Крылатском – гонка очень короткая, устроенная главным образом для зрителей, для привлечения внимания к такому виду спорта по ралли… Не то место, где корову выигрывают, одним словом. Плюс машины у нас были разные, и я проигрывал Васе больше секунды с километра – а какое-то напряжение всё равно чувствовалось, определённое психологическое давление друг на друга присутствовало.

Чем ещё привлекает «кольцо»? Здесь комфортнее: на ралли и вставать приходится раньше, и с обычными удобствами порой бывают проблемы. «Кольцевики» по крайней мере всегда уверены, что вечером смогут помыться, а ночью – нормально поспать.

— Вы с Василием похожи друг на друга?
— Наоборот. Вася гораздо более коммуникабельный, легко сходится с людьми, легко находит общий язык. Да хотя бы в школе – и друзей у него много, и отношения с учителями у него хорошие, всегда сможет с ними договориться. Я не такой обходительный – и завожусь легче, и говорю чаще всего то, что думаю. Поэтому и друзей у меня поменьше, и с учителями отношения не такие безоблачные. С другой стороны, Вася – человек суеверный: то он не моется перед гонкой, то у него какие-то счастливые перчатки или счастливый подшлемник наготове. А я к этим вещам абсолютно равнодушен.

— Вы с Василием выступаете в разных категориях, но оба пилотируете автомобили Ford Fiesta. Это случайность или так было задумано?
— Скажу больше: я свою нынешнюю машину получил в наследство от Васи. Раньше он выступал на ней в ралли – а когда пересел на новый автомобиль, этот переделали под «кольцо». На том уровне, где мы с Васей сейчас находимся, раллийные и кольцевые машины достаточно близки друг к другу.

И да – мы сознательно используем машины одной модели. Благодаря этому можно закупать меньше запчастей: одна и та же деталь в одни выходные играет роль запасной для Васиной раллийной машины, а в другие – для моей кольцевой. Иногда может оказаться полезным обмен информацией о настройках. Ситуацию упрощает ещё и тот факт, что нас обслуживает одна команда – прибалтийский коллектив Sports Racing Technologies.

— Кстати, о команде. В России немало команд, которые могли бы предоставить вам услуги по постройке и обслуживанию машин. Почему вы выбрали именно прибалтийских специалистов? Чем они лучше?
— Я бы сказал, что они добрее русских механиков, с которыми мне раньше приходилось иметь дело. Не раз было видно, что вот этому конкретному механику до меня дела нет, причём он не стесняется это демонстрировать. То ли из-за возраста не воспринимает всерьёз, то ли характер у него такой: сделать всё, что требуется, все нужные галочки поставить – и на отдых. И по ходу гоночных уик-эндов далеко не со всеми было приятно общаться.

В нынешней команде атмосфера гораздо более доброжелательная и более конструктивная. Ещё на общем фоне заметно, что мои механики привыкли работать с раллийными машинами и никак не могут избавиться от некоторых раллийных привычек. К примеру, то и дело затягивают колёсные гайки посильнее. В кольце это не особо принято: у нас заезды короткие, у колеса обычно просто времени нет разболтаться и отвалиться, поэтому нет особого смысла дозатягивать гайки. Но что делать – привычка…
Николай Грязин борется на первом этапе РСКГ

Николай Грязин борется на первом этапе РСКГ

— А что скажете об отечественных машинах? Ведь до того, как сесть за руль Ford Fiesta, вам приходилось ездить и на тольяттинской технике.
— Fiesta ощутимо лучше. Во-первых, она гораздо надёжнее – на Lada Granta постоянно что-то ломалось, причём бессистемно: то одна деталь, то другая… Во-вторых, больше нравится управляемость. Все мои кольцевые машины пока были переднеприводными, поэтому все они в той или иной степени «плужили» — то есть не очень охотно поворачивали, если была превышена скорость на входе в поворот или неправильно выстроена траектория. Но нынешний автомобиль лучше чувствуешь, он более понятен и предсказуем. На Granta было сложнее ездить: помню, на самой первой тренировке я с непривычки даже руку вывихнул…

— Что в «кольце» вы смогли освоить достаточно быстро, а на что требуется время?
— Обычно с медленными поворотами проблем нет, а быстрые даются не так легко. Не доверяешь машине – просто не хватает смелости. Но, говорят, это легко лечится накатом.

— Вы выступаете в одной команде с Борисом Шульмейстером – и опередили этого чрезвычайно опытного человека и в квалификации, и в обеих гонках. Не чувствовали ли какой-то ревности, зависти, обиды со стороны Бориса?
— Я уверен, что он тоже хочет побеждать и на трассу приезжает не для того, чтобы приезжать вторым следом за пилотом на точно такой же машине. Поэтому в душе он наверняка переживает этот момент, но не думаю, что он злится на меня или обижается. И никогда эти эмоции наружу не выпустит. Вообще Борис – очень приятный человек: на трассе спуску не даст, но в боксах весел, жизнерадостен, не упускает возможности пошутить и посмеяться. Я с ним даже по поводу отношений с девушками могу посоветоваться!

«У нас есть одна общая семейная черта: если садимся перед телевизором смотреть гонку – засыпаем вскоре после старта».
— А как с другими опытными пилотами, которые выступают за другие команды?
— Некоторые говорят, что я агрессивно езжу. Был случай весной – как раз на «Смоленском кольце» проходила гонка на тех же самых машинах, но шла в зачёт чемпионата Белоруссии. Меня догоняли пилоты на VW Polo – машинах, которые вроде помощнее моей и в конце прямых разгоняются до большей, чем Fiesta, скорости. Так получилось, что на торможении перед первым поворотом меня решили обогнать сразу двое. Я их видел, оставил им почти весь поворот, а сам поехал по внешней кромке – не съезжать же мне в песок, в самом деле. Но в итоге мы всё-таки столкнулись с Андреем Севастьяновым, причём на его машине сломалась рулевая тяга – а это сразу сход с трассы. Андрей потом в деталях мне разъяснил, в чём он видит мои ошибки. Разъяснил, впрочем, спокойно и корректно. Но не убедил!

— Если выступления и в дальнейшем будут столь же успешными, какую итоговую цель перед собой будете ставить?
— Мечтаю о DTM или WTCC. Формулы как-то не привлекают из-за своей хрупкости: едешь и трясёшься, как бы колесом ничего не задеть и ни на кого не наехать. Слегка с машиной соперника соприкоснулся – сход. Это не значит, что мне нравится загонять соперников в бетон, но считаю, что при наличии небольшого запаса для контактной борьбы гонки становятся только увлекательнее.

— А за упомянутыми чемпионатами вы следите? Болеете за кого-нибудь?
— Не получается. Дело в том, что у нас есть одна общая семейная черта: если садимся перед телевизором смотреть гонку – засыпаем вскоре после старта. Вася ещё как-то умудряется проснуться перед самым финишем, а мы с отцом спим крепко, что бы там на трассе ни происходило.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 2
7 декабря 2016, среда
6 декабря 2016, вторник
5 декабря 2016, понедельник
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →