Хельмут Марко о Ф-1, WEC и опасности в автоспорте
Фото: Red Bull Media House
Текст: Александр Бессарабский

«По ходу гонки мы обсуждали не износ шин, а как делить призовые»

Предлагаем вашему вниманию фрагменты любопытного интервью с Хельмутом Марко, которое журналист портала F1i Эрик Сильберманн взял в Австрии.
24 июня 2015, среда. 16:45. Авто

О привлекательности «24 часов Ле-Мана» и чемпионата WEC


Если вернуться в старые дни, то, не считая сэра Джеки Стюарта, практически все пилоты Формулы-1 также выступали в гонках спорткаров. И на большинстве трасс спортивные машины,
Пять-шесть раз по ходу гонки мы обсуждали, как будем делить призовые внутри «Порше».
особенно «Порше» 917, были быстрее болидов Формулы-1. Атмосфера в спорткарах была более семейной и захватывающей, потому что ты делил свою машину с партнёром, и потому что команды были большими: по-моему, в какой-то момент у «Порше» в Ле-Мане было шесть машин.

Сейчас, возвращаясь в прошлое, до сих пор не могу понять, как мы гонялись на таких машинах на трассах вроде Тарга Флорио, где уровень безопасности был абсолютно нулевым.

О том, что рекорд трассы Тарга Флорио до сих пор принадлежит ему


Да, и это подтверждает, что, когда опускается визор, разум у пилота отключается! Но если вернуться к Ле-Ману, уже тогда там была особенная атмосфера, у этого мероприятия были свои правила, оно было непохожим на другие. Это главное событие года. В мои времена не было никаких моторхоумов, мы спали где придётся в задворках гаражей, и кто-нибудь приносил закуски из киосков, потому что у нас даже не было собственной кухни. Но все наслаждались. Это был настоящий вызов, потому что наши машины были на 100 км/ч быстрее медленных категорий, которые тоже боролись между собой, так что риски были высокими.

Прошлым субботним вечером у меня дома было несколько друзей, я включил телевизор, чтобы посмотреть расстановку пилотов в Ле-Мане. И все, кто был у меня дома, хотя большинство из них не увлечены автоспортом, заинтересовались, сказали, что там прекрасные машины. По кадрам было видно, что пилоты атакуют и никто не заботится об экономии топлива или шин, они просто выкладываются. Это разница по сравнению с нынешней Формулой-1, где слишком много ограничений. По радио уже на втором круге Гран-при гонщик слышит, что если он не может обогнать, то лучше немного отпустить соперника на пару секунд вперёд и беречь топливо и шины.

Если WEC будет продолжать в том же духе, чемпионат вырастет. Сейчас им нужно больше конкуренции. «Тойота» в этом году неконкурентоспособна. Серии нужны по меньшей мере три производителя, борющихся за победу, как это было год назад. Между собой борются машины с тремся разными техническими конфигурациями: один дизельный двигатель, один гибридный и один обычный с KERS, это делает борьбу захватывающей.

О значимости призовых


Для современных пилотов эти деньги ничего не значат, но я хорошо их помню. Я также вспоминаю, что, когда выиграл Ле-Ман, победа была настоящим сюрпризом, и пять-шесть раз по ходу гонки мы обсуждали, как будем делить призовые внутри «Порше». Это была более важная тема, чем износ шин!

Тарга Флорио


Мы начинали тренироваться за рулём Alfa GTA, которая была быстрой машиной, а затем перешли на гоночный автомобиль. Мы сидели в небольшой забегаловке, на первом этаже был гараж, где готовили машины, и механики там ели спагетти. Как только мимо проезжала какая-нибудь «Альфа», я бросал еду и думал: «Хочу сейчас же проехать ещё один круг». И это на дорогах общего пользования! Можете ли вы себе представить, что вы едете 300 км/ч, а на дороге попадаются ослы?

Не могу понять, как мы гонялись на таких машинах на трассах вроде Тарга Флорио.
В горах, если промахнуться мимо поворота, была бы неприятность (Марко изображает машину, которая улетает с обрыва). Понадобились бы годы, чтобы вас найти. Даже тогда я чувствовал, что это чересчур, и не очень хотел там ездить. Я сказал нашему гоночному менеджеру Карло Кити об этом, он сильно расстроился. «Тебе за это платят, так что иди и выложись по полной», – сказал он. В гонке я чуял шанс на победу, но потом бах – и все чувства пропали. Я ехал позади «Феррари», у которой был более быстрый двигатель, но в поворотах я приближался. На обочине дороги были тысячи людей. Когда проезжали машины, они отступали назад, так что толпа была похожа на двигающиеся барьеры Armco. Спустя пару кругов понял, что единственное место, где я могу обогнать «Феррари» — это шпилька. Это была настоящая чертовщина, я поехал прямо на толпу, но, к счастью, они отодвинулись назад.

У Нанни Галли выдался не самый удачный день, затем он мне рассказал, что скончался его друг. Он потерял минуты три и заехал в боксы, едва не врезавшись в стену, где хранились все инструменты. Механикам пришлось отталкивать машину на тележке, мы потеряли много времени. Я сел за руль, догнал лидера и вышел вперёд перед длинной прямой, лидируя с отрывом в 8-9 секунд. Чтобы показать мне табличку с таймингом и информацией, итальянский механик свешивался с дерева! Я знал, что «Феррари» догонит меня на прямой, и потерял первое место, уступив всего пару секунд.

Недавно Риккардо участвовал в рекламной акции, сев за руль моей старой машиной на части трассы Тарга Флорио. Он позвонил мне и задал несколько вопросов: «Это нормально, что сцепление такое тяжёлое? И так тяжело найти передачу?» Он чувствовал, что машина была монстром, колёса постоянно прокручивались.

Об опасности в автоспорте


Меня расстраивает, что, к примеру, на «Ред Булл ринге» и на других трассах слишком много зон безопасности. Если пилот допустит ошибку, он не будет за это наказан, не считая потери круга. Гонщики атакуют, через круг переходят границу, но не наказываются за это. По крайней мере машина должна повреждаться. Этот элемент должен вернуться. Езда таких безопасных и лёгких в управлении машин на трассах с огромными зонами вылета – не то, что нужно автоспорту.

Это напоминает мне ещё одну историю: я сражался с Педро Родригесом на «Нюрбургринге» за рулём 908-й, мы оба выехали за пределы трассы, соприкоснулись и долго ехали бок о бок. В наши дни нас бы за такое дисквалифицировали на два-три года, наверное! Мы подгоняли друг друга, перешли границу, но знали, что делаем. Мы боролись колесо в колесо, толпа это приветствовала. Причём я не оставил ни одного следа на знаменитой ливрее его машины!

Гонщики атакуют, через круг переходят границу, но не наказываются за это.
Я согласен с Ники [Лаудой] в том, что нам надо снова двигаться в этом направлении. В Граце проходила фотовыставка, на ней был снимок подиума Гран-при Венгрии, который выиграл Мэнселл. Он едва стоял на ногах. Пот лил ручьями, от усталости у них закрывались глаза. Сейчас этого после гонки нет: когда Макс Ферстаппен вылезает из болида — кажется, что он был на обычной прогулке.

Спорт также перегружен правилами. Посмотрите: в Австрии после квалификации с трудом можно определить стартовый порядок. У нас штрафы, у «Макларена» штрафы, кроме того, на твою стартовую позицию влияет, в какой момент ты уведомил ФИА о смене двигателя. Это смехотворно. Сначала ты получаешь штраф за смену двигателя, потом дополнительное наказание, потому что на решётке недостаточно машин, чтобы ты потерял все свои позиции. В этом нет ни здравого смысла ни гоночного духа.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 17
6 декабря 2016, вторник
5 декабря 2016, понедельник
4 декабря 2016, воскресенье
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →