Все новости
Евгений Кустов
Фото: Mark Thompson/Getty Images
«У нас осталась связь с Даней». Белоусов — о Квяте и контракте с «Уильямсом»
Почему «Уильямс» стал главным партнёром Acronis, как на это повлиял Сироткин и правильно ли «Ред Булл» расстался с Квятом?
Авто / Формула-1
Почему у Сергея Сироткина должно получиться
Мы правда можем рассчитывать, что третий россиянин добьётся большего, чем Петров и Квят.

Компания Acronis (называть российской, несмотря на корни основателей, неверно: штаб-квартира находится в Сингапуре) сегодня объявила о подписании контракта с «Уильямсом» – командой, где свой первый боевой сезон в Формуле-1 проведёт Сергей Сироткин. Мы обратились за комментариями к главе Acronis Сергею Белоусову, чтобы узнать подробности сделки и уточнить, продолжится ли сотрудничество с «Торо Россо» — командой, которая была партнёром Acronis предыдущие полтора года, когда там выступал Даниил Квят.

— Сергей, как долго вы вели переговоры с «Уильямсом»?
— Очень долго. Четыре года назад мы начали вести переговоры с «Торо Россо», но потом Даниил Квят перешёл в «Ред Булл» и мы немножечко притормозили. Но всё это время мы думали, как сделать наше программное обеспечение хорошо подходящим для тех задач, которые ставятся Формулой-1. Любые замедления в Ф-1 приводят к непоправимой и совершенно прямой денежной потере. Наши системы и софт очень хорошо подходят для Формулы-1. И вот мы объявили, что нашими клиентами стали сначала «Торо Россо», а потом и основная команда «Ред Булл». В прошлом году мы объявили о партнёрстве с командой «Рено» в Формуле-Е. И мы уже давно начали переговоры с «Уильямсом».

В определённый момент так получилось, что «Уильямс» решил обновить инфраструктуру и перейти на новую облачную архитектуру. «Уильямс» сам начал смотреть на наше программное обеспечение — все команды изучают лучшие варианты на рынке. Мы начали переговариваться о большом сотрудничестве. У них очень сложные требования. Процесс, когда «Уильямс» оценивал наше программное обеспечение, был длинным, а переговоры по контракту заняли около двух месяцев.

Мы продолжаем сотрудничество со многими командами, будет ещё много объявлений, но «Уильямс» – наш главный партнёр.

— Появление в «Уильямсе» российского пилота — просто совпадение?
— Мы начали переговоры намного раньше того, когда узнали, что Сироткин может туда попасть. Это чистая правда. Сироткин был частью команды «Рено», Сергей мог там остаться или попасть, например, в «Торо Россо» — всякое могло быть. Наши договоренности никак не зависели от контракта Сергея.

Безусловно, то, что Сироткин попал в «Уильямс», это плюс. Это нас заставило оказать «Уильямсу» преференции. Мы продолжаем сотрудничество со многими командами, будет ещё много объявлений, но «Уильямс» – наш главный партнёр.

Когда в «Уильямсе» поняли, что склоняются к Сироткину, то нам об этом не сказали. Естественно, всё это было секретно, у них имелось несколько кандидатов. Нам говорили: «Да-да, мы рассматриваем». Конкретное подтверждение мы получили в момент официального объявления о контракте, это было не так давно. Но, наверное, для «Уильямса» это тоже было большим плюсом: мы ведь планируем спонсорскую активацию с Сергеем в России. Это важно и для Сироткина, и для самой команды — чем больше людей за них будут болеть на гонках, тем лучше. Мы хорошо относимся к Сироткину, надеемся, что он хорошо выступит, но контракт Сергея не был ключевой вещью в наших переговорах.

— Но вы уже планируете с ним совместные мероприятия в России.
— Планируем на осень. Понимаете, всё-таки Сергей проведёт свой первый боевой сезон в Формуле-1 — никто не знает, как он будет выступать. Он первый раз будет работать с этой командой, и мы всё-таки хотели бы сначала посмотреть на его выступления, прежде чем заниматься активацией. Но мы надеемся, что Сергей хорошо себя проявит — тогда мы сможем делать много активаций.

Наше сотрудничество с «Уильямсом» не на один год, так что посмотрим.

— Вы опередили вопрос про срок контракта.
— Конкретный срок мы не можем назвать: условия конфиденциальности договора не позволяют его раскрывать. Но это не один год.

«Сироткин был очевидным выбором». «Уильямс» — о контракте с россиянином
Руководители «Уильямса» Падди Лоу и Майк О’Дрисколл хвалят Сироткина и не ждут проблем из-за инженера-новичка.

— Каких результатов ждёте от «Уильямса»?
— У нас ожидания, что они будут входить в пятёрку. Может быть, попадут на четвёртое место. Вообще у «Уильямса» очень хороший мотор «Мерседес» — с точки зрения основного компонента автомобиля они претендуют на любое место из первых пяти. Но всё-таки в Формуле-1 огромное количество всяких разных вещей. В пятёрку точно надо войти. Надеемся, что место будет выше, чем в прошлом году.

«Уильямс» девять раз становился чемпионом мира, у него было много пилотов-чемпионов. Например, за них выступала такая легенда, как Ален Прост, чью команду мы поддерживаем в Формуле-Е. Мы надеемся, что «Уильямс» в течение нескольких лет, может, даже станет чемпионом.

– Будут ли ваши логотипы на новом болиде «Уильямса»?
– Мы не имеем права раскрывать эту информацию до официальной презентации 15 февраля. Команда всё покажет!

— Сколько сейчас у вас клиентов в автоспорте? С «Рено» вы только в Формуле-Е сотрудничаете?
– «Рено Спорт» — это одна структура, но по рекламной активации мы работаем только с командой «Рено» в Формуле-Е. Что касается других команд, то мы продолжаем определённое сотрудничество с «Торо Россо» и «Ред Булл» по нашему софту. Планируются и другие объявления. Это не очень большой сегмент рынка, но нам он очень интересен: у команд очень много данных и очень жёсткие требования по качеству работы — скорости, надёжности. Это мотивирует на прогресс.

– Не могу не спросить про «Торо Россо». Когда Acronis только приходил туда, то вы акцентировали внимание на важности нахождения в команде Даниила Квята и Франца Тоста. У вас сохранилась какая-то связь с Даниилом?
– У нас осталась связь с Даней. Мы активно разговариваем со всеми командами Формулы-1. Даня остался в Ф-1, стал запасным пилотом «Феррари». Мы любим Даню, и мы хорошо, с большим уважением относимся к Францу.

В «Торо Россо» у нас был приоритет – работа с Даней, но важна и степень технологического сотрудничества. «Уильямс» — это команда, добивавшаяся в прошлом более крупных успехов, она крупнее. Это не только команда Формулы-1, но и инженерная компания — к Ф-1 приписано менее половины их инженеров. Так что здесь более серьёзное инженерное сотрудничество, что очень важно для нас.

Квят стал гонщиком «Феррари». Что всё это значит?
Квят возвращается в Формулу-1 в качестве резервиста «Феррари». Пафосное место, спорные перспективы.

– Что вы думаете о решении «Торо Россо» и «Ред Булл» расстаться с Квятом?
– Моё мнение, что это решение было частично эмоциональным, где-то ошибочным. Но я не специалист в том, что нужно делать. Руководитель всего «Ред Булл» — очень опытный в этом деле. Здесь очень много всяких разных деталей. У Дани было сложное эмоциональное состояние. Где-то он сам совершал ошибки, где-то машина ломалась… Ну а потом сложилась простая экономическая ситуация, когда Карлос Сайнс попал в «Рено», поменялся двигатель… Произошёл сложный экономический размен. Думаю, у них был ряд экономических моделей, по которым они считали, сколько получат благодаря замене двигателя, сколько — благодаря замене Карлоса, замене Дани…

Знаете, у нас горизонт планирования — год-два-три, у Формулы-1 – два-три-пять. Может быть, «Ред Булл» посчитал, что на промежутке в пять лет для них это выгодно. Нам очень жалко, что так произошло.

Поворот не туда. Почему карьера Квята вдруг пошла под откос
Мы помним Квята — чемпиона GP3 и конкурента Риккардо. Что же потом пошло не так?
Комментарии (0)
Рассылка лучших статей за неделю

Подпишитесь на рассылку и получайте самые интересные материалы портала одним письмом

Введите корректный e-mail
Загрузка
Произошла ошибка. Пожалуйста, попробуйте еще раз.
Спасибо!

Для завершения подписки остался один шаг. Проверьте свою почту.

Партнерский контент