Мосли: напишу книжку и дам работу адвокатам
Фото: Reuters
Текст: Евгений Кустов

Мосли: напишу книжку и дам работу адвокатам

Президент FIA Макс Мосли в обстоятельном интервью рассказал о планах написать автобиографию, минусах Ари Ватанена, приговоре "Рено" и проблемах, которые будут стоять перед его преемником.
12 октября 2009, понедельник. 12:00. Авто
Президент FIA Макс Мосли, готовящийся после новых выборов в октябре уйти со своего поста, дал обстоятельное интервью немецкой Die Welt, в котором рассказал о планах написать автобиографию, отношениях с Лукой ди Монтеземоло, минусах Ари Ватанена, справедливости приговора "Рено" и проблемах, которые будут стоять перед его преемником.

Частная жизнь должна оставаться частной — не важно, о ком идёт речь. Исключение было бы только в том случае, если бы я нарушил закон.
— Мистер Мосли, вы уже представляете свою жизнь без Формулы-1?
— О да. Я рад, что скоро все проблемы буду решать не я, а мой преемник.

— И чем вы сами будете заниматься?
— Я наконец-то займусь своей частной жизнью. Количество работы, в которую я был вовлечён как президент FIA, всё перевешивало. Снова и снова возникали конфликты. Вероятно, в конечном счёте я напишу книгу.

— Она может стать захватывающей!
— Она также может дать работу адвокатам.

— Почему?
— Если я напишу правду, то люди могут отреагировать со злостью.

— Зато у вас будет прибыль от тиражей. Вообще 2009 год был для вас очень сложным…
— Да, но закалка помогла мне пережить смерть сына. Для моей жены это было гораздо труднее.

— По ходу 2008 года СМИ дружно писали о ваших сексуальных пристрастиях, но, похоже, вы никогда не сердились на них?
— Нет, я был очень рассержен только на английскую газету, которая первой опубликовала это. Частная жизнь должна оставаться частной — не важно, о ком идёт речь. Исключение было бы только в том случае, если бы я нарушил закон.

— Вы уже знаете, кто заманил вас в ловушку?
— Сейчас у меня есть только предположения, но я выясню это.

— Возможно, вы напишете об этом в своих мемуарах? Это могло бы поднять продажи.
— Неплохая идея.

— Вам иногда не становится грустно от того, что скоро "Шоу Макса и Берни" закончится? Вы определяли будущее спорта последние три декады…
— Нет, будет новое шоу…

— Полностью без вашего влияния?
— Я не собираюсь ничего предлагать. Если меня спросят, я выскажу своё мнение. Я останусь членом сената FIA.

— Однако это уже даёт повод предполагать, что вы будете скрытно руководить…
— Это нонсенс! Жан Тодт – не тот человек, которым можно манипулировать. Когда он был в "Феррари", то управлял так, как хотел сам, невзирая на пожелания своего руководителя Луки ди Монтеземоло.

— Вы заранее предсказываете результаты выборов президента. Не только Ари Ватанен считает, что такая открытая поддержка не слишком честна.
— Я могу высказывать собственное мнение. Иначе мне будут бесконечно звонить с просьбой оценить качества кандидатов.

— Что волнует вас в Ватанене? Он хочет сделать работу FIA более прозрачной и открытой…
— У меня в целом нет ничего против Ватанена. Единственное, в чём он в корне расходится со мной, это вопросы экологии. Он не верит в глобальное потепление. Может ли он квалифицированно работать? У него нет опыта управления большой организацией вроде FIA. Ему придётся сперва что-то изучить о процессе управления. Если он докажет,
Я настроен скептически. Мой опыт говорит мне, что если есть три команды, которые имеют в распоряжении намного больше денег, чем остальные, то вряд ли они действительно хотят подписываться под низкую планку бюджета.
что освоил профессию, то он может стать президентом через четыре или восемь лет.

— Однако достаточно ли нейтрален Жан Тодт, памятуя о его работе в "Феррари"?
— Именно в силу исторических связей с "Феррари" он будет руководить так, что никто не сможет его ни в чём заподозрить.

— Как вы можете оценить ваши нынешние отношения с Лукой ди Монтезмоло, представляющим FOTA? Вы смеялись над его стремлением к внешнему лоску, он называл вас диктатором…
— Вскоре после этого мы созвонились. Он извинился за свои слова и сказал, что у нас теперь счёт 1:1. Мы посмеялись, и вопрос был снят с повестки дня.

— Вы спорили насчёт того, сумеет ли FOTA сократить расходы. Достигнуто ли перед вашим уходом окончательное соглашение о способах экономии?
— Между FIA и командами есть соглашение о том, что уровень расходов должен снизиться до того, что был в начале 90-х годов. Если это будет не так, то FIA серьёзно вмешается. К концу 2011 года бюджет команд не должен превышать 60-70 миллионов евро, не считая зарплат пилотов и затрат на маркетинг.

— Будет ли действительно нужно вмешательство FIA?
— Мистер Монтеземоло представляет FOTA во Всемирном совете FIA и выступает как советник по вопросам лимитирования бюджета, но я настроен скептически. Мой опыт говорит мне, что если есть три команды, которые имеют в распоряжении намного больше денег, чем остальные, то вряд ли они действительно хотят подписываться под низкую планку бюджета. Ведь у них не два конкурента, а 10.

— Ходят слухи, что "Тойота" уходит, а "Рено" выставлено на продажу. Вдобавок у новых частных команд есть проблемы. Как много команд выйдет на старт сезона-2010?
— У нас ещё нет полной ясности из-за неразрешённости вопроса с уровнем бюджетов. Но у меня есть информация, что на старт выйдут 22 машины.

— И кто же это будет?
— Этот вопрос ещё открыт.

— Может ли Флавио Бриаторе купить "Рено"?
— Нет.

— Бывший тим-менеджер был признан одним из организаторов умышленной аварии в Сингапуре-2008. Ваш давний компаньон Берни Экклстоун считает, что пожизненная дисквалификация является слишком суровым наказанием.
— "Рено" смогло доказать, что ничего не знало о сговоре. В нём участвовали только Бриаторе, Пэт Симондс и Нельсиньо Пике.

— Вы не наказали "Рено" слишком серьёзно, чтобы Формула-1 не потеряла вслед за "Хондой" и БМВ третьего автопроизводителя за один год?
— Это нонсенс. "Макларен" украл собственность "Феррари", которая стоила даже больше 100 миллионов долларов. Пока "Макларен" не принёс публичных извинений, FIA потратила много времени и денег, чтобы узнать правду. В "Рено", напротив, ничего не отрицали и сразу начали внутреннее расследование. FIA сразу же была извещена о том, что случилось.

— Какие дела ждут вашего преемника по части работы в Формуле-1?
— Формула-1 остаётся конфликтным местом. Идея о том, что тут всё будет мирно, наивна. Это как английский футбол. Если вы играете в него в парке с друзьями, то вам не нужен судья. Но если это матч Премьер-Лиги, то без судьи не обойтись. Уже нет никакой дружбы, всё очень-очень серьёзно.

— Что это значит на практике?
— Компания Берни Экклстоуна постоянно воюет с командами насчёт сумм за участие и телевизионные права, команды борются между собой по вопросам технического регламента.
В настоящее время число погибших на автодорогах является недопустимо высоким, тем более что мы знаем, как его сократить. Каждый год на дорогах по всему миру погибает 1,3 млн человек.
Такова сама атмосфера – явно эгоцентрическая, к тому же тут крутятся большие деньги. FIA должна обеспечивать баланс и оставаться нейтральной силой. Эта неблагодарная задача сродни подвигу Геракла.

— FIA готова к этому?
— Да. Новый президент просто должен исповедовать известные принципы.

— Какие именно?
— Снижение расходов, внимание к вопросам экологии, повышение значимости частных команд, что дополнительно мотивирует заводские конюшни и в то же время не позволяет Ф-1 зависеть от них. Это важно, и поэтому в следующем году у нас будут три-четыре новые команды.
Источник: Die Welt
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
5 декабря 2016, понедельник
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →