Айболиты Формулы-1
Фото: Reuters
Текст: Елена Климанова

Айболиты Формулы-1

В отличие от пилотов и боссов команд, они нечасто становятся объектом внимания прессы, и это хороший знак – значит с гонщиками всё в порядке. Речь в этой статье пойдёт о докторах.
23 марта 2011, среда. 15:00. Авто
И в обычной жизни мы вспоминаем о них, только если зубы болят или грипп одолевает. Тогда хочешь не хочешь, а приходится обращаться к врачу. Не знаю, боятся ли пилоты Формулы-1 стоматологов, но появление на трассе медицинской команды всегда воспринимается с опаской: вдруг произошло что-то действительно серьёзное.

В течение многих лет главным Айболитом Королевских гонок был достопочтимый сэр Сид Уоткинс. Хотя оказался Уоткинс в Формуле-1, можно сказать, случайно, и в молодые годы ни о каком автоспорте не помышлял. До 25 лет он работал в мастерской своего отца по ремонту автомобилей и велосипедов, параллельно изучая влияние тепла на мыслительную деятельность человека в Ливерпульском университете. После окончания университета новоиспечённому доктору медицины пришлось откликнуться на зов родной Великобритании и отправиться, ни много ни мало, в далёкую Африку для несения военной службы в Королевском армейском медицинском корпусе.
На Гран-при Италии-1978 пилот команды "Лотус" Ронни Петерсон попал в тяжёлую аварию на старте гонки. Но итальянская полиция не дала прибывшему на место происшествия Уоткинсу оказать первую помощь пострадавшему, а машина "скорой помощи" появилась лишь через 18 минут!
Именно там и довелось тогда ещё молодому неопытному нейрохирургу впервые попробовать свои силы за рулём гоночного автомобиля Ford Zephyr Zodiac. Но выиграть западно-африканское ралли Уоткинсу, увы, не удалось – он сошёл после первого же круга.

Принимал ли будущий главный эскулап Формулы-1 участие в каких-либо ещё гонках в качестве боевого пилота, история умалчивает. Но зато известно, что после своего возвращения на Туманный Альбион мистер Уоткинс несколько лет занимался медобслуживанием картингистов в свободное от основной работы в больнице Радклифф время. Не оставил своего увлечения автоспортом Уоткинс, и перебравшись в Соединённые Штаты. Однако карьера профессора нейрохирургии в Нью-Йоркском университете не задалась, и вскоре он вновь был вынужден вернуться на родину, где работал себе спокойно в лондонском госпитале — до тех пор пока его не пригласили в медицинскую группу при автоспортивной ассоциации Великобритании (RAC).

После знакомства с исполнительным директором федерации конструкторов Формулы-1 (FOCA) Берни Экклстоуном в 1978 году размеренная жизнь обычного главврача престижнейшей лондонской больницы для Уоткинса закончилась раз и навсегда. Сначала Берни предложил ему официальный пост гоночного врача Формулы-1, а затем попросил заняться вопросами безопасности Королевских гонок.

Надо сказать, что в те времена не только сами пилоты легкомысленно относились к безопасности собственной жизни, но и многие владельцы автодромов отличались удивительной безалаберностью. Так, на Гран-при Италии — 1978 пилот команды "Лотус" Ронни Петерсон попал в тяжёлую аварию на старте гонки – но итальянская полиция не дала прибывшему на место происшествия Уоткинсу оказать первую помощь пострадавшему, а машина "скорой помощи" появилась лишь через 18 минут! Ронни был доставлен в госпиталь, однако врачи не смогли остановить начавшуюся жировую эмболию, и на следующий день гонщик скончался.

Потребовалось ещё несколько лет и пара серьёзных аварий, чтобы все наконец-то уяснили: безопасность пилотов – дело не только самих пилотов, но и Международной автомобильной федерации. Президентом вновь учреждённой медицинской комиссии Формулы-1 был избран Сид Уоткинс. За долгие годы своей деятельности в этом качестве Уоткинсу удалось спасти не одного гонщика: своей жизнью ему обязаны ныне здравствующие Мика Хаккинен, Рубенс Баррикелло и многие другие.
После выхода Уоткинса на пенсию в 2005 году вопросами медицины в Ф-1 занимается Гэри Хартстейн — профессор анестезиологии и чрезвычайной медицины, бывший помощником Уоткинса с 1997 года.

Но одну особенно тяжёлую для него лично потерю профессору всё же предотвратить не удалось. Речь идёт, конечно, о трагической гибели Айртона Сенны, который был для Сида не просто подопечным, но и другом. Накануне злосчастной гонки в Сан-Марино Уоткинс просил Айртона не выходить на старт, но Сенна ответил отказом. После смерти великого бразильца Уоткинс даже собирался покинуть свой пост, но руководство Формулы-1 уговорило Сида остаться.

После выхода Уоткинса на пенсию в 2005 году вопросами медицины в Ф-1 занимается Гэри Хартстейн — профессор анестезиологии и чрезвычайной медицины, бывший помощником Уоткинса с 1997 года. Но совсем покинуть столь любимый им автоспорт Уоткинс не смог и оставил-таки за собой пост президента Института автоспортивной безопасности FIA, где и продолжает продвигать свои идеи совершенствования безопасности.

Разумеется, понятно, что главврач Королевских гонок – не единственный человек, занимающийся здоровьем гонщиков. У каждой команды имеется командный врач. Мало того, у большинства пилотов есть свои личные лечащие врачи, с которыми они советуются по беспокоящим их вопросам. Например, Михаэль Шумахер сотрудничает с Йоханнесом Пайлем – главой спортивной клиники в Бад-Наухайме. Именно господин Пайль занимался травмой шейных позвонков семикратного, которую тот получил в результате падения с мотоцикла в феврале 2009-го.

Но не все доктора одинаково полезны. Бывший главный врач команды "Феррари" Бениньо Бартолетти прославился своими скандальными заявлениями о допинге, применяемом пилотами Ф-1, а не подвигами непосредственно на медицинском поприще. В качестве стимулятора, по словам Бартолетти, практически треть гонщиков использует кокаин, чтобы вызвать у себя ощущение непобедимости и неуязвимости. Откуда столь точные сведения у человека, проработавшего в должности главврача "Скудерии" всего три года (с 1989 по 1992 год), не совсем понятно, но смелость заявлений о наркотиках в самом высокотехнологичном виде спорта поражает.
Бывший главный врач "Феррари" Бениньо Бартолетти утверждал, что практически треть гонщиков в качестве стимулятора использует кокаин, чтобы вызвать у себя ощущение непобедимости и неуязвимости.

Действительно, а сдают ли гонщики пробу на допинг? Как оказалось, сдают, но лишь время от времени, во время плановых проверок Международной автомобильной федерации. И не всегда результат оказывается отрицательным. Например, в 1995 году пилот команды "Джордан" Рубенс Баррикелло оказался в центре допингового скандала из-за обнаруженного в его крови эфедрина. Согласно заключению, сделанному Сидом Уоткинсом, найденное вещество входило в состав средства, которым Рубиньо лечился от кашля, и никакого влияния на способности гонщика оно не оказывало.

С тех пор никаких других заявлений о допинге в Ф-1 слышно не было. Да ведь и правда, страшно представить себе, на что способны пилоты под воздействием стимулирующих препаратов, если инженерам во время гонки и так приходится по внутрикомандному радио успокаивать их и умолять не горячиться!

Но, несмотря на то что докторам в Формуле-1 приходится так же несладко, как и всем остальным, и ответственность на них лежит большая, всё-таки хотелось бы пожелать им остаться без работы. Будьте здоровы!
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 1
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
1 декабря 2016, четверг
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →