"Я мог бы, по крайней мере, попасть на подиум"
Фото: Fotobank.ru/Getty Images
Текст: Евгений Кустов

"Я мог бы, по крайней мере, попасть на подиум"

В колонке на сайте Auto Motor und Sport Михаэль Шумахер поделился воспоминаниями о своём дебютном этапе в Формуле-1 — Гран-при Бельгии 1991 года. С момента дебюта прошло уже 20 лет…
24 августа 2011, среда. 01:20. Авто
"Я не помню точно, как я узнал, что мне гарантирован дебют в Формуле-1. Вероятно, это мой менеджер Вилли Вебер сказал мне в воскресенье за неделю до гонки. Помню, что уже в понедельник была примерка сиденья. Мы в любом случае хотели ехать в Англию, потому что изначально планировали поговорить с командами Ф-1 насчёт сезона-1992. Если я не путаю, то обсуждался вариант с "Эрроузом". Когда я услышал, что могу оказаться в Ф-1 уже неделю спустя, это было чем-то вроде рождественского подарка.

Я не помню, что использовал комбинезон Джона Уотсона на тестах в Сильверстоуне, но вот при примерке сиденья на мне был мой комбинезон "Мерседеса". А на этапе я был в комбинезоне моего напарника де Чезариса. В тот момент меня никто не знал, никому не был известен мой вес. За три дня было невозможно сделать собственный комбинезон.

Бедный Вилли был несколько обескуражен, когда увидел комнаты в хостеле. Он всегда жил в хороших отелях.
Гашо был в тюрьме, парни из "Джордана" не могли правильно написать мою фамилию… Но я был сосредоточен только на гонках, я уже мыслями был в Спа. Во всё остальное Вилли меня не посвящал. Когда я первый раз сел за руль, то подумал, что никогда не справлюсь с этой машиной. Могу сказать, что опыт управления машиной Формулы-3000 за несколько недель до этого в Японии пригодился мне больше, чем выступления в Группе C. Прототипы имели скорость, сопоставимую с Ф-1, но были очень неповоротливыми.

Затем я почувствовал себя неожиданно комфортно. Всё было настолько легко, что через несколько кругов они даже попросили меня быть чуть спокойнее. Им ещё нужно было сохранить эту машину для уик-энда, а я чувствовал, что ещё не на пределе. Я не знал результатов, на которые мог бы ориентироваться в Сильверстоуне, а команда не сообщила мне их. Так что я не знал, насколько быстр я действительно был. Кто-то объявил, что я был быстр, как никто другой ранее, но никто не сказал мне, насколько.

Я не преувеличивал значения этого факта: кто знает, в каких условиях был установлен предыдущий рекорд? Возможно, пилоты ездили тут в январе или феврале. Единственным реальным стандартом для сравнения был Мика Хаккинен. Он был немного медленнее. Я никогда не получал от команды данных для сравнения. Напротив, они держали меня в неведении — вероятно, намеренно. У Эдди в тот момент ещё не было контракта и денег. В один момент он вновь пригрозил — нет контракта, нет гонки.
Гран-при Бельгии-1991

Гран-при Бельгии-1991

Я должен прояснить историю, согласно которой я сказал команде, что уже выступал в Спа. Эдди при первой же встрече спросил Вилли, был ли у меня опыт выступлений там. И Вилли сказал, что был, потому как он не мог представить, что я там не бывал. Он просто исходил из того, что Спа был в календаре чемпионата прототипов. Но я пропустил тот этап, так как выступал в Формуле-3.

В тот момент обязанности внутри "Мерседеса" распределялись между Френтценом, Вендлингером и мною в зависимости от наших обязательств в "формулах". Только по ходу уик-энда выяснилось, что Спа — это новая для меня трасса. Я изучил её на велосипеде и пройдя пешком. Ощущения не были плохими, потому как я уже привык по прототипам и Формуле-3, что мне нужно быстро адаптироваться к новым трассам.

История о том, что мы жили в молодёжном хостеле, известна. До сих пор помню, как я был удивлён, ведь я думал: "Теперь мы в Формуле-1, это королевский класс". Нет, с "Мерседесом" мы не жили в люксовых номерах — тогда там тоже следили за деньгами. Всё организовывал "Заубер". Бедный Вилли был несколько обескуражен, когда увидел комнаты в хостеле. Он всегда жил в хороших отелях. Меня это особенно не трогало — за исключением того, что было холодно, а отопление в комнате не работало.

Я всё ещё помню инцидент с Аленом Простом во время заездов. Он испортил мой круг в квалификации. Я был переполнен эмоциями и махнул рукой в его сторону. Я не мог понять ситуации, когда один не оставляет своему коллеге места на быстром круге. По ходу уик-энда произошло столько вещей, которые не были напрямую связаны с моей работой. Например, история с судебными приставами в паддоке. Но Эдди сам всё уладил. А я вообще не хотел как-то вовлекаться в это.

Раз я был на момент схода быстрее напарника по команде, то можно предположить, что мог бы, по крайней мере, попасть на подиум, если не победить.
Моя гонка, к сожалению, быстро подошла к концу. На самом деле проблемы со сцеплением были ещё на уорм-апе. На брифинге я указал на то, что есть перебои. Мы активно обсуждали, стоит ли его поменять, однако в конечном счёте Эдди сказал, что сцепление стоит слишком дорого. И оно сломалось.

Уже на понижении передач перед La Source я почувствовал первые признаки того, что сцепление не работает полностью. Когда я нажал на газ, то ничего не произошло. Оставшуюся часть гонки я наблюдал с обочины трассы и видел сход де Чезариса, который шёл вторым. Мне сказали, что в радиатор его машины попал камень, но, насколько я слышал, это не совсем соответствует истине. Раз я был на момент схода быстрее напарника по команде, то можно предположить, что мог бы, по крайней мере, попасть на подиум, если не победить. Для меня это было серьёзной вещью. В тайне я, конечно, даже досадовал из-за упущенной возможности".
Источник: Auto Motor und Sport
Оцените работу журналиста
Голосов: 1
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
Как вы относитесь к решению Нико Росберга покинуть Формулу-1?
Архив →