Гэри Пэйтон
Фото: Getty Images
Текст: Юрий Усынин

Пэйтон: Стоктон, в отличие от Джордана, брал умом

О своих первых наставниках, общении с Карлом, соперничестве с Джорданом, интеллекте Стоктона и чемпионском титуле – в интервью Гэри Пэйтона.
5 ноября 2012, понедельник. 15:00. Баскетбол
"АЗЫ ИГРЫ В ЗАЩИТЕ ПОСТИГАЛ У РАЛЬФА МИЛЛЕРА"

– Гэри, вы признаны широким кругом специалистов одним из лучших защитников в истории НБА, ведь вы занимаете третье место в истории по количеству перехватов и единственный разыгрывающий когда-либо побеждавший в номинации "лучший оборонительный игрок года". Откуда вы черпали свою энергию для достижения таких высот?
– Мои оборонительные способности раскрылись на раннем этапе карьеры. Когда я учился в колледже, играл у легендарного Ральфа Миллера в штате Орегон – он строил свои схемы на защитных аспектах. В первый день по прибытии в университетский городок, он сказал: "Послушай, если ты будешь обращать пристальное внимание на то, как действуешь на своей половине паркета, то сможешь стать одним из величайших защитников в истории". Так что я погрузился с головой в тренировки и совершенствовал своё мастерство день за днём. Потом, когда был задрафтован "Сиэтлом", вывел свою игру в обороне на новый уровень.

Понимаете, в мою эпоху было неприемлемо, чтобы твой оппонент беспрепятственно проникал к кольцу и набирал по 35 очков за вечер. Таким образом, даже много забивая, вы не сможете помочь команде победить, ведь провалы в обороне будут нивелировать достижения в нападении. Я получал огромное удовольствие, перехватывая мяч и набирая благодаря этому лёгкие очки или помогая партнёрам. Этим я заслуживал уважение. Люди стали говорить: "Никто не сможет пройти Гэри Пэйтона". Полагаю, что это гораздо приятнее, когда вам говорят, что вы не сможете нейтрализовать кого то, а потом вы выходите и останавливаете этого парня.

– Что для вас было важнее: уважение, удовлетворение, самореализация?
– Честно говоря, наиболее ценно уважение. А оно неизбежно появится, если вы можете удержать Майкла Джордана, нейтрализовать Кевина Дюранта, закрыть Коби Брайанта. Пусть вы не выключите их из игры полностью, но удержите в районе 17-18 очков, это, возможно, будет ключом к успеху и позволит склонить чашу весов в пользу вашей команды.

– Как вам удавалось совершенствовать оборонительные навыки? Возможно ли через просмотр видео материалов улучшить работу ног и рук, стать сильнее?
– На самом деле ключевой фактор мышление. Если у вас хорошие руки или ноги, вы понимаете, что, пользуясь ими с умом, можете быть очень хороши. Так что я думаю, когда люди играют в обороне, они должны быть сосредоточены все 48 минут, ну или 53, если случился овертайм (улыбается). Многие дети сейчас не понимают этого. Они говорят: "Хорошо, я буду внимательно защищаться пять-шесть минут". И тогда, если у них не идёт игра в атаке, они упрямо бегут только в нападение, стараясь набрать как можно больше очков, и не понимают, что если будут пахать в обороне, смогут совершать перехваты и набирать лёгкие очки в быстрых отрывах. Надо понимать, что нападение и защита взаимозависимы и дополняют друг друга. Увы, это порой дано не всем.

"ИГРАТЬ СПИНОЙ К КОЛЬЦУ МЕНЯ НАУЧИЛ ТИМ ГУРГЕВИЧ"

– Вы упомянули Майкла Джордана, против которого лихо защищались в финале плей-офф 1996-го. О чём думали, когда тренер поставил задачу сдерживать Майкла, поставив вас в сложнейшее положение в надежде выиграть чемпионат?
– Честно говоря, я бы хотел вцепиться в Майкла с самого начала серии. В действительности же я начал играть против него в защите только во встрече № 4. Я играл через боль в первых играх в связи с травмой икроножной мышцы. Когда мы стали проигрывать в серии 0-3 и отступать дальше было некуда, я сказал Джорджу Карлу: "Брось меня на амбразуру, поставь против Майкла. Нам нечего терять, мы в одном поражении от вылета, это финал". И я начал играть против него. Мне удалось сдержать его на отметке 25 очков, в течение следующих двух он набрал по 22 очка. Жалею, что не играл против него с самого начала серии, тогда у нас был бы шанс. К сожалению, Майкл был просто великолепен в той серии.

– Вы отлично играли спиной к кольцу, откуда у вас такие способности, совершенно не свойственные игрокам вашего амплуа?
– Тим Гургевич привнёс этот элемент в мою игру. Когда в команду пришёл Карл, он привёл с собой Тима, который тем летом не покладая рук работал со мной. Он увидел во мне особенные таланты и стал прививать мне это умение. Я и сам обратил внимание, что мои габариты позволяли продавливать большинство оппонентов, и я стал всё чаще пользоваться этим приёмом. Это действительно мне очень помогло разнообразить и усилить собственную игру. Так же стал практиковать броски с отклонением с разных дистанций, начал больше задействовать левую руку. Мой рост 193 см, естественно, я имел преимущество над большинством защитников, именно поэтому я всегда говорил, что не боюсь бросать с сопротивлением, через соперников. Шли годы и, в конце концов, против меня стали защищаться вторые, а то и третьи номера команд. Тогда я просто стал действовать резче, быстрее и они перестали поспевать за мной.

– Вы когда-нибудь в своей карьере боялись выходить на паркет против какого-либо игрока?
– Никогда. И повторю это ещё раз: ни-ко-гда.

"НИКОГДА НЕ ДРОЖАЛ ПЕРЕД ДЖОРДАНОМ, ИБО ЗНАЛ, ЧТО ОН НЕ СПОСОБЕН ПРОТИВ МЕНЯ ЗАЩИЩАТЬСЯ"

– На ваш взгляд, в НБА игроки стараются запугивать оппонентов?
– Полагаю, что да. Многие этим занимаются. Например, перед Джорданом многие дрожали как осиновый лист. Но он не мог запугать меня, потому что это меня совершенно не волновало. Я мыслил иначе: "Ты будешь играть в баскетбол, как никто другой". Я полагал, что имею достаточно мастерства, что бы остановить его. Знаете, когда вы уверенно идёте по выбранному пути, у вас всё получится. И я знал, что Майкл не будет защищаться против меня, потому что я был гораздо быстрее, являлся неуловимым для него. Я мог оторваться от него в два счёта.

– Что вы думаете о лучших представителях НБА сегодняшних дней? Можно ли их поставить в один ряд с лучшими игроками вашей эпохи?
– Вы знаете, это совсем разные периоды. Я вам так скажу: я отношу Коби Брайанта к старой эре, так как он пришёл в лигу в 1996 году, и он прошёл через все круги ада моей эпохи. Многие не знают, что он отдавал всего себя в каждом аспекте игры. Он не мог забить, плохо бросал, но он делал выводы из своих ошибок. Он многому научился от ветеранов, таких как Джордан. Вот причины, по которым Мамба вырос в столь прекрасного игрока. Ему было сложно, но он следовал советам ветеранов, чтобы обрести себя.

А если вы взглянете на сегодняшние команды, то не увидите этого. Игрока в 22 года можно считать ветераном, он уже суперзвезда. Он думает: "Если мне 19, а вам, к примеру, 20, то с чего вдруг я буду уважать вас?" С таким подходом ничему не научиться у других. Когда я пришёл в НБА, были такие парни, как Ксавьер Макдениэл, которые уже провели в лиге 8-9 сезонов. Они объясняли мне как надо играть. Меня тренировал Нэйт Макмиллан, который руководил клубом на протяжении семи сезонов, у него я также многому научился. Поэтому, когда я что-то делал не так, меня сажали на скамейке запасных. Ныне, если у звезды не идёт игра, её оставляют на площадке, потому что номер на драфте имеет куда больший вес. Современные тренеры совершенно не понимают, что это в корне неправильный подход.

"КОГДА КАРЛ ОТПРАВИЛ НАС С КЕМПОМ В СОЛТ-ЛЕЙК-СИТИ НА МАТЧИ ЛЕТНЕЙ ЛИГИ, ГОТОВЫ БЫЛИ ЕГО УБИТЬ"

– В лиге остаётся человек, которого всё ещё можно отнести к старой школе – ваш бывший наставник Джордж Карл. Поделитесь воспоминаниями от работы с ним.
– Безусловно, мне очень повезло, что я играл под руководством Джорджа. У него есть те старомодные качества, которые позволяют выигрывать. Он расскажет вам каково это общаться со всеми игроками на равных, никого не превозносить. И если вы готовы тяжело трудиться, то он будет вас поддерживать на каждом шагу этого нелёгкого пути. Я никогда не забуду как он, приехав в 1992 году в Сиэтл, сразу поставил меня на место. Он сказал мне в первый же день, что если не улучшу свою игру, то обменяет меня. Но это было адресовано не только мне, Шон Кемп услышал тоже самое. Карл просто сказал: "Я прекрасно знаю, что команда выбрала вас под высокими номерами на драфте, но вы ничего не сделали за два года прибывания здесь, так почему я должен держать вас в команде?".

– Это тогда он отправил вас в Летнюю лигу?
– Именно. Причём не только отправил в Солт-Лейк-Сити, но и заставил играть, чтобы вразумить нас. Мы готовы были убить его за это. На протяжении полутора месяцев нам приходилось ежедневно работать, потому что тренер приказал нам это делать. И знаете, к чему это привело? Мы с Шоном выбрали на "Матч всех звёзд" в том сезоне. Иными словами, Джордж Карл заставит впитывать вас все знания как губка, чтобы максимально раскрыть потенциал каждого. Именно это делает его таким великим.

– Вы также выиграли две золотые медали Олимпийских игр в 1996 и 2000 годах. Что для вас значил тот опыт?
– Находиться в составе олимпийской команды было удивительно. В первый раз, в 1996-м, я играл с Чарльзом Баркли, Скотти Пиппеном, Дэвидом Робинсоном, Хакимом Оладжьювоном. Это было незабываемое время. Мы были сильнее, чем любая европейская команда в то время. Во второй раз, в 2000-м, я играл с молодыми парнями. В том составе я был ветераном, однако это тоже было здорово. Тогда не было ощущения, что твоя голова лежит на плахе, и ты просто обязан повесить золотую медаль на шею.

"КАРЛ ЗАСТАВЛЯЛ СИДЕТЬ В ДЖАКУЗИ СО ЛЬДОМ, А НЕ ТРЕНИРОВАТЬСЯ ДО ПОСИНЕНИЯ"

– Вы играли в НБА на протяжении 17 лет, но пропустили только лишь около 20 игр.
– И на самом деле большинство из тех игр пришлись на конец моей карьеры в "Майами". Тогда я пропустил 9 игр в течение двух сезонов. Таким образом, за всю свою карьеру я пропустил только 12 игр. Кстати, в пяти из них я не принял участия из-за дисквалификаций, участвуя в драках и тому подобных переделках. Так что, говоря иными словами, я пропустил только две-три игры из-за травм.

– Но как вам удалось быть таким неуязвимым?
– Определённо, я очень грамотно распределял свои силы. Когда я только начинал играть, то на протяжении двух-трёх сезонов в среднем проводил на паркете по 46 минут за вечер. Поэтому я не так часто тренировался до посинения. Карл говорил мне идти в джакузи со льдом и сидеть там до тех пор, пока не будет происходить что-то действительно серьёзное на площадке. По этой причине я тренировался примерно по часу, после чего Джордж гнал меня метлой с занятия, что бы я успел восстановиться. Я проводил восстановительные процедуры и массаж, и вновь был готов играть по 46 минут за матч, потому что у меня имелись силы на это. Я делал эту рутинную работу в течение длительного периода времени. На самом деле, это даже смешно. Я говорил об этом Аллену Айверсону, он пошёл и попробовал сделать то же самое, но, в конечном счёте, всё перепутал.

– Вы обожали заниматься злословить на площадке. Делали это, что бы сбить с толку и разозлить оппонента?
– Прежде всего старался завести себя. Если у меня был плохой день, но предстояла игра, единственным способом сосредоточиться на ней были провокационные разговоры.
Тренеры говорили игроками, что бы они ни в коем случае не отвечали, дабы не дать мне почувствовать себя в своей тарелке. Но по какой-то причине они почти никогда не слушали этих советов. Как бы это странно не звучало, но после подобной пустой болтовни я входил в раж. И тогда я начал говорить на площадке со всеми, даже с судьями, заставляя их таким образом что-либо отвечать мне. Если я получал технический, это заводило меня ещё сильнее, потому что после хотелось продемонстрировать судье, как сильно он не прав.

"ЧЕМПИОНСКИЙ ТИТУЛ НЕ ДОЛЖЕН ЗАСЛОНЯТЬ ВСЁ ТО, ЧЕГО Я ДОСТИГ ДО ЭТОГО"

– Вы стали чемпионом лишь в 2006-м с "Майами". Многие тогда говорили, что это было большим облегчением, ведь вы, наконец, добились заветной цели. А что лично для вас значит та победа?
– Вы не поверите, но тот триумф не так много значит для меня, поскольку я чувствовал, что уже всем всё доказал своей игрой на протяжении всей карьеры. Но вы послушайте, сколько хвалебных слов произносят в адрес Чарльза Баркли, Карла Мэлоуна и Джона Стоктона. Все согласны с тем, что это ребята являются одними из величайших игроков, когда-либо ступавших на паркет, но ни один из них не становился чемпионом. Поэтому я никогда не ставил себе главной целью выигрыш перстня. Мне бы не хотелось, чтобы люди помнили, в первую очередь, именно эту победу, она не должна заслонять всё, чего я достиг до этого. Люди, разбирающиеся в баскетболе, поймут, каким игроком вы были независимо от того, испытывали вы вкус победы в чемпионате или нет.

– В чём разница между тем "Майами" и "Лейкерс" образца 2004 года, уступившего в финале "Детройту" 1-4?
– На самом деле, люди не понимают всей сложности ситуации 2004-го. Во-первых, если бы Карл Мэлоун не был бы травмирован, мы бы взяли верх. Во-вторых, Шакил О’Нил конфликтовал с владельцами команды. И, в-третьих, Коби Брайант переживал из-за обвинений в изнасиловании. Он был молодым игроком, который думал, что его могут упечь в тюрьму на всю оставшуюся жизнь. Он не думал о баскетболе в тот момент, и я не могу винить его за это. Слукавлю, если скажу, что вёл бы себя по-другому, никто из нас ранее не сталкивался с подобной ситуацией. Он продолжал играть, но думал далеко не о том, как победить. Все СМИ только и твердили, что он проиграет дело. А потом от него ушла жена. Он должен был разобраться со всеми навалившимися проблемами. Таким образом, надо понять, что его мысли были далеки от игры, разумеется, для нас это было огромной проблемой. Вспомните наш перформанс, когда мы играли все вместе, и начали чемпионат с результатом 19-2. Карл в среднем набирал 19 очков, я – 20, Коби – 17, Шак – 18. А потом, когда Карл травмировался, все пошло наперекосяк, однако на запасе прочности нам удалось добраться до финала.

"С НЕТРЕПЕНИЕМ ЖДУ ТОГО ДНЯ, КОГДА БОЛЬШОЙ БАСКЕТБОЛ ВЕРНЁТСЯ В СИЭТЛ"

– Против кого из игроков вам приходилось сложнее всего обороняться?
– Здесь не может быть двух мнений, однозначно Джон Стоктон.

– С ним приходилось сложнее, даже чем с Его Воздушеством?
– На сегодняшний день я скажу: "Да". Майкл играл, основываясь на своем атлетизме. Джон Стоктон не был таким же атлетом, как Джордан. Он использовал голову, побеждал при помощи интеллекта, принимал решения с точностью швейцарских часов. Он не мог создать возможности для броска себе, но был гораздо умнее всех других игроков. Никто в НБА не мог противостоять пик-н-роллам Стоктона и Мэлоуна. Мы прекрасно знали, что за комбинация будет разыгрываться, но всё равно не могли этому ничего противопоставить.

– Лучший игрок, с которым вам посчастливилось выходить на площадку по одну сторону баррикад?
– Отвечу почти без раздумий, это Шон Кемп. Я играл в одной команде со многими сильными парнями, но именно с ним мы в своё время вместе приехали в Сиэтл и по сей день остаёмся прекрасными друзьями.

– Говоря о Сиэтле невозможно не затронуть тему активной политики города по возвращению в город команды. Как продвигается эта затея?
– О, разумеется, это было бы прекрасно. Не секрет, что мы получили разрешение на строительство новой арены, и НБА намекнуло нам, что подыскивает подходящую для переезда команду. Таким образом, определённые шаги делаются уже сейчас, и мы работаем над тем, что бы обзавестись командой уже на следующий сезон. А в 2015 году будет готова новая арена. Если всё пойдёт по плану, мы собираемся реконструировать Key Arena и проводить там игры на протяжении сезона-2014/15, в то время как будет происходить финальный этап строительства нового дома для команды.

– Планируете ли вы связать своё будущее с этой командой?
– Да, я определённо хочу окунуться с головой в это дело. Я уже просто не могу дождаться этого!
Источник: SLAM Online
Оцените работу журналиста
Голосов: 9
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда