Джей Джей Редик
Фото: Getty Images
Текст: Юрий Усынин

Редик: Кшишевски стал для меня вторым отцом

Защитник "Орландо" Джей Джей Редик рассуждает о своих наставниках, новой роли в команде, уходе Дуайта Ховарда и собственном прогрессе.
27 декабря 2012, четверг. 14:30. Баскетбол
– Джей Джей, в этом сезоне вы примерили на себя функции лидера, хотя ещё несколько лет назад выходили со скамейки без твёрдой уверенности в завтрашнем дне. Как вы шли к роли первой скрипки команды?
– В первый год-два я получил неоценимый опыт. Как мне кажется, это уже тенденция у профессиональных игроков, только придя в лигу, ваши результаты не так хороши, какими бы вы их хотели видеть. Специалисты будут указывать на недочёты, но также необходимо должным образом самостоятельно следить за собственной игрой и работать над элементами, которые пока не очень получаются. По прошествии двух первых сезонов я, можно сказать, провёл самоанализ и понял, в чём необходимо ещё прибавлять. Это был мой личный выбор. Начал работать в соответствии с намеченным планом. В конце концов труды окупились, однако я не стал останавливаться на достигнутом. По сей день стараюсь прогрессировать.

– Сложно было следовать всем советам в первое время?
– Нет, да и не обязательно прислушиваться ко всем. Думаю, главное, чтобы тебя окружали люди, которые дают действительно ценные советы. У меня изначально хороший агент, отличная супруга. Очень рад, что на моём пути повстречались такие замечательные люди, желающие мне только добра.

– Когда Леброн Джеймс выиграл награду "Спортсмен года", он назвал Jay-Z и Майка Кшишевски людьми, оказавшими на него наибольшее влияние. Джеймс мог назвать любого, но выделил именно Майка. Что же в этом тренере такого особенного?
– В любой ситуации Майк честен с вами, никогда не юлит и говорит всё как есть. Если вы будете относиться ко всем с такой же честностью и пониманием, как это делает Кшишевски, однозначно вырастете в личностном плане. У него можно многому научиться. Тренер просто поражает свой мудростью, он обладает огромным багажом знаний об игре. Уверен, многие парни, которым повезло тренироваться под его началом, вспоминают его с благодарностью даже спустя многие годы. Поэтому я совсем не удивлён, что даже такой мастер, как Леброн, многое почерпнул из работы с ним.

– Как давно вы знакомы с Майком сами?
– Наши дороги пересеклись много лет назад. Тренироваться под его началом в "Дьюке" было здорово. Наша команда была настоящей семьёй, я со многими там сдружился и поддерживаю связь до сих пор. Для меня Кшишевски стал вторым отцом. Он просто невероятный наставник, вдохновитель. Мы по-прежнему часто общаемся в течение сезона, а летом и того больше. Он мой друг на всю жизнь, это непередаваемое чувство.

– Вы больше говорите о баскетболе или повседневных делах?
– Мы о многом любим поговорить, не забывая в том числе и о баскетболе. Он смотрит массу игр, и не знаю, слышали вы об этом или нет, разбирает каждую увиденную команду по косточкам. Наблюдая за таким количеством матчей, он может подметить то, чего больше никто не видит. В том числе это касается и моей игры. Поэтому всегда внимательно слушаю его рекомендации. В этом году я делаю примерно по пять результативных передач за вечер, и Майк был, пожалуй, первым человеком,
сказавшим мне: "Парень, а ты, оказывается, хороший распасовщик". В свою очередь, я интересуюсь его делами в "Дьюке". Так что да, в основном мы говорим о баскетболе. Но и о жизни с ним поговорить очень интересно. Не проходит и дня, чтобы я не вспомнил о чём-нибудь, что узнал за четыре года в "Дьюке" благодаря Кшишевски.

– Когда он заметил ваш прогресс?
– Это произошло в последние несколько лет. К примеру, в прошлогодней серии плей-офф против "Индианы" я созванивался с ним после каждой игры. Он был твёрдо уверен, что уже тогда я хорошо задействовал в игре партнёров, раздавал отличные передачи. Однако то, каким образом меня использовали, ясно давало понять, что мне не отводилась решающая роль. В этом же сезоне я немного чаще стал получать мяч, и мы благодаря возросшему темпу игры стали лучше реализовывать возможности каждого игрока.

– Каким был ваш первый разговор с Жаком Воном?
– Очень коротким. Будучи летом в Нью-Йорке, мы просто познакомились. Наш первый полноценный диалог состоялся в тренировочном лагере. Он объяснил, какую роль в команде он мне отводит, что хотел бы видеть меня более агрессивным. Чтобы, выходя со скамейки, я придавал игре дополнительный импульс. Понимаю, чего от меня ждут руководство и болельщики, поэтому стараюсь соответствовать ожиданиям. Причём это касается не только действий на паркете, но и поведения вне арены.

– Что вы чувствовали, когда после пяти лет под руководством Стэна ван Ганди начинали этот сезон с новым тренером и массой новых партнёров?
– На первых порах были довольно странные ощущения. Когда приехал готовиться к сезону в сентябре, то чувствовал себя так, как будто меня обменяли. Продолжал играть в родном городе, но вокруг было много незнакомых лиц. В этот период происходила своего рода притирка друг к другу, завоёвывалось доверие партнеров. В нашем коллективе данный сложный отрезок прошёл довольно быстро. Полагаю, что это произошло благодаря тренерскому штабу и их усилиям, направленным на то, чтобы все чувствовали себя комфортно.

– Джош Макробертс как-то раз сказал, что Жак выделяется своей особенностью доверять игрокам в принятии решений во время поединков. Вы согласны с этим?
– Жак, безусловно, предоставляет игрокам свободу. И не только свободу действовать на паркете по своему усмотрению, но и в совершении ошибок. То есть вы не должны бояться набить шишек, пробуя что-то новое. Он уверен, игрок должен иметь возможность свободно творить. И я думаю, такой подход даёт реальные возможности для роста, так как вы не загнаны ни в какие рамки. Благодаря такому отношению можно попробовать внести новые элементы в свою игру, на что вы не решились бы у более консервативного тренера. И если порой действуете неправильно, наставник сразу же укажет на это. Честно говоря, думаю, нашим молодым игрокам это, безусловно, пойдёт на пользу. Таким образом, по прошествии некоторого времени они научатся понимать игру, что и зачем они делают на площадке. Это обнадёживает. Но самое главное, несмотря на предоставляемую свободу, Жак всё держит под контролем. Работать под его руководством одно удовольствие.

– Какое влияние оказал на вашу карьеру ван Ганди?
– Вы знаете, я не могу выразить словами благодарность за всё то, что он для меня сделал. Он слепил из меня профессионала. Отношусь к нему с огромным уважением независимо от критически стрел, выпускаемых в него общественностью. Большинство из них, как мне кажется, несправедливо. Он старался делать всё возможное, чтобы привести нас к победе всякий раз, как мы выходили на площадку. Поэтому для меня было большой радостью играть под его руководством. Все пять лет прошли под его чутким взором. Я действительно наслаждался каждым днём.

– Вы стали лучше играть в защите. Это тоже заслуга Стэна?
– Да, безусловно. Он помог мне вывести понимание игры в обороне на новый уровень. Теперь я чётко знаю, что должен делать в любой ситуации, будь то размен, подстраховка или просто игра один в один. Если команда работает в едином ритме, как живой организм, то всё получается гораздо проще, партнёры понимают друг друга с полуслова. Почти все знания об игре в обороне я почерпнул от Стэна. Он был готов разжёвывать мельчайшие детали, благодаря этому его наставления можно было схватывать на лету.

– Как вы добились такого прогресса в использовании заслонов?
– Проще всего сказать, что это результат многих часов, ушедших на отработку данного элемента. Но также надо быть в отличной форме, так как приходится много двигаться, чтобы создать хорошую возможность для броска. Иногда даже не надо касаться мяча, достаточно отвлечь внимание соперника, постаравшись открыться при помощи заслона, в то время как партнёр воспользуется отвлекающим манёвром и наберёт очки для вашей команды.

– Вы называли Кейона Дулинга, Пэта Гэррити и Рашарда Льюиса вашими менторами. Какой совет, полученный от них, был самый важный?
– Пожалуй, этих парней я могу назвать своими лучшими наставниками среди тех, с кем мне довелось поиграть, с точки зрения того, чему я у них научился. Кейон был невероятен в том смысле, что в независимости от того, в каком он состоянии пребывал, был готов поговорить с вами на любые жизненные темы. Его слова таили невероятную внутреннюю силу. Пэт много советовал с позиции женатого человека, как, будучи игроком НБА, совмещать работу и семью. В Рашарде меня поражал его подход к работе: ежедневная пахота ради достижения результата. Подобного отношения к делу я больше не видел.

– Ваш подход к игре изменился вместе с возросшей ролью в команде?
– Нет, ни капельки. Я всегда остаюсь верен своим принципам. Основа моего подхода состоит в том, чтобы понять, как я могу помочь своей команде одержать верх в каждом матче. Самая большая перемена, произошедшая в последнее время, это уход Дуайта. В прошлом сезоне, когда он отсутствовал, я набирал в среднем 16 очков за игру. В подобной ситуации есть возможность чаще бросать, брать игру на себя. Ни для кого не секрет, что такая тенденция прослеживается в любой команде, теряющей суперзвезду. Надеюсь, что достойно справляюсь с ролью лидера команды.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 1
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг