Рик Адельман
Фото: Getty Images
Текст: Георгий Гигинеишвили

Адельман: мне импонировало работать с Артестом

Рик Адельман – о тысячной победе, начале карьеры, Дрекслере и Робинсоне, "Портленде", "Голден Стэйт" и "Миннесоте".
9 апреля 2013, вторник. 23:30. Баскетбол
Рик Адельман приступил к тренерской деятельности в 1989 году. В самый разгар сезона он принял "Портленд", с которым впоследствии дважды добирался до главной серии года: в 1990-м и 1992-м. За 24 года, проведённые в самой престижной лиге планеты, специалист руководил пятью дружинами и сумел стать одним из наиболее уважаемых наставников в НБА. Несколько дней назад Адельман одержал свою тысячную победу в регулярных чемпионатах и стал лишь восьмым тренером в истории, преодолевшим этот рубеж.

– Рик, когда вас отчислили из Канзас-Сити, будущее выглядело туманным?
– Нет, я просто собрал вещи и вернулся домой. Казалось, у меня есть все шансы попасть в состав. Но когда вышло иначе – я не стал посыпать голову пеплом: решил, что это лишь стечение обстоятельств. Им нужны были габаритные защитники, а Нэйт Арчибальд играл по 40 минут за вечер. Я знал, что вполне могу заинтересовать парочку других коллективов. Так и вышло, некоторые предложили потренироваться с ними. Я решил для себя, по какому пути пойду. Ведь история знает не один десяток тех, кто из года в год безуспешно пытался пробиться в какую-нибудь команду. А я не был намерен присоединяться к этим бедолагам.

– То есть вы уже тогда знали, что станете тренировать?
– Так и есть, мне всегда хотелось руководить командами. Я думал, что начну в старших классах. Но к тому моменту я потерял слишком много времени. Имею в виду, что на протяжении семи лет пытался стать баскетболистом. А другие мои сверстники уже имели почти такой же опыт в тренерском ремесле. У меня даже пытались брать интервью. Но в силу неопытности получалось не очень здорово. Тогда я умел только играть.

– Это разве не компенсировало определённый недостаток опыта в других сферах баскетбольной деятельности?
– На тот момент – нет. Все школы искали работников с опытом, коим я не располагал. Мне действительно посчастливилось найти работу в Орегоне. У меня было звание мастера спорта, поэтому сотрудничеству ничего не препятствовало. В общем, это большая удача.

– Не оттуда ли вас забрали в "Портленд"?
– Нет-нет. В колледже Линфилд тренирует один замечательный человек по имени Тед Уилсон. Именно он связался со мной и сообщил о имеющейся вакансии.

– Когда вы завершили карьеру игрока, наверное, и не мечтали о тренерской карьере в НБА?
– Конечно, даже не задумывался над этим. И представить себе не мог…

– Какова была вероятность того, что тренер школьной команды когда-нибудь сумеет одержать 1000 побед в карьере в НБА?
– Крайне мала, естественно. Я хотел бы ещё раз поблагодарить Джека Рэмси, который поверил в меня и предоставил такой шанс. Он научил меня очень многому. Думал, он будет работать вечно, но через три года его уволили при очень неприятных обстоятельствах. И тогда я понял, что наше дело – в немалой степени бизнес. Моё будущее было туманным после тех событий. Но, к счастью, Майк Шулер оставил меня. Похоже, фортуна благоволила мне.

– Вы задумываетесь о том, как давно всё это было? О том, какой путь вы прошли, скольким пришлось пожертвовать вашей семье?
– Разумеется! Это было головокружительное путешествие.

– Вы играли под началом Дика Мотты?
– Да, около полутора лет.

– Вы пользуетесь его советами по сей день?
– Пожалуй, я использую определённую модификацию его схемы нападения. Не стоит забывать и о Филе Джонсоне из Канзас-Сити: их команды отличались, грубо говоря, только подбором исполнителей. Кстати, я удивлён, что Мотта еще не включён в Зал славы. Кто знает, почему так вышло…

– Вы ставили себе целью одержать 1000 побед?
– Никогда. Нет, пожалуй, однажды (смеётся). В середине нынешнего сезона, когда у нас была полоса неудач, хотелось, чтобы мы её прервали и выиграли хотя бы один поединок.

– Помните первый победный матч?
– Да, но сначала моя дружина проиграла "Сиэтлу" в овертайме. Потом в серии выездных матчей Клайд Дрекслер сломал нос и не мог играть. Не уверен, но, кажется, это случилось в Майами. Помню, подопечные говорили мне: "Будь спокоен, тренер. Мы собираемся выиграть этот поединок". Так всё и было.

– Кто-то из баскетболистов даже выражал вам поддержку, помните?
– Да, когда я попал в "Портленд", Дрекслер был новичком. Затем пришли Терри и Даксуорт. Когда я стал главным, наша дружина была просто замечательной. Да и результат мы показали весьма достойный. Но когда всё пошло не так, я пытался удержаться на плаву. Я хорошо знал всех своих ребят – они были очень молоды. В итоге мы пробились в плей-офф, но всухую уступили "Лейкерс". Тем не менее подопечные поддержали меня и высказали желание продолжить сотрудничество. Пол Аллен решил не убирать меня. Усилившись Баком Уильямсом и Клиффом Робинсоном мы неожиданно добрались до финальной серии. Опять же, без везения не обошлось.

– Это случилось на следующий год после провала в первом раунде?
– Да, ключевой оказалась фигура Уильямса. А с приобретением Робинсона мы стали по-настоящему сильны.

– Стоит ли какая-нибудь победа особняком? Или больше запоминаются поражения?
– Сложно назвать одну, но их действительно было много. Тяжело оценивать… Думаю, беспроигрышная серия из 22 матчей стоит особняком. Не так просто вспомнить каждый поединок. Пожалуй, когда мы проигрывали "Лейкерс" в гостях очков 20, но в итоге победили с двузначной разницей, – это было по-настоящему круто.

– Если бы обошлось без целой серии травм, то мы, наверное, поговорили бы о юбилейной победе гораздо раньше, не так ли?
– Верно. Я не сомневался, что у нас всё получится. Но, как видите, жизнь не всегда справедлива, она преподносит сюрпризы. Порой весьма неприятные. Необходимо просчитывать все варианты и учиться на ошибках. Мои парни определённо стали лучше, чуть наглее. Надеюсь, удастся завершить сезон на мажорной ноте. И всё же обидно вдвойне: ведь в сложившейся ситуации никто не виноват. Мы уже побеждали в апреле, так что есть надежда на рекорд (смеётся).

– Собираетесь отправить подарок Терри Портеру? Из пресловутой тысячи вы пару-другую раз побеждали и его...
– Это верно. Но и поражения от коллеги имеются. Причём примерно столько же (смеётся).

– Что для вас "Голден Стэйт"? Ведь там у вас, пожалуй, был самый непростой этап в карьере.
– Так уж заведено. В нашем бизнесе никогда не можешь быть уверенным в завтрашнем дне. За два года в Окленде я многое понял. Мы совершили пару сделок… В общем, если бы не они – мы вполне могли попасть в нокаут-раунд. Правда, мы и так вышли в плей-офф, но зато на следующий год получили ужасный состав. Было тяжело одерживать каждую победу. Помимо Лэтрелла Спрюэлла у нас не было толковых парней. Когда мы распрощались с руководством, я сделал много полезных для себя выводов. Конечно, без моих ошибок тоже не обходилось. Но я всё ещё был молодым тренером. И я бы ни в жизни не обменял Тима Хардуэя самостоятельно. Мы не были отличной командой. Но, черт возьми, располагать талантливыми игроками лучше, чем сидеть практически ни с чем.

– Вы задумывались о завершении тренерской карьеры после работы с "Уорриорз"?
– Я хотел тренировать дальше, но вполне мог перебраться в студенческий баскетбол. И когда нужно было принимать окончательное решение, меня позвали в "Сакраменто". Как видите, снова повезло. Кто бы мог подумать, что у меня там всё сложится.

– Вам было важно получить опыт работы с такими баскетболистами, как Рон Артест?
– Несомненно. Учишься управляться с разными людьми: это в любом случае полезно. Периодически я настолько охотно прислушивался к советам, что забывал делать то, что хотел сам. Мы с подопечными всегда ладили. Но, конечно, была парочка ситуаций, в которых я хотел бы повести себя иначе. Любой опыт ценен, не забывайте об этом.

– Бывали в вашей карьере баскетболисты, о которых вы говорили: "Я не могу тренировать этого парня"?
– Пожалуй, нет. Конечно, вам может не нравиться, как они играют, как думают и многие другие вещи. Но с этим нужно справиться. У тебя есть состав, и выбирать не приходится: в университете с этим проще. Работа тренера заключается в том, чтобы найти верное решение каждой из возникающих проблем.

– Вам нравилось работать с Артестом? Он ведь многих успел взбесить...
– Да, мне импонировало работать с Роном. Он весёлый, кроме того – замечательный атлет. Опять же, Артеста хотело заполучить руководство… И тогда они решили отдать парня, с которым мы были действительно близки – Пежа Стояковича. Хотя, пожалуй, сделка получилась выгодной для команды. В общем, мне пришлось принять приобретение Рона как данность. Ничего изменить я уже не мог, решение было принято.

Продолжение следует…
Источник: NBA
Оцените работу журналиста
Голосов: 3
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница