Эксклюзивное интервью с Манучаром Маркоишвили
Фото: cskabasket.com
Текст: Лев Савари

Маркоишвили: в целом я человек позитивный

Манучар Маркоишвили – о русском языке, итальянском периоде, турецких болельщиках, а также желании стать тренером по окончании карьеры.
9 октября 2014, четверг. 13:10. Баскетбол
– Не сочтите за провокацию, но вам приятно снова оказаться в стране, где говорят на русском языке?
– В смысле снова? Ах да, я же играл на Украине, за БК «Киев». Не смейтесь, этот момент не отложился в памяти, потому что тогда я не разговаривал на великом и могучем. Но сейчас, конечно приятно. Собственно, а почему должно быть иначе? Я всегда с уважением относился к культурам тех стран, в которых играл, поэтому проблем с общением на языке носителей никогда не возникало. Разве что в Турции испытывал лёгкий дискомфорт.

– Почему, на ваш взгляд, сейчас в Грузии среди молодёжи мало тех, кто знает русский язык?
– А с чего вы так решили? Я не считаю, что ситуация по сравнению с моим детством сильно изменилась – какая-то часть населения разговаривала на русском и других языках, какая-то, напротив, говорила только на грузинском. Просто сейчас появилось гораздо больше возможностей заниматься, вот и учат люди английский, французский, немецкий, итальянский и испанский. И было бы глупо этим не пользоваться.

– C грузинским у вас, как и у партнёров по национальной команде, полный порядок, тем не менее сделать качественный скачок не удаётся. Почему?
– Однозначно ответить на этот вопрос сложно. С одной стороны, мы вместе играем уже достаточно долго и понимаем друг друга с полуслова, с другой – в команде почти нет новых лиц. А отсутствие подпитки ведёт к снижению конкуренции. На мой взгляд, проблема в том, что слишком мало молодёжи увлекается баскетболом всерьёз. Кроме всего прочего у нас есть ещё пара проблем – иногда мы перестаём верить в свои силы и останавливаемся на достигнутом.

«Большая часть моей жизни связана с баскетболом и, несмотря на то что я не всегда могу уделять достаточного внимания своей семье, предпочёл бы остаться в нём в той или иной ипостаси».
– Странно слышать, что такой игрок, как вы, поигравший в пяти странах, останавливается на достигнутом. К слову, как воспринимаете частую смену дислокации?
– Спокойно. Чем дольше карьера, тем больше привыкаешь к подобному положению вещей (улыбается). Правда, сейчас стало чуть тяжелее – приходится мигрировать с семьёй, а ей нужно какое-то время на адаптацию в новой стране. К слову, в России бытовых проблем должно быть гораздо меньше ещё во многом потому, что жена у меня украинка и владеет русским. Так что все остались довольны моим выбором.

– По какому принципу вы вообще принимаете решение о смене клуба? Что для вас имеет главное значение в данном вопросе?
– Клубные амбиции, безусловно, один из определяющих факторов. При этом любому баскетболисту важно оказаться не просто в команде с именем, но и развиваться. А сидеть на скамейке и знать, что на тебя рассчитывают в крайних случаях, не лучший вариант продолжения карьеры. Лично я люблю играть для зрителей, демонстрировать им свою страсть, делать всё для победы, а не сидеть сиднем. Впрочем, к какому бы выбору ни склонялся, без разговора с семьёй ответа не дам.

– В какой стране, из тех, в которых вы жили, чувствовали себя не в своей тарелке?
– Такой вообще не было. Наверное, потому что я в целом позитивный человек и легко приспосабливаюсь к новым условиям.

– А в какой хотели бы остаться жить по завершении карьеры?
– Возможно, в Италии. Но это субъективно, так как я провёл на Апеннинах 3,5 года – больше, чем где бы то ни было. Вот и отношусь к этой стране с чуть большей теплотой.
Манучар Маркоишвили

Манучар Маркоишвили

– Почему самый длинный отрезок карьеры пришёлся на Италию?
– Спасибо Андреа Тринкьери, позвавшему меня в «Кант». Под его началом я рос и совершенствовался. Сначала заключил контракт по схеме «1+1», но после дважды его продлевал. Меня всё устраивало: играл достаточно много, партнёры были отличные, в клубе ко мне хорошо относились, дискомфорта за пределами площадки не испытывал.

– Турция, в которую вы перебрались после, показалась другим миром. Почувствовали особое отношение к баскетболу?
– Отчасти. Если говорить о болельщиках, то они достаточно часто помогали нам в важных встречах – собирали аншлаги, гнали нас вперёд, оказывали психологическое давление на соперников и судей. Но бывали случаи, когда на трибунах было шаром покати – встречи с аутсайдерами не слишком интересовали поклонников. Хотя меня всегда это удивляло, потому что на выездах их порой было больше, чем местных.

– Ни для кого не секрет, что у болельщиков стамбульских клубов не лучшие взаимоотношения. Не приходилось вам или кому-то из партнёров попадать в неприятные ситуации в связи с этим?
– Может быть, мне повезло, что я не встречал отъявленных хулиганов и сумасшедших фанатов за то время, что провёл в «Галатасарае». Нынешние партнёры не дадут соврать, на предсезонном турнире пару недель назад нам пришлось играть с «Фенербахче», так их поклонники весьма уважительно ко мне относились, просили сфотографироваться. Приятно, что многие понимают: война имеет место на паркете, где каждый хочет победить, но игра заканчивается, и жизнь возвращается в привычное русло.

«В России бытовых проблем должно быть гораздо меньше ещё во многом потому, что жена у меня украинка и владеет русским. Так что все остались довольны моим выбором».
– Пролейте свет на ситуацию с отказом «Галатасарая» выходить на решающий матч финальной серии плей-офф турецкого чемпионата против «Фенербахче».
– У клуба действительно не было другого выхода. От игроков в данном случае зависело не так много, решение принимал президент, и мы должны были уважать его мнение. Наверное, если бы он поменял его, это было бы некрасиво. Хотя, конечно же, было безумно обидно отдать решающую встречу и чемпионство без игры как таковой.

– Правда ли, что вам заплатили премиальные как за чемпионство?
– Обещать – обещали, но в итоге не выплатили (смеётся).

– Вы часто беседуете о баскетболе дома – с отцом, братом?
– Да, довольно часто. Созваниваемся после игр, обсуждаем нюансы, если они смотрели. Но никогда не дают советов, что мне нужно было делать, что – нет. Благо понимают, что им не всегда понятно, какую роль мне отвёл тренер. Ну а если не видели, то рассказываю о перипетиях, как правило.

– Если заглянуть в будущее, то хотели бы вы остаться в баскетболе после окончания игровой карьеры?
– Надеюсь, это будущее наступит не так скоро (улыбается). Большая часть моей жизни связана с баскетболом и, несмотря на то что я не всегда могу уделять достаточного внимания своей семье, предпочёл бы остаться в нём в той или иной ипостаси.

– Вам ближе роль тренера, агента или генерального менеджера?
– Пока об этом тяжело говорить. На данном этапе вижу себя в качестве наставника молодых команд. Было бы приятно вернуться в Грузию и начать ставить на путь истинный молодых ребят. Агентом быть не так просто, потому что большинство из них вынуждено лгать во благо своих клиентов и идти на сделки с совестью, а это не для меня.
Сергей Иванов и Манучар Маркоишвили

Сергей Иванов и Манучар Маркоишвили

Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 6
5 декабря 2016, понедельник
4 декабря 2016, воскресенье