Крэйг Сагер, поборовший лейкемию, вернётся в эфир
Фото: Getty Images
Текст: Александр Мороз

От «мертвеца» до человека, победившего рак

В апреле у «короля флэш-интервью» Крэйга Сагера диагностировали лейкемию. Спустя восемь месяцев он готов вернуться к любимой работе.
4 декабря 2014, четверг. 22:00. Баскетбол
«У вас есть костюм на особый день?» – простой вопрос вызвал в Крэйге Сагере прилив адреналина. До этого он ступал по дому осторожно. Как человек, которого прошлой весной назвали «живым мертвецом» и который летом служил подушкой для иголок, переливающих кровь. Теперь он бодро поднялся со стула и зашагал на второй этаж. Вернулся же, держа пошитый из льна костюм:

– Неплохо, да? – спросил Сагер.
– Да, он… интересный.
– Не могу дождаться. Чем скорее я его надену, тем лучше.

Это костюм, пошитый на заказ. Насыщенного оранжевого цвета, способного вызвать зависть у игроков сборной Голландии. Ну и конечно, куда же без белых полосок? Несомненно, наряд привлекает внимание. Позволит выделиться из толпы. Разумеется, в нём есть и соответствующие брюки, а также подходящая обувь, сделанная из кожи страуса или крокодила. В конце концов, кто запомнит все детали одежды Крэйга?

Когда же особый день настанет, он оденется медленно и осторожно. После чего он вновь пустится в круговорот насмешек, подшучиваний, шёпотов и многого другого. Того, ради чего телезрители уже несколько десятков лет не уходят от экранов во время перерывов. Ждать особого дня осталось недолго – всего-то до февраля. Именно тогда Сагер вновь вернётся к работе. Продолжительный перерыв – не прихоть журналиста. Оранжевый – цвет лейкемии. Страшного заболевания, с которым столкнулся Крэйг и которое он практически поборол, добившись полной ремиссии. Осталось лишь добиться разрешения от врачей, которое, впрочем, не заставит себя ждать.


ГЛАВНОЕ ИСПЫТАНИЕ


Сагер делал короткие интервью с тысячами спортсменов – и задал, наверное, около миллиона вопросов. Он никогда не выглядел растерянным в прямом эфире. Он никогда не опаздывал к собеседнику, находился ли он на маленькой арене или огромном стадионе. За исключением Марва Альберта, ни один телевизионный журналист не держится в мире НБА (считая только национальные каналы) так долго, как Крэйг, влившийся в холдинг Тёрнера в далёком 1981 году.

Ему платят за любопытство. Однако он не задал ни единого вопроса врачам, в апреле диагностировавшим у него лейкемию. Даже не спросил, останется ли жив. «Мне и не нужно было. Понимал, что есть проблема. Понимал, что врачи изо всех сил постараются меня спасти. Я положился на них и делал всё, о чём они просили», – объясняет Сагер.

Тогда инициативу в свои руки взяла Стэйси. Симпатичная блондинка и бывшая танцовщица группы поддержки «Чикаго». Ну а позднее – верная супруга и мать двоих детей. В тот страшный день – ещё и журналист, перенявшая несуществующий микрофон у мужа: «Я задала столько вопросов, что врачи чуть с ума не сошли. Я должна была сделать всё, что только возможно. Хотела разузнать о каждой мелочи. Это моя обязанность, ведь Крэйг – это моя жизнь».

Утром 10 апреля, ещё до работы на матче «Далласа» и «Сан-Антонио», Сагер почувствовал небывалую усталость. Что удивительно, ведь он всегда отличался крепким здоровьем. После игры он едва мог стоять на ногах – и объяснил ситуацию врачу «Маверикс». Тот в свою очередь сразу отправил Крэйга в больницу. Там ему сделали анализ на содержание гемоглобина в крови. Результат – 4,6. При том что нормой считается показатель от 13 до 16. Врачи были ошеломлены. Прежде они не видели человека, способного стоять, не говоря уже о работе, в таком состоянии. Они сказали, что новоприбывший пациент – «ходячий мертвец». Сказали, что ему повезло избежать сердечного приступа.

Дальнейшие исследования подтвердили худшие опасения. Сагер вынужден был лечь на химиотерапию. Наблюдать за тем, как матчи плей-офф проходят без его интервью. Ну и конечно, переживать мучительные встречи с семьёй. Стэйси нередко спала на диване в коридоре. Два ребёнка остались дома. Ещё трое детей от первого брака также навещали отца. «Две девочки, разумеется, эмоциональны. Они держали себя в руках в палате. Но при выходе из неё „ломались“, плакали. Я же всё это слышал – и испытывал боль. Когда меня только положили в больницу, я плакал и сам. Мне не хватало пения птиц и свежего воздуха. Но больше всего мне недоставало детей», – рассказывает Крэйг.
Эрик Споэльстра и Крэйг Сагер

Эрик Споэльстра и Крэйг Сагер

Двое младших, 9-летний Райли и 8-летний Райан, не могли понять серьёзность ситуации, а также практически не виделись с отцом из-за риска заражения вредными микробами – опасения, вызванные их ослабленной иммунной системой. Когда Райан, талантливый теннисист, участвовал в турнире, отец наблюдал за ним из окна машины, стоящей на парковке. Они не принимали гостей в доме, а также ежедневно пользовались специальным дезинфицирующим средством для рук.

Иммунная же система Крэйга, если можно так выразиться, обновилась. Он прошёл через 30 переливаний крови. Его жизненные показатели тестировали каждые четыре часа. Он круглосуточно принимал таблетки, даже ночью. В целом же он провёл в больнице 93 дня, за которые облысел и потерял 20 килограммов. Он даже не мог самостоятельно открыть бутылку с водой. После этого ему потребовалась трансплантация кроветворных клеток костного мозга. Непростая процедура, требующая тщательного отбора донора. Благо Крэйг нашёл такого быстрее, чем мог себе представить, – помог журналисту сын, Крэйг-младший.

Процедура проходила за день до ежегодного 10-километрового забега в Атланте. Того самого, в котором на протяжении 32 лет участвовал Сагер. После чего приобщил к ритуалу и детей. Теперь же старший Сагер, как вы понимаете, невольно прервал традицию. В то время как врачи запретили участвовать в забеге и его сыну. Но вы же знаете, какими бывают дети. Младший сказал отцу, что всё равно выйдет на старт. Даже без разрешения врачей. На что папа ответил: «Сынок, только не пытайся обогнать кенийцев».

В итоге младший не только участвовал в гонке, но и достал дополнительный нагрудник для отца. Таким образом, теперь у последнего есть документальное подтверждение участия в забеге и в этом году. Вскоре же после трансплантации у старшего Сагера развилась пневмония. Что повлекло больше анализов, больше визитов в больницу и больше беспокойств. Благо вскоре Крэйг излечился от несвоевременного заболевания и вновь встал на ноги. Теперь ему требовались лишь две процедуры в неделю.
Шакил О'Нил и Крэйг Сагер

Шакил О'Нил и Крэйг Сагер

ПОМОЩЬ ОТ НЕКОТОРЫХ ДРУЗЕЙ


Чарльз Баркли был одним из первых, кто посетил Сагера в больнице – и, конечно, не обошёлся без подшучиваний: «Старик, ты выглядишь ужасно. Только посмотри на себя – ты теперь лысый! А красотка Стэйси по-прежнему с тобой? Это несправедливо, она должна быть со мной». Вскоре Чарльз обворожил работников больницы – и стал любимым посетителем не только для персонала, но и самого Сагера, а также его семьи. Всё потому, что Баркли заводил обычные беседы и делал вид, что ничего не происходит. В общем, делал то, что и хотел Крэйг.

Но, конечно, Баркли пошёл дальше шуток и типичных бесед. Он постоянно названивал коллеге и приносил подарки. И его щедрость была лишь одним из примеров реакции братства НБА на случившееся. Кенни Смит, Шакил О'Нил, Эрни Джонсон, Дэвид Стерн, Адам Сильвер, бывший судья Боб Дилэйни (явившийся в дом Сагеров без предупреждения) и, конечно, масса игроков и тренеров — как бывших, так и продолжающих карьеру, выразили поддержку журналисту. «Я не мог в это поверить», – признался Крэйг.

Один человек, правда, выделялся. Речь, конечно, о Греге Поповиче – тренере «Сан-Антонио», презирающем интервью во время перерывов и вымещающем злобу на журналистах. По большей части – на Сагере: «Поп критиковал меня в эфире и вне его. Однажды он не на шутку разозлился во время нашей встречи с наставниками. Тогда ему не понравились какие-то вопросы о Тони Паркере. Со временем Грег, думаю, проникся уважением к моей трудовой этике. Но всё ещё ненавидел интервью во время матчей». После же того, как Сагер узнал о диагнозе, его сын взял интервью у Поповича во время матча с «Далласом». Наставник же после ответов выразил поддержку старшему Сагеру, который, конечно, был поражён.

Однако на этом Попович не остановился. «В следующем месяце он звонил четыре или пять раз. Спрашивал обо мне и отце – и это в разгар борьбы в плей-офф. Он поздравил мою сестру с выпуском из университета аккурат перед игрой с „Портлендом“. Неделю спустя я попал в аварию и стоял на обочине, дожидаясь помощи. Тогда Попович вновь позвонил. Прямо во время матча с „Оклахомой“!» – поведал Сагер-младший.

Попович также продолжал звонить и писать старшему Сагеру. Последний так и не рассказал о беседах с Грегом, пожелав сохранить их содержание в тайне. Впрочем, одной забавной деталью он всё же поделился, а именно тем, что Попович однажды назвал их командой. Себя и Сагера. Требовательного тренера и журналиста. Специфическая команда, не находите?


СУВЕНИРНАЯ ЛАВКА


За продолжительную телевизионную карьеру Сагер собрал немало симпатичных сувениров – от клюшки гольфиста Тома Уотсона до джерси Майкла Джордана. Но есть у него и другая, личная коллекция, из желания надеть костюм цвета мухомора разросшаяся до внушительного гардероба. Теперь порядка 135 ярких костюмов вмещаются в его шкафу. Конечно, его манера одеваться частенько вызывала насмешки. Но ведь и похвалы сыпались не менее редко. Крэйг никогда не надевал один костюм дважды за сезон. Большая же часть его гардероба сделана из материала, в основном использующегося в производстве штор и занавесок. «Он крайне требователен. Он перфекционист. Но мы всегда готовы к визитам Крейга – и ждём его возвращения», – поведал Риккардо, владелец фабрики, на которой производят в том числе и костюмы для Сагера.

Что касается будущего Крэйга, то он пока ожидает января. Именно в первом месяце года врачи, похоже, разрешат ему летать. Его волосы постепенно отрастают. Выздоровление же Сагера стало возможным благодаря позитивному взгляду на вещи. Даже настолько страшные. Стэйси говорит, что её супруг не знал о проценте смертности от лейкемии вплоть до середины ноября, когда он прочёл соответствующую брошюру: «Он просто не хотел этого знать. Ведь он всегда верит в лучшее».

Крэйг знает, что близок к возвращению на работу. Он буквально считает оставшиеся дни. Он хотел бы вновь работать на матче «Сан-Антонио». Снова взять интервью у Поповича. Сагер вернётся в оранжевом костюме, который ослепит нескольких болельщиков и баскетболистов. Некоторые из них будут выть. Но это нормально. Ведь лишь некоторым особенным людям идут экстравагантные наряды. А Сагер в их число входит без сомнения…
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 8
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота