Никита Курбанов
Фото: lokobasket.com
Текст: Лев Савари

«В Краснодаре тепло, но на Петербург не променяю»

Никита Курбанов – о новом витке карьеры, Базаревиче и Тринкьери, Краснодаре и Санкт-Петербурге, знакомстве с любимой и новогодних традициях.
25 декабря 2014, четверг. 23:00. Баскетбол
Никита Курбанов в минувшем календарном году удивил многих. И весной в УНИКСе, и летом в национальной команде, и осенью в «Локомотиве-Кубань» он не был похож на одного из тех парней, сидящих на «банке» большую часть матча, которыми тренеры затыкают дыры в «мусорное» время. Напротив, 28-летний форвард зачастую появлялся на паркете для того, чтобы внести перелом или усилить игру – отзащищаться ли против поймавшего кураж соперника, помочь ли в нападении нацеленностью на кольцо или погасить ненужное волнение своим спокойствием. Сам Курбанов, впрочем, не считает, что добился существенного прогресса, кивая на уверенность, которой обзавёлся благодаря доверию тренеров и частично новым этапом в личной жизни. Об этом и многом другом он рассказал обозревателю «Чемпионата» в Санкт-Петербурге.

«С Базаревичем легко, он раскрепощает игроков»


– Когда переходили в «Локомотив», могли предположить, что будете выходить в «старте» и проводить так много времени на паркете?
– Нет, конечно. Приятно, что Базаревич мне доверяет. Вообще расположение тренера удивительная вещь – когда оно есть, у тебя вырастают крылья, появляется уверенность в своих силах. Тем не менее не обольщаюсь, так как после возвращения в строй Калниетиса ротация наверняка претерпит изменения.

– Думаете, что будете реже появляться на паркете?
– Вполне возможно, что игровое время немного уменьшится. Хотя с другой стороны, если буду выглядеть достойно, может быть, останусь при своих минутах. Естественно, всё зависит от того, насколько буду справляться со своей ролью.

– Вам ещё не доводилось работать с Сергеем Базаревичем. Каким нашли наставника?
– На самом деле это не совсем так. Я с ним пересекался ещё в ЦСКА. Когда не проходил в основу, а это иногда случалось, тренировался с молодёжным проектом, которым на тот момент руководил Базаревич. Так что с методиками специалиста был знаком не понаслышке.

– Насколько близка вам его тренерская философия?
– Раз выхожу в «старте» и получаю полноценную игровую практику, выходит, близка. Я вообще смотрю на это иначе – игроки вынуждены подстраиваться под того или иного коуча вне зависимости от их предпочтений, поэтому здесь важна не близость, а умение отвечать требованиям.

– Чем Базаревич отличается от тренеров, с которыми доводилось работать прежде?
– С ним легко. Сергей раскрепощает игроков. Ты не испытываешь давления, которое зачастую присутствует в отношениях наставника и подопечных. Плюс, он проповедует американскую модель игры – делает ставку на быстрое нападение, агрессивную игру в защите, позволяет импровизировать и рисковать. То есть если у тебя есть возможность пойти в проход или бросить без помех, он в большинстве случаев не будет заставлять стучать мячом в пол и ждать «флажка».

– Не кажется ли вам, что отсутствие того самого давления порой идёт команде во вред?
– По мне, мягкая требовательность лучше сдержанной тирании. Когда тебя постоянно подавляют и искусственно держат в стрессе, ты начинаешь бояться совершать ошибки. Со временем это трансформируется в гипертрофированное чувство вины, которое неизбежно приводит к потере уверенности.

– Иными словами, Базаревич – тренер, старающийся избегать конфликтов в команде?
– Да. Его мягкость – вещь в себе. Разумеется, когда нужно, он требователен, может прикрикнуть, выразить эмоции, но в целом предпочитает не раздувать их мухи слона и решать все проблемы диалогом. Безусловно, это подкупает.
Никита Курбанов
Фото: lokobasket.com

Никита Курбанов

– За пределами площадки часто с ним общаетесь?
– Да. Базаревич не из тех, к кому на хромой козе не подъедешь (смеётся). Он же сам играл, причём в НБА, поэтому с удовольствием делится опытом, объясняет какие-то нюансы, если игроки интересуются. Например, к нему спокойно можно подсесть в самолёте и обсудить перипетии прошедшей игры.

– Все игроки, прошедшие через «Локомотив» в последние два-три сезона, признаются, что в команде удивительная атмосфера…
– Не могу с ними не согласиться. Для меня это стало открытием. Приятно видеть, что баскетболом в клубе болеют все – от массажистов и медицинских работников до маркетологов. Когда бы я ни заглянул в офис, там всегда тёплая атмосфера, причём заметно, что это не дежурные улыбки, а искреннее отношение.

– Как думаете, с чем это связано?
– Возможно, сказывается географическое положение – на юге люди всегда были гостеприимными (улыбается).

«Я бы не сказал, что был гулякой или дебоширом»


– Комментаторы часто употребляют выражение «Курбанов застрял между третьим и четвёртым номерами». Как реагируете на это?
– Спокойно. Если бы мне было 18 лет, возможно, ещё питал бы иллюзии, что вырасту, но я уже сформировавшийся игрок и чётко осознаю свою роль на площадке. Да, иногда могу исполнять «тяжа», как это было в сборной России, но в основном я лёгкий форвард. Мне комфортнее на той позиции, на которой я могу приносить пользу команде, но аналитики вряд ли об этом догадываются.

– С чем связываете свой прогресс в последние два сезона?
– Наверное, начало всему положила работа с Тринкьери в УНИКСе. Он заставил меня взглянуть по-другому на игру в защите, черновую работу, а также приучил не бояться брать на себя ответственность. Андреа почти приказывал: «Если тебя забыли или вывели на бросок, то атакуй». Несмотря на то, что он достаточно строгий тренер, меня не зажимал.

– Ваши коллеги признавались, что временами Тринкьери напоминал молодого Мессину…
– Полностью разделяю данную точку зрения. В жёсткости и требовательности Этторе он точно не уступает. И при этом он не постеснялся передвинуть меня на позицию четвёртого номера в плей-офф, когда Каймакоглу получил травму.

– Выходит, рецепт прост – заставили тренеров поверить в себя и получили игровое время…
– Да, тем не менее моё отношение к баскетболу вряд ли сильно изменилось. Просто для большинства, похоже, стало открытием, на что я способен. Тем приятнее будет продолжать доказывать свою состоятельность и прибавлять.

– Бытует мнение, что отчасти на ваше преображение повлияли и личные отношения, желание остепениться. Согласны с этим?
– Вполне возможно. Хотя я бы не сказал, что до этого был гулякой или дебоширом (смеётся). Просто особенно приятно, когда близкий человек переживает за тебя на трибунах.

– Как восприняли жеребьёвку чемпионата Европы, определившую к нам в группу Францию, Боснию, Финляндию, Польшу и Израиль?
– Группа нам попалась хорошая, играть можно со всеми. Даже с Францией. Главное – верить в себя. В квалификации мы тоже имели 0-2 и должны были на заказ выиграть у Италии в гостях, чтобы отобраться на Евробаскет. Знаю, что в прессе нас «хоронили», однако мы знали, всё в наших руках. Сыграем так, как умеем – победим. И в итоге оказались правы.
Никита Курбанов
Фото: lokobasket.com

Никита Курбанов

– С кем из визави по ходу сезона было справиться сложнее всего?
– Логично оценивать по тем играм, в которых что-то решалось. Выходит, с Ромэйном Сато в противостоянии с «Валенсией» за Кубок Европы. С физикой у него полный порядок, пришлось нелегко. Да и вообще чувствовалось, волк матёрый: ничего лишнего – всё по делу. Хотелось бы и мне в 33 выглядеть на площадке столь же уверенно.

– Фиаско в играх с испанцами долго переживали?
– Настолько было тяжело и неприятно, что до сих пор душа болит порой. По горячим следам же переживал ещё сильнее. Обидно до ужаса, потому что на втором групповом этапе мы выиграли у них в обеих встречах, но в финале шансов нам не оставили. Понимали, будет непросто, но не могли представить, чем всё обернётся.

– От какой встречи, наоборот, остались приятные воспоминания?
– От третьей игры полуфинальной серии Единой лиги ВТБ против ЦСКА. Да, мы проиграли, но смотрелись не хуже. Плюс я реализовал четыре трёхочковых, чего со мной не случалось давно. Отчётливо помню, вышел из зала удовлетворённым. К тому же это был последний аккорд в сезоне.

– Какой момент с вашим участием вышел самым эффектным в прошедшем году?
– Из свежих – данк в игре с ВЭФ после передачи Брауна. Хорошо так дал сверху. А вообще чаще врезаются в память эпизоды, имеющие какую-либо ценность. Не всегда исходы поединков решаются в атаке. Можно ведь и отзащищаться, совершить перехват, благодаря которому твоя команда победит, «постеры» же – дело вкуса.

«Теперь меня слишком многое связывает с Северной Пальмирой»


– Как вам в Краснодаре живётся после трёх столиц?
– Дискомфорта точно не испытываю. Заметно, что город растёт во всех отношениях, причём зачастую на глазах. И не такой уж он маленький, как многие считают. Но самое главное, конечно, это погода – осень в Краснодаре очень тёплая и мягкая. Надеюсь, весна тоже.

– Но Санкт-Петербург на Краснодар вы вряд ли променяете в обычной жизни?
– Да. Слишком уж много меня теперь связывает с Северной Пальмирой. Мало того, что я здесь два сезона отыграл, так ещё и массу приятных людей встретил, в том числе и любимую. Друзья мне всегда рады, постоянно спрашивают, когда в следующий раз приеду. Словом, ждут с распростёртыми объятиями.

– Именно поэтому отныне вы частый гость в культурной столице?
– Да, стараюсь каждое лето выкраивать несколько недель и проводить его с приятными мне людьми. В прошлом году, например, вывез маму посмотреть Белые ночи. Представляете, притом, что у меня бабушка родом из Ленинграда, мама ни разу не была… Но на сей раз деваться ей было некуда, повод оказался более чем веский. В итоге она осталась в полнейшем восторге, мы перевыполнили культурную программу, посмотрев все достопримечательности, которые только могли…

– За что вы полюбили Петербург?
– За атмосферу. Она здесь особенная. Сложно объяснить, её нужно ощущать. Мне нравится гулять по Петербургу. Могу хоть весь день провести на ногах, не задумываясь об усталости. Летом обычно снимаю гостиницу в центре города, чтобы можно было ночью выйти и сбежать куда-нибудь в поисках приключений. Мне нравится бродить по старинным улочкам, вдоль каналов…

– Есть любимые места в городе?
– Храм Спаса на Крови, Конюшенная площадь, Летний сад. Благо, что всё рядом расположено. Иногда здорово прийти на Марсово поле, расстелить плед на траве и просто посидеть в тишине, проникнуться историей. Летом в городе удивительная энергетика, а вот зимой он, конечно, сер и уныл, что временами сильно угнетает.
Никита Курбанов (слева)
Фото: lokobasket.com

Никита Курбанов (слева)

– Как вы познакомились со своей девушкой Любой?
– Можно сказать, обыденно. Встретились с друзьями, она пришла вместе с ними. Пересеклись взглядами, немного разговорились, она пришла на баскетбол, а дальше завертелось, как у всех – начали встречаться.

– А летом вы сделали ей предложение…
– Да, решился. На Мальдивах атмосфера располагала. Песок, море, спокойствие, романтика – настоящий райский уголок.

– Когда вы играли в Петербурге, «Сибур Арену» только сдавали. Каково это – возвращаться и играть на ней теперь в качестве гостя?
– Странные ощущения испытываешь, это точно. Особенно когда видишь надпись «Спартак» на паркете и красно-белую расцветку. Если же говорить о самом дворце, то он, наверное, самый уютный и современный в России. Во всяком случае, у меня создалось такое впечатление. Болельщики приезжают сюда с большим удовольствием, хотя, в отличие от
«Юбилейного», расположен он не в центре и не рядом с метро.

– Как отнеслись к тому, что «Спартак» оказался не нужен городу?
– Сильно удивился. Мне было обидно. Непонятно, как можно было клуб с достаточно богатой историей, сделавший для становления и развития отечественного баскетбола так много, просто бросить на произвол судьбы.

– Значит ли это, что вы внутренне настроены против «Зенита»?
– Нет, ни в коем случае. Это хорошо, что Санкт-Петербург сохранил большой баскетбол. Плохо, что он потерял ещё одну команду. Если бы их было две, от этого выиграли бы все.

– Учитывая любовь к городу, вы бы хотели поиграть за «Зенит» в будущем?
– Возможно. Почему бы и нет? Во-первых, баскетболистам часто приходится менять прописку. Во-вторых, я бы чувствовал себя здесь комфортно, что немаловажно. В-третьих, «Зенит» – бренд с именем и наверняка будет постепенно развивать баскетбольное направление.

Собираю племянников и смотрю «Падал прошлогодний снег»


– Какие в вашей семье новогодние традиции?
– Главная – собираться в праздник вместе в нашем загородном доме. В другие дни могут быть уважительные причины, в Новый год – нет. У меня большая семья – две сестры, у них уже свои дети, так что веселимся от души. Правда, мне в последние годы непросто приходится, расписание тренировок и игр может создавать существенные проблемы. Если не получается, обязательно приезжаю в конце декабря, когда в календаре пауза, связанная с католическим и протестантским Рождеством.

– Кто отвечает за стол?
– Муж старшей сестры. Он обожает готовить. И делает это, надо отдать должное, здорово. Мы знаем, что будет вкусно, поэтому о меню особо не заботимся, только закупаем продукты и иногда помогаем по хозяйству немного.

– А вы наверняка в это время кино всей семьёй смотрите?
– Да, угадали. «Иронию судьбы», «Карнавальную ночь» и многие другие. Я вообще люблю старые советские фильмы и мультики. Праздник – повод пересмотреть золотую коллекцию. Иногда собираю четверых племянников и смотрю с ними что-нибудь вроде «Падал прошлогодний снег», мысленно возвращаясь в детство.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 9
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница