Фил Джексон мечтал о том, чтобы Брайан Уильямс вернулся в НБА
Фото: Из архива семьи Брайана Уильямса
Текст: Анастасия Борисова

Потерянная душа. История жизни чемпиона НБА, пропавшего без вести

Бизон Деле, известный как Брайан Уильямс, завершил карьеру в 30 лет, чтобы познать мир и таинственно исчезнуть недалеко от Таити в 33.
5 января 2016, вторник. 00:15. Баскетбол
Прошло уже более 13 лет с тех пор, как лодка игрока НБА исчезла у берегов Таити. Приехавшие на этот крохотный островок сотрудники ФБР пытались найти Бизона, журналисты рыскали повсюду, задаваясь вопросами об убийстве, любви и славе. Телевизионщики реконструировали эту историю, задыхаясь от скандальных подробностей. Однако до сих пор исчезновение Деле является тайной, покрытой мраком.

Многие на острове забыли об этом деле. Другие предпочитают не вспоминать о произошедшем. «Это было так давно, – говорят они, отводя глаза. – Случившееся уже не имеет никакого отношения к нам». Таити экономически зависит от туризма, поэтому зачем говорить о смерти? Но если всё-таки покопаться глубже, вы сможете найти тех, кто помнит. Не только о том, что случилось 7 июля 2002 года, но и о причинах.

«Вы говорите, баскетболист? Да, я встречался с ним, – вспоминает Большой Чарли. Он высок и, как многие полинезийские мужчины, с головы до ног пропах пивом. Когда мужчина пытается широко улыбаться, становятся видны три его коричневых зуба. Чарли работает на пляже шикарного гостиничного комплекса Sofitel на Таити. Все его обязанности состоят в том, чтобы показывать богатеньким молодожёнам, как рубить кокос. В молодости, когда он ещё стоял за регистрационной стойкой отеля, он видел красивого зеленоглазого великана, который остановился в одном из бунгало.

«Такой добрый человек. У него было большое сердце», – вспоминает Чарли. Он пробыл на курорте три недели, и Чарли так и не узнал, с кем имеет дело. «Его подруга была просто бомбой! Я никогда не видел более красивой девушки», – смеётся он. Абориген вспоминает, как пара колесила на маленьком красном скутере по извилистым дорогам острова, девушка крепко держалась за Бизона, а он умело выруливал мимо скрытых бухт, устричных ферм, пышных лесов и бескрайних дорог. Я чувствовал, что они любят друг друга, говорит Чарли улыбаясь. Внезапно улыбка сходит с его лица. «Как же ужасно всё то, что произошло позднее».

Чарли нечего больше сказать. Но есть ещё один человек, который знает об этой трагедии. Его зовут Тева. Он живет на краю острова, у него нет сотового телефона, но спросите любого на Таити, и вам ответят, кто такой Тева. Он находился вместе с Бизоном и его девушкой каждый день на протяжении месяца. До последнего дня. Он стал их последним другом. «Если вы ищете ответы, с большой долей вероятности их даст вам только Тева», – говорит Чарли.

Ответы? Они зависят от вопросов, которые вы будете задавать.
Фото: Из архива семьи Брайана Уильямса
*** *** ***

13 июня 1997 года Чикаго стоял на ушах от радости. «Буллз» в пятый раз за последние семь лет стали чемпионами НБА, одержав победу в эпической серии над «Ютой». Команда собралась на традиционном импровизированном помосте. Красно-белые блёстки падали вниз, а 24 тысячи фанатов «Чикаго» сходили с ума. Вот Майкл Джордан в обнимку с призом самому ценному игроку финальной серии ухмыляясь вытаскивает застрявшую мишуру. Слева от него взлохмаченный и бородатый Фил Джексон, рядом с тренером – Скотти Пиппен. Недалеко от них Стив Керр с сыном на плечах. Но ближе всех к Джордану – справа – стоит тот, кого многие даже не идентифицируют. Это и есть Брайан Уильямс – центровой ростом 211 см.

Эта парочка подружилась после того, как «Буллз» подписали Уильямса в качестве свободного агента. Джордан помогал Бизону адаптироваться, старался, чтобы тот прогрессировал, и временами заботился о нём, как о младшем брате. И Уильямс раскрылся. Он сыграл одну из ключевых ролей в том триумфе, хотя этого никто и никогда не признает. Кроме Стива Керра, который спустя годы не постеснялся признать, что без Уильямса могло бы ничего не случиться.

Тем удивительнее слышать, что детство будущего обладателя перстня прошло без баскетбола. Несмотря на то что Уильямс начал играть только в 10-м классе, слухи о его сумасшедшей левой руке начали ходить по университетам и колледжам почти сразу. Он не только много забивал и пачками собирал подборы под своим кольцом, но ещё здорово бежал в быстрые отрывы и делал потрясающие передачи. Огранка таланта была делом времени, поэтому когда «Мэджик» в 1991-м его забрали под № 10 на драфте, никто не удивился. Тем не менее в НБА раскрыться Брайану не удалось – только в сезоне-1995/96 он раскрылся в «Клипперс», где записывал себе в актив в среднем за вечер коллекцию из 15,8 очка, 7,6 подбора, 1,9 передачи, 1,1 перехвата и 0,8 блок-шота.

Тем не менее, по его словам, ничто не могло сравниться с вечером 13 июня 1997-го в United Center.

Сейчас, много лет спустя, на кадрах трансляции NBC, вы без труда опознаете 28-летнего Уильямса на сцене позади Джордана. Его бледно-зелёные глаза смотрели прямо через плечо Майкла, праздновавшего победу «Буллз». Это был первый титул великана, но вы, скорее всего, не знали об этом. В казалось бы кульминационный момент его профессиональной карьеры, он смотрел куда-то вдаль, без улыбки, словно обречённый…

Друзья вспоминают, что два года спустя, когда Уильямс изменил свое имя на Бизон Деле в память о своих африканских корнях и отказался от ещё пяти лет и гарантированных $ 36,5 млн, никто не мог в это поверить. Кто в здравом уме способен на такое? Большинство считало, что рано или поздно Брайан возобновит карьеру, но наш герой не сделал этого, а отправился покорять самые отдалённые уголки мира. Его поиски в конечном итоге привели во Французскую Полинезию к женщине по имени Серена.

Это история о побеге неизвестно от кого и непонятно куда. Независимо от того, как далеко ты сможешь уехать, улететь или уплыть – тебе не спрятаться от самого себя.

*** *** ***

Чтобы понять, почему Деле оказался на Таити, сначала вы должны увидеть, каким человеком он был. И мало кто знал его лучше, чем Патрик Бирн. Они были странной парочкой: Бирн – белый, вечно взлохмаченный сын страхового магната, и Деле – башнеподобный сын соул-певца. Они познакомились в 1991-м через общего друга Ахмада эль-Хоссейни – отпрыска бывшего главы ливанского парламента.

Их дружба имела прочную основу – общее видение жизни. Когда Бирну было 21, ему поставили страшный диагноз – рак. В период ремиссии, после трёх лет лечения, он поклялся никогда не тратить жизнь впустую. Он в одиночку исколесил США на мотоцикле, учился джиу-джитсу, заработал чёрный пояс по тхэквондо и получил степень доктора философии в Стэнфорде. В Бизоне он нашел родственную душу. В 1989 году он отправился в Бейрут, чтобы принять участие в гражданской войне в Ливане, игнорируя запрет Госдепартамента США. Он бегал с быками в Памплоне, открывал художественные галереи и играл на саксофоне, скрипке и трубе. Он любил Уинтона Марсалиса и Майлза Дэвиса. Он боготворил поэзию Уильяма Блэйка и фильмы Джима Джармуша. Он и Бирн проводили долгие ночи, обсуждая политику и философию. Уильямс особенно любил Фридриха Ницше. Он перечитывал сотню раз «По ту сторону добра и зла», постоянно анализировал «Так говорил Заратустра» и не уставал повторять: «Мы должны считать потерянным каждый день, в который мы не танцевали хотя бы раз».

И они не только танцевали. Вместе, Бирн и Уильямс, установили неофициальный рекорд по количеству нарушенных запретов, прописанных в стандартном договоре игрока. Они ездили на велосипеде вместе из Солт-Лейк-Сити в Финикс без остановки, проезжая 50 миль в день без воды и еды. Они получили лицензии на вождение самолёта и однажды сумели долететь на одном двигателе из Нью-Хэмпшира в Мэн, Патрик – в кресле капитана, Брайан – в роли его помощника. Они спали у озёр и в горах, занимались борьбой, бегом и прыгали с парашютом. Они гоняли на машинах, врезались друг в друга на таких скоростях, что Уильямс получал повреждения, и занимались еще кучей дел, которые вам даже не придут в голову.

Куда бы они ни приходили, пара везде привлекала к себе внимание. Одной из причин был рост Бизона и его слава. Однако в нём было что-то ещё, волшебное. «Он был крутым парнем. Каждый хотел поболтать с ним», – смахивает слезу Бирн.

Уильямс оказывал впечатляющий эффект на представительниц противоположного пола. Гибкий и изящный, таинственный и уверенный в себе, он смотрел на этот мир из-под зелёных глаз с поволокой. Женщины оставляли ему любовные записки у порога. «Мистер Уильямс, вы не знаете меня, – писала каждая вторая. – Я смотрю на вас каждый день, когда вы идёте к автомобилю. Я работаю в парикмахерской (булочной, на почте, в магазине) напротив и готова сделать всё, чтобы провести хоть одну ночь с вами. Более того, мой муж знает о моих намерениях, но меня не сильно волнует, бросит он меня после этого или нет». Бирн вспоминает, что Уильямс получал такие письма очень часто и просматривал их как обычную почту, посмеиваясь.
Фото: Из архива семьи Брайана Уильямса
*** *** ***

Уильямс не был заинтересован в долгосрочных отношениях. У него было много женщин – певицы, звёзды театра и кино, модели модных журналов, даже сама Мадонна. Он наслаждался новизной, отсутствием обязательств, но однажды встретил её. Она была другой. Она нашла подход к Брайану.

У Серены Карлан был пылающий взгляд, голубые глаза, тёмные волосы и кошачье личико. Уильямс встретился с ней в 1997 году, когда ей было 25 лет и она ночевала у своих школьных друзей. Однажды ночью, возвращаясь с друзьями с концерта в Лос-Анджелесе, Серена спросила его: «Вы когда-нибудь чувствовали себя одиноким среди толпы людей?».

Уильямс был поражен. «Часто», – сказал он. Позже он узнал о ее необычном прошлом. Как 30 человек медитировали и пели во время её рождения в Нью-Йорке, 4 апреля 1972 года (ее голова вышла за две минуты до полуночи, а ноги – через две минуты после, поэтому её второе имя «Полночь»). Он узнал, как развелись её родители, как мать растила её одна в Беркли. Внучка Хьюстона Смита – известного учёного-богослова — выросла вдумчивой барышней. Она верила в загробный мир и проводила долгие ночи со своей лучшей подругой Стейси Стил, рассуждая о жизни под чашечку кофе с мороженым. Она обладала уникальной способностью сопереживать другим. Однажды, после того как её мать порвала с бойфрендом, шестилетняя Серена успокоила её, сказав: «Это нормально, мама. Ты просто не хочешь оставаться одна». Та, удивлённая проницательностью дочери, лежала на кровати Серены до тех пор, пока дочь не уснула.

Хотя связь между Сереной и Брайаном была очень крепкой, его карьера в НБА прибавляла их отношениям трудностей. Она ушла от него, стала работать в розничной торговле, хотя и ненавидела это дело. Она отказалась от предложения стать моделью. Однажды вечером в ночном клубе в Лос-Анджелесе Принц пригласил её к столу, а затем повез кататься на лимузине по городу. У нее остался его контакт, и несколько лет спустя Принц взял её в ассистентки. Для Серены это было странно: она, рок-звезда и его подруга зависают вместе. Она чувствовала себя матерью его подружки. В конце концов, желая от жизни большего, она ушла.

Каждый год она получала что-то от Брайана. Хотя она сопротивлялась его ухаживаниям, её друзья отмечали, как восторженно она говорила о нём. В Брайане она нашла человека, который был заинтересован её внутренним миром больше, чем внешними данными. То, что он был спортсменом, не имело ровным счётом никакого значения. Уильямс старался вообще не говорить о своей работе. Тем не менее он казался зажатым. Серена заметила, что Брайан редко вспоминает о себе и своей семье.

*** *** ***

Сначала он называл только имена: Юджин Уильямс и Патрисия Филлипс. Она была поразительно красивой невестой-подростком; он – соул-певцом. В 1966 году у них родился сын Кевин, а три года спустя – Брайан. В 1970 году продюсеры заметили отца в ночном клубе. Уильямсы путешествовали по всему миру с группой, но в Токио и других экзотических местах Юджин нередко пускался во все тяжкие, а супругу и отпрысков заставлял ждать в отеле. Он не был готов к семейной жизни, поэтому отношения достаточно быстро дали трещину и привели к разводу.

Патрисия снова вышла замуж и поселилась с детьми во Фресно, штат Калифорния. Но этот союз был тоже далёк от идеала. Отчим мальчиков Рон Баркер часто бил их, о чём Брайан и Кевин позже рассказывали друзьям. Патрисия признала, что её новый избранный был очень строг с мальчиками, Баркер же говорит, что не помнит этого. Когда Брайан перешёл в седьмой класс, они также расстались.

Кевин был высоким парнем, но астма не позволяла заниматься ему спортом. Он был неуклюжим, чувствительным к бедам других и, как и его мать, исключительно яркой личностью. Достаточно упомянуть, что к концу третьего класса Кевин осилил все 145 томов универсальной энциклопедии World Book. Брайан был более общительным и перенял от отца художественные наклонности. Он тоже читал запоем, играл со стариками в шахматы в местном греческом кафе и оставался типичным мальчишкой, очарованным жизнью маленького города. Однажды он поехал на велосипеде к автомойке и целый день, как заворожённый, смотрел на машины.

Брайан стал жить баскетболом, когда понял, что обладает не только впечатляющим ростом, но и талантом, поэтому неудивительно, что он в итоге пробился в НБА. Увы, но чем лучше шли дела у него, тем хуже складывалась жизнь Кевина. Из-за проблем переходного возраста его шпыняли из школы в школу. Затем брат поступил в колледж, но не смог окончить его. Он принимал стероиды от астмы, которая прогрессировала так быстро, что Патрисия стала водить его к врачу несколько раз в неделю. Брайан оплачивал медицинские счета Кевина и ухаживал за ним. Это было нелегко. Кевин становился капризным и агрессивным. Он много пил и стабильно раз в пару месяцев или около того клянчил у Брайана деньги.

Брайан попытался держать семью на расстоянии, но это оказалось нелегко. Он купил матери дом и потратил около $80 тыс. на её обучение в колледже. Он дважды выписывал чеки Кевину на $50 тыс., а также спонтанно решил потратил $15 из 25 бонусных тысяч на покупку нового мотоцикла для своего отца. «Когда Брайан с гордостью вручил Юджину ключи, отец не выказал никаких эмоций, а спустя 30 секунд сухо пробурчал: «Сынок, в следующий раз просто дай мне наличку», – вспоминает Бирн. – Хотя со стороны это был один из самых трогательных моментов, которые я видел собственными глазами».

Брайан был раздавлен. Он опять отдалился от своей семьи и создал свою собственную, из друзей, знакомых и товарищей по команде. Бирн, Хоссейни и Джен Гейр, художник, которая стала поваром Брайана. Гейр вспоминает те дни, как самую захватывающую часть своей жизни. «Двери его дома всегда были открыты, – говорит она. – Он был большим ребёнком, который торопился жить и стремился брать от неё всё, как один из тех мальчиков в истории о «Питер Пене».

У Брайана был ещё один друг – приятель из колледжа по имени Кевин Портер, которого центровой нанял своим помощником. Позже Портер начал называть себя менеджером и агентом Уильямса, но в интервью ФБР большинство, знавших Уильямс называли последнего мальчиком на побегушках.
Фото: Из архива семьи Брайана Уильямса
*** *** ***

Друзья Уильямса чувствовали, что он борется с демонами детства. В сезоне-1992/93 он принял участие лишь в 21 поединке, так как боролся с клинической депрессией. У него стали случаться срывы. Как-то он ударил охранника Шакил О'Нила. Однажды ночью он выпил 15 таблеток снотворного, в другую – разбил свою машину о столб. Позже Уильямс говорил, что те события были сильно преувеличены, и он всего лишь пытался понять причины упадка настроения, не предполагая, что те могли быть связаны с неправильным питанием. «Я вырос вегетарианцем, но при этом всегда хотел быть здоровяком, – признавался он в интервью в 1998-м. – Конечно, я ни с кем не консультировался по этому поводу. А отсутствие белка и железа в моем рационе постепенно убивало тело».

Одноклубники вспоминают Уильямса как белую ворону. Он держался обособленно, во время перелётов читал, когда другие играли в карты. В лиге, где деньги решают все, он просил разделить свою зарплату с мальчиками, подающими мячи, уборщиками и тренерами. Как-то он развернулся к товарищу по команде Тому Толберту и, размахивая биографией Майлза Дэвиса, сказал, что он хотел бы так же любить баскетбол, как Дэвис был предан музыке. В другой раз, Грант Хилл спросил его, что за книгу он читал в раздевалке. «Тараумара», – сказал Уильямс, роясь в книге в поисках полезной информации об индийском племени.

Однажды после тренировки в Денвере команда обнаружила Уильямса в ледово-хоккейном центре, где он радостно скользил по льду в огромных коньках. «Его воспринимали только как спортсмена, но в душе он был художником, – говорит бывший директор по связям с общественностью, а ныне старший вице-президент по баскетбольным операциям «Денвера» Томми Шеппард. – Однажды он сказал мне фразу, которую я запомнил на всю жизнь: не позволяйте вашей работе определить за вас, кто вы на самом деле». Из-за того, что Уильямс был настолько умён и харизматичен, люди часто завидовали ему. «У Брайана был свой подход к жизни, он пытался удержаться между каплями дождя», – продолжает Шеппард.

Те, кто хорошо знал Уильямса, осознавали, насколько великим баскетболистом он был. Если вы сомневаетесь, спросите Майкла Джордана или Джо Думарса, они подтвердят. Керр и вовсе называл Брайана, быть может, наиболее физически одарённым игроком, которого ему доводилось встречать. Больше всех исключительность центрового понимал Фил Джексон. Он не раз говорил, что его связывают особые отношения с Уильямсом. После того, как последний покинул НБА в 1999 году, Бирн получил письмо от скаута «Лейкерс» Хэмтона Мирса: «Если Брайан захочет вернуться, ему достаточно выйти на контакт с Филом. Он с удовольствием продолжит работать с ним».

Патрик переправил сообщение Уильямсу, но тот оставил это письмо, как и массу других без ответа. Он продолжал свои искания – зажигал в Бейруте на протяжении четырёх месяцев с Хоссейни. Он был диджеем в ночных клубах, выступил в качестве инвестора в строительстве завода по производству воды, катался на водных лыжах в Средиземном море. Оттуда Уильямс умчался в Австралию, исчезнув на длительный срок на необитаемом острове. Бирн не был удивлён. Поражался он другому – почему Брайан так долго не вешал кроссовки на гвоздь. Патрик вспоминает: «Больше всего на свете он боялся стать типичным 40-летним обрюзгшим игроком, который оплачивает аренду своего дома, снимаясь в рекламе автомобилей».

*** *** ***

«Может быть, я знаю Теву, – говорит мужчина с оголённым торсом. – Почему вы так хотите увидеть его?». Он щурится из-за бьющих в лицо лучей солнца. Многочисленные татуировки покрывают большую часть его шоколадного тела. Рядом, в грязи, лежит питбуль. Он привязан толстой металлической цепью. В четверти мили отсюда, виднеется берег Муреа, небольшие волны обрывают своей глазурью бесконечный голубой простор. К востоку возвышаются горы, небольшие лачуги выступают через густые джунгли и, наконец, утопают в облаках.

Имя этого человека Петеро, и он работает в хостеле для серфёров здесь, на западном побережье острова Муреа. Мужчина знает здесь всех, так, по крайней мере, сказал продавец устриц, живущий на почтительном расстоянии от этого места. Мы узнали о нём после того, как человек в придорожном кафе утверждал, что знаком с Тевой и покажет, где находится его хижина. Этим загадочным персонажем оказался круглолицый подросток. Владелец проката лодок сказал, что мальчугана зовут Тева, но он никогда не слышал о баскетболисте. Оказалось, что Тев в Муреа, как Джонов в Штатах. Надо потратить целый день, чтобы найти того самого.

Большой Чарли понимал это. Вот почему он упомянул, что у Тевы было прозвище – Юр: «Назовите его, и люди поймут, о ком вы спрашиваете. Но не при женщинах. Юр – означает «пенис». Это значит, что Тева – мастер в обольщении женщин». Чарли улыбнулся, обнажив три своих зуба и добавил: «Он любит, когда его так называют».

Теперь здесь, в лагере сёрферов, мы наконец нашли человека, который знает нужного Теву. Петеро общается с нами достаточно настороженно. Он никогда не встречал американцев здесь, и уж тем более журналистов. Что может корреспондент из США хотеть от Тевы? Он спросил номер телефона, название отеля и номер комнаты журналиста и сухо добавил: «Вы получите сообщение от него, если он захочет выйти на связь. Если всё срастётся, то Тева прибудет вечером в отель. Если нет – то он не приедет».

Это в часе езды от отеля, если ехать по той же извилистой дороге, которую так любили Брайан и Серена. Таити – потрясающе красивое место, но оно отличается от Гавайских островов, от их отполированных туристических анклавов. Таити дик и не обжит, особенно остров Муреа. Люди продают копчёную курицу на обочине дороги, дикие собаки нежатся на солнце, дети бегают голышом. Ближайшая страна – Новая Зеландия, находится на расстоянии 2500 миль. Власти практически не касаются этого места, лишь иногда сюда наведывается французская администрация и местное самоуправление.

Это место, где можно легко потеряться. И место, куда люди идут, когда они хотят, чтобы их потеряли.
Фото: Из архива семьи Брайана Уильямса
*** *** ***

Кевин Уильямс всегда мечтал идти против системы. По словам друзей, он никогда не чувствовал себя комфортно в шкуре обывателя. Хуже того, он жил в тени успеха своего младшего брата. Их сходство стало слишком жёстким. При одинаковом росте, но с более широкой челюстью и короткими волосами, Кевин выглядел более тучным, менее красивым вариантом Брайана. Повзрослев, братья ругались до посинения. Как старший, Кевин чувствовал себя недооценённым, лишним. Его лучший друг с детства – Пол Уайт называл Кевина сложным человеком.

Как и Брайан, он страдал приступами депрессии. Кевин пытался покончить с собой несколько раз. Детство и воспитание сильно сказались на его характере. «Он не раз вспоминал, что прошёл через развод родителей; вынужден был терпеть отчима, которого бесило их с братом ментальное превосходство; наблюдал за матерью, которая продолжала плыть по течению, не предпринимая никаких усилий. Оба этих мальчика искали что-то, чтобы заполнить внутреннюю пустоту. Им не хватило любви и ласки в детстве, и они априори не могли чувствовать себя в безопасности».

Кевин отдалялся всё дальше и дальше от своей семьи. Когда он внезапно всплыл в Новой Зеландии в феврале 2002 года, чтобы сделать сюрприз Брайану и попытаться снова стать семьёй, уже четыре года никто из родственников не получал ни весточки от него. В то же время, Брайан передал право на управление активами семьи Бирну. По сути, это означало, что Брайан не намерен говорить с братом.

К этому моменту Патрик стал весьма успешным в своём деле. В 1999 году он основал интернет-сайт по продаже товаров. Поскольку успешное управление компанией требовало погружения с головой, Бирн начал работать по 16 часов в день. У него банально не было времени на то, чтобы примчаться к Брайану по его зову, не говоря уже о длительных путешествиях. Они общались по электронной почте, раз в месяц Патрик находил новое письмо от Брайана у себя в электронной почте. Некоторые были загадочными, в других он просто рассказывал о жизни. Были в них и его мысли, мечты, стихи.

В одном из писем Уильямс отразил своё жизненное кредо: «Большинство людей никогда не узнают, насколько они хороши, потому что они вечно пытаются понять, какие они на самом деле. Большая часть просто верит в удачу, а я считаю, что вы – это ваши мысли,

ваши мысли – это то, что вы создаете, созданное вами – это то, что вы можете выразить, самовыражение – это то, что вы можете испытать, ваш опыт – это вы сами, а вы сами – это и есть ваши мысли».

Следующий привет прилетел в июле 2000 года, после того, как Бирн снова победил рак и решился на своё четвёртое турне на байке из Сан-Франциско в Бостон. Уильямс мог найти его, где бы Патрик не находился. В письме были такие слова: «Давай, дружище, ты сможешь».

Иногда Бирн и другие слышали о приключениях Уильямса от его друзей. Он кутил в Монако. Находил подружек в Бейруте. Катался на сёрфе в Австралии. Жил в старом грузовике в Фримантле. Позже СМИ откопают детали его поездок. Например, как Уильямс встретил художника по имени Олли Макферсон в пабе в Австралии и уговорил его стать партнёром в своих путешествиях; они провели месяцы в кемпинге. Когда их обнаружили в зарослях Аделаиды, они были такими грязными, что их приняли за аборигенов. «Он пытался найти успокоение для своей души», – сказал Макферсон в интервью австралийской газете. – Что-то давило на него изнутри, и он пытался очистить свою жизнь от этого гнёта».

Хоссейни беспокоился за Брайана. Он знал, что Брайан стал покуривать марихуану и заводить беспорядочные знакомства. Когда Бирн встретил Хоссейни в 2000 году и спросил, как идут его дела, повисла неловкая пауза. Наконец Хоссейни заявил: «Твои способы отвлечься делают тебе только хуже. Ехать на старом грузовике в никуда не лучшее решение от душевных болезней».

*** *** ***

В начале 2000 года Брайан выполнил свою детскую мечту и научился плавать. Он купил лодку за $650 тысяч и назвал её «Акуна Матата», что на суахили означает «никаких забот». С постоянно меняющимися капитанами, помощниками и путешественниками, Уильямс плавал по южной части Тихого океана от Австралии до Новой Гвинеи, где располагается небольшой остров Вануату. Историй о его похождениях осталось множество. Как он сошёл на берег в небольшом порту, и вся деревня танцевала для него вокруг огня. Как он поставил огромный проектор и крутил концерты Боба Марли, а желающие увидеть это выстраивались в очередь на своих каноэ. И другие…

Лодка стала частью возвращения Брайана к Серене. Он связался с ней в 2001 году. Её жизненный путь был полон ложных надежд и разочарований, скучной, демотивирующей работы в розничной торговле и пиаре. Воодушевлённая одним из своих старых учителей, она переехала в Нью-Йорк, чтобы работать в сфере недвижимости. Она была хороша в этом деле, но страсти к работе у нее не было. Больше всего Серена хотела найти цель в жизни.

После трагедии 11 сентября, Уильямс нашёл ее. Он беспокоился о ней. Он спросил, не хочет ли она уехать с ним. Серена подумала над предложением и, в конце концов, согласилась уехать на две недели. Те превратились в пять. По возвращении, она сказала матери, что это было удивительное время, но она не думает, что одна поездка разовьётся во что-то серьёзное. Брайан всегда был нерешительным. Она всегда была не уверена в нём. Пару недель спустя он снова позвонил. «Возвращайся», – сказал он. «Я не могу», – ответила она. – У меня куча счетов и кредитов. Через короткое время она получила небольшой пакет от Уильямса. Внутри был чек на $50 тысяч долларов и записка: «Вот, что я думаю о твоих кредитах». На этот раз он звал её не в гости, а насовсем. Серена советовалась с мамой и друзьями. Они отговаривали её, но в глубине души знали, что она согласится. «Она легко сходилась с людьми, – улыбается её мама Гаэль. – Но Брайан стал единственным, кто смог понять её полностью».

В начале 2002 года Серена вылетела к Уильямсу в Новую Зеландию. Все, что мешало им раньше, больше не было проблемой. Серена сказала друзьям, что она на седьмом небе от счастья. Она нашла что-то настоящее.

Через несколько месяцев Кевин Уильямс неожиданно приехал в Новую Зеландию. Он хотел остаться с ними. Серена была недовольна. Она позвонила своей лучшей подруге Стил, которая спустя годы признается: «Впервые за 17 лет нашего знакомства я услышал, что она негативно отзывается о другом человеке».

Вот и всё, что мы знаем: пять месяцев спустя, утром 6 июля, «Акуна Матата» отошла от гавани в столице Таити и направилась на остров Раиатеа. На борту находилось четыре человека: Бизон Деле, Серена Карлан, Кевин Уильямс, поменявший своё имя на Майлз Дэборд, в честь джазмена Майлза Дэвиса и родственников со стороны матери, и капитан судна Бертран Сальдо. В течение двух следующих дней «Акуна Матата» послала три спутниковых сигнала, после чего бесследно исчезла…

Продолжение следует.
Источник: Sports Illustrated
Оцените работу журналиста
Голосов: 84
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница