Вяльцев набрал 40 очков в матче с «Астаной», реализовав 12 «трёх»
Текст: Лев Савари

«В 17 лет выиграл конкурс, забив 371 штрафной, из них 170 подряд»

Егор Вяльцев – о 12 трёхочковых в матче с «Астаной», непростых отношениях с Куртинайтисом, непопадании на Евробаскет-2007 и многом другом.
18 февраля 2016, четверг. 15:45. Баскетбол

«В моём снайперском успехе виноваты партнёры»


– В день матча с «Астаной» были какие-то особенные предчувствия?
– Да нет, всё как обычно. Думаю, у каждого в жизни случаются такие матчи, когда по-настоящему летит. И, конечно, в моём рекорде прежде всего «виноваты» партнеры. Они почувствовали, что бросок у меня пошёл, и старались целенаправленно создавать мне возможности для атаки. Спасибо большое ребятам. На самом деле, ситуация, когда действительно обретаешь бросок, у любого баскетболиста случается довольно часто, и я не исключение. Другое дело, что не всегда эти броски нужны команде. Иногда полезнее найти в атаке какое-то другое продолжение, а иногда ты и вовсе сидишь на скамейке запасных…

– По ходу игры или в перерыве партнёры подбадривали – «давай, забивай, идёшь на рекорд»?
– Сергей Моня постоянно говорил: «Бросай, не думай, не забивай ничем голову, пасы твои сегодня никому не нужны» (улыбается). Но я так не могу… Привык всегда быть ориентированным на команду. И когда в концовке оппоненты стали караулить меня по двое, всё время отдавал передачу освободившемуся партнёру. Если б знал, что рекорд Лиги ВТБ, принадлежащий Рэнди Калпепперу, составляет 41 очко – тогда забил бы ещё самостоятельно, конечно.

– А какой рекорд по трёхочковым – знали?
– Про этот – да. Слышал, что 10 «бомб» – это пока лучшее достижение в лиге ВТБ. И в большом перерыве было предчувствие, что, если выйду на вторую половину, смогу замахнуться на этот рекорд. Ситуация позволяла. Плюс соперник, при всём к нему уважении, по классу с «Химками» несопоставим. Конечно, спасибо тренеру, который продолжал держать меня на паркете. В книгу рекордов попал, потом детям буду показывать.

– По детям случались такие результативные матчи?
– Разумеется. Там по 40 очков несколько раз набирал. Да и больше… Рекорд, конечно, не вспомню, но забивал помногу. А вот на взрослом уровне высшее достижение равнялось 25 очкам. Тоже в «Химках». Мог тогда и гораздо больше забить, но исход матча был предрешён заранее, и я задолго до сирены сел на скамейку запасных.

– Насколько «Химкам» был нужен такой карнавально-рекордный матч именно сейчас – после трёх поражений кряду?
– Очень нужен, глупо было бы с этим спорить. За неделю мы сыграли с командами, которые по итогам прошлогодней Евролиги заняли три первых места. Психологически проигрывать очень тяжело, тем более что как минимум один из этих поединков мы обязаны были брать. А то и два. Но после драки кулаками не машут. Три-пять минут сумбура с нашей стороны, какая-то расслабленность – и всё, поезд уехал. Одна из главных характеристик по-настоящему опытных команд – они умеют по ходу матчей менять свой рисунок игры, приспосабливаться к соперникам. Видимо, и в «Олимпиакосе», и в ЦСКА, и в «Реале» в больших перерывах нас очень тщательно разобрали по полочкам, плюс своих лидеров передёргивали – и за счёт этого «Химки» каждый раз получали в третьей четверти нокаутирующий удар. При этом мы сами пытались продолжать гнуть изначальную линию – но не получалось. Надо было перестраиваться самим, в первую очередь в защите.

«Проблем с физикой в «Химках» нет. Дело в психологии»


– Действительно, каждый раз этот провал происходил в третьей четверти – может, проблемы ещё и в физике?
– Совершенно точно нет. Если бы мы оказались неготовыми физически – честно об этом вам бы сказал. Но мы тренируемся каждый день, и все выглядят энергично и бодро. Тем более состав у нас глубокий, у тренеров есть возможность сохранять лидеров свежими. Проблема, как я уже сказал, в другом: в какой-то момент против нас соперники начинают играть более жёстко, и мы оказываемся к этому психологически неготовы. И никак на эти изменения не реагируем. Тут же серийно пропускаем, начинаем друг на друга обижаться… Нервничаем и пытаемся, что называется, отмазаться в нападении. Сбиваемся в результате на суетливый и индивидуальный баскетбол, проблемы нарастают снежным комом.

– Что ж, поражения – это тоже большой опыт…
– Конечно, ситуация в нашей группе не смертельная, есть ещё возможность исправить все ошибки и выйти в плей-офф. Мы собрались всей командой, обсудили ситуацию. Надеюсь, дальше всё будет нормально. И, возвращаясь к вашему предыдущему вопросу – матч с «Астаной» действительно должен нам помочь обрести психологическую уверенность. Нам надо перевернуть страницу и начать всё с чистого листа.

– В этом сезоне у «Химок» в принципе постоянные проблемы на выезде…
– Думаю, проблема в той же психологии. Так, «Олимпиакос» мы были обязаны обыгрывать – несмотря на все регалии этой команды, несмотря на опыт Принтезиса и Спанулиса, несмотря на сложный и шумный зал в Пиреях. Надо добавлять в собранности и концентрации. У нас длинная «скамейка», опытнейший тренерский штаб – то есть все слагаемые успеха есть. Может, дело в какой-то самоуверенности? Хотя с чего бы ей взяться, этой самоуверенности… Если бы как «Голден Стэйт» всех выносили по 40 очков, а потом на кого-то недонастроились и проиграли – этим можно было бы объяснить. Но мы мучаемся в гостях не только с грандами калибра «Барселоны», но и со «Страсбуром» и с «Баварией», которые даже в Топ-16 не пробились…

Собственно, в Лиге ВТБ у нас тоже всё непросто. Матч с «Астаной» – исключение из правил. Завтра будет «Зенит», затем – неуступчивый «Нижний Новгород», которому мы в первом круге уступили. А потом ещё и ЦСКА с «Локомотивом». Расслабляться некогда.

«Конкуренция в «Химках»? Мне за пять лет ни разу не обещали игровое время»


– Перед началом сезона заднюю линию «Химок» пополнили настоящие звёзды, экс-игроки НБА Алексей Швед и Зоран Драгич. Не было опасений, что при такой конкуренции вынуждены будете сесть на самый дальний край скамейки запасных?
– А у меня каждый год такая ситуация. Во всяком случае, на протяжении всех тех пяти сезонов, что выступаю за «Химки», мне никто не гарантирует солидного игрового времени. Ну, то есть в 12 я стабильно попадаю – а дальше право на минуты каждый раз надо доказывать, по сути, заново. Это объяснимо: «Химки» – клуб с большими амбициями, всегда претендует на первые места. Поэтому высочайшая конкуренция – явление обязательное. И полезное, без неё в принципе никуда. Я, когда сюда переходил, изначально этого и хотел – играть в клубе с серьёзными задачами. Если бы мне нужно было только игровое время – искал бы себе команду пониже уровнем. И, кстати, в мой первый год в «Химках» конкуренция среди защитников тоже была запредельная. Виталий Фридзон, Зоран Планинич, Кит Лэнгфорд, Томас Келати… Банда будь здоров! Тем не менее мне нашлась роль в команде. Спасибо тренеру, который в меня верил и продолжает верить. В любом случае я знаю, что при любом уровне конкуренции шанс есть у каждого. Надо просто за этот шанс цепляться.

– Куртинайтис в вас действительно верит, но при этом он совершенно не стесняется жёстко критиковать подопечных, в том числе и публично. Прошлогодняя фраза «Месси забивает больше, чем Шелекето» стала крылатой. И вам от литовца тоже частенько крепко доставалось. Как вы воспринимаете такой мотивационный метод? Обиды не накапливаются?
– Совершенно нет. Мне кажется, это, наоборот, хорошо, когда тренер в лицо говорит тебе всё, что думает. Команда – это семья, а в семье не должно быть недомолвок. Гораздо хуже было бы, если бы тренер тебе в лицо улыбался, говорил «всё хорошо, давай-давай», а сам одновременно без объяснения причин замариновал бы в запасе. То же самое, кстати, касается и всех баскетболистов. Если есть какие-то претензии друг к другу – надо их сразу обозначать. Иначе потом в игре в экстремальной ситуации неизбежно возникнут проблемы – кто-то кому-то пас не отдаст, кто-то не подстрахует в защите… В «Химках» всегда была очень дружеская атмосфера, это одна из составляющих наших побед.

«Пашутин до последнего момента надеялся, что Мозгов поможет сборной»


– Чего сборной России не хватило на Евробаскете-2016?
– Тяжёлая тема… Что касается лично моей неудачной игры, объяснение простое. Концовку прошлого сезона «Химки» заканчивали, по сути, всемером. Серия была тяжелейшая, но её кровь из носу надо было затаскивать. Я играл с несколькими травмами – просто потому что было надо. Думал, летом восстановлюсь. Но затем у меня было всего четыре недели до первых сборов национальной команды. Мы с Пашутиным обговаривали этот момент, вроде никакого недопонимания не было. В итоге три недели я проходил реабилитационные процедуры, потом недельку побегал самостоятельно – и приехал в сборную. И было очень тяжело, не скрою. Именно физически тяжело, потому что тело на тот момент оказалось не готово к серьёзным нагрузкам.

– А если касаться всей сборной?
– Наверное, не хватило уверенности в себе, каких-то тактических нюансов. Несколько матчей проиграли буквально в один бросок. С теми же французами всю игру бились на равных, вели в последней четверти «+6» – и только в самом конце развалились… Уж как минимум из группы выходить были обязаны. А с любым соперником из другой шестёрки – кроме Испании – у нас тоже были бы шансы. Так что один бросок, одно владение – и всё могло перевернуться. И ходили бы сейчас с крыльями за плечами и коронами на головах…

– Ходило много разных слухов…
– На самом деле, внутри команды всё было хорошо, кто бы что ни говорил и ни делал, какие бы процессы ни происходили в федерации. Мы на это повлиять никак не могли и просто честно делали своё дело. Спасибо болельщикам, которые приехали нас поддержать. Представляю также, насколько тяжело было нашему тренеру, который не имел никакой поддержки… Лично моё мнение: Пашутин до последнего момента надеялся, что сборной всё-таки поможет Мозгов. Конечно, с Тимофеем была бы совсем другая история.

– Что думаете о назначении на пост главного тренера национальной команды Сергея Базаревича?
– Чтобы именно он меня тренировал – такого не было. Хотя ещё по детям пару раз был на его тренировках, когда он работал с «молодёжкой» ЦСКА. Как рассказывают ребята, работавшие с ним и в «Динамо», и в Самаре, и в Краснодаре, – только хорошие впечатления. Во всяком случае, чётко понятен стиль, в каком будет играть наша команда. Надеюсь, всё будет хорошо. Да наверняка всё будет хорошо! Считаю правильным, что тренировать национальную команду станет российский тренер. Если вызовут – приеду, конечно. Как всегда.

«Обидно, что не стал чемпионом Европы в 2007-м»


– Вы действительно всегда приезжали в сборную по первому зову и в любом состоянии. Самый тяжёлый баскетбольный момент в карьере – когда вы стали последним отцепленным из состава перед победным для сборной России Евробаскетом-2007?
– Вы правы. Не стану скрывать, часто вспоминаю. Мне было всего 22. За год до этого я в первой сборной под руководством Дэвида Блатта дебютировал – в квалификации Евробаскета. Думаю, что в 2007-м был достоин итоговой заявки… Не говорю сейчас о каких-то игровых минутах, ротации – но просто попадать в дюжину по своим игровым качествам должен был. Ещё обиднее было от того, что моё отчисление стало крайне неожиданным. Мне уже выдали форму… А есть такое негласное правило – раз форму на тебя сделали, значит, можно расслабиться, ты в составе. Но – обстоятельства сложились так, что в итоге тренерский выбор пал на меня. Мы с Блаттом откровенно поговорили, он мне объяснил свою позицию. Разумеется, я, упаси бог, не собираюсь его осуждать. Победителей не судят, у тренеров всегда есть право на своё профессиональное виденье состава. Своими результатами, тем, что он сделал для российского баскетбола, Блатт всем и всё доказал. Значит, где-то я в чём-то сам недоработал, где-то не смог убедить в своей полезности…

– Когда поняли, что баскетбол станет вашей профессией?
– В принципе довольно рано… Но окончательно многое для себя переосмыслил, когда в 2002-м поехал в Сербию на двухмесячные сборы в Кополоник. Я ещё и вытянулся за то лето на 10 сантиметров, и в прыжке очень здорово прибавил. До начала тренировок еле допрыгивал до дужки кольца, а после их окончания уверенно забивал сверху двумя руками. Я там, кстати, ещё и конкурс по исполнению штрафных выиграл. Были такие правила – если смазал, в следующий попытке обязательно должен забить, иначе вылетаешь. В итоге я забил 371 штрафной, из них 170 – подряд… С тех сборов вернулся возмужавшим, почувствовавшим уверенность в себе.

– Как это помогло проявить себя?
– ЦСКА-2, цвета которого я защищал, по финансовым причинам завершил существование. Я переехал в Санкт-Петербург к Борису Ливанову, в «Пулково». Низкий ему и Анатолию Штейнбоку поклон… Отыграл там сезон, а на следующий год в Питере должна была создаваться уже серьёзная профессиональная команда, «Контигрупп», меня видели в составе… И буквально перед началом сезона-2003/04 меня приглашают на просмотр в первую команду ЦСКА, которую тогда тренировал Душан Ивкович. Мама позвонила Штейнбоку: «Егор быстренько съездит – и сразу вернётся назад, понятно, что шансов у него нет». Но в итоге я прошёл с «армейцами» сборы, и после них мне предложили подписать контракт…

«Первый точный бросок за ЦСКА Ивковича стал самым красивым в туре»


– Первый выход на площадку в майке ЦСКА помните?
– Чемпионат России, дома играли с «Локомотивом». До конца оставалось секунд 40 или 50, сижу на скамейке, скучаю, чуть ли не сплю. И тут Ивкович меня подзывает – «меняй Маркуса Брауна». Я вылетел на паркет – и Холден тут же отдал мне пас со словами «давай, забивай». Вообще, во многих командах есть такая традиция – дать шанс новичкам, чтобы они что-то забили, почувствовали уверенность в себе. В итоге я получил передачу, повозился-поковырялся с мячом и побежал в проход. И в итоге – забил сверху через двоих оппонентов, этот эпизод затем был признан самым красивым в туре.

Вообще, год под руководством Ивковича дал мне очень много. В первую очередь приучил к дисциплине на площадке. Если раньше я был эдаким подростком-стритболистом, готов был носиться по площадке, как заяц с батарейкой «энерджайзер», то после его школы, можно сказать, начал играть в по-настоящему взрослый баскетбол.

– Вы же в юности больше играли первого номера?
– И первого, и второго. Атаковал в любом случае всегда помногу. Хотя многие говорят, что атаковать я толком не умею…

– Кто, например?
– Да есть люди… Во многом эти разговоры – следствие того, что в 19 лет я заработал тяжелейший перелом и несколько лет, по сути, учился бросать заново.

– А как получили эту травму?
– Был «Финал четырёх» Кубка России в Перми, 2004 год. И тогда же в рамках этого турнира проводились конкурсы. Я участвовал сразу в двух – трёхочковых и бросках сверху. В обоих проиграл – Савкову и Ткаченко соответственно. После них сразу же пошёл на тренировку… Как уже сказал, энергии тогда было много, носился по всей площадке туда-сюда. И вот буквально последняя минута двусторонки, кто-то из ребят отдаёт пас в отрыв – а я в высоком прыжке эту передачу перехватил и упал на локоть. Сразу встал, потёр его, врачи привязали лёд – ну, болит чуть-чуть, обычное дело. А ночью локоть разболелся так, что пришлось срочно ехать делать снимок. Перелом… В итоге толком не мог разогнуть руку несколько месяцев. Собственно, до сих пор чувствуются последствия. На тренировках даже трёхочковые научился бросать левой рукой. И попадал неплохо, кстати. Но, конечно, играть так, как раньше, уже не мог, многое растерял. Из ЦСКА меня отдали в аренду в самарские ЦСК-ВВС. Олег Ким мне доверял, но я его доверие толком оправдать не мог. Бросок вообще не чувствовал, играл исключительно от прохода.

– Как развивались события дальше?
– Потом мне позвонил Сергей Кущенко и предложил перейти в «Урал-Грейт». Огромное спасибо Вальдемарасу Хомичюсу. Он как раз тогда только возглавил пермскую команду. Так вот, Хомичюс буквально заставлял бросать по кольцу. Я отнекивался – мяч не чувствую, уверенности нет. Но он продолжал меня убеждать. В первых нескольких играх статистика у меня была ужасная – 0 из 6, 0 из 7… А потом – как прорвало, стал помногу забивать. На ЦСКА попали в плей-офф, так я в обеих играх по 20 очков отгрузил. Так что очень благодарен Вальдемарасу за его веру в меня, он, по сути, возродил во мне снайпера – у меня ведь в то время даже были мысли закончить карьеру. Мне вообще по жизни везло с тренерами…

«Ханикатт хочет повторить данк Гордона с проносом мяча под ногами»


– Сменим тему. У вас всегда был полный порядок с бросками не только из-за трёхочковой дуги, но и сверху. Как эксперт в этой области, согласны, что последний конкурс данкеров стал лучшим в истории НБА?
– Рецепт бросков сверху очень простой. Если хочешь научиться высоко прыгать – надо просто прыгать. Как можно чаще и как можно больше. Сейчас, конечно, я прыгаю не так высоко, как в 20 лет. Ахиллы, то, сё… А раньше мог придти в зал и без разминки раз 20 подряд вколотить мяч в кольцо, всё по барабану было… Ну а Лавин и Гордон, конечно, уникальные атлеты. Они же ещё и высокие, под два метра, а то и выше. Плюс, насколько я знаю, эти парни – и вообще многие в НБА – профессионально занимаются йогой. И за счёт этого великолепно координированы, здорово владеют своим телом.

– Ханикатт – лучший «летун», пожалуй, не только «Химок», но и всей Единой лиги ВТБ. Какие самые сложные данки он исполняет на тренировках?
– Сейчас вот посмотрел этот конкурс – и загорелся идеей повторить бросок Гордона с проносом мяча под ногами. Посмотрим, что из этого получится. Надеюсь, ничего себе не сломает.
Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 22
23 марта 2017, четверг
22 марта 2017, среда
Партнерский контент
Загрузка...