Шейн Баттье
Фото: Reuters
Текст: Кирилл Мартемьянов

«Я не настолько безрассуден, чтобы «подставляться» под Джеймса»

Шейн Баттье – о влиянии аналитики на баскетбол, феномене «Голден Стэйт», перспективных новичках и многом другом.
12 марта 2016, суббота. 17:45. Баскетбол
За 13 проведённых в НБА лет Шейн Баттье особенно прославился своей цепкой, колючей, агрессивной защитой, в которой зачастую вязли ключевые игроки топ-команд. В составе «Майами» Баттье стал двукратным чемпионом ассоциации. После завершения профессиональной карьеры в 2014 году форвард подался в аналитики, став частью коллектива Sloan Sports. Впечатлённый новой работой, Баттье, по всей вероятности, менять новое амплуа не намерен.

– Итак, это ваш второй сезон в качестве аналитика НБА. Что вас привлекает в этой работе?
– Меня захватывает мысль, что я могу и после завершения баскетбольной карьеры изучать вид спорта, которому посвятил свою жизнь. Конечно, теперь моя роль кардинально изменилась, но это изменение не имеет ни положительных, ни отрицательных оттенков. Это лишь смена места, а не интереса.

Я оказался среди толковых людей, с которыми могу обсуждать какие-то злободневные вопросы в лиге. Мне кажется, мы настолько преданы баскетболу, что смотрели бы каждую игру, сопровождая её эмоциональными комментариями или полезными советами (которые бы никто не слышал, кроме нас самих) даже в том случае, если бы нашей программы вовсе не существовало. Наши открытые дискуссии – действительно потрясающее занятие.

– А были ли важны лично для вас те или иные суждения аналитиков? Получалось ли извлекать из них сердцевину, которая становилась для вас ценным ориентиром?
– Я невероятно счастлив, что находился рядом с такими людьми, как Дерил Мори и Сэм Хинки. Они не упускали возможность поделиться со мной какими-то наблюдениями, которые заставляли меня менять модель поведения на площадке. В большинстве случаев это касалось защиты.

По мере того как становишься старше и набираешь опыт в лиге, ты начинаешь подмечать преимущества и уязвимые места игроков, с которыми раз за разом встречаешься. Думаю, во многом благодаря аналитике я получал шанс эффективно опекать как рядовых исполнителей, так и звёзд первой величины.

Защищаться против таких парней, как Леброн Джеймс, Кевин Дюрант или Кармело Энтони, крайне тяжело, ведь приходится пускать в ход любые доступные средства. Однако чаще всего ты, находясь на площадке, не можешь увидеть тех мелочей, которые подмечают аналитики, тогда как эти детали имеют подчас ключевое значение. Аналитика – это то, что открывает глаза как на твои слабости, так и на козыри, на которые в пылу борьбы ты просто не обращаешь внимание.

– Можете ли вы назвать игрока, опекать которого было самой тяжёлой задачей в вашей карьере?
– Безусловно, Коби Брайант. Его физические данные просто сумасшедшие, и, кроме того, это игрок, обладающий невероятно крепкой психологией. Я не встречал баскетболиста, с которым было бы так сложно бороться именно на ментальном уровне. Слабости Коби — это что-то неподвластное закономерности. Они есть, но они микроскопические, и предугадать их появление практически невозможно. Даже когда я теоретически знал, как против него нужно защищаться, когда я давил на его слабые места, он всё равно умудрялся выдавать удивительные игры.

– Многие бывшие баскетболисты, работающие сейчас на телевидении, относятся к аналитикам с толикой неприязни. Например, Чарльз Баркли назвал их «дрянными товарищами», деятельность которых бесполезна, поскольку в НБА всё решает талант, а не цифры. Что вы думаете об этом?
– Статистика – штука, которая поначалу пугает. Это нагромождение цифр способно оттолкнуть от себя кого угодно. До тех пор пока ты не погрузишься в эту информацию и не будешь пытаться понять, о чём рассказывают цифры, ты всегда будешь корчить кислую мину при виде при виде любой статистики. Уже на протяжении десятилетий аналитика докапывается до причины побед или поражений. Такие великие тренеры, как Джон Вуден, Фил Джексон и Пэт Райли, вторили друг другу, призывая своих игроков при малейшей возможности нестись в отрыв, любыми методами штурмовать чужое кольцо, зарабатывать больше штрафных и в то же время чисто защищаться. Они говорили, что только при условии выполнения этих задач любая игра будет венчаться победой.

И действительно, эти принципы – киты, на которых держался и будет держаться баскетбол. Сегодня каждый аналитик пытается объяснить, насколько важны данные компоненты, подтверждая это множеством цифр. Но таких людей, как Баркли, это пугает. У них своё видение игры.

– Обнаружение у игроков каких-то особенных навыков, прежде хранившихся в качестве неиспользованного ресурса, – один из аспектов вашей новой работы. Чувствуете ли вы, что статистическая аналитика могла бы в своё время помочь вам заиграть ещё лучше?
– Вероятно, я заработал бы немного больше денег. (Смеётся.) Если серьёзно, то в моей карьере я был доволен всем, сейчас не о чем сожалеть.

Понимаете, я становился чемпионом и в старшей школе, и в колледже, и, наконец, в НБА. Перед тем как перейти в другой клуб, я всегда думал лишь о том, стану ли его неотъемлемой частью, смогу ли со своими навыками привнести туда что-новое и нужное. Это всё, что меня беспокоило. И как вы думаете, где я искал ответы на свои вопросы? Разумеется, в статистике.

Я никогда не отличался выдающимися физическими данными. Я – баскетболист медленный и не очень атлетичный. Уверен, немалое число болельщиков было озадачено как лично моими успехами, так и пользой, которую я приносил различным коллективам. И их можно понять, ведь довольно трудно разглядеть во мне то, из чего, собственно, и берётся этот успех.

Аналитика обязана делать так, чтобы ребята обращали внимание на свои способности, она должна объяснять, как определённый игрок может изменить характер игры своего клуба.

– 4 марта «Голден Стэйт» одержал 44-ю домашнюю победу кряду, повторив достижение «Чикаго» образца 1995-1996 годов. На чём, по-вашему, основывается успех «Уорриорз»?
– Это самая техничная команда в лиге. Более того, они знают всё о своих сильных сторонах и строят свою модель игры исключительно от них. «Голден Стэйт» — далеко не самая монструозная команда лиги в плане физических данных, но это с лихвой компенсируется мастерством исполнителей. Можно сказать, это коллектив, который крушит все сложившиеся стереотипы о нападении. Эффективность их дальних бросков просто фантастическая. Команды, желающие догнать их, должны бросить за игру 40-50 штрафных или улучшить реализацию трёхочковых. «Уорриорз» осваивают тот путь, по которому баскетбол должен идти дальше. В их игре невероятно много движения, причём не бестолкового. В защите они борются за каждый сантиметр площадки. И неважно, в какое время они используют такую модель игры – в 1980-е или в 2010-е, потому что эта формула эффективна всегда.

– Поговорим о негативных вещах, вытекающих из аналитики. Как вы относитесь к тактике умышленного фола на том, у кого низкая реализация штрафных бросков? Нужно ли, на ваш взгляд, в связи с этим ввести определённые изменения в правила?
– Это отличная стратегия, но ужасное развлечение. (Смеётся.) Серьёзно, это эффективная стратегия, и проценты реализации попыток с линии парнями, вроде Андре Драммонда или Деандре Джордана, говорят сами за себя, но это однозначно пятнает баскетбол. В наших руках достойный вид спорта, а такая тактика в какой-то мере портит его.

Но, обсуждая этот вопрос, важно быть объективным. Цель каждого тренера – побеждать. Если он не будет выполнять эту задачу, ему придётся искать новую работу, поэтому я не думаю, что слово «развлечение» вообще уместно в лексиконе того или иного специалиста. Он смотрит на игру отнюдь не глазами болельщика, и это важно понимать.

И всё же я бы хотел внести изменения в правила, которые позволили бы исключить из игры эту стратегию. Негативного в ней больше, чем положительного.

— Как вы знаете, лига тестирует игроков на гормон роста трижды в год. С одной стороны, руководство клубов хочет таким образом избавить игроков от соблазна прибегнуть к употреблению запрещённых препаратов. С другой — при такой системе игроки лишены права выпить, например, бутылку пива субботним вечером. Как вы относитесь к такому столкновению интересов?
— На мой взгляд, это не тот случай, когда цель оправдывает средства. Каждый баскетболист имеет право на личную жизнь, которая должна начинаться за пределами площадки. Когда он надевает форму, тогда и начинается его рабочее время. Разумеется, не всё так условно и разбирать этот вопрос нужно детально.

Однако это, пожалуй, единственная причина, почему я рад, что закончил карьеру: я не проходил подобные тесты. Это огромная проблема конфиденциальности. Если бы я играл сейчас, то был бы обеспокоен этим.

– Изучая вашу карьеру, невольно удивляешься вашему крепкому здоровью. За 13 лет карьеры вы пропустили мизерное количество игр.
– Да, в этом плане я фантастически удачлив. Моя худшая травма – повреждение левой лодыжки. Мне повезло, что за такой огромный период я избежал серьёзных увечий.

– Какому игроку современной НБА вы симпатизируете больше всего? Помнится, вы не скупились на комплименты в адрес Дрэймонда Грина.
– Мне действительно нравится этот монстр из Мичигана. Я верю, что он ещё удивит многих. Однако я с давних пор являюсь поклонником Леброна Джеймса. Забавно наблюдать, как он при своих, относительно скромных по меркам представителя передней линии, габаритах способен и вытеснить «большого» из трёхсекундной зоны, и убрать ловкого защитника одним «кроссовером».

Мне также нравится следить за Стивеном Карри. Несокрушимая уверенность, с которой он выходит на каждую игру, – нечто удивительное.

– В студенческой лиге вы особенно славились тем, что часто предугадывали движение соперников, вынуждая их хватать фолы в нападении. Получилось ли когда-нибудь удачно «подставиться» под Джеймса?
– Были отдельные попытки, когда он ещё не перешёл в «Майами», но ни одна из них, насколько я помню, не была успешной. К тому же я не настолько безрассуден, чтобы настойчиво пытаться остановить его таким образом. Я обрёл некоторую славу в НБА, когда удачно «подставился» под Шакила О’Нила и Яо Мина, и это попало в эфир Open Court (аналитическая программа на американском ТВ. – Прим. авт.) Да, тогда я рассказывал об этом всем, кому не лень. Я гордился этим.

– Какое впечатление на вас производит последнее поколение новичков в НБА?
– Кристапс Порзингис имеет ощутимый шанс стать заметной вехой в истории «Нью-Йорка». Это действительно уникальный игрок. Вместе с ним «Никс» получили что-то вроде надежды, ориентира на будущее. Порзингис – второе дыхание клуба.

Мне нравится Карл-Энтони Таунс, думаю, из него выйдет достойный баскетболист. Позиция, с которой начал карьеру Джалил Окафор, очень схожа с моей. В свой первый год мы оказались в действительно слабых командах. В таком случае у тебя два варианта: либо выбраться оттуда, благодаря исключительно своему труду, либо до конца карьеры остаться заурядным игроком. Но Окафор – кладезь навыков. К тому же его физические данные уже могут побеспокоить любого опытного великана под кольцом, а ему всего 19 лет. Помяните мое слово, однажды он станет мастером своего дела.

Я также положительно настроен по отношению к Джастису Уинслоу. На мой взгляд, «Майами» на драфте сделал очень грамотный выбор. Этот парень уже показал задатки превосходного разрушителя, и когда он обзаведётся стабильным средним и дальним броском, то сможет поставить на уши всю лигу. Стоит ещё упомянуть Кэмерона Пэйна из «Оклахома-Сити». Этот новичок пошёл по совершенно незаурядному пути. Посмотрим, что выйдет. В нём явно есть потенциал. Известна истина, что великие игроки протаптывают себе дорогу нестандартным образом.
Источник: Sloan Sports
Оцените работу журналиста
Голосов: 12
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда
6 декабря 2016, вторник