Майкл Джордан
Фото: Reuters
Текст: Андрей Белик

«Выбрав меня, вы не пожалеете». Как школьник обманул Джордана

Прежде чем войти в историю в качестве «баста», Кваме Браун уничтожил Тайсона Чендлера на тренировке и впечатлил лучшего игрока всех времён.
20 марта 2016, воскресенье. 00:15. Баскетбол
В 1995 году «Вашингтон» имел возможность выбрать Кевина Гарнетта под общим четвёртым номером драфта. Но менеджмент был вынужден искать иные варианты усиления состава — во многом потому, что владелец клуба Эйб Поллин являлся принципиальным противником ставки на вчерашнего школьника, миновавшего студенческий этап карьеры. Спустя шесть лет лига в целом и Поллин в частности изменили свое мнение о тинейджерах, идущих в профи прямиком со школьной скамьи. Организация, сменившая к тому моменту вывеску с «Буллетс» на «Уизардс», остановилась на кандидатуре форварда Кваме Брауна, на которого и потратила первый пик.

Ответственность за данный выбор целиком и полностью лежит на плечах Майкла Джордана, генерального менеджера столичного коллектива, готовившегося к очередному «камбэку». В своё время Гарнетту, Коби Брайанту, Трэйси Макгрэйди и иным выпускникам средних учебных заведений пришлось ждать, пока их имя прозвучит из уст комиссионера НБА Дэвида Стерна. Именно Браун стал первым школьником, удостоившимся чести уйти с молотка раньше всех конкурентов. Но в процессе его трансформации в баскетболиста-профессионала буквально сразу же стал происходить один сбой за другим, а факторы, не зависевшие от самого «большого», со временем превратили его в одного из главных «бастов» в истории драфта в его привычном формате.

В своей книге «Мальчики среди мужчин», адаптацию отрывка из которой мы и предлагаем вашему вниманию, американский журналист Джонатан Абрамс раскрыл причины, по которым карьера Брауна была изначально обречена на провал.

***

Билли Донован услышал нотку сомнения в голосе своего звёздного рекрута. Сам в прошлом баскетболист-профессионал, поигравший в НБА, пусть и недолго, он прекрасно отдавал себе отчёт в том, с какими соблазнами приходится бороться представителям категории элитных школьников, которым предрекали большое будущее. Донован тренировал студенческую команду университета «Флорида» и в кратчайшие сроки вывел её на принципиально новый уровень. Возможность оказаться в сильнейшей лиге планеты в обход колледжей казалась на редкость заманчивой, и специалист не был удивлён, когда весной 2001-го Кваме Браун заявил, что отказывается от данного ранее обещания пройти курс обучения во Флориде и намерен выставить свою кандидатуру на драфт. Но в ходе разговора с парнем Доновану показалось, что убедить в правильности своего решения форвард пытается не человека, ожидания которого он не оправдал, а самого себя.

«Я всё понимаю», — ответил Донован.

Билли наблюдал за игрой Брауна в течение нескольких лет. Между тренером и игроком возникли доверительные отношения, берущие начало с того момента, как специалист получил приглашение на встречу школьных команд в городе Брансуик, штат Джорджия, где ему предлагалось понаблюдать за действиями не по годам атлетичного парня. Информация, указанная в абсолютном большинстве подобных писем, не соответствовала и близко, но Донован — больше из любопытства — поехал посмотреть на Кваме и остался им впечатлён. Спустя некоторое время «большому» была обещана ключевая роль в баскетбольной программе «Флориды», и в ноябре 2000-го он вроде бы гарантировал себе безоблачное будущее, подписав бумаги о намерениях поступить в университет, где в нём были заинтересованы.

В Брауне было что-то невинное, совсем ещё детское, что зацепило Донована. Кваме, по мнению своего потенциального наставника, являлся милым ребенком с куда более позитивным, нежели у любого другого подающего надежды спортсмена, взглядом на окружающий его мир.
Чтобы добиться успеха на паркете, ему, казалось, нужно совершить прорыв именно в части психологии. Для Билли форвард оставался обычным школьником, со всеми вытекающими из этого проблемами — Кваме больше заботили выпускные экзамены и получение аттестата, нежели собственные перспективы в баскетболе.

Вскоре после личного знакомства с Брауном Донован обратил внимание, что на матчи школьной команды «Глинн Академи», где обучался игрок, стали всё чаще заглядывать представители клубов НБА. Но не заметить людей в костюмах с изображёнными на них эмблемами популярных клубов не мог не только намётанный глаз тренера. Популярность Кваме в среде менеджеров росла постепенно, но за считаные недели взлетела до небес. Изначально ему предрекали выбор в конце первого раунда драфта, но оперативно подняли парня в «лотерею». Билли следил за баскетболистом достаточно долго, а потому без труда мог как перечислить все его положительные качества, так и объяснить тинейджеру, как именно он должен искоренить собственные недостатки. Тело форварда казалось готовым к НБА. Его игре были присущи мощь и атлетизм. Донован понимал, что не имеет права оспаривать решение рекрута. Последнему нужно было обеспечить своё будущее в финансовом плане и оказать поддержку семье. Ни один человек в подобных обстоятельствах не откажется от гарантированного контракта с коллективом ассоциации и прописанных в нём денег.

«Тренер, я не хочу этого делать», — сказал Браун сразу же после того, как проинформировал наставника «Флориды» о сделанном выборе. На вопрос о причинах он ответил следующее: «Если меня задрафтуют под общим первым номером, на мои плечи ляжет непосильный груз ожиданий. Я знаю, что люди захотят увидеть в моём исполнении, но также понимаю, что далёк от статуса первого пика. Я к этому не готов».

Восстанавливая в памяти детали беседы с Брауном, Донован утверждает, что уже тогда ему было очень жаль парня. «В глубине души он всё-таки хотел поступить в колледж. Я думаю, он действительно понимал, что не готов к НБА в полной мере. Но он должен был совершить этот шаг в интересах семьи. Но он очень переживал по пустякам». По словам специалиста, Кваме задавал ему самые разнообразные вопросы: должен ли он сам искать себе жильё, или об этом позаботится клуб, как когда лучше убирать в доме…

«Он метался из крайности в крайность», — вспоминает Донован, спустя 14 лет после получения отказа от Кваме прекративший сотрудничество с университетом и отправившийся покорять НБА, приняв предложение «Оклахома-Сити».

Джойс Браун хотела, чтобы её сын поступил в колледж. Но также она понимала, что только деньги, заработанные им в НБА, способны изменить жизнь большой семьи к лучшему. Кваме родился в Чарльстоне, штат Южная Каролина, и был седьмым из восьми детей своих родителей. Долгие годы мать будущего баскетболиста пыталась прекратить губительные для всех окружающих отношения со своим мужем, Уилли Джеймсом. Он употреблял наркотики, унижал супругу морально и физически, а каждый следующий приступ его безудержного гнева становился для неё громом среди ясного неба. Женщина прекрасно отдавала себе отчёт в том, что ничего хорошего из этих отношений не выйдет, но до определённого момента прощала его, пока не вернулась в родной Брансуик.

Развод Джойс получила только в 1989-м. Спустя год Уилли Джеймс Браун был осуждён на пожизненное тюремное заключение без права на прошение о помиловании за жестокое убийство своей новой подруги рукояткой топора.

Брансуик, портовый городок с населением около 15 тысяч человек, расположен между Джексонвиллем и Саванной. Семья Браун жила в районе, официально называющемся Диксвилль, но известном в простонародье как Дно. Опускаться ниже Джойс было просто некуда — только отталкиваться и идти вперёд. Окрестности дома изобиловали церквями и барами, а губительный климат вынуждал тело покрываться потом за несколько минут, стоило ей выйти на улицу. Прокормиться в городе, впрочем, было возможно: благодаря нескольким островкам у побережья, где периодически отдыхала золотая молодёжь, Брансуик постоянно нуждался в людях, не гнушающихся грязной работы. Женщина не отчаивалась, несмотря на свалившиеся на её голову испытания, и убирала номера в одной из местных гостиниц до 1993-го, когда ей была присвоена инвалидность из-за разрушения межпозвоночного диска.

Дополняя пособие по инвалидности заработком няни, Джойс худо-бедно, но содержала семью, главным транспортным средством которой являлся повидавший многое велосипед. Старшие братья Кваме реагировали на нищенские условия существования по-своему, утверждаясь в уличных бандах. Уилли Джеймс Браун-младший получил 12-летний срок за торговлю кокаином, а Толберт Ли Браун «загремел» в тюрьму на 15 лет за участие в перестрелке.

Семья делала всё возможное, чтобы жизнь Кваме потекла по принципиально иному руслу. Старшие братья советовали будущему баскетболисту уехать подальше от дома и отыскать место, где он сможет начать всё с чистого листа. Даже начальную школу Брауну специально подбирали в другом, более престижном районе города, несмотря на очевидные неудобства, начиная с необходимости добираться на учёбу автобусом. Когда Дэн Мур обдумывал предложение стать тренером команды «Глинн Академи», он случайно увидел форварда на одной из уличных площадок, где последний носился со сверстниками. К тому моменту рост Кваме уже перевалил за 1,95, и специалист взялся за работу. Один из многочисленных детей четы Браун, Табари, уже блистал на школьном уровне, и Мур был готов внести свою лепту в то, чтобы баскетбол стал для них семейным делом.

Кваме Браун, как Дэн очень быстро выяснил, имел одну малоприятную черту — он был склонен расстраиваться по пустякам и терял контроль над собой. Однажды на тренировке форвард выразил неудовлетворение собственными действиями ударом о бетонную стену и получил перелом руки. Кроме того, Кваме постоянно опаздывал. Он приходил на тренировки позже остальных, не успевал ко времени отправления автобуса на выездные матчи. В качестве воспитательной меры Мур никогда не ждал провинившегося, сколь важным игроком в его ротации тот бы ни являлся.

Но в целом специалист был в восторге от работы с Брауном. Он оказался настоящей находкой — живым и умным мальчиком, способным и желающим учиться. Иногда Мур даже просил школьника присмотреть за собственными детьми. Оглядываясь назад, тренер не может вспомнить ни единого случая, чтобы у них с Кваме возникли какие-нибудь разногласия, не говоря уже о конфликтах. Атлетизм парня выходил за все известные его наставнику границы, и Дэну пришлось разрабатывать специальный комплекс упражнений, чтобы форвард не заскучал на тренировках. Одно из них заключалось в следующем: Браун должен был прыгать из одной трёхсекундной зоны в другую, одновременно препятствуя нанесению точного броска по кольцу. Но никому не удавалось стабильно забивать через «большого». Он рос настоящим универсалом на площадке и личностью за её пределами, что оказалось возможным благодаря наставлениям Джона Уильямса.

Уильямс занимал должность исполнительного директора местного управления по делам молодёжи и принимал активное участие в жизни «Глинн Академи» ещё до того, как Мур принял баскетбольную команду учебного заведения. По мере возможности он проводил с ребятами мотивационные и воспитательные беседы, а также помогал им в поиске подработки во внеурочное время. Для Кваме Джон стал человеком, соединившим элементы пазла в полноценную картину. Он был первым мужчиной в жизни мальчика, оказывавшим на того положительное влияние. В то время как Тайсон Чендлер приезжал в школу на броском внедорожнике, Браун сидел за рулём принадлежащего его ментору старенького «Бьюика» эконом-класса. Уильямс позволял парню пользоваться собственным автомобилем при условии получения им хороших оценок в школе.

Но ещё больших успехов Кваме добивался на площадке. В последний год обучения он набирал в среднем 20,1 очка, 13,3 подбора и 5,8 блок-шота, а команда «Глинн Академи» во многом благодаря его усилиям вышла в «Финал четырёх» чемпионата штата. Форвард собрал внушительную коллекцию из 17 очков, 7 подборов и 5 блок-шотов в McDonald's All-American Game — ежегодном поединке с участием самых талантливых школьников страны. Кроме того, Браун показал себя с лучшей стороны в нескольких летних лагерях, организованных известными брендами-производителями спортивной экипировки, а после яркого выступления на национальном уровне в Дарэме, штат Северная Каролина, парень впервые задумался о профессиональной карьере и НБА.

Мур не обсуждал с Кваме вопросы, связанные с будущим баскетболиста, поскольку не считал себя человеком, который имеет право давить на парня в сложившейся ситуации и брать на себя ответственность за его следующий шаг. Для школьного тренера Браун оставался обычным тинейджером, и Дэн хотел бы, чтобы тот отложил выбор на потом. Когда специалист начал замечать ведущих скаутов коллективов ассоциации на матчах «Глинн Академи», он рекомендовал «большому» отстраниться от происходящего. «Используй баскетбол, — говорил он. — Но ни в коем случае не позволяй баскетболу использовать себя».

До того самого дня, когда Кваме уведомил Донована о переходе в профи, Мур был уверен, что его звёздный воспитанник продолжит обучение в университете «Флорида». Но со временем специалист признал, что в поступке Брауна было рациональное зерно. «К 21 году он заработает $ 19 млн. Когда я стал совершеннолетним, пределом моих мечтаний являлось получение хоть какой-нибудь работы».

Поэтому форвард позволил Уильямсу стать своей движущей силой. Браун старался избегать вопросов «Колледж или НБА?» в общении с журналистами и уведомил общественность о своих намерениях посредством заранее подготовленного заявления. «Многим кажется, что прыжок из школы прямиком в сильнейшую лигу мира — штука очень сложная, — оно гласило. — Но лично для меня, как и для моей семьи, кажущиеся тупиковыми ситуации не являются чем-то принципиально новым. Фактически именно невзгоды сплотили мою семью». Спустя несколько часов после публикации приведённых выше строк Кваме в строгом чёрном костюме вместе со своей девушкой по имени Джой отправился на школьный выпускной вечер.

Форвард приобрёл дом в Гэйнсвилле, где жил Донован, и попросил о предоставлении ему возможности подготовиться к драфту в университете «Флорида». Билли хватило одного взгляда, чтобы понять: его рекрут далёк от оптимальной формы. По мнению специалиста, Браун относился к числу спортсменов, любящих играть, но не уделяющих должного внимания тренировочному процессу.

«Кваме, тебе нужно упорно поработать. Ты обязан привести себя в порядок и самостоятельно пробивать дорогу к свету». Донован уже не играл никакой роли в будущем «большого», но по-человечески хотел ему помочь. И, тем не менее, он был достаточно проницателен, чтобы осознать: к самому серьёзному вызову в своей жизни Браун подходит откровенно неподготовленным.

Усиленная программа тренировок помогла. Форвард прошёл просмотр для всех клубов НБА, имевших право выбора в первой десятке, и впечатлил каждого. Эдди Карри был габаритнее. Чендлер — выше. Но Браун, являвшийся сочетанием двух этих качеств, показал себя наилучшим атлетом в данной тройке. Майкл Джордан просматривал всех, и периодически сам надевал игровую форму вместо официального костюма, чтобы лично убедиться в способностях каждого из новичков, вынуждая представителей СМИ и рядовых болельщиков изо дня в день задаваться вопросом, действительно ли Его Воздушество готовится к возобновлению карьеры.

Накануне драфта «Уизардс» организовали ещё одну, финальную тренировку, где Браун должен был сойтись с Чендлером один на один. Данная просьба изначально оскорбила Кваме, считавшего, что он уже всем и всё показал, равно как и убедил, что заслуживает выбора под общим первым номером.

Тем не менее форвард прибыл в назначенное время в указанное место и разбил Тайсона в пух и прах. Он с лёгкостью продавливал его при выполнении одних упражнений и опережал в других. Он мог — и действительно делал! — всё: сражался в «краске» с позиции силы, с молниеносной скоростью передвигался по периметру… По мнению Рода Хиггинса, Кваме мог приносить пользу как в трёхсекундной зоне, так и за её пределами, и в перспективе вырасти в нового Гарнетта. Чендлер, в свою очередь, слишком часто выходил на трёхочковую дугу: парню импонировала манера игры Рашида Уоллеса. Но у Хиггинса возникли обоснованные сомнения в том, что потенциальный новобранец сможет проявить себя в НБА в данной роли.

Род исходил из собственного опыта. Начав профессиональную карьеру в 1982-м после выпуска из университета «Фрезно Стэйт», менеджер понимал, что ни за что не задержался бы в сильнейшей лиге мира, минуй он студенческий этап карьеры. Но на подходе было совершенно новое поколение игроков. Хиггинс понимал, что и ему, и другим функционерам придётся очень непросто, когда возникнет необходимость прогнозировать, на каком этапе окажется вчерашний школьник через пять лет — никто не делал тайну из невозможности предсказать, как именно самостоятельная жизнь со всеми её взлётами и падениями скажется на тинейджерах, обязанных оправдать ожидания и стать звёздами. Но в тот момент сложившаяся ситуация казалась ему лишь очередной загадкой любимой игры, которую он должен разрешить.

Наверняка Чендлер об этом не знал, но его очную ставку с Кваме «Вашингтон» организовал только для того, чтобы убедиться в правильности сделанного в пользу Брауна выбора. Но по окончании занятия у Тайсона возникло чувство, что всё потеряно — после непродолжительной беседы с Джорданом парень догадался, что в качестве потенциального первого пика его больше не рассматривают.

Кваме также поговорил с великим баскетболистом перед тем, как отправиться домой, и произнёс фразу, пробудившую в Майкле решимость следовать первоначальному плану. Эта фраза вполне могла бы принадлежать молодому Джордану собственной персоной на соответствующем этапе его карьеры.

«Я обещаю, что если вы выберете меня, вы никогда об этом не пожалеете».
Кваме Браун
Фото: Reuters

Кваме Браун

Источник: ESPN GB
Оцените работу журналиста
Голосов: 42
9 декабря 2016, пятница
8 декабря 2016, четверг