Маленькие слабости Его Величества
Текст: Александр Рабенок

Маленькие слабости Его Величества

"Чемпионат.ру" приводит интервью обозревателя ESPN Кевина Арновица с автором нашумевшей статьи о Леброне Джеймсе в сентябрьском номере американской версии журнала GQ Джей Ар Морингером.
20 августа 2010, пятница. 16:15. Баскетбол
В дни, предшествовавшие, возможно, самому большому решению в профессиональном спорте, Леброн Джеймс вёл себя крайне скрытно. Одним из немногих, кто имел хоть какой-то доступ к информации, был обозреватель Джей Ар Морингер, ведший хроники Короля, которые появятся в сентябрьском номере американской версии журнала GQ. Журналист провёл целый ряд интервью с Джеймсом и был очень огорчён, когда он огласил своё решение в прямом эфире на телевидении.

В своей статье Морингер пытается рассмотреть решение Джеймса с другой стороны, нежели мы делали это раньше. Пока большинство ломали голову, задаваясь вопросом "Как?", он пытался ответить на вопрос "Почему?". Обозреватель ESPN Кевин Арновиц, ознакомившись с материалом раньше других (официально журнал поступит в продажу только 24 августа), созвонился с Джей Аром и побеседовал с ним о впечатлениях, которые остались у него от общения со звездой.

Выступая в прямом эфире, он говорил как-то наигранно, как будто отрепетировал свои слова заранее. Сложилось впечатление, что, покинь кто-нибудь комнату или оборвись трансляция, он повторил бы всё снова слово в слово. У него берут интервью чуть ли не с пелёнок, и он уже приноровился разговаривать перед камерами. То, как он говорит, немного не сочетается с тем, что он говорит.
– Читая ваши интервью с Леброном Джеймсом, я поймал себя на мысли, что он не слишком быстро принимал решение…
– Знаете, мне показалось, что он уже вообще перестал думать над решением. Выступая в прямом эфире, он говорил как-то наигранно, как будто отрепетировал свои слова заранее. Сложилось впечатление, что, покинь кто-нибудь комнату или оборвись трансляция, он повторил бы всё снова слово в слово. У него берут интервью чуть ли не с пелёнок, и он уже приноровился разговаривать перед камерами. То, как он говорит, немного не сочетается с тем, что он говорит.

– В своей журналистской карьере вам приходилось брать интервью у Коби Брайанта и у многих спортсменов с громкими именами. Манера Леброна стала для вас откровением или так разговаривают все спортсмены?
– Конечно, существуют определённые фразы, которые являются дежурными для спортсменов, но каждый из них говорит по-особенному. Например, Коби в интервью немного осмотрителен, что не удивительно, учитывая его историю отношений с прессой. А вот Джеймс не осторожничает. Это что-то другое. Как будто… играет, не могу придумать слово лучше. Выглядит так, как будто он знает, что будет говорить. Он пытается говорить фразы, которые никому не навредят, и старается держаться такой манеры общения. Может, где-нибудь в раздевалках его учили, как нужно разговаривать.

– Один из моих любимых моментов статьи - это когда вы пишете о том, что пытались найти место, где бы можно было бы провести интервью. Но когды вы его нашли, то вам сказали, что там "слишком тихо" для Леброна.
– Да. Мне так сказал его пресс-атташе.

– По ходу чтения мне показалось, вы пытаетесь объяснить читателям, что Леброн не может быть один. Некоторые моменты даже выделены были курсивом. Вы сделали вывод, что он решил перейти в "Майами", чтобы повторить свой школьный опыт. Вы как будто пытаетесь отказаться от слов, что опасно быть психологом знаменитости…
– Это были слова Базза Биссинджера - о том, что опасно быть психологом. Базз провёл с Леброном, наверное, больше времени, чем кто-либо иной на планете, и было очень интересно поделиться с ним моей теорией. Отчасти он согласился с тем, что Джеймс пытается "вернуться" в школу. Кажется, Король нашёл формулу успеха в жизни, и она исходит из школы. Об этом как будто и идёт речь в документальном фильме More Than a Game. О Леброне и о фантастической пятёрке из школы Акрона. Там он просто зажигал, он был счастлив, ведь его окружали лучшие друзья. А в Кливленде, похоже, ему всего этого не хватало. Очевидно, что Уэйд и Бош – это не просто талантливейшие партнёры, которыми он всегда хотел себя окружить, но и настоящие друзья. Он ищет поддержки от них, духа товарищества. Это формула, которая всегда срабатывала для него. Это идёт из его детства, когда он был абсолютно один. Жил с матерью и не знал даже своего отца. Мне кажется, что именно эта ситуация повлияла на его характер, на потребность в том, чтобы всегда рядом был близкий друг. Я понял это, смотря документальный фильм. Я понял это, читая книгу Базза. И особенно это было заметно, когда он был представлен в Майами своими друзьями Уэйдом и Бошем. Он не просто хочет выигрывать. Он хочет быть счастливым, и когда рядом с ним люди, на которых он может положиться, которые ему не безразличны, Леброн наверняка сможет чувствовать себя комфортно и демонстрировать свою лучшую игру.

– Вы написали следующее: "Джеймсу стоило подготовиться. У него была масса способов огласить своё решение, причём существенно лучших". Очень многие обрушились с критикой на то, как Леброн это сделал, но что бы вы ему посоветовали сделать по-другому?
– Не думаю, что люди критиковали его представление больше, чем само решение. Я даже удивился, ведь думал, что критики будет значительно больше. Но знаете, сейчас я понимаю, что оглашение такого решения вряд ли бы прошло более успешно, даже если бы он избрал другой вариант. Это было понятно с самого начала. А часовой документальный фильм о своих планах действительно неудачная идея.
Кажется, Король нашёл формулу успеха в жизни, и она исходит из школы. Об этом как будто и идёт речь в документальном фильме More Than a Game. О Леброне и о фантастической пятёрке из школы Акрона. Там он просто зажигал, он был счастлив, ведь его окружали лучшие друзья. А в Кливленде, похоже, ему всего этого не хватало.
Но она не была бы столь провальна, если бы он продумал её. Если бы он подготовил слова фанатам Кливленда, которым он разбил сердце. Если бы он сказал больше о "Нью-Йорке" и "Нью-Джерси", которые, несомненно, были расстроены. Если бы он хотя бы постарался сказать слова утешения многим людям, которых он, несомненно, огорчил, то, поверьте мне, реакция была бы менее негативная. Джеймсу не стоило так много говорить о себе и своём желании побеждать. Вспомни он хотя бы о том, что покидает Кливленд и оставляет команду в шатком положении, а фанатов – без кумира, за которого они так боролись, и реакция была бы менее агрессивной. Так звучало бы гораздо лучше.

– Но вам не кажется, что отрицательная реакция была неизбежна, даже если бы Леброн огласил своё решение в той манере, о которой вы упомянули? Не думаете ли вы, что в любом случае он стал бы злодеем в глазах фанатов?
– В некоторой степени. Я думаю, можно провести аналогии с Бреттом Фавре (американский футболист "Миннесоты". – Прим. "Чемпионат.ру"). Мы смогли понять обоих спортсменов, но, учитывая тот факт, что фанаты в XXI веке не любят тех, кто много драматизирует, надо как-то смягчать ощущение для них, если уж ты решил добавить немного драматургии. Фавре, даже будучи великим спортсменом, каждый год раздражает фанатов тем, что постоянно мусолит тему своих переходов, но он для этого хотя бы не появляется в прямом эфире и не устраивает часовые шоу о себе. Надо понимать, что фанаты хотят видеть своих кумиров скромными и смиренными, когда те совершают ошибки. Я думаю, Джеймсу стоило подумать об этом, когда он принимал решение.

– Американцы, безусловно, ценят скромность в спортсменах, но следят больше за теми, кто ярко проявляет себя. Возможно, образ Джеймса в массах немного подпорчен, но я думаю, что за его игрой будет теперь смотреть намного больше людей.
– Да, мы одновременно и любим, и терпеть не можем самовлюблённых спортсменов. Но я не хочу говорить, что Леброн нарцисс, нет. Да, его решение само по себе и в особенности ТВ-шоу были поступками из этой категории, но не мне решать, насколько самовлюблён Джеймс. Однако для публики он останется нарциссом. Да, возможно он и подпортил свою репутацию, но рейтинги на игру "Хит" против "Лейкерс" в Рождество будут просто космическими. Как это повлияет на его рыночную привлекательность? Как это повлияет на продажу кроссовок и напитков, которые он рекламирует? Не знаю, время покажет. Безусловно, на Леброна будет давить груз ответственности за свой "злодейский" поступок. Мы ведь раньше не видели в профессиональном спорте такой ситуации, чтобы человек за одну ночь менял свой образ от героя к человеку, которого многие ненавидят. При этом по большому счёту Джеймс не сделал ничего особенного. Этот парень не изменял своей жене, у него не было проблем с законом и наркотиками, его никто не штрафовал за вождение автомобиля в нетрезвом виде. Вся эта озлобленность возникла лишь из-за слова "Майами" и ТВ-шоу. Это ведь настоящий прецедент в истории спорта. Мы не знаем, насколько долго американцы будут держать зло на этого парня. Того же Фавре, о котором я говорил раньше, в прошлом году все люто ненавидели. Но затем он провёл величайший сезон и был прощён. Однако сейчас он снова находится в ситуации, когда все его считают негодяем.

– Однажды Майк Ройко (спортивный обозреватель 70-х годов) сказал, что спортивные фанаты это главные подонки в Америке. Является ли, на ваш взгляд, последний месяц подтверждением его слов?
– Фанаты тоже небезгрешны. Они стали соучастниками этого действа, когда настроили свои телеприёмники на это шоу. Однако та озлобленность, с которой все обрушились на Леброна, не умещается ни в какие рамки. Ладно, допустим, парень целый час говорил о себе в прямом эфире, но неужели это поступок, заслуживающий той доли презрения, что выпало на него? Просто не понимаю. Он был свободным агентом и решил перейти в команду к двум парням, с которыми он пришёл в лигу и которых он считает своими братьями, а на него все так озлобились. Даже больше чем на Тайгера Вудса. Возможно, он был объектом насмешек или издёвок, но его не презирали.
Мы ведь раньше не видели в профессиональном спорте такой ситуации, чтобы человек за одну ночь менял свой образ от героя к человеку, которого многие ненавидят. При этом по большому счёту Джеймс не сделал ничего особенного. Этот парень не изменял своей жене, у него не было проблем с законом и наркотиками, его никто не штрафовал за вождение автомобиля в нетрезвом виде. Вся эта озлобленность возникла лишь из-за слова "Майами" и ТВ-шоу.
Всё потому, наверное, что Тайгер во времена высшего уровня безработицы со времён великой депрессии публично высказывался о том, что сам даже не знает, куда деть 100 миллионов долларов. Но в целом я согласен с Ройко на данный момент, поскольку в сложившейся ситуации невиновных нет.

– Как вы относитесь к словам Джеймса о том, что он запомнил всех, кто негативно отзывался о нём? Вы спросили у него, является ли это мотивацией для него? Показалось, что эти слова его задевают.
– Да, мне тоже показалось, что он принимает их близко к сердцу. Леброн умеет контролировать собственную ярость, но не умеет её выражать. А эти слова не говорят нам ровным счётом ничего о Джеймсе, ведь это был всего лишь пост в "Твиттере". Если у вас весь день открыт ваш аккаунт, то, конечно, хочется написать что-то подобное, но они нам не могут сказать о характере автора. Если он использует свой гнев как мотивацию для игры и захочет доказать всем, что он что-то может, как это делал Майкл, когда вернулся, то эти слова в "Твиттере" будут звучать как предупреждение.

Но, насколько я успел понять, Леброн не руководствуется гневом. Конечно, ему никогда в жизни не доводилось переживать подобных драм, но легко написать в Сети, что ты запомнил всех. Намного сложнее жить с этим каждый день и пытаться превратить свой гнев в то, что помогало бы побеждать. Я вижу, что Леброн стремится быть счастливым и хочет побеждать. Победы для спортсмена – неотъемлемая часть личного удовлетворения, но если добиваться всего этого, находясь на площадке с лучшими друзьями, то это большая мотивация, чем любая другая. Сейчас мы ещё не можем по-настоящему понять Джеймса. Ему всего 25 лет, и его характер всё ещё формируется. Вот почему я считаю, что люди, уже повесившие на Леброна ярлык негодяя, не правы. Он только начинает свой путь.
Источник: ESPN GB
Оцените работу журналиста
Голосов: 6
5 декабря 2016, понедельник
4 декабря 2016, воскресенье