"Шоколадной Молнией меня прозвал Стиви Уандер"
Фото: Fotobank.ru/Getty Images
Текст: Иван Воронцов

"Шоколадной Молнией меня прозвал Стиви Уандер"

О миссии посла НБА, происхождении своего прозвища, первом броске сверху, баскетболистах-телеведущих, Джулиусе Ирвинге и итальянской кухне – в интервью Дэррила Доукинса журналу "Дайм".
14 августа 2011, воскресенье. 17:01. Баскетбол
В баскетбольном мире не так много вещей, которые оставляют такое же сильное впечатление, как данки Дэррила Доукинса. Одна из них – его индивидуальность. Центровой по прозвищу Шоколадная Молния, известный своими щитодробительными бросками сверху, в качестве посла НБА совершил путешествие по восьми городам США, которое закончилось в июне в Вашингтоне. Помимо встречи с фанатами в его обязанности входила работа в качестве судьи на любительском конкурсе Sprite Slam Dunk Showdown, по броскам сверху.

Достоинства и достижения Дэррила заменяют ему различные дипломы и сертификаты. Доукинс удостоился титула самого мощного данкера во время сезона-1979/80, когда в течение месяца после его "гвоздей" кольца отваливались, а щиты разлетались в разные стороны. Выступая в составе "Сиксерс" вместе с Джулиусом Ирвингом, центровой трижды добирался до финала НБА, а в течение всей свой 14-летней карьеры набирал по 12,0 очка и совершал 6,1 подбора, 1,4 блок-шота и 1,3 передачи в среднем за игру.


"НЕЖЕЛАНИЕ ПРОБОВАТЬ ЧТО-ТО НОВОЕ – ВОТ ЧТО МЕШАЕТ МНОГИМ ПОБЕЖДАТЬ В СЛЭМДАНК-КОНТЕСТАХ"

– Дэррил, почему вы согласились стать одним из послов НБА?
– Я думаю, потому что всегда пытаюсь сделать что-то хорошее для НБА, а лиге требуются узнаваемые и легко идущие на контакт с людьми личности. Я стал частью программы "Нация НБА" и знал, что мне предстоит выступить в качестве судьи на любительском конкурсе по броскам сверху. НБА требовался кто-то, кто может путешествовать по стране в выходные и посещать разные города. Проще говоря, каждый уик-энд я должен был куда-то лететь: Кливленд, Сакраменто, Даллас, Майами, а сейчас во Флориде из-за погоды даже из самолёта выходить не хочется – там "+39". На самом деле, я считаю, что вытянул счастливый билет, ведь помимо меня есть целая куча людей, которые хотели бы заниматься тем же.

– Какие самые яркие впечатления остались от поездок?
– Все города абсолютно разные. Например, в Сан-Антонио мы попали на фолк-фестиваль, где было несметное количество блюд, а я, если честно, люблю вкусно покушать. Что касается самих выступлений, то я видел в исполнении любителей несколько таких данков, что я бы даже не пытался повторить. Я в своё время лишь вколачивал мяч со всей дури. А для этого просто надо было разогнаться и вогнать мяч в кольцо через чьи-нибудь руки. Эти же ребята ставят сверху с разворотом на 720 градусов, проносят мяч между ногами, перепрыгивают через шесть-семь человек. Они обладают творческим талантом, креативностью, воображением, которые я очень высоко ценю.

– Какой данк из тех, что вы видели в течение последних двух месяцев, считаете самым невероятным?
– Таких было немало. Левой рукой с разворотом на 360 градусов, перепрыгивая через человека и проведя мяч между ног и вокруг талии. Это было безумно красиво! Вы только вдумайтесь в только что описанный мной набор элементов – пока их все выполнишь, уже будешь крепко стоять на двух ногах на асфальте… Если же говорить о самом бешеном данке, то вспоминается, как один парень выбросил мяч из окна библиотеки, которая находилась примерно в 20 метрах от площадки. Пока мяч прыгал, он сумел добежать до площадки, поймать его в воздухе и вогнать в кольцо. Это было что-то невероятное. Эти ребята обладают отличным воображением. Нежелание пробовать что-то новое – вот что мешает многим побеждать. Ты должен что-то придумать, то, чего люди ещё не видели, ты должен ходить в тренажёрный зал и отрабатывать свои броски. Во время соревнований в распоряжении должно быть не три броска сверху, а восемь-девять, ведь если тебе удастся пробиться в финал, твой противник, возможно, выполнит заготовленный тобой данк, но лучше.

– Как вы считаете, стали ли броски сверху более зрелищными в последние годы?
– Многие до сих пор говорят: "Что я думаю об этом данке? Это всё равно те же два очка". Но эти два очка заряжают команду. Если ты проигрываешь и выполняешь мощнейший данк, то это действует ещё и на твоих противников. Когда ты подавлен эмоционально, отыграться очень сложно. Но от вколачивания мяча сверху партнёры могут зарядиться энергией и начать демонстрировать совсем другую игру.

"В МОЁ ВРЕМЯ ЛЮДИ ДАЖЕ НЕ ЗАДУМЫВАЛИСЬ О БРОСКАХ СВЕРХУ С НЕУДОБНОЙ РУКИ"

– Вы сказали, что вы любите вкусно поесть. В каком из городов, которые вы посетили за последние два месяца, еда вам понравилась больше всего?
– В каждом я ел что-то свойственное этому месту. Недавно отведал невероятно острых бараньих рёбрышек в Далласе. А уже на следующей неделе в Майами я сидел в рыбном ресторане на побережье. Каждый приём пищи был приятен по-своему.

– Откуда у вас взялось прозвище Шоколадная Молния?
– Стиви Уандер раньше приходил на наши игры, и всегда рядом с ним сажали кого-то, кто придерживал его за руку и рассказывал о том, что происходит на паркете. "Большой шоколадный парень вколотил мяч со скоростью молнии. Этот же парень только что вогнал мяч в кольцо". В итоге от Стиви Уандера это и пошло – он прозвал меня Шоколадной Молнией. Парень, который никогда меня не видел, так меня называл. Я думаю, что оно мне подходит. Даже не уверен, помнит ли сам Стиви об этом, ведь это было так давно, но я храню воспоминания об этом.

– Вы были большим поклонником его творчества?
– Несомненно. Касательно музыки у меня вообще нет предпочтений – я слушаю всё.

– Какой данк в вашем исполнении вы считаете самым выдающимся?
– Ничего удивительного, что большинство бы назвало тот, когда я сломал щит. Я сам не могу выбрать какой-то один, вам лучше спросить Дага Коллинза об этом. Он помнит один, после которого открыл рот и долго не мог закрыть (смеётся).

– Что вам больше нравилось: ставить через кого-то или ломать щит?
– Однажды я схватил мяч правой рукой, прыгнул, переложил его в левую и воткнул сверху, не глядя на кольцо и находясь спиной к нему. Стоявший за мной Билл Уолтон, естественно, пытался помешать, но у него тогда ничего не вышло. Никто не думал, что я смогу исполнить нечто подобное. Я периодически вижу Билла, и он при встрече мне всегда говорит "Друг, до сих пор обидно". А всё дело в том, что в моё время люди даже не задумывались о бросках с неудобной руки.

– Помните свой первый данк?
– В детстве я часто играл во дворе во Флориде с какими-то ребятами, и каждый был старше меня, причём значительно. Они играли против меня очень жёстко, если не сказать, грубо. Стоило мне сказать: "Эй, это фол", — как в ответ слышал: "Заткнись". Я играл хуже, не мог их обыграть, следовательно, не имел права что-либо говорить. Однажды во время игры, стоя под кольцом, я получил мяч, подпрыгнул и вколотил его сверху. Один из парней подошёл ко мне и сказал: "Эй, погоди секундочку, это что сейчас было? – Что? – Это называется слэмданк, друг, ты достиг цели". Я не осознавал, что произошло что-то особенное. Я просто сошёл с ума, когда они все меня окружили. После этого попадания до конца дня мне не удалось повторить этот успех. Я пытался снова и снова, но не мог. Я не прекращал тренироваться ни на минуту и уже приблизительно через четыре месяца данковать мог тогда, когда мне этого хотелось. Я не занимался в тренажёрном зале и не качался, как делают это современные парни. Я просто катался на велосипеде вверх-вниз по холму до тех пор, пока не падал с велосипеда от того, что начинало сводить мышцы. К тому моменту, когда начал готовиться к первому сезону, я умел перепрыгивать через других парней.
Дэррил Доукинс

Дэррил Доукинс

"ГРИФФИН ЧЕМ-ТО НАПОМИНАЕТ МЕНЯ МОЛОДОГО, ТОЛЬКО ОН – ВАНИЛЬНАЯ МОЛНИЯ, А НЕ ШОКОЛАДНАЯ"

– Когда начали придумывать названия своим данкам?
– У меня всю жизнь было дикое воображение. Я сидел на скамейке – тогда со мной в одной команде были такие великие игроки, как Джулиус Ирвинг, Уорлд Би Фри, отец Коби Брайанта – Джо. Все эти игроки – Харви Кэтчингс, Джордж Макгиннис, они умели здорово ставить сверху. И я сказал себе: "Дружище, если ты выйдешь на паркет, то будешь вколачивать мяч в сетку со всей силы каждый раз, когда у тебя будет такая возможность". И когда я начал это делать, мои партнёры начали спрашивать: "А как этот данк называется? – Этот называется "Йоу, мама". – А этот?" И пошло-поехало. Просто какие-то названия приходили в голову. Как я уже говорил, у меня было дикое воображение.

– Кто, на ваш взгляд, сейчас в НБА забивает сверху лучше остальных?
– Я бы выделил Дюранта. Он на голову лучше большинства игроков. Нравится его агрессия и манера прорываться к кольцу. У Коби ещё есть порох в пороховницах, и он может показать соперникам, где раки зимуют. Блейк Гриффин чем-то напоминает мне меня молодого. Правда, он немного другого цвета – я всё-таки больше шоколадный, а он ванильный – но опустим это. Возможно, что он сейчас самый выдающийся данкер. Но я думаю, что в НБА остались мастера, которые ещё не принимали участия в слэмданк контестах. Например, Демар Дерозан. Я считаю, что люди не смотрят на него, как на выдающегося данкера, потому что броски сверху даются ему слишком легко.

– Вы играли в одной команде с Джулиусом Ирвингом. Каково это – "зажигать" с легендой?
– Он был обалденным парнем, лидером, игроком от бога. Мы все считали, что он был фантастическим. Помню однажды после двухчасовой тренировки он начал бегать от одного кольца к другому. Я подошёл к нему и спросил: "Док, у нас только что была тренировка, для чего ты сейчас бегаешь?". Он ответил: "Ну, у меня 1,3 килограмма лишнего веса, или что-то около того. Надо жир сжечь". "Что! – переспросил я. – Да у меня сейчас лишних минимум шесть!". Но он лишь повторил то, что сказал пару мгновений назад. В течение двух-трёх недель он оставался и занимался индивидуально, зато потом мы все увидели разницу.

– Вы попали в НБА прямо из школы. Как вы считаете, должен ли быть возрастной минимум для игроков Лиги?
– Знаете, мне в своё время повезло. Меня окружали хорошие люди – семья, друзья, агент – все они верили в меня. Они не давали мне мечтать о чём-то заоблачном, опускали с небес на землю. Благодаря им я и смог бороться с более взрослыми парнями на равных. Многим молодым игрокам стало тяжелее, ведь теперь в НБА нет игроков младше 19 лет. Кому-то всё равно, а кто-то просто хочет играть в НБА, и для них возраст не имеет значения. Ты бросаешь вызов самому себе. Это правило было создано для того, чтобы молодые парни успели научиться управлять заработанными деньгами, завоёванной славой, да и вообще самостоятельной жизнью. Но сегодня всё иначе: они приходят в НБА не одни, а с компанией из четырёх-пяти ребят – агентов. У меня были братья – им не нужны были мои деньги, а я всегда знал, когда выйти из дома, чтобы не опоздать на самолёт, несмотря на снегопад.

"СМИТ НЕ ВЫПЯЧИВАЕТ СЕБЯ, А БАРКЛИ ВСЕГДА ГОВОРИТ ПЕРВОЕ, ЧТО ПРИДЁТ ЕМУ НА УМ"

– Я знаю, что вы высылали своё резюме на вакансию телеведущего в программе Inside the NBA на TNT. А вам самому кто из ведущих нравится больше всего?
– Если честно, то я не могу выделить кого-то одного, потому что мне по-своему нравятся все, кто туда приходит, не могу показать пальцем на кого-то. Хотя могу выделить Кенни Смита, потому что он говорит по-настоящему умные вещи. Он понимает баскетбол, но не выпячивает себя, а пытается заставить зрителей самим прийти к правильному ответу, направляя их своими комментариями. И ещё его манера отвечать – всегда очень интеллигентная, даже чересчур. Ну и естественно Чарльз Баркли хорош. Он всегда говорит первое, что придёт ему на ум.

– Как вы думаете Шакилу О‘Нилу удастся стать ведущим?
– У Шака всё получится, даже если он будет говорить то, что никому не понравится. У него отличное чувство юмора, но многие люди об этом не знают. Они запомнили его разносящего противников в стороны и прыгающего через противников, грубого и жёсткого. Но мало кто представляет, какой он вне паркета. Дизель весьма тонок и интересен.

– Следите за сообщениями о локауте?
– Я пытаюсь остаться в стороне от происходящего, я никогда не считал забастовку хорошим методом достижения цели. Я занимаюсь тем, что мне нравится – развлекаю взрослых и работаю с детьми. Я надеюсь, что они смогут решить свои вопросы, и скоро всё снова будет здорово.

– На закате карьеры вы играли в Италии. Как вы думаете, хорошая ли это возможность играть в Европе для игроков НБА во время локаута?
– Учитывая тот факт, что многие рванут в Европу, надо быть готовым к тому, что, в некоторых чемпионатах существует лимит на легионеров. А ещё у вас не будет возможности летать на праздники домой – в Европе многие американские праздники и знаменательные даты не отмечаются. Ну, и ещё придётся научиться жить так, как это делают итальянцы, а также заново учиться водить, потому что, поверьте мне, они педаль газа либо жмут в пол, либо оставляют в покое. Ещё нужно быть готовым к жизни в одиночестве. Но есть и преимущества – это знакомство с новой культурой. К слову, мне всегда были интересны другие страны и я старался познать что-то новое. Но если вы думаете, что в Европе разбрасываются деньгами, и поедете туда заработать, то очень быстро вернётесь домой. Всё-таки НБА – лучшая лига в мире.

– А как с едой в Италии?
– Это фантастика. На самом деле проблемы у меня возникли, когда я вернулся в США – я не смог найти ничего похожего из того, что я ел там. Я начал готовить самостоятельно, опираясь на свой опыт. Но так, как готовят пасту, пиццу и мясо там, не готовят нигде.

– Даже в США нет места, где готовят пиццу также хорошо?
– Есть, но только одно, в Фрихолде, штат Нью-Джерси. Называется "У Федеричи". Тонкое тесто, свежие продукты – это заведение будто находится в параллельном измерении. Каждый раз, когда бываю там, обязательно захожу. Иначе удача отвернётся от меня.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 3
8 декабря 2016, четверг
7 декабря 2016, среда