Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда
Фото: Елизавета Кирсанова, "Чемпионат.com"
Текст: Лев Савари

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда

О смешанной "зоне", возмужавшем Мозгове, прощании с Холденом и Лэнгдоном, пристрастиях в НБА, смазанном отпуске, команде-мечте и многом другом – в окончании интервью Андрея Воронцевича.
23 августа 2011, вторник. 19:15. Баскетбол

Продолжение. Начало: «Бывает, хочется крикнуть судье: „Разуй глаза!“

»ПРАВЫ ТЕ, КТО ГОВОРИТ, ЧТО СИЛА В ДВИЖЕНИИ"

– Андрей, как вы считаете, в чём сила нынешней сборной России?
– В первую очередь в агрессивной обороне. У нас все защищаются по максимуму, постоянно вгрызаются в мяч. Также, наверное, следует отметить и прессинг. Это как раз то, что мы отрабатываем на тренировках изо дня в день. В играх-то мы используем его на протяжении всех 40 минут. Понятно, что тяжело, но поэтому тренерский штаб и делает замены, даёт ребятам возможность отдыхать. К примеру, один отрабатывает пять минут, другой – три. Главное, чтобы все выкладывались на полную мощь.

– Прямо хоккейные какие-то смены получаются…
– Именно. А почему, собственно, не прибегать к такой тактике, если она действенна? Пока одни работают, другие отдыхают. Понятно, что если игра идёт в духе «остановка на остановке», то, естественно, кто-то больше времени проводит на площадке, но отдыхать-то всё равно необходимо. Для того чтобы здорово действовать в защите и бежать на протяжении всего матча, без замен не обойтись. Правы те, кто говорит, что сила в движении.

– То есть ориентируетесь вы прежде всего на то, чтобы разрушать игру соперника?
– Да. Стараемся не давать ему не то что поднимать голову, даже свободно дышать.

– После первой товарищеской встречи с литовцами многие ваши партнёры говорили об использовании экспериментального вида защиты, так называемой смешанной зоны, правильно?
– Не совсем. Мы начинали с личной, затем переходили в зону «2-3» или в зону «3-2», а когда соперник заказывал комбинацию для её вскрытия, вновь возвращались к личной. При этом даже при постановке зоны мы оказывали активное давление на соперников, организовывали трап-ловушку для центрового. Разумеется, применялась та или иная модель в зависимости от ситуации. Кто-то из игроков или тренерский штаб давал сигнал. Её сложно назвать экспериментальной – всё это многократно отрабатывается и на тренировках, и в товарищеских поединках. Просто сейчас эта тактика стала действенна, так как у команды сил хватает на весь поединок.

– В рамках подготовки к Евробаскету сборная провела шесть матчей за девять дней. Учитывая новый формат континентального первенства, хватит ли сил, чтобы действовать в столь изнуряющем ритме постоянно?
– Посмотрим. В принципе, и тренировки могут стать короче, и нагрузки могут быть не такими интенсивными. На данный момент мы очень много работаем и, естественно, затрачиваем много сил. Я думаю, всё будет нормально. Специалистов, которые следят за нашими физическими кондициями, хватает.

«МОЗГОВ И „ТРЁШКУ“ МОЖЕТ КИНУТЬ, НЕ ЗАДУМЫВАЯСЬ, БРОСОК У НЕГО ХОРОШИЙ»

– В последнюю пару месяцев все говорят о том, что эта сборная сильнейшая за последние годы. Как вы относитесь к подобным высказываниям?
– Я стараюсь вообще не читать прессу, потому что если читаешь, постоянно расстраиваешься. Особенно если кто-нибудь ляпнет что-нибудь грубое про тебя или про твоего партнёра. Начинаешь переживать, задумываться. Многие ведь вообще не понимают, о чём пишут и высказываются. Что касается разговоров о сильнейшей сборной, то заявлять такие вещи чересчур ответственно. Я бы не сказал, что она сильнейшая. Очень хорошая сборная, все ребята играют на высоком уровне, все талантливые. В любом случае, говорить о том, что нынешняя команда сильнее той, что выиграла золотые медали в 2007-м, пока нельзя. Всё покажет результат. Каждый год сборная разная, и лично я таких ярлыков вешать бы не стал. Давайте скажем, у нас хорошо укомплектованная сборная. Безусловно, в нас нужно верить, но без пафосных речей.

– Самая сильная сборная прежде всего в том смысле, что при всём желании усилить её некем. Все сильнейшие игроки, которые у нас есть, все на этот раз в сборной. Или вы знаете других ребят, которых можно было бы ещё пригласить?
– Я знаю многих хороших ребят, но состав в любом случае определяет тренер, а не я. Если бы это была моя работа, я бы, может, кого-нибудь и искал. Но моя работа всё-таки играть, правильно?

– Многие ребята после первой встречи с Мозговым признавались, что были удивлены тем, как он возмужал. А у вас какая была первая реакция?
– Я подошёл к нему и сказал: «Как ты возмужал. Ничего себе ты прибавил!» На самом деле мне кажется, он особо-то и не изменился – всегда был таким.

– Он сейчас со средней может бросить, абсолютно не задумываясь...
– Да он и «трёшку» может кинуть не задумываясь (смеётся). Бросок-то у него хороший. Но ему лучше всё же под кольцом оппонентов обыгрывать. Он всегда любил физический баскетбол – подбирал, тут же добивал сверху, проваливался под кольцо после пик-н-ролла и с подшагивания вколачивал сверху или после перехвата в быстром прорыве забивал. Физически он очень сильный игрок, но он всегда был таким, так что ничего особо нового я не увидел. Разве что стал более уверенным после сезона, проведённого в НБА.

– А вам не показалось, что он прибавил именно в чтении игры?
– Может быть, но я в первую очередь обратил внимание на то, что он стал именно увереннее. Очевидно, что Тима потрудился на славу и в «Нью-Йорке», и в «Денвере». Естественно, он добавил в каких-то элементах. Но говорить о том, что он приехал совсем другим человеком, нельзя.

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда (1)

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда (1)

«ВСЕ ОБЫЧНО ДУМАЮТ, ЧТО СПОРТСМЕНЫ ТУПЫЕ, СПРАШИВАЮТ: „ЗАЧЕМ ТЕБЕ ГОЛОВА?“, ОЖИДАЯ УСЛЫШАТЬ ОТВЕТ: „Я В НЕЁ ЕМ“

– Вы говорили, что у вас были предложения от клубов НБА…
– Я не расколюсь (улыбается).

– Нет-нет, мы не к тому. В каком клубе в идеале хотелось бы играть за океаном?
– Мне нравится, как играют „Бостон“ и „Лейкерс“. Симпатизирую также „Оклахоме“, которая, складывается впечатление, просто летает по площадке. Ещё люблю „Сан-Антонио“ и „Даллас“. Там такие звёздные ветераны играют и в свои годы показывают такой баскетбол, что проникаешься уважением. А самое главное понимаешь, к чему нужно стремиться.

– Знаете, каким ещё качеством вы обладаете, чтобы стать игроком НБА?
– Догадываюсь (улыбается).

– Вы подходите для имиджа баскетбольной звезды. Нормально общаетесь, ловко и быстро ориентируетесь не только на площадке, но и в общении с прессой. Для наших игроков, то есть вообще для спортсменов, это обычно проблема. Это такая более американская тема, а вот для вас это естественно. Или тоже приходилось привыкать к этому?
– Нет, привыкать не приходилось, это было само собой разумеющимся. В Новосибирске внимания было существенно меньше, потому что народ там не следит за баскетболом так, как в Москве. А здесь много прессы, постоянные интервью. Я как-то спокойно вжился в эту роль, потому что все обычно думают, что спортсмены тупые, спрашивают: „Зачем тебе голова?“, — ожидая услышать ответ: „Я в неё ем“. Нет, правда, не привыкал – само собой. Приехал в ЦСКА, и сразу много всего… Ну, что ж, значит, так оно, наверное, и должно быть. Смотришь на себя иногда и странным кажешься…

– Вам не только давать, даже брать интервью приходилось в прошлом году.
– Было дело (смеётся). В прошлом году, когда мы летали в Америку, я ходил и задавал вопросы: как вам нравится зал, чем запомнилась раздевалка, что вы съели на обед? Спросил у Лэнгдона, как он себя чувствует в родном зале, – он же когда-то играл в „Кливленде“ – вспомнил, ответил, что замечательно. Попытался поболтать с Гордоном, поинтересовался, как у него дела, но он был немногословен.

– Гордон вообще немного странный парень…
– У него особое мышление. Мне кажется, он вообще никогда не переживает. Он честно признавался, что он очень ленивый человек. Иногда он у меня спрашивает: „Может быть, ты со мной своей энергией поделишься?“ Я говорю: „Ну, как я тебе её дам?“ Он и сам над собой посмеивается, что где-то не хочет, к примеру, ускоряться. На самом деле физически он очень сильный человек, но где-то себя, наверное, морально не может настроить на работу, потому что если ты всегда думаешь, что ты ленивый, то и получается как-то не особо хорошо. Тем не менее, мне кажется, он всё равно способен настраиваться. Это он и демонстрировал в некоторых играх – здорово защищался, обыгрывал двух-трёх человек и забивал в сумасшедших проходах.

»ГЛЯДЯ НА ИГРУ ЛЭНГДОНА В ЗАЩИТЕ, КНИЖКИ ХОЧЕТСЯ ПИСАТЬ"

– Когда узнали, что Холден и Лэнгдон покинут ЦСКА?
– Ещё где-то в середине мая я подходил к ним и спрашивал: «Ребята, то, что вы уходите, правда?» Оба признались, что не останутся. Испытал лёгкое разочарование.

– Как прощались?
– После победы над «Химками» я подошёл к ним и поблагодарил за всё, произнёс какие-то тёплые слова. Они в самом деле всегда тепло, без какого-то негатива или завышенной самооценки со мной общались. Я чувствовал себя уютно. Такого, что «мы – звёзды, а ты молодой» никогда не было. Нет, они всегда помогали. Лэнгдон в особенности. Я с ним вообще больше общался, чем с Джеем. Тот хоть и провёл в России почти всю свою сознательную карьеру, по-русски не разговаривал. Приходил в наушниках, к нему особо и не подойдёшь. А вот с Траджаном общались больше. Он всегда был открыт, подсказывал что-то, я к нему часто обращался. На самом деле, глядя на игру Лэнгдона в защите, книжки хочется писать.

– ?
– Ты видишь, что он везде всё делает правильно, во всех отношениях. У него последний год сильно болела спина, и в некоторых моментах он, может, и не всегда успевал в плане скорости. А так в некоторых моментах на него смотришь и хочется брать с него пример, как он отрабатывает в защите, как он выходит на бросок, как он ставит ноги, с какой скоростью выбрасывает мяч. Я к нему постоянно обращался: «Как ты это делаешь? Как тренируешься?». И не было ни одного момента, чтобы он мне отказал или сказал, мол, давай потом, парень. Всегда отвечал, если я к нему подходил с вопросом – никогда не было такого, чтобы он забыл. Нет – всегда открытый человек, и Джей такой же. Ещё нравилось, что оба всегда были на позитиве. На самом деле великие ребята, и они многое сделали для ЦСКА, и для меня в том числе. Я им очень благодарен.

– Контакт с ними поддерживать будете?
– У меня есть телефон ребят, но я думаю, проще будет найти их в Интернете. Я думаю, мы ещё обязательно когда-нибудь встретимся.

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда (2)

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда (2)

«У НАС ВСЕГО 20% НАСЕЛЕНИЯ ПОСТОЯННО ПОЛЬЗУЕТСЯ ВСЕМИРНОЙ ПАУТИНОЙ, И ИЗ НИХ ВСЕГО 3% СЛЕДИТ ЗА БАСКЕТБОЛОМ»

– Мы уже упомянули, что вы очень весёлый и открытый человек. Помните какую-нибудь забавную историю, случившуюся с вами вне площадки?
– Ой, так часто бывает – знаешь много анекдотов, а когда просят рассказать, теряешься. Что-то не всплывает у меня ничего в памяти (смеётся).

– Ну хорошо, а в отпуск вы уже ездили?
– Ненадолго. В Турции сначала отдыхали, а потом был у себя в Омске.

– Не самый оригинальный выбор. Или просто времени не было заняться этим более серьёзно?
– Признаться, да. Решили особо не заморачиваться с супругой, поехали в Турцию. У нас там ребёнок заболел – четыре дня просидели в номере, поехали обратно. Отдохнули, с ума сойти, одним словом, называется. А в Омск я вообще дважды летал, потому что вынужден был в Москву возвращаться на защиту диплома.

– На какую тему?
– «Продвижение спортивного продукта на рынке спортивных зрелищ за счёт рекламы».

– Интересно. И какой главный двигатель, чтобы продвинуть баскетбольный продукт?
– Естественно, согласно опросу населения, получилось, что все наши болельщики в основном об играх из газет и по телевизору узнают. Ну и сейчас, когда все начали социальными сетями увлекаться, имеет смысл размещать рекламу в Интернете. Таким образом у нас достаточно много народу узнаёт о матчах. Жалко, правда, что по статистике у нас всего 20% населения постоянно пользуется всемирной паутиной, и из них всего 3% следит за баскетболом.

«А ЧТО, В МОСКВЕ СЕРЬЁЗНО АСФАЛЬТ НА ПЛИТКУ МЕНЯЮТ? Я, ЕСЛИ ЧЕСТНО, НЕ В КУРСЕ»

– Что больше всего раздражает вас в общении с прессой?
– Мне не нравится, когда люди начинают размышлять, кто что должен делать. То есть когда начинают разбираться не в своём деле. Мне это кажется неправильным. Вот я же сильно не лезу в политику. Что я им скажу: «Ребята, вы вот так должны делать»? Там мне просто скажут: «Парень, да ты же не знаешь ничего, куда лезешь?»

– Возможно. Но это ведь тебе не мешает высказать свою точку зрения…
– Ну да, но люди-то читают и думают, что там знающие люди, понимаете? Поэтому мне это не нравится. Бывают моменты, когда человек покупает «Спорт-экспресс» и видит своё интервью, которое он на самом деле и не давал. Вот это мне тоже очень не нравится. Ну а так, это и ваша, и наша работа, и мы, можно сказать, движемся вместе.

– Вы сказали, что сильно не лезете в политику, но, видимо, немного всё-таки интересуетесь?
– Я, может быть, не очень в этом силён, но мысли-то у меня всё равно какие-то есть, правильно?

– А как вы относитесь к тому, что плитку по всему городу сейчас кладут вместо асфальта?
– Серьёзно? Я, если честно, не в курсе. Далеко-то я не гуляю, разве что во двор выхожу с ребёнком. Там у нас пока земля, асфальт (смеётся).

– А в метро давно ездили?
– Не так уж давно – месяца два назад. В баню ехал, у меня машина в ремонте была.

– Узнали вас?
– Я вас умоляю. Смотрят, какой-то высокий парень: «Эй, длинный, достань воробушка». Серьёзно, мне кажется, я не особо узнаваем. Мы же не особо популярны. Футболисты – другое дело.

– А вы знаете кого-нибудь из футбольной сборной?
– Думаете, все знают, а я нет (смеётся)?

– Мы имеем в виду лично.
– Нет, лично никого не знаю.

– А если бы познакомились, что бы сказали?
– А что тут скажешь? У них своя, тяжёлая работа. Возможно даже, в чём-то сложнее тактически – у них ведь больше игроков на площадке. Хотя и в этом есть свои плюсы: нападающих уже никто не заставляет особенно отрабатывать в защите, а у нас в обороне пашут все. Там сложнее в том плане, что все о них всё знают. Открываешь одну спортивную газету – футбол. Другую – опять футбол. Да даже неспортивную – футбол, футбол, футбол.

– Баскетбольных болельщиков это частенько раздражает.
– Это может раздражать, ну тут тоже надо искать свои плюсы. Можно так не переживать, что о тебе много пишут. Хотя кому как.

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда (3)

Воронцевич: свою команду строил бы вокруг Кидда (3)

«В ШКОЛЕ У МЕНЯ БЫЛА ЛЮБИМАЯ ТЕТРАДКА ПО РУССКОМУ ЯЗЫКУ – СО СКОТТИ ПИППЕНОМ»

– А вообще какие виды спорта смотрите помимо баскетбола?
– Люблю хоккей – слежу за нашей сборной.

– А особых клубных пристрастий нет?
– Да когда – тренируемся же постоянно. На семью и то времени не хватает. Ну, омский «Авангард» понятно. Я все новости про него через отца узнаю. Он у меня ярый болельщик. Я в этом плане более спокойный. Такого точно нет, чтобы было: «Жена, включай телек, кёрлинг начинается». Я не фанат этих вещей.

– А чего фанат? Что вы больше всего любите в жизни?
– Больше всего? Баскетбол.

– А если представить, что у вас есть свободное время, чем бы занимались?
– Мне нравятся бильярд, настольный теннис. Боулинг очень нравится. Но так, чтобы отчего-то тащиться, точно нет.

– А какие-то более традиционные? Литература, музыка, театры?
– Литературой, признаться, не особо увлекаюсь. Стараюсь, конечно, хоть что-нибудь читать, но когда я начинаю читать, засыпаю. Обычно 15 страниц прочтёшь и отключаешься. Особенно после тренировок или после ужина. Усталость, очевидно, сказывается – организм требует отдыха.

– А какая музыка нравится?
– Всякая. Если песня хорошая и она мне нравится, буду её слушать. Такого нет, что я фанат Майкла Джексона или «Рамштайна».

– Даже в детстве не фанатели по какой-нибудь звезде?
– Да нет, куда там. Такого у меня не было. У меня была любимая тетрадка по русскому языку со Скотти Пиппеном – он там в защите стоит, класс! Потом она куда-то пропала, к сожалению.

– Пересекались с ним?
– Да. Когда он прилетал в Москву.

– О тетрадке рассказывали?
– О чём вы говорите (смеётся). Таких, как я, наверное, миллионы были. Ну, у кого Джордан и Пиппен не были кумирами? Да у всех, кто занимался баскетболом.

– А кто был лучшим партнёром по команде в вашей жизни?
– Ну как назвать лучших. Каждый со своими особенностями. Мне очень нравилось, как играли в Новосибирске. Игорь Грачёв – ветеран, заслуженный мастер спорта. Но как он играл! С каким характером! У меня это в душе сидит, я это запомнил на всю жизнь. Несмотря на то что часто проигрывали, он в каждом эпизоде боролся, боролся за каждый мяч. Настоящий боец. Его качества подталкивали меня к тому, что нужно бороться, несмотря ни на что.

«ЕСЛИ БЫ СТРОИЛ ИГРУ КОМАНДЫ, ТО В КАЧЕСТВЕ СТЕРЖНЯ ИСПОЛЬЗОВАЛ БЫ КИДДА»

– А бывало такое, что разочаровывались в ком-то? С юных лет видел человека – звезда, баскетболист высочайшего класса. А потом столкнулся поближе, думаешь: «Эх, браток, я думал, ты серьёзнее».
– Были такие. Не то чтобы я возвышал кого-то, но когда ты маленький, многое воспринимаешь эмоциональнее. Мой старший брать ведь тоже баскетболом занимался. Так вот, когда я смотрел на то, как его приятели рубятся, думал: «С ними, наверное, тяжело играть?». А потом подрос и понял: «Не такие уж вы и грозные, как казалось». Не могу сказать, что это стало открытием, но всё-таки удивление вызвало.

– Если бы вам приходилось набирать свою команду, кто стал бы её стержнем, вокруг кого строилась бы вся игра?
– Не знаю. Надо подумать. Скажем, выберу я Джейсона Кидда, но возникает тут же вопрос, а сколько он ещё играть будет? Смотря, какие у меня задачи, сколько лет надо команду продержать. Джейсон мне очень нравится как разыгрывающий. Мне кажется, именно вокруг разыгрывающего, мозга коллектива, и нужно строить команду.

– А говорят, что проще и правильнее выстраивать коллектив вокруг «большого» игрока.
– Не согласен. Каким бы сильным и грозным ни был «большой», без толкового разыгрывающего тяжеловато будет.

– А лично вам против кого тяжелее всех было защищаться? Из тех, с кем вы сталкивались.
– Против всех тяжело (смеётся).

– Но вам же приходилось уже сталкиваться с настоящими звёздами мирового баскетбола.
– Да, но я бы не сказал, что против них «с ума сойти, как трудно защищаться». Каждый силён по-своему. Удивляют тебя только в том случае, если ты не готов к этому человеку. А мы же разбираем игру соперников, готовимся. Ты изучаешь ребят на твоей позиции и уже более-менее готов к ним.

– А в том же четвертьфинале первенства мира против США Дюрант не удивил?
– Да нет, не особо удивил. Я видел множество игр с его участием, в которых он больше очков набирал, чем с нами. Тяжело, естественно, играть против таких людей. Он – звезда, чего уж говорить.

– Можете назвать свою версию современной команды-мечты?
– Обязательно включим Кидда. Естественно, Уэйда. А вот Леброна не возьмём – он мне не нравится. Человек, конечно, невероятной физической силы, но не то… Дюрант, Новицки и Газоль. Думаю, из них получилась бы отличная команда.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Включи голову!
Всего голосов: 2
27 июня 2017, вторник
26 июня 2017, понедельник
25 июня 2017, воскресенье
Партнерский контент
Загрузка...
Что ждёт Тимофея Мозгова после обмена в «Бруклин»?
Архив →