Хидиятуллин: лучше 30 профклубов, чем 60 полуживых
Фото: Александр Мысякин, "Чемпионат.com"
Текст: Александр Старов

Хидиятуллин: лучше 30 профклубов, чем 60 полуживых

Руководитель Общероссийского профсоюза футболистов Вагиз Хидиятуллин подвёл итоги уходящего года, рассказал о взаимоотношениях с клубами и об успехах ведомой им организации.
26 декабря 2011, понедельник. 15:00. Футбол

— Вагиз Назирович, 4 сентября исполнился год, как на футбольной карте нашей страны появился Общероссийский профсоюз футболистов. Тяжело поднимать этот проект?
— С учётом того, что у профсоюза статус «общероссийский», задача его создания, естественно, усложнялась. Особенно в части регистрации. Но до момента официального основания профсоюза была проделана серьёзная предварительная работа по созданию 44 первичных организаций. Велись постоянные диалоги с футболистами.

— Сколько сейчас игроков входит в ваш профсоюз?
— Больше 500, и эта цифра постоянно растёт. Но самое главное даже не это, а то, что ребята начали добровольно платить взносы, которые прописаны в нашем уставе. Такого, к слову, пока нет ни в одном спортивном профсоюзе в России. Тем самым игроки показывают, что они нам доверяют. А их небольшой вклад для дальнейшего развития нашей организации очень важен.

Времена нынче непростые, кризисные. Ребята становятся более грамотными юридически и знают, каким образом отстаивать свои трудовые права. И в этом есть тоже наша заслуга. Считаю, профсоюзу удалось наладить коммуникации с футболистам на всей территории России, во всех профессиональных лигах, благодаря которой мы получаем информацию о нарушениях в клубах.

— И почём нынче «опиум» для футбольного народа?
— Недорого. Речь идёт всего об одном проценте от зарплаты, прописанной в трудовом договоре, но не более трёх тысяч рублей в месяц. Многие считают, что футбол – выгодная в плане зарплаты работа. Но, поверьте мне, в так называемом шоколаде пребывает меньшинство. Ребята из второй лиги и многих команд первой, мини-футбола, большинство представительниц женского футбола, а вместе это свыше 85% всех профессиональных футболистов в нашей стране, получают вполне приземлённые деньги. Средняя зарплата во второй лиге порядка 25 тысяч рублей в месяц.

— Честно говоря, количество футболистов, которое состоит в ОПСФ, впечатляет!
— Мы не гонимся за количеством. Нам важно качество. И один из его показателей: резко возросшая активность футболистов по защите своих законных прав. Времена нынче непростые, кризисные. Ребята становятся более грамотными юридически и знают, каким образом отстаивать свои трудовые права. И в этом есть тоже наша заслуга. Считаю, профсоюзу удалось наладить коммуникации с футболистам на всей территории России, во всех профессиональных лигах, благодаря которой мы получаем информацию о нарушениях в клубах. Ситуации с такими клубами, как «Крыльями Советов», «Динамо» (Ставрополь), «Звезда» из Рязани, последние случаи с «Волгой» и «Нижним Новгородом» — наглядный тому пример. И мы видим, что проделанная нами работа не уходит в песок. Нам удалось достучаться до руководства этих клубов. А до этого мы помогли футболистам «Сатурна» вернуть часть денег, хотя в такое развитие событий мало кто верил.

— Получается, руководители клубов стали бояться вас?
— Шантажировать и запугивать – не наша тактика. Наоборот, мы всегда стремимся снять возникшее напряжение и перевести конфликт в рамки диалога. Я звоню руководителю клуба не для того, чтобы устроить скандал, а чтобы объяснить, где он или его подчинённые нарушают права футболистов и как это нарушает ту или иную статью регламента по статусу. Можно вспомнить конфликт Аджинджала и Белозёрова с руководством «Крыльев». Президент Развеев и тогдашний главный тренер Тарханов были убеждены, что они правы в той ситуации. Они считали, что можно сначала публично заявить, что футболист им не нужен, полить его грязью, а потом сказать, что, дескать, мы передумали. Правда, и играть всё равно ребятам не дадим. И мы очень долго, много месяцев убеждали руководителей уважаемого клуба, что так поступать нельзя, предлагали различные компромиссы. Но всё бесполезно. В итоге дело дошло до арбитражного суда в Лозанне, и там мы одержали полную победу.

— Извинения, которые руководство «Крыльев» принесло Руслану Аджинджалу на официальном сайте клуба, – лучшая награда для профсоюза за проделанную работу?
— Для нас да. Помимо извинений Аджинджал получит ещё денежную компенсацию. Мы же показали всем, что руководителям клубов к нашим рекомендациям стоит прислушиваться, даже если они не всегда самые приятные. Мы призываем всех участников футбольного процесса жить по регламентам РФС, ФИФА и УЕФА, а не по понятиям. Сейчас ещё один бывший футболист «Крыльев» — Игорь Стрелков — будет судиться с клубом в Лозанне по схожим причинам. Мы общались с его адвокатами, и они планируют использовать созданный нами по делу Аджинджала прецедент. Уверен, это поможет Игорю доказать свою правоту.

— «Дело Аджинджала» не единственное, чем может гордиться профсоюз. Верно?
— Подобных дел за этот год было множество. Одна эпопея с возвратом денег футболистам «Сатурна» чего стоит. Но это частные ситуации. Мы же хотим изменить систему, чтобы подобные ситуации в принципе были невозможны. В частности, активно участвуем в работе по совершенствованию регламентов РФС. Добиваемся, чтобы в соответствии с требованием ФИФА наш профсоюз был равно представлен с клубами на Палате по разрешению споров. Мы также хотим иметь представителей в КДК, комиссии по лицензированию агентов. Мы считаем, что профсоюз должен быть представлен в исполкоме РФС. Недавно нам удалось договориться с РФС и клубами и решить в пользу молодых футболистов вопрос о механизме компенсаций за игроков до 23 лет.

Теперь, чтобы получить такую компенсацию, клубу надо будет сделать футболисту, у которого истекает контракт, адекватное предложение по новому соглашению. И если он его отклоняет и переходит в новую команду, только тогда клуб может требовать за него компенсацию. Если такое предложение не поступает, футболист автоматически становится свободным агентом. До этого многие молодые ребята были вынуждены вообще закончить с футболом именно из-за высокой суммы компенсации.

Ещё один момент. Раньше клуб при подписании договора с игроком забирал все экземпляры контракта для регистрации в РФС. При этом футболист был уверен, что он уже на контакте. Но на деле клуб мог трудовой договор не регистрировать, а если футболист, к примеру, получал травму, мог сделать вид, что никакого контракта в помине не было. Такие случаи были, и не раз. Мы же добились того, что теперь футболист должен получить на руки копию контракта сразу при подписании. И это далеко не всё.

— Знаю, что ваш профсоюз активно выступал за расширение заявки клубов в этом межсезонье. Но многие тренеры, и в частности Станислав Черчесов, считают, что неспортивно менять правила по ходу игры. Ведь перед началом сезона все находились в одинаковых условиях.
— А до этого мы добивались открытия дополнительного, третьего трансферного окна. А потом выбили право для футболистов поменять три клуба. Нынешний сезон нестандартный, и нам ни в коем случае нельзя допускать ситуацию, чтобы ограничивались права футболистов на работу. Перед началом сезона никто не знал, разрешит ли ФИФА три окна. И клубам было сложно планировать трансферную кампанию. То же самое и с расширением заявки. У многих ребят заканчиваются контракты зимой и сейчас они могли остаться без работы. Мне лично звонили футболисты из первой, второй лиг с жалобами, что клубы их не берут именно потому, что выбрали всю заявку на сезон. Да, с одной стороны, в какой-то степени нарушается спортивный принцип, но лишь для того, чтобы не ограничивать права футболистов. С другой стороны, я прекрасно понимаю тех, кто не доволен таким решением.

Спартак Гогниев сам заявил, что ни в чьей помощи не нуждается. Мы несколько раз звонили ему, но безрезультатно. Наше же желание сделать так, чтобы сама ситуация никогда больше не повторилась. Поэтому мы и подали заявление в Следственный комитет с просьбой разобраться в этой истории.

— Вы заняли очень жёсткую позицию по «делу Гогниева», хотя сам футболист к вам за помощью не обращался.
— Спартак сам заявил, что ни в чьей помощи не нуждается. Мы несколько раз звонили ему, но безрезультатно. Наше же желание сделать так, чтобы сама ситуация никогда больше не повторилась. Поэтому мы и подали заявление в Следственный комитет с просьбой разобраться в этой истории. Со мной уже дважды связывался следователь, который также не может выйти на Гогниева. И мы просим Спартака из уважения к поддержавшим его футболистам сборной отреагировать на звонки следователя и дать необходимые показания. В итоге по этому делу планируется опросить более ста человек. Я убеждён, что мы поступаем правильно.

— Какие у вас отношения с РФС и РФПЛ?
— Они рабочие. Нам удалось добиться конструктивного диалога с футбольной властью, и у нас есть возможность высказывать своё мнение. Сейчас совместно с юристами РФС работаем над текстом соглашения о принципах взаимодействия между нашими организациями. Как я уже сказал, нам важно быть представленными в органах РФС напрямую затрагивающих интересы футболистов: комиссиях, комитетах, а не только в Палате по разрешению споров. В таком случае у нас будет реальная возможность повлиять на негативные моменты, которые есть сейчас. В частности, убрать элемент непонятности во многих решениях КДК. Мы уже предлагали свой вариант, как сделать эти решения прозрачными.

— Не так давно канул в лету один из самых ярких проектов последнего времени – сочинская «Жемчужина». В первое время об этом много писали и говорили, а затем наступила тишина. Между тем, с футболистами и тренерским штабом до сих пор не рассчитались.
— Мы держим эту ситуацию на контроле. Недавно генеральный директор профсоюза Александр Зотов встречался с Дмитрием Якушевым, который до сих пор является хозяином клуба. И последний в очередной раз гарантировал, что долги будут погашены. По словам Якушева, сейчас у него нет денег, поэтому он вынужден продавать активы. Надеюсь, что господин Якушев человек слова, но если честно, терпение ребят уже на пределе. Обещаю, что как и с «Сатурном» на тормозах эта история спущена не будет.

— На ваш взгляд, должно ли быть уголовное преследование тех президентов или руководителей клубов, которые подолгу не выплачивают зарплату?
— Это предусмотрено нашим законодательством. Но уверен, если лицензирование клубов будет проходить по более жёстким требованиям, то уголовный кодекс не понадобится. А клубы с необеспеченным бюджетом просто не будут допущены к чемпионату.

Подобных дел за этот год было множество. Одна эпопея с возвратом денег футболистам «Сатурна» чего стоит. Но это частные ситуации. Мы же хотим изменить систему, чтобы подобные ситуации в принципе были невозможны. В частности, активно участвуем в работе по совершенствованию регламентов РФС.

— Но если такие меры будут приняты, многие клубы просто прекратят свое существование.
— А зачем нам профессиональные команды, которые на деле таковыми не являются? Лучше пусть останутся, образно говоря, 30 по-настоящему профессиональных клубов, чем 60 полуживых.

— В борьбе за футболистов приходится ли вам сталкиваться с острой конкуренцией со стороны других профсоюзов?
— У нас нет конкуренции. Да, сегодня говорят, что существует три футбольных профсоюза, но на деле профсоюз футболистов один. У Александра Тарханова региональный футбольный профсоюз, деятельность которого в большей степени связана с детскими школами и развитием футбола в целом, а не с защитой футболистов. Мы общались с ним, и я не вижу, в чём мы можем быть конкурентами.

Что касается профсоюза Леонченко и Грамматикова, не хочется повторяться, но они агенты, действующие под вывеской созданного «на коленке» профсоюза. Удобная ширма. Леонченко параллельно с профсоюзом работал ещё и селекционером в «Томи» и помимо зарплаты там получал комиссию с клуба за свою деятельность. Это нарушение несовместимо не только с профсоюзной деятельностью, но и серьёзно нарушает агентский регламент. Но я надеюсь, что этой деятельности скоро будет дана справедливая оценка.

— Предположу, что в идеале ОПФС должен иметь такое же влияние, какое имеют профсоюзы в НХЛ или НБА.
— Верно. Профсоюз – это не аморфная организация, и она всегда должна стремиться вперёд. А наше законодательство позволяет ОПСФ быть таким же сильным, как наши американские коллеги.

— Наверняка ваше имя и авторитет в футболе помогает в этом стремлении?
— Безусловно. Как человек, игравший в футбол, хорошо понимаю футбольный быт. Говорил уже неоднократно, что идею создания профсоюза подсказала мне жизнь. Ещё 20 лет назад, когда я играл во Франции, видел, как работает этот институт.

Проблема в том, что сложно собрать команду людей, которым можно доверять. Поэтому пришлось пройти через разные ситуации. Они, с одной стороны, закалили меня, с другой — научили разбираться в людях. Наш сегодняшний диалог с ФИФПро мог мы быть куда более продуктивным, если бы определённые люди не сыграли негативную роль.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 4
29 апреля 2017, суббота
Партнерский контент
Загрузка...
Кто подходит к дерби в лучшей форме?
Архив →