Даниэл Карвалью: в себе никогда не сомневался
Текст: «Чемпионат»

Даниэл Карвалью: в себе никогда не сомневался

Издание "Спорт-Экспресс" подробно рассказывает о полузащитнике ЦСКА Даниэле Карвалью, который был признан газетой лучшим игроком сентября.
29 сентября 2005, четверг. 10:07. Футбол

Карвалью, поселившийся в модной высотке на Карамышевской набережной, в ожидании
корреспондентов «СЭ» задремал, хотя на часах было шесть вечера. Поприветствовал,
подавив зевок. Но получив в подарок от моего коллеги Алексея Иванова диск со
своими фотографиями, бразилец оживился. Мгновенно прильнул к ноутбуку и начал
разглядывать снимки.

Карвалью забивает эффектный гол «Парме». Карвалью в объятиях Валерия Газзаева.
Карвалью с Кубком УЕФА… Я смотрел на эти фото и вспоминал свой последний
разговор с Даниэлом.

В феврале на сборе в Израиле он и аргентинец Осмар Феррейра были не разлей вода.
Одногодки, в ЦСКА прибыли из Южной Америки в статусе юных звезд, но в первый
сезон проявить себя не смогли. Тем не менее оба хорохорились, возлагая большие
надежды на новый чемпионат.

«Вы пока не видели настоящего Феррейру», — говорил аргентинец. «Своего истинного
уровня в ЦСКА и я еще не показал», — вторил ему бразилец. И в один голос
твердили: «В этом году все будет по-другому».

Прошло восемь месяцев. Феррейра, так и не пробившись в армейский состав, тихо
убыл в голландский ПСВ, где вновь почти не слезает с лавки. Зато Карвалью… Нет
смысла перечислять все, что успел сотворить за это время бразилец. В красках
любой болельщик расскажет. Даже если не имеет никакого отношения к ЦСКА.

— Помните тот разговор в Кейсарии? — спросил я Карвалью, когда он оторвался
от экрана компьютера.

— Конечно. Я-то в себе никогда не сомневался. А вот в России, допускаю, в
прошлом году все уже думали, что Карвалью никудышный игрок. Но я знал: если
травмы наконец-то оставят меня в покое — обязательно выйду на свой прежний
уровень. К счастью, так и получилось.

— Чего не скажешь про вашего приятеля Феррейру...
— Не стоит нас сравнивать — у каждого своя судьба. Я сумел быстрее освоиться в
России и лучше адаптировался к вашему футболу. Возможно, для Феррейры это
оказалось задачей более сложной.

— А как ему в Голландии живется?
— Кажется, он там вполне счастлив. Правда, в основном составе ПСВ вроде бы
появляется не регулярно. Мы с Феррейрой обменялись координатами и периодически
общаемся через интернет.

— А вам в российском футболе что-нибудь не нравится?
— Нет-нет, всем доволен. Честное слово, в России чувствую себя даже спокойнее,
чем в Бразилии!

— Интересное признание.
— Просто у нас жутко устаешь от болельщиков. Когда их любимая команда
проигрывает, они как с цепи срываются. Кричат, ругаются и готовы съесть тебя с
потрохами. В России такого нет. То ли в менталитете дело, то ли в уровне
культуры.

— Значит, в Бразилии после поражений вы предпочитали отсиживаться дома?
— Это смотря куда надо идти. Если в магазин — не страшно. А в ночной клуб или на
дискотеку в такие дни и впрямь лучше не соваться. Чревато.

— С кем из игроков российского чемпионата у вас самые теплые отношения?
Партнеры по ЦСКА и прочие бразильцы не в счет.
— В таком случае лишь с Кавенаги и другими аргентинцами. Кроме того, у меня
появились знакомые из Колумбии, Перу, не связанные с футболом. Один из них —
директор ресторана.

— Кто-нибудь из соотечественников перед тем, как отправиться играть в Россию,
обращался к вам за советом?

— Вагнер Лав, Дуду, да и не только они. Это обычная практика во всем мире.

— Когда спрашивают о плюсах и минусах житья бразильского легионера в России,
на чем в первую очередь заостряете внимание?
— Главный минус очевиден — суровый климат. А плюс — (пауза)…

— … Хорошие деньги?
— Может быть. Однако контракт контракту рознь.

— Зимой вы утверждали, что к концу года заговорите по-русски так же бойко,
как нигериец Чиди Одиа. Похоже, обещание выполнить не удастся?
— Да, что-то я тогда погорячился… Наверное, спросонья был.

— На ваших попытках выучить русский язык можно ставить крест?
— Позанимался немножко с преподавателем и рассудил, что лучше буду язык изучать
в повседневной жизни.

В комнате после этих слов раздался взрыв смеха.

— Если ты собираешься выучить язык именно таким способом, тебе в России придется
задержаться еще лет на 20, — сострил Луис.

— Зато все футбольные словечки я уже освоил и по крайней мере на поле никаких
трудностей не испытываю, — вяло парировал Карвалью.

Луиса, немолодого человека в очках, Даниэл называет другом своей семьи. В Москву
по просьбе Карвалью они прилетели вместе в прошлом году.

— Благодаря Луису я создал дома маленькую Бразилию, — любит повторять армейский
хавбек. — Смотрю бразильские каналы, слушаю музыку. В интернете читаю новости на
португальском. Луис готовит мне бразильскую еду. А русской кухни мне хватает и
на базе в Ватутинках. Вообще-то обожаю вкусно покушать. К сожалению, во многом
приходится себя ограничивать. К тому же склонен к полноте. Ничего, вот играть
закончу — и отъемся вдоволь, уже ни о чем не беспокоясь.

С этого года с Карвалью поселился еще один приятель. Его зовут Вагнер. На своего
тезку и одноклубника Даниэла он совершенно не похож.

— Люблю, когда у меня дом полон друзей, — говорит Карвалью. — Приглашаю одних,
они уезжают, и вскоре их сменяют другие. Вот и сейчас ко мне из Бразилии приехал
очередной гость. Мы знакомы еще с тех времен, как я играл в «Интернасионале», а
он работал там тренером по физподготовке. Словом, у нас тут не соскучишься.

— Даниэл, а может, стоило перевезти в Москву вашу подругу?
— У нас в Бразилии строгие традиции, которые не хочу нарушать. Сначала
ухаживания, потом женитьба, затем дети. Моя девушка навещает меня время от
времени, и я летаю к ней. Как поженимся — она сразу переедет в Москву.

В этот момент Луис подошел к столику и протянул Даниэлу калебас —
распространенный в латиноамериканском хозяйстве сосуд, изготовленный из
высушенной тыквы. Он был на три четверти заполнен зеленой травой. Сверху торчала
серебряная трубочка — бомбилья, через которую и нужно пить. Не торопясь,
маленькими глотками. Карвалью так и делал, а потом, будто трубку мира, передавал
калебас по кругу Луису и Вагнеру.

— Что это — бразильский чай?
— К чаю этот напиток не имеет никакого отношения, но нам проще его называть так,
чем долго объяснять, что это такое. Люди сразу понимающе кивают и оставляют нас
в покое, — сказал Карвалью и так выразительно посмотрел на меня, что стало ясно:
подробностей не будет и на сей раз. Ну ладно — чай так чай. Не марихуана же в
конце концов.

Карвалью выглядит значительно старше своих лет. Серьезный, рассудительный, голос
с хрипотцой. Ей-богу, если бы не заглянул в заявку армейского клуба, не поверил
бы, что Карвалью всего 22. Говорит размеренно, аккуратно подбирая слова.

— У Даниэла очень хорошая, правильная речь, — отмечает армейский переводчик
Максим Головлев, уже полтора года помогающий Карвалью — в том числе общаться с
журналистами. Не стала исключением и эта беседа. — Иные бразильцы отделываются
общими, сухими фразами, а Даниэл всегда четко формулирует свои мысли.

— Летом об интересе к вам со стороны различных европейских клубов бродила
масса слухов. Хоть один из них имел под собой основание? — вопрос Карвалью.

— Серьезные люди всегда сначала выходят на руководство клуба, которому
принадлежит игрок. Поскольку мне в ЦСКА никто об этом не сообщал, до переговоров
дело, судя по всему, так и не дошло.

— Валерий Газзаев на встрече в редакции «СЭ» после выигрыша Кубка УЕФА
поведал, что мадридский «Реал» предлагает за вас 36 миллионов евро. Читали?
— Про «Реал» мне что-то говорили. А насчет 36 миллионов слышу первый раз.
Думаю, это заоблачная сумма. Я столько не стою.

— Вам хотелось бы начать следующий сезон в каком-нибудь топ-клубе или отъезд
из России не самоцель?
— Вы правы, не самоцель. Пока в ЦСКА довольны мною, а я всем доволен в ЦСКА
— не вижу причин менять клуб. Надеюсь, останусь в Москве до окончания контракта.

— А когда у вас истекает его срок?
— В 2007-м. Впрочем, отдаю себе отчет, что моя судьба — в руках президента ЦСКА
Евгения Гинера.

— Случалось, что вы не понимали каких-то поступков Газзаева?
— Да. Например, когда я начинал игру на скамейке запасных. Газзаев хотел дать
мне передохнуть, а я, как любой игрок, рвался на поле, не замечая накопившейся
усталости. Но позже выяснялось, что он был прав, потому что сил у меня на весь
матч все равно не хватило бы. Иногда футболисту действительно лучше взять паузу
и поберечь здоровье. При этом, подчеркиваю, решение тренера — для меня всегда
закон, независимо от того, согласен я с ним или нет.

— В России соперники на поле с вами не церемонятся. Привыкли?
— Футбол везде одинаковый. Как сейчас без жесткой борьбы-то? У защитников задача
— охранять свои ворота. Моя же — найти к ним с мячом кратчайшую дорогу. Вот и
достается по ногам. Издержки профессии.

— Неужели у вас ни разу не возникало желания отплатить той же монетой?
— Могу в центре поля чуть-чуть придержать игрока за футболку, допустить мелкий
фол, сорвав опасную атаку противника, но умышленно по ногам никогда никого не
бил и бить не буду.

— От кого в нашей премьер-лиге вам больше всего не поздоровилось?
— Есть один парень. Только не спрашивайте, кто и из какой команды. Амплуа
назвать готов.

— К гадалке не ходи — защитник.
— Точнее, полузащитник оборонительного плана…

У кого бы из армейского клуба ни спрашивал про Карвалью, все высказывались в
духе товарища Саахова из легендарной кинокомедии: «Студентка, спортсменка,
комсомолка...» Бразильца нахваливали с тем же воодушевлением: «Парень просто
золотой! Спокойный, компанейский, воспитанный, без малейших признаков „звездняка“.

А Ролан Гусев добавил:
— Перед недавней игрой с „Шинником“ говорю Карвалью: „Дай мне пас — забью“. „Нет
проблем“, — отвечает. И на первой же минуте отдает мне голевую передачу!

— Если бы не попросили — думаете, не отдал бы?
— Отдал бы. Это же талантище! А как он поле видит…

— В команде у вас безупречная репутация. Неужто вы во всем такой идеальный? —
без обиняков спросил я у Карвалью.
— Ну что вы! Кто в этом мире совершенен? У меня и недостатки есть, и вредные
привычки. Но зачем о них болтать на каждом шагу?

— Рассказывают, вы большой любитель поспать?
— Это верно. Пожалуй, даже слишком много времени трачу на сон. Вместо того чтобы
после тренировки погулять по городу, ознакомиться с какими-то
достопримечательностями, могу весь вечер проваляться на кровати. Давно, скажем,
мечтаю побывать на балете в Большом театре, но все никак до него не дойду.

— На поле вы не жадный — в том смысле, что мячом с партнерами делитесь
охотно. А в жизни?

— Даю ли деньги в долг? — уточнил Карвалью и рассмеялся. — Давайте на этот
вопрос не буду отвечать, ладно? А то скажу — »да", все прочитают интервью и
начнут клянчить.

— Какое у вас образование?
— В школе мне осталось отучиться последний класс. А потом и в институт поступить
можно.

— Про вечных студентов я знаю. Но про вечных школьников слышать, признаться,
еще не доводилось...

— Я рано стал зарабатывать футболом, и мне пришлось сделать выбор — либо
сосредоточиться на нем, либо продолжать учебу. Предпочел первый вариант. Затянул
со школой, чего уж скрывать, но все поправимо. В Бразилии последний класс можно
закончить ускоренным курсом за полгода. Аттестат мне необходим. Иначе не смогу
получить высшее медицинское образование. Со своим будущим уже определился —
завершу футбольную карьеру, бог даст, лет в 35 и стану физиотерапевтом. Открою
собственную клинику.

— Почему именно физиотерапевтом?
— А что тут такого? Интересная специальность. Тренером быть не собираюсь. И
так, считай, всю жизнь — футбол, футбол, футбол… Охота испытать себя на новом
поприще.

— Предположим, у вас уйма свободного времени — на что его потратите?
— А где — в России или в Бразилии?

— И там, и там.
— В России отправился бы куда-нибудь на встречу с друзьями. В Бразилии же,
скорее всего, ходил бы на пляж или путешествовал. На моей родине еще достаточно
уголков, где я не был, а хотелось бы побывать.

— Футбол, деньги и женщины — что для вас важнее?
— На первом месте у мужчины, уверен, должна быть профессия. Не будет работы — не
будет денег. А значит — и женщин тоже. Кто ж захочет быть рядом с бездельником?

— Вы гордитесь каким-нибудь своим нефутбольным достижением?
— У меня много друзей. Среди них немало тех, с кем давно иду по жизни. Это
здорово.

— Что вас способно вывести из себя?
— Вранье и высокомерие.

— Вы учитесь на своих ошибках?
— Да. В прошлом году после травмы стремился как можно быстрее вернуться на поле
и начинал тренироваться, толком не долечившись. А нужно было полностью
разобраться со своим здоровьем. В итоге пришлось опять обращаться к врачам.
Теперь такой ошибки не повторю.

— Бразильцы — народ жизнерадостный. Когда что-то не ладится, как, на ваш
взгляд, легче пережить все печали?
— Главное — терпение. Если будешь сломя голову пытаться решить навалившиеся
проблемы, то рискуешь их лишь усугубить.

— Появились у вас в России новые привычки?
— Стал более сдержанным и закрытым. Стараюсь лишний раз не улыбаться. Дома, в
компании могу шутить, веселиться. А в каком-то незнакомом месте волю эмоциям уже
не даю. Как и все русские. Боюсь, неправильно поймут.

— Вы как-то признались: «То, что у бразильцев вызывает улыбку, у русских
почему-то — сплошное раздражение». Что имели в виду?
— Бразильцы привыкли проще смотреть на жизнь. Они не принимают проблемы так
близко к сердцу, как по малейшему поводу это происходит в России. Не надо
забывать, что смех и юмор зачастую тоже помогают в трудных ситуациях.

— Жизнь, говорят, не так проста, как она кажется, она… гораздо проще.
Видимо, это про вас, Даниэл?

— Точно. На португальском, правда, эта фраза звучит несколько иначе. Жизнь
проста — а усложняем ее только мы сами. По-моему, лучше не скажешь.

Карвалью снова потянулся к бомбилье, прикрыл глаза и сделал маленький глоток.
Усложнять жизнь он явно не собирался.

Источник: Спорт-экспресс Сообщить об ошибке
Всего голосов: 0
24 мая 2017, среда
Партнерский контент
Загрузка...
Лучший вратарь сезона в РФПЛ - это...
Архив →