Сеск: хороший, плохой, злой
Текст: «Чемпионат»

Сеск: хороший, плохой, злой

Полузащитник "Арсенала" Сеск Фабрегас рассказал о любви к "канонирам", борьбе за место в основном составе и притязаниях на капитанскую повязку.
2 августа 2007, четверг. 23:50. Футбол
Прошлый сезон трудно назвать для "Арсенала" удачным. Процесс создания новой команды увенчался перестановками в руководстве клуба – перестановками неприятными, потому как они нарушают работу отлаженного годами механизма. По окончании сезона "Канониры" потеряли ещё одного харизматичного лидера – Тьерри Анри. По сути, сезон для "Арсенала" закончился ещё в марте, когда ПСВ Рональда Кумана остановил команду на стадии 1/8 финала Лиги чемпионов. Зимой команда Арсена Венгера выбыла из Кубка Англии, проиграла финал Кубка Лиги "Челси" и, по сути, сезон доигрывала.

В этой обстановке едва ли не единственным светлым пятном "Канониров" оставался испанский плеймейкер Сеск Фабрегас. В свои 20 лет он превратился в незаменимого игрока команды и, наверное, может стать новым символом "Арсенала". Если события будут развиваться именно так, как хочется болельщикам.

Многие поклонники "Канониров" уже сейчас называют Сеска лучшим распасовщиком в истории команды. Он постоянно находится в эпицентре всех событий, распоряжается мячом с невероятной проницательностью и эффективностью. С тех пор, как три года назад Сеск перебрался в Лондон из второй команды "Барселоны", он постоянно прогрессирует и уже сейчас кажется намного мудрее и способней своих лет.

Однако даже не класс игры Сеска поражает, а его характер. Он принял на себя обязанности Патрика Виейра с такой твёрдостью и с такой уверенностью, что это не может не восхищать. С невероятным грузом ответственности юный баск справился блестяще и к вящему удовольствию фанов "Арсенала" переиграл в личной дуэли недавнего кумира и матёрого зверюгу Виейра.

Это было мощное, захватывающее заявление собственной силы. Сеск – готовый претендент на капитанскую повязку, он демонстрирует редкую уверенность в себе, желание и качества лидера, зрелость, признаки сильной личности и ум. Всё это вместе с чувством ответственности и неукротимым бойцовским духом вызывает неподдельный восторг "Ашбёртон Гроув".

А ведь в мае Сеску исполнилось только 20 лет!

Девять с половиной часов

Он появился на свет в маленьком портово-курортном городке Аренис де Map, что в сорока километрах от Барселоны. Играл в футбол, попал на карандаш селекционерам главной команды Каталонии. Ничего особенного. Но ровно до тех пор, пока не начался удивительный вертикальный взлёт.

Впервые в эпицентре внимания Сеск оказался летом 2003 года. В это время в Финляндии состоялся чемпионат мира для 17-летних. Подлинным откровением тогда стала игра испанского полузащитника, которому только-только исполнилось 16. Сеск не просто руководил игрой своей команды, он был её лидером на всех участках поля. Он отбирал мячи, начинал атаки, забивал сам. В финале Испания уступила 0:1 бразильцам, но именно Сеска назвали лучшим игроком турнира. Помимо "Золотого мяча", получил Сеск и "Золотую бутсу", хотя столько же, сколько и он – пять мячей – забили колумбиец Карлос Идальго и португалец Мануэль Курто.

"Арсенал" действовал быстро. Арсен Венгер уже перестроил работу клуба так, чтобы разветвлённая сеть скаутов отслеживала по всему мира самых талантливых 15-16-летних футболистов. Как показывает опыт, менее рискованно иметь дело с игроками этого возраста, нежели старшими на четыре-пять лет. Опыт Хосе Антонио Рейеса подтверждает, что это именно так и есть. Он оказался в Лондоне в 20 лет, вполне сложившаяся личность со своими привычками и убеждениями. В непривычной среде Рейес чувствовал себя крайне неуютно. Подросткам тоже нелегко на первых порах, но они лучше умеют адаптироваться, более открыты к новому и неизведанному.

Утащить Сеска из второй команды "Барселоны" оказалось проще простого. По испанским законам клубы не имеют права подписывать контракты с игроками моложе 17 лет. В Англии с этим намного проще. Каталонцы страшно ругались вслед, выбили через ФИФА некоторую компенсацию, но "Арсенал" выиграл намного больше.

Контракт с "Канонирами" Сеск подписал 11 сентября 2003 года. Первое, что он увидел в новом клубе, было избиение "Интером" хозяев "Хайбери". К перерыву было уже 0:3...

Сеск, видя, как нелегко приходится Патрику Виейра и Жилберто Силве в центре полузащиты, мог невзначай подумать, что это ему на руку. Но: "Да Бог с вами! В тот момент я даже не думал о первой команде! Обычно игроки получают свой шанс в районе 20 лет, так что я был настроен играть в молодёжной команде и учиться".

Собственно, больше Сеску нечем было заняться. Первые месяцы жизни в Лондоне он вспоминает с содроганием. Его поселили в Барнете, что в Северном Лондоне, в доме женщины, которая многие годы присматривала за молодыми иногородними игроками "Арсенала".

"Было ужасно скучно. У меня была небольшая комнатка, обставленная по-спартански. Магнитофон, кое-что из одежды, компьютер, маленький телевизор, настолько маленький, что я серьёзно боялся за своё зрение – вот и весь мой нехитрый скарб. Кроме тренировок и занятий английским, мне оставалось только играть в PlayStation. Хуже всего было по выходным, когда был предоставлен сам себе – резерв ведь играл по будням. Мне некуда было пойти, не с кем общаться, все мои друзья остались в далёкой Испании. Я сидел и думал: "Что я тут делаю?" Но нет – это был мой выбор, мой путь и мне следовало пройти его до конца".

Вскоре Сеск крепко сдружился с Филиппом Сендеросом: "Для меня он стал авторитетом – его комната была побольше моей!" Вдвоём, как говорится, веселее. А очень скоро у Сеска не осталось времени, чтобы скучать.

Уже 23 октября 2003 года он дебютировал в первой команде "Арсенала", став самым молодым игроком в истории клуба – 16 лет и 177 дней. Это был матч Кубка Лиги против "Ротерхэма". В поединке следующего раунда с "Вулверхэмптоном", 2 декабря, Сеск забил один из мячей (5:1) и превратился в самого молодого бомбардира.

А с нового сезона Сеск всё чаще и чаще стал привлекаться к матчам первой команды. Он вышел в стартовом составе против "МЮ" в матче за Суперкубок и отыграл просто превосходно. Травмы более старших коллег по полузащите позволили Сеску в том сезоне-2004/05 стать полноправным игроком основы. И пусть не всегда ему находилось место именно в центре полузащиты, пусть приходилось играть на правом фланге, но самое главное – Сеск мгновенно усваивал неоценимый опыт. Он учился прямо на глазах, хотя не всегда играл ровно и успешно.

"Помню один из провальных матчей, когда я играл в паре с Патриком. Тогда я терял почти каждый мяч, плохо боролся, в общем, выпадал из игры. В автобусе по дороге со стадиона я не смел поднять глаз. Тогда ко мне подсел Виейра. Он обнял меня и сказал, чтобы я не вешал нос. Мол, мне всего лишь 17 лет и впереди у меня много лет карьеры, в которой найдётся место и для более провальных игр. Он говорил, что невозможно каждый матч отыграть на 100%, нефутбольные люди плохо это понимают и не стоит обращать на них внимание. Нужно просто работать ещё прилежней и настойчивей. Это был один из самых полезных разговоров в моей жизни".

Постепенно налаживался и быт. Из Барселоны к Сеску приехала его девушка Клара. Не просто так, а чтобы получить образование в Лондоне. Они поселились недалеко от Жилберто Силвы в просторной и милой квартире. В его комнатушке в Барнете сейчас обитает другой выходец из "Барселоны" – Фран Мерида, которого уже называют "новым Сеском".

Сеск и Клара обзавелись в Лондоне друзьями и с удовольствием приняли английский образ жизни. Обожают местные юмористические сериалы, что красноречиво говорит – они совсем обжились на новом месте.

Сеск не самый заядлый тусовщик, а всем формам отдыха предпочитает... продолжительный и здоровый сон: "В среднем я сплю по девять с половиной часов в сутки. Перед матчем и вовсе часов одиннадцать могу отхрапеть! С удовольствием завалился бы на боковую между предматчевым приёмом пищи и разминкой, но боюсь, в таком случае проспал бы всё на свете!"

После ухода Виейра юный испанец стал безоговорочным лидером средней линии "Канониров". Он играл зрело и в то же время свежо, не признавая авторитетов и сам становясь одним из них. В марте 2006 года Сеск дебютировал в национальной сборной Испании, став самым молодым игроком сборной за последние 70 лет. Луис Арагонес вызывал молодого таланта ещё в декабре, мариновал его, но после потрясающей игры Сеска в плей-офф Лиги чемпионов на "Сантьяго Бернабеу" не мог не дать ему сыграть.

Летом прошлого года Сеск как самый юный испанец в истории принял участие в чемпионате мира. В матче против Украины он вышел на замену вместо Луиса Гарсии. Затем был выход со скамейки с Тунисом, удар, который добил Рауль, и куча опаснейших атак, начатых именно им. Как следствие, против французов в 1/8 финала Сеск вышел в старте вместо Маркоса Сенны и не его вина, что в тот день Виейра с Зиданом оказались сильнее...

По Каталонии Сеск по-прежнему скучает, но это уже не та тоска, от которой хочется выть: "Там остались мои родители, друзья. Разумеется, я вернусь к ним однажды". Болельщикам остаётся надеяться, что это произойдёт не раньше, чем истечёт его контракт с клубом. А это будет очень не скоро – 19 октября 2006 года Сеск подписал соглашение с "Арсеналом" сразу на восемь лет!

Уроки французского

Даже когда я пытался отловить его после тех самых матчей с ПСВ, у меня ничего не получилось. Вроде бы у игроков "Арсенала" должна была появиться куча свободного времени, но только не у Сеска. Тренировки, рекламные съёмки, а если не это, то... уроки французского. В общем, пришлось дожидаться окончания сезона.

Во время беседы он не был похож на среднестатистического футболиста или даже на среднестатистического 20-летнего молодого человека. Никакой показухи или, наоборот, неловкости, ни следа угрюмости или бравады.

Так уж получилось, что разговор у нас получился больше о проблемах "Арсенала", нежели вообще, за жизнь. Просто эта команда мне небезразлична. Не то чтобы я с ума от неё схожу – вавки в моей голове с другими вещами связаны, но "Арсенал", тем более в такое непростое для команды время, не может оставить меня равнодушным. К тому же, думаю, тема эта, на злобу дня, волнует не меня одного и не меня одного интересует – что же происходит с "Арсеналом" и что ждёт его впереди. Есть такое ощущение, что происходит нечто серьёзное и масштабное. Правда, лично я пока не разобрался – начало ли это новой великой команды или же крах всего...

Общение с Сеском дало немало пищи для размышления, хоть и не ответило на все вопросы и не развеяло всех сомнений.

— Твои уроки французского – это чтобы понимать, о чём говорят в команде?
— Нет, нет, ни в коем случае! В команде есть только один язык – английский. Просто в наши дни очень важно учиться и не только потому, что тебе об этом говорит мама. Немного терпения, усилий и спустя три года я буду говорить на трёх основных языках мира: английском, французском и испанском.

— Похоже, с английским у тебя никаких проблем нет.
— Это сейчас. Английский я учил в школе, но когда прибыл в "Арсенал", разговаривал еле-еле. С самого первого моего дня здесь Арсен Венгер говорил со мной исключительно по-английски. Было чертовски трудно, но без этого невозможно привыкнуть к новой обстановке. Теперь, проведя три года в Лондоне, я совершенно спокойно говорю по-английски. Зная этот язык, я легко могу объясниться в любой точке планеты. Вообще же, прежде чем отправиться в другую страну, ты должен дать себе ответ на простой вопрос: готов ли ты приложить усилия, чтобы выучить язык, адаптироваться в новой среде. Это очень важно, потому что является главной составляющей твоего успеха.

— Кое-кому из твоих соотечественников было бы нелишне задуматься об этом, прежде чем перебираться в Лондон...
— Ты Рейеса имеешь в виду! Ему действительно трудно было ко всему привыкнуть. Наверное, такова особенность его характера. Хотя играл Хосе здорово. Арсен Венгер как-то пошутил – мол, весь мир говорит о глобальном потеплении, и только Рейесу холодно

Я не относился к переезду в Англию как к короткому приключению. Для меня это был вызов, способ проявить себя по-настоящему.

Один в поле не воин

— Невзирая на, прямо скажем, неудачную игру "Арсенала" в прошлом сезоне, для многих ты был вполне вероятным претендентом на звание Игрока года. Каково тебе самому было – играть в потрясающий футбол, которому команда не соответствовала?
— Лично для меня этот сезон и вправду получился отличным. Я чувствовал себя прекрасно, мне посчастливилось избежать травм и как следствие я выглядел нормально. В конце сезона, конечно, усталость накопилась, ведь мне, по сути, пришлось отыграть без замен на всех фронтах, что в моём возрасте не так-то просто. Но в целом всё нормально. За исключением игры команды, конечно же. Как бы здорово ты ни играл, без команды ты не значишь ничего. Мы играли не так уж плохо, боролись на всех фронтах, но остаться ни с чем действительно больно. Своей игрой я могу быть доволен, но футбол ведь коллективный вид спорта, а потому особого повода для радости я не вижу. Раз уж команда не добилась того, чего должна была, значит, мне следовало выкладываться ещё больше!

— Разве только этого не хватало "Арсеналу"?
— Да, нам всем не хватало умения, что называется, делать свою работу до конца. Мы слишком легко транжирили свои шансы. Но самое главное, невзирая на ряд эффектных матчей, вырванных на последних минутах, нам не хватало опыта и концентрации именно в эти отрезки. Вот над чем предстоит поработать. Иногда нам казалось, что 1:0 или 0:0 на последней минуте – это уже конец. Ничего подобного!

— По-твоему, игра "Арсенала" слишком самонадеянна?
— Нет, я бы не говорил о самонадеянности. Мне кажется, что причина в недостаточной концентрации. Как мы можем быть нахальными, когда отстаём от "МЮ" на 17 или сколько там очков?

— Двадцать одно...
— Тем более! В такой ситуации нахальство с нашей стороны было бы признаком идиотизма. Но ни мне, ни моим товарищам по команде это качество не присуще. Мы знаем, что у нас собрана очень приличная команда, но всем нам ещё предстоит немало поработать. Иногда мы как будто выключаемся в самом конце пути. Не знаю, почему...

— Тебя, по всей видимости, крепко изводит от бессилия, что-либо существенно изменить в такой ситуации. Или понять причины...
— Да, это не просто. Ты видишь, что команда играет здорово, ты наслаждаешься каждой минутой, проведённой на поле, ты и твои партнёры легко создаёте момент за моментом, а результат не в твою пользу! Ты хватаешься за голову: "Что, чёрт возьми, происходит? Раз мы играли хорошо, почему не выиграли?!" Каждую минуту нужно стремиться к победе, отдавать всего себя для достижения этой цели. Если ты будешь относиться ко всему наплевательски – дескать, да ладно, не это самое главное, то ничего из тебя не получится. Иногда после матчей я чувствую себя королём, а позволять себе такого нельзя. У нас классная команда и мы обязаны побеждать. Победа – это то, к чему я стремлюсь и, надеюсь, стремятся все мои партнёры по команде. После каждой игры мы анализируем случившееся, чтобы стать лучше к следующему матчу. Без этого невозможно прогрессировать.

Есть ли у "Арсенала" яйца?

— Из твоих слов можно сделать вывод, что "Арсенал" часто кажется слишком расслабленным. Так, может, вам не хватает страсти, желания пересилить себя ради чести клуба?
— Нет, ты неверно всё понял, я ничего такого не имел в виду. "Арсенал" – команда-победитель по своей сути. Я говорю лишь о том, что бывают моменты, когда мы можем и обязаны дать больше. Бывает, мы говорим: "Да ладно, продули, но в следующий раз обязательно выиграем". Нет, нет и ещё раз нет! Нельзя так! Каждый игрок должен посмотреть на себя и поставить честную оценку своей игре. Он должен хотеть прибавлять с каждой новой игрой. Вот тогда неудачный результат можно рассматривать как дурное стечение обстоятельств.

— Как ты принимаешь критику в свой адрес?
— Если я ошибся, сыграл отвратно, подвёл партнёров, мне даже хочется, чтобы меня ругали! Обязательно кто-то должен сказать: "Парень, ты был не прав!"

— Ну, и часто говорят?
— Нет, к сожалению. Между нами иногда возникает какое-то чувство неловкости, когда нужно сделать замечание друг другу. Отмалчиваемся, хотя следует дать выход негативной энергии, высказать все претензии, а не держать их в себе. Мне иногда нужно, чтобы на меня накричали, поставили на место. Это помогает мне в дальнейшем.

— Не слишком ли игроки "Арсенала" милы?
— Ну-у-у... Я не совсем понимаю, о чём ты.

— Часто можно услышать, что игроками "Арсенала" можно любоваться, но у них, грубо говоря, нет яиц!
— Я не думаю, что у нас нет твёрдости характера, хотя... (после продолжительной паузы) Ты знаешь, когда я смотрю игры "МЮ" или "Челси", я вижу, как они бьются за каждый божий мяч, выкладываются до остатка в каждом поединке. Всё это следствие единства и жажды победы. Здесь я отпахал за тебя, там ты выгрыз землю за меня – это называется солидарностью. Без этого невозможно добиться серьёзного успеха.

— После финала Кубка Лиги все восторги достались "Арсеналу", тогда как "Челси" уволок с собой трофей. Не было ли у тебя чувства, что плохие парни всегда побеждают?
— Да, безусловно. Однако я бы предпочёл, чтобы рукоплескали им, а победа осталась за нами. Я хочу быть плохим! В конце концов, значение имеет только то, кто победил, и не важно, как он это сделал. Пока что мы не можем в полной мере перенять этот принцип. У нас молодая команда, но мне не хотелось бы использовать это в качестве оправдания. Мне не нравится, когда вокруг после нашей очередной неудачи начинают вздыхать: "Да, но ведь команда у них молодая!" Не оправдание это, повторяю ещё раз! Мы молоды, но если мы выходим на поле, значит, тренер считает, что мы достаточно хороши для этого. Нам пора перестать быть молодыми, пора становиться победителями! Терпеть не могу, когда мои ошибки комментируют следующим образом: "Ничего страшного, парню всего-то 19 лет". Если я потеряю мяч, я хочу, чтобы к этому относились точно так же, когда подобную ошибку допускает, скажем, Тьерри Анри. Мне не нужны жалость и оправдания.

— Но похвалить вас за тот финал стоит?
— Нет. В тот день в нашей команде было много игроков, которые не имели большого опыта игры в премьер-лиге, некоторые только восстановились после травм, в основном же мы вышли молодым и необстрелянным составом: Арман Траоре, Тео Уолкотт... Для этой команды добраться до финала и почти обыграть "Челси" – уже успех. Но вспоминая тот финал, люди забудут, кто играл в "Арсенале". Они вспомнят лишь то, что мы проиграли 1:2. Хотя, конечно, даже такой горький опыт для многих игроков станет бесценным. Мы мужаем, взрослеем.

— У тебя есть те качества, которых не хватает твоей команде: жажда борьбы до конца, зрелость, агрессия. Откуда это у тебя?
— Я не перенимал этих качеств ни у кого, они мои, исконные. В детстве я всегда рвался на поле, даже если был болен или травмирован. Я плакал, когда не мог играть. Злился на родителей, хотя они-то ни при чём. Меня всегда вело желание сражаться, всё равно за что. Я добился всего именно благодаря этому качеству: оказался в Англии, играл в одной команде с Тьерри Анри, участвовал в чемпионате мира, играл в финале Лиги чемпионов, в финале Кубка Англии...

— Не так уж мало для 20-летнего парня!
— Да, конечно. Я сыграл в своей жизни в семи финалах и это достижение стало не только следствием самодисциплины, желания, духа, но и команд, в которых я играл. Я всегда верил, что способен достичь серьёзного, даже особенного успеха и всё, что случилось со мной за эти три года, убеждают меня в этом ещё больше.

Скажите, как его зовут?

— По-настоящему английские болельщики обратили на тебя внимание после того, как в матче Лиги чемпионов с "Ювентусом" ты расправился с Патриком Виейра. А к этому игроку здесь относятся с благоговейным трепетом...
— Для меня самого было крайне важно доказать самому себе и всем вокруг, что я способен не просто играть против Эмерсона и Виейра, но и могу их обыгрывать. Перед матчем некто, не скажу кто, посоветовал мне как можно быстрее вставить по ногам Патрику. Повод представился очень скоро: они угрожали нам контратакой и действовать надо было быстро. Тут уж Виейра или не Виейра... Он многому меня научил и, наверное, мог быть доволен тем, как я усвоил его уроки. Мне кажется, после того матча не осталось тех, кто бы сомневался во мне. Это придало мне огромную уверенность в себе.

— Ты получил четвёртый номер, который носил Виейра. Насколько для тебя это было важно в плане психологии?
— Говорят, что в таких случаях на тебя сваливается дополнительный груз ответственности, но я ничего подобного не испытал. Тренер знал, что мне нравится этот номер, и с удовольствием отдал его мне, что привело меня в неописуемый восторг. Четвёрка – это мой номер. И не из-за одного только Виейра. Под этим номером играл мой идол – Пеп Гвардьола. В детстве я всегда носил четвёрку на спине и не стоит забывать, что я родился 4 мая! Отдать мне этот номер значило немало. Мне было всего-то 18 лет, значит, тренер верил в меня. Не думаю, что мсье Арсен отдал бы этот номер кому-то, кто не пользуется его доверием, кто может не оправдать надежды.

— А ты не прочь носить ещё и капитанскую повязку, как и Виейра?
— Безусловно! Это меня ни капли не пугает. Мне всегда нравилось быть капитаном и, думаю, я справлюсь с такой ответственностью.

— Именно это я и ожидал от тебя услышать. Как-то Виейра признался, что в твоей игре его подкупает больше всего – то, что ты ничего не боишься.
— А если бояться, то и в лес не ходить! Поначалу мне было непросто, я был слишком тщедушным. Но очень скоро противники поняли, что ошибаются, если думают, будто меня можно сдуть как пылинку. Жилберто Силва любит говорить, что он защищает меня во время матчей, но он просто большой врун (смеётся). Я сам прекрасно могу постоять за себя и ни капли не боюсь лезть в борьбу. Мне это нравится.

— В Англии у тебя на спине написано "Фабрегас". Кстати, как бы в скобках хочется заметить, что ударение в этой фамилии следует делать на первом слоге – ФАбрегас! Так вот, в Англии у тебя на спине написано "Фабрегас", тогда как в испанской сборной ты превращаешься в Сеска. С чего бы это?
— Я хотел, чтобы у меня и здесь было написано Сеск, но мне не позволили. Говорят, такое в Англии разрешают только бразильцам. Не знаю, почему.

— Действительно странно. Ведь, к примеру, правый защитник "Дерби" Тайрон Мире спокойно бегает с надписью "Тай" на спине... Слышал, ты никак не можешь привыкнуть к тому, что здесь тебя часто называют именно Фабрегасом.
— Так и есть. Когда я забил свой первый гол за "Арсенал" в премьер-лиге, болельщики впервые спели в честь меня. Когда мсье Арсен менял меня, трибуны затянули "Фабрегас, Фабрегас!" Я был слегка обескуражен – что такое? Ведь меня всегда называли Сеском, а Фабрегасом был мой отец. При чём тут он? Потом сообразил что к чему.

Вы знаете, как я уважаю Марка Хьюза, но

— Я поневоле снова возвращаюсь к духу и ярости. В конце финала Кубка Лиги в самой знаменитой драке ты продемонстрировал именно эти качества. Тогда ты чуть не придушил самого Фрэнка Лэмпарда. На телевидении подобные проявления характера не любят, тогда как болельщики неизменно в восторге.
— Я понимаю, что СМИ обязаны бороться с проявлениями насилия, это правильно. Но я не думаю, что они имеют какое-то понятие насчёт того, каково оно – быть в эпицентре таких событий, когда голова идёт кругом, воздуха не хватает, ты готов отдать всё ради победы, а напряжение большого матча можно ножом резать! В такой обстановке подобное случается, и болельщики всегда будут на твоей стороне.

— Может быть, для тебя как испанца имеет особое значение лезть в подобные заварухи? Легионеры, так сказать, с юга в Англии имеют репутацию мягких игроков. Может, ты просто хочешь доказать местной публике, что у тебя есть те самые пресловутые яйца? Ей, публике, такое нравится.
— Я не делаю ничего, чтобы потрафить публике. Это живёт внутри меня и я ничего не могу с этим поделать. Это естественное для меня поведение, в нём нет ничего наигранного. Людям это может нравиться или нет, но, в конце концов, я делаю то, чего хочу сам!

— Ты показался этаким злюкой, когда сцепился с Марком Хьюзом. Тогда ты, язва, заявил, что не веришь в то, что он играл в "Барселоне", имея в виду стиль игры его "Блэкберна".
— Да, я тогда был вне себя. Я чувствовал собственное бессилие, когда мы проиграли команде, которая даже не пыталась играть в футбол. Я признаю, что команды вольны выбирать любой стиль игры, какой им только заблагорассудится, что всегда найдётся кто-то, кто будет, прежде всего, мешать играть тебе. Нужно уметь бороться с этим и в поражениях в таких матчах великая доля нашей вины, ведь нужно справляться с любыми трудностями. Но когда ты сталкиваешься с командой, которая отказывается играть, которая думает исключительно об обороне, которая не бьёт по воротам и даже не пытается это сделать, которая весь матч стоит у своей штрафной... (тяжело вздыхает) Конечно, я был не прав, сорвался, наговорил того, чего говорить не имел права. Но потом я пошёл и извинился. Сам! Сразу после этого я обсудил ситуацию с Арсеном Венгером и сам признал, что был не прав. Меня никто не подталкивал, я пошёл в раздевалку "Блэкберна" и попросил прощения. Марк Хьюз действительно немало добился как игрок и достоин уважения.

— Болельщики поддержали тебя. Многие говорили: "Парень прав, ведь то, что показывает "Блэкберн", нельзя назвать футболом". Прямо скажем, тот эпизод только прибавил тебе популярности...
— Поверь, я не гнался за дешёвой популярностью, я говорил только то, что думал. Каждый тренер старается сделать команду в том стиле, в котором он сам играл. Взять, к примеру, Франка Райкаарда или Йохана Круиффа, которые сами играли в командах, что показывали отличный футбол, основанный на радующем глаз контроле мяча. Если ты побывал в "Барселоне", у тебя навсегда останется привкус именно такого футбола – зрелищного, отличного. Если я однажды стану тренером, я буду требовать от своих игроков только одного – играть в футбол и наслаждаться этим! Конечно, когда ты выходишь против команд вроде "Барселоны" или "Арсенала", тебе придётся больше заботиться об обороне. Но это не значит, что нужно вовсе отказываться играть! Я никогда себе не позволю подобное.

— А инцидент с Тедди Шерингэмом?
— Иногда меня заносит, и Тедди на правах дедушки поставил меня на место. Отец мой тогда крепко обижался на Шерингэма – мол, он не имел права орать на меня, я ведь ему в сыновья гожусь. Но ничего страшного, ещё один полезный урок.

Не обещайте "Арсеналу" любви вечной на земле

— Даже среди болельщиков "Арсенала" встречается мнение, что ты слишком хорош, чтобы играть в этой команде. Они боятся, что ты надолго здесь не задержишься, потому что "Арсенал" не так крут, как "Барса" или "Реал".
— Твоё дело верить или нет, но я действительно считаю "Арсенал" "большим, большим клубом", даже если он и проигрывает в сравнении с этими монстрами. Я никогда и нигде не сталкивался со страстью, равной той, с которой люди живут футболом здесь. "Арсенал" верит в меня, а я верю в "Арсенал". Я не раз демонстрировал свою преданность клубу. Недавно я подписал самое длительное соглашение в истории "Арсенала" и тем самым отблагодарил Арсена Венгера и болельщиков за их поддержку. Я терпеть не могу слушать клятвы в вечной любви, заверения в готовности отдать всю карьеру клубу... Зачем? Ведь через пару лет "Арсенал" может решить, что я больше не нужен, и тогда я окажусь в довольно глупом положении. Но я могу сказать, что не чувствую, будто "Арсенал" недостаточно крут для меня. Для меня это великий клуб, клуб, который я всегда буду любить.

— Но не пора ли "Арсеналу" подтвердить этот статус? Тьерри Анри ушёл и что теперь? Год назад, когда он подписывал новый контракт, его заверили, что клуб пригласит массу звёзд, но пришёл один только Томаш Росицки...
— Не забывай о Вильяме Галласе и... (пауза) Не забывай о классе тех игроков, которые уже есть в этой команде! Хотя я надеюсь, что мы ещё кое-кого пригласим и создадим очень, очень хорошую команду.

— А как ты оцениваешь уход Анри?
— Я очень хорошо к нему отношусь и смею надеяться, что имею право называть его своим другом. У него непростой период в жизни, и он почувствовал, что лучше будет уйти. Мне показалось, что это действительно сделало его счастливым. В таком случае я рад за него.

— Ты и сам мог последовать в Испанию...
— А я и не скрываю этого! "Реал" действительно настойчиво звал меня. Я встречался с Рамоном Кальдероном и Миятовичем. Они оказались отличными парнями и предложение их выглядело весьма заманчиво. В этой ситуации для меня очень важна была позиция Арсена Венгера. Мы имели с ним продолжительную беседу, и он дал мне понять, что видит своё будущее в "Арсенале" и хотел бы, чтобы я творил это будущее вместе с ним. Это именно то, что нужно и важно для меня. После этого у меня не осталось ни малейших сомнений.

— В свете последних событий "Арсенал" повсеместно списали со счётов. Многие сомневаются, что команде по силам даже отстоять своё место в зоне Лиги чемпионов. А что скажешь ты? Веришь ли ты, что "Канониры" в новом сезоне будут бороться за чемпионство? Я вот не очень...
— Я верю и не сомневаюсь в этом ни капли! Слышал, что даже сэр Алекс Фергюсон сказал – мы станем сильнее с продажей Анри. Он и сам проделывал со своей командой подобное, продавая лидеров, так что он знает, о чём говорит. Хотя, конечно, уход Тьерри – огромная и несомненная потеря. Он стал лучшим бомбардиром в истории клуба и этим всё сказано! Но мы не будем "Арсеналом", если откажемся от борьбы за титул.

Жить быстро и не умирать

— История футбола знала немало примеров, когда игроки, ярко вспыхнув в молодом возрасте, быстро сгорали. Как правило, к тридцати годам они напоминают безнадёжных ветеранов. Рауль, например. Как говорили в моё время – живи быстро, умри молодым. Не боишься, что с тобой случится то же самое?
— Признаюсь, иногда я задумываюсь об этом. Ты прав, конечно же, но здесь многое зависит от тебя самого, от твоего стиля жизни. Если ты настоящий профессионал, следи за собой как следует и не позволяй себе лишнего. Но я не смотрю на тех, кто начал в 17 лет и завершил к 28 годам. Мне интересны те, кто начал в 17, а играл до 34-х: Пеле, Марадона, Зидан... Именно они для меня являются образцом для подражания, а не те, кто быстро сгорел. Я не говорю, что сравнюсь в величии с Пеле, Марадоной и Зизу, просто я хочу, как они, играть долго и счастливо! У нас всех есть мечты и надежды, не так ли?
Источник: Football.ua
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
9 декабря 2016, пятница
Кто вас больше разочаровал в этом розыгрыше еврокубков?
Архив →