Право быть Райаном Гиггзом
Текст: «Чемпионат»

Право быть Райаном Гиггзом

Райан Гиггз умеет играть в футбол даже в телефонной будке, и неважно, сколько соперников запихнуть туда вместе с ним – он всё равно найдёт выход!
16 августа 2007, четверг. 03:18. Футбол
Карлуш Кейруш

Дэвид Бекхэм наверняка более раскручен, Гари Невилл сыграл больше матчей за сборную, однако ни один, ни другой игрок не олицетворяет собой все успехи сэра Алекса Фергюсона в "МЮ" так, как Райан Гиггз. Когда 26 мая 1999 года на поле "Камп Ноу" "МЮ" покорил самую главную вершину, Гиггз был первым, кто поздравил Фергюсона. Это как бы само собой разумелось. "Мы прошли весь этот длинный путь вместе, – напишет впоследствии в автобиографии сэр Алекс, – с того самого дня, как я впервые увидел его, 13-летнего, словно плывущего над полем с несомненной аурой парня, рождённого играть в футбол".

Чёрное прошлое

Как-то к Фергюсону подошёл один из работников "Олд Траффорд" по имени Гарольд Вуд: "Я знаю одного пацана. Он бегает за "Дин Спорте", яростно болеет за "МЮ", но тренируется с "Ман Сити". Вопиющее недоразумение! Зовут его Райан Уилсон". Под этим именем провёл своё детство тот, кого сейчас знают как Райана Гиггза. Он родился в Кардиффе в год, когда сэр Бобби Чарльтон сыграл свой 754-й матч за "МЮ". Конечно же, никто в тот момент не знал, что первенец в семье игрока регбийного клуба "Кардифф" Дэнни Уилсона и Линн Гиггз спустя много лет приблизится к рекорду, казавшемуся вечным.

Собственно, никто даже не думал, что однажды семье придётся покинуть Уэльс, где безвылазно жили многие поколения Уилсонов и Гиггзов. Однако спустя семь лет после рождения Райана Дэнни получил предложение от клуба "Суинтон Лайонс", некогда весьма известного и победоносного, и Уилсоны перебрались в Манчестер.

Переезд Райан перенёс болезненно. Он обожал родной город, скучал за ордами родственников. Манчестер он поначалу ненавидел. Здесь его приняли крайне враждебно. Никто не понимал его валлийский акцент, но со временем Райан заговорил как настоящий манкунианец. Единственное, от чего он никогда не отказывался, – его корни.

Мало кто знает, но Райан происходит из цветной семьи. Его отец – темнокожий. Видимо, по причине какого-то необъяснимого каприза природы ни Райан, ни его младший брат Родни не унаследовали черты и цвет кожи африканской расы, однако в округе все прекрасно знали, чьи они дети. "В школе нам не давали прохода, обзывали... ну, как обзывают в таких случаях".

Райан, впрочем, нисколько не стыдится. Он всегда с гордостью говорит: "Я тот, кто я есть!" Когда несколько лет назад Рио Фердинанд и Тьерри Анри объявили борьбу с проявлениями расизма в футболе и организовали движение "Вышвырнем расизм из игры", Гиггз стал одним из сторонников: "Половина моей семьи – чёрные. Я чувствую близость к их культуре, к их цвету кожи. Я горжусь своими корнями, горжусь тем, что по моим венам бежит чёрная кровь. Я не собираюсь скрывать своё происхождение, но и не хочу спекулировать им".

Эта позиция весьма характерна для Райана. Он никогда не стесняется быть тем, кем он есть, но всегда старается избежать разговоров о себе.

Любимый игрок Гомера Симпсона

"Быть знаменитым некрасиво". Знает ли Гиггз об этой строке из Пастернака, не важно. Важно, что он живёт именно по этому принципу. Райана трудно назвать закрытым, стеснительным, особенно когда рядом есть такой экземпляр, как Пол Скоулз. Но при этом Гиггз умудряется оставаться загадкой. Он старательно подбирает слова во время интервью, говорит правильные вещи, старается быть рассудительным и по возможности меньше привлекать к себе внимание. "Я кажусь скучным ублюдком, не так ли?" – ухмыльнулся во время одного из немногочисленных интервью Райан и в этот момент, похоже, был вполне доволен собой.

Всё равно самую строгую оценку он поставит себе сам, а за него пусть лучше говорит его игра.

В первой половине 90-х в Британии трудно было найти более популярного игрока. Гиггз поначалу был изрядно ошарашен масштабами своей популярности: "По улице невозможно было шагу ступить, чтобы не оказаться окружённым почитателями. Когда я начинал раздавать автографы, фаны образовывали вокруг неприступную стену. Я получал по две тысячи писем в день, а на День Святого Валентина меня просто завалили открытками – шесть тысяч их оказалось. Во время турне команды по Южной Африке мне сказали, что со мной желает встретиться Нельсон Мандела. Мандела? Со мной?! С чего бы это?!!"

В нашей редакционной истории особое место занимает случай, когда еженедельник "Футбол" на заре своей туманной юности поместил на обложку Гиггза. Номер разлетелся со свистом. Цветная обложка или же мастерство главного художника были тому причиной, но только "Футбол" неосознанно повторил рецепт успеха британских коллег первой половины 90-х. Тогда, чтобы добиться роста тиража, достаточно было поместить на обложку Гиггза. Мужики раскупали номер, потому как хотели почитать о "новом Бесте", который творит на поле красоту, а девицы были в восторге от красоты физической.

Эта популярность была естественной. За ней не стояли миллионные раскрутки, участие в разного рода акциях. Гиггза не насаждали, но к нему тянулись. Он был символом нового времени, новых веяний. В 80-х символами английского футбола были хулиганы и связанные с ними чувства позора и ужаса. Премьер-лига предлагала вместо крови и жестокости зрелище – может быть, рафинированное, но зато имеющее больше отношения к футболу, нежели беспорядки на трибунах.

Появление Райана Гиггза идеально совпало с началом этой эпохи, и он естественно стал одним из её символов. Никто его не готовил к этому, а потому он и не был готов. В то время Гиггз наделал немало ошибок и наломал немало дров. Но всё это было связано с молодостью, житейской наивностью, а вовсе не переизбытком популярности и тем, что принято называть звёздной болезнью.

Райан со временем научился избегать излишнего к себе внимания и добился главного – заставил воспринимать себя как футболиста. Безусловно, в этом ему помогло появление Дэвида Бекхэма. Гиггз с облегчением уступил ему место в эпицентре всеобщего внимания, сбросил будто надоевшую, хоть и приятную ношу. "Дэвид был лучше к этому готов и, самое главное, больше к этому расположен. Для него было естественным оказаться в центре внимания, он стремился к этому, умел жить с этим в ладу". Поэтому не стоит удивляться, что Бекса не только не воспринимают в первую очередь как футболиста, но иногда даже подвергают сомнениям его таланты. Он сам сделал свой выбор и вряд ли о чём-то жалеет. Точно так же, как и Гиггз. Каждому своё, и жить в гармонии с самим собой действительно может быть важнее всех благ мира.

Отголоски бешеной популярности Гиггза чувствуются до сих пор. В ноябре 2003 года вышел четвёртый эпизод 15-го сезона культового американского мультсериала "Симпсоны". Назывался он The Regina Monologues, что можно перевести как "Монологи Королевы". Действие происходит в Англии и, разумеется, при участии местных знаменитостей. Среди прочих собирались задействовать Дэвида Бекхэма, но создатели сериала выяснили, что он недостаточно известен в США. Тогда в эпизоде появилась сцена, когда Гомер Симпсон объясняет супруге Мардж, почему он подрался на улице с тремя прохожими. "Это всё из-за соккера. Ты можешь себе представить, они оказались теми типами, которые дали Гиггзу жёлтую карточку в штрафной?!"

Мамин сын

Конечно, футбол мог никогда не узнать Райана Гиггза. И дело вовсе не в том, что он мог остаться Уилсоном. Райан родился в Уэльсе, где любовь к регби превосходит любовь к футболу, а быть сыном регбиста – значит быть привязанным к этой игре ещё крепче. Райан вспоминает, что в детстве любил следить за игрой отца. Он старался не пропускать ни единого матча – дома или на выезде. Однако потом Райан поймёт, что больше его привлекали действия отца, нежели собственно игра: "Большинство своих футбольных качеств, прежде всего скорость и координацию, я унаследовал от него".

Гиггз до сих пор продолжает следить за регби и вроде бы старается бывать на матчах "Уигана" – такого себе регбийного аналога "МЮ". Но первой и настоящей любовью для него стал именно футбол. Детская мечта стать "как папа" известна многим, но немногие следует ей, когда взрослеют. Райан тоже пережил подобную метаморфозу. Тем более, подозреваю, у него были основания порвать как можно больше нитей, связывавших его с отцом.

О драме, которая разыгралась в семье Уилсонов, когда Райан уже был в молодёжной команде "МЮ", он не любит распространяться. Можно предположить, что вряд ли сюжет её сильно отличается от сюжетов драм в других семьях. Лишь однажды, в интервью Daily Telegraph, Райан отозвался об отце как о "настоящем жулике". Тогда же он объяснил своё желание сменить фамилию: "Если миру суждено меня узнать, то лучше под фамилией матери".

Развод родителей стал для Райана первой и, может быть, самой серьёзной травмой. Однако к тому моменту он, в отличие от младшего брата Родри, был уже достаточно взрослым, чтобы суметь справиться с последствиями краха семьи. Помимо этой неурядицы всё в его жизни шло как надо.

О руках и ногах

Сначала футбольный талант Райана оценили во дворе. Он очень скоро понял, что гораздо удобнее ему играть левой ногой.

Простота футбола – обманчива. На самом деле нет более неестественной для человека игры, нежели футбол. Из замечательной книги Томаса Бруссига "Как парни становятся мужчинами, или Почему футбол": "Мы ходили ногами, а руки у нас освободились, и мы начали мастерить или делать посуду, ясное дело, тоже нужная вещь, или играть на фортепиано, ... или – точно! – играть в гандбол. Руки становились всё более умелыми. Ноги – нет. И тем не менее в 1863 году была основана английская федерация... Хотя с точки зрения эволюции ноги пригодны только для бега. Человек вообще неспособен, от природы неспособен играть в футбол. Это полностью противоречит его предназначению... С точки зрения футбола человек – сплошная неудачная конструкция, аномалия. Каждый, без исключения!"

Наверное, в этом и секрет притягательности футбола вообще и футболистов в частности. На подсознательном уровне нас восхищает умение других делать то, что делать нельзя. Великие игроки потому и становятся великими, что умеют приручать мяч ногами, будто это и не ноги вовсе, а руки.

Для Гиггза левая нога, если так можно выразиться, стала третьей рукой. "Она выписывала диковинные пируэты, с помощью которых мне удавалось пройти с мячом от одного края площадки до другого, а потом вернуться обратно". Мастерство владения мячом и скорость обрекали Райана на фланговую игру. А ему, наверное, ничего другого и не нужно было.

За успехами во дворе обязательно следуют успехи в школе. В футбольном смысле успехи. Играя за сборную школы, девятилетний Райан попался на глаза скауту "Манчестер Сити" Денису Скофилду. Он предложил пареньку перейти в его команду "Дин Спорте", а заодно тренироваться в Школе футбольного мастерства "горожан". Основное время он проводил в своей детской команде, а на Платт Лейн, где находилась школа "Ман Сити", отправлялся дважды в неделю.

Так продолжалось довольно долго и без существенных продвижений. Тренеры изредка хмурили брови, а то и вовсе отчитывали Райана, который на тренировки "Ман Сити" приходил в футболке своего любимого "МЮ", и это было, пожалуй, самое запоминающееся для него. Складывалось впечатление, что кроме красной футболки тренеры не видели в Райане ничего особенного.

А потом к Алексу Фергюсону подошёл один из работников "Олд Траффорд" по имени Гарольд Вуд: "Я знаю одного пацана, который бегает за "Дин Спорте", яростно болеет за "МЮ", но тренируется с "Ман Сити". Вопиющее недоразумение! Зовут его Райан Уилсон".

Первая выволочка от Ферги

Фергюсон не в первый раз услышал это имя, но лишь после этого рапорта он дал поручение скауту Джо Брауну проследить за пареньком. Тот дал положительную характеристику игре Райана и порекомендовал пригласить его на просмотр. Посмотрел за игрой таланта и Брайан Кидд, один из помощников Ферги. Брауна он поддержал безоговорочно. В декабре 1986 года "МЮ" пригласил Райана Уилсона на недельный просмотр на базу клуба в Клиффе.

"Когда я увидел его впервые, – пишет Фергюсон, – это подарило мне то самое редкое и бесценное ощущение, ради которого стоит терпеть все недостатки тренерской работы. Золотоискатель, который перебрал каждую песчинку в реке или в горе и вдруг наткнулся на самородок, поймёт мои чувства в тот день, когда я увидел игру Райана. Я навсегда запомню первое впечатление. Райан скользит по полю Клиффа столь непринуждённо, что может показаться, будто его ноги даже не касаются земли, он словно плывёт. Его голова высоко поднята, он выглядит расслабленно и естественно, словно пёс, который гоняется за газетой на ветру".

По окончании просмотра был устроен матч, в котором Райан вышел против юношеской команды "МЮ". "Дьяволята" проиграли 3:4, и три мяча им забил именно Райан. Тогда Ферги познакомил его с фирменной головомойкой. "Грозный, как скала, он возвышался надо мной и бушевал: "Ты никогда не будешь играть в моей команде!" Я был страшно напуган и не сразу сообразил, что он шутит".

Наверное, Фергюсон таким образом пытался скрыть свои истинные чувства и не испортить парня чрезмерными, хоть и заслуженными восторгами. Ведь на самом деле сэр Алекс сразу же понял, с кем имеет дело: "Мы относились к нему как к сокровищу. Я, мой ассистент Арчи Нокс, Джо Браун регулярно бывали у Райана дома. Мы пригласили его в нашу Школу футбольного мастерства, а ранним утром 23 ноября 1987 года, когда Райану исполнилось 14 лет, мы уже стояли на пороге его дома с контрактом школьника на два года". После этого Ферги неизменно добавляет фразу, которую за эти годы с удовольствием повторил не один раз: "Оглядываясь назад, я могу со всей уверенностью заявить, что вся моя зарплата в "МЮ" оправдана одним только приглашением Райана!"

Старатели

Находка такого самородка вовсе не была случайностью. Это стало следствием новой политики клуба, которую привил ему Фергюсон. В те времена "МЮ" хоть и был далеко не беден, но не имел тех финансовых возможностей, что сейчас. То есть для клуба было непозволительной роскошью покупать готовых молодых игроков. Проще, дешевле и надёжнее было их воспитывать самим. Ферги в первую очередь реорганизовал работу скаутов так, чтобы они предлагали ему "не лучших парней со своей улицы, а лучших в своём районе". Этой идее он подчинил не только тех, кому по штату положено было заниматься поиском талантливых детей, но и любого, кто более или менее причастен к клубу. Один из них, Гарольд Вуд, следивший на "Олд Траффорд" за газоном, и увидел Гиггза.

Такая политика не может дать плоды мгновенно. Но терпеливый и заботливый садовник всегда будет вознаграждён богатым урожаем. Тренер, уделяющий внимание воспитанию молодёжи, напоминает садовника, но только напоминает. К тренеру предъявляют совсем иные требования, с него спрашивают строже, не давая времени на ответ, и кто знает, оперилось бы поколение "Птенцов Ферги", если б той зимой 1990 года руководство всё-таки отправило его в отставку! Великое видится на расстояньи...

Фергюсон выстоял, и в свете проделанной громадной работы не стоит удивляться появлению "Птенцов". Другой вопрос – почему молодёжная школа "МЮ", по сути, перестала работать с прежней продуктивностью. Уэс Браун, Джон О'Ши и Даррен Флетчер – это немного не тот уровень, пусть добротный и пользу приносящий.

Наверное, тут всё дело в изменившейся ситуации и, самое главное, в изменившемся положении самого клуба. Возросшие финансовые возможности позволяют манкунианцам ослабить хватку в том, что касается воспитания своих игроков. Этим летом "МЮ" отдал почти 35 млн. фунтов за 20-летнего португальца Нани и 19-летнего бразильца Андерсона. Жест более чем показательный.

Но не стоит забывать, что введя в стартовый состав в середине 90-х такую группу молодых талантов, "МЮ" на долгие годы закрыл путь в команду для подрастающих игроков. Им просто не могло найтись в ней места, а раз нет потребности, то и предложение падает.

"Кто это такой, чёрт возьми?!"

О молодом Гиггзе в "МЮ" заговорили очень скоро. Гари Паллистер перебрался на "Олд Траффорд" в 1989 году, и вспоминает, что жил поначалу в отеле: "Делать было нечего, а потому я вместе с другим новичком Полом Инсом решил сходить на матч молодёжного Кубка Англии. Рядом с нами устроился Ферги и с плохо скрываемым удовольствием произнёс: "Сегодня вы увидите парня, который станет особенным!" Мы очень скоро поняли, кого он имел в виду – левого крайнего, который выкручивал позвонки защитникам. Райан все ещё учился в школе, ему и 16-ти не было".

Фергюсон отмечает, что Гиггзу невероятно легко дался переход во взрослый футбол: "Однажды я решил поставить его за резервную команду в тренировочном матче против основы. Они уже слышали о нём, и когда игроки заняли свои места перед стартовым свистком, все взгляды поневоле были обращены на Райана. Против него должен был играть правый защитник Вив Андерсон – парень крутого нрава. Он бросил взгляд на своего оппонента и ухмыльнулся: "Этому дохляку не помешал бы дополнительный завтрак. Сейчас я его накормлю!" О своих словах Вив пожалел сразу же. Райан получил мяч, непринуждённо проскочил мимо опекуна и пробил по воротам. Вив заверещал словно поросёнок: "Кто это такой, чёрт возьми?!" Он бесился, угрожал Райану расправой, а тот раз за разом оставлял его не у дел и убегал к воротам. После той игры парни постоянно доставали меня расспросами: а когда я переведу Гиггза в первую команду?"

В первой команде он появился 2 марта 1991 года в домашнем поединке против "Эвертона". Фергюсон включил дебютанта в запас, но уже в первом тайме понадобилось прибегать к его услугам. Травму получил левый защитник Денис Ирвин, и Гиггз вышел на поле. Через два месяца Райан попал в стартовый состав и сразу – против "Ман Сити"! В этом матче он открыл счёт своим голам за клуб.

"На самом деле этот мой первый гол – смех один. Я его и не забивал вовсе. После чудовищной неразберихи в штрафной площадке мяч абсолютно случайно задел меня так, что я даже не сразу это почувствовал, затем попал в защитника "горожан" Колина Хендри и только потом проследовал в сетку. Чистой воды автогол, который к тому же решил судьбу этого дерби. Хендри ловко улизнул от этой сомнительной чести и убедил судью, что забил "пацан". Так и записали".

Впервые Райан Гиггз по-настоящему оказался в центре внимания общественности в апреле 1992 года, когда сделал решающий гол Брайана Макклейра в финале Кубка Лиги с "Ноттингемом". К этому моменту на его счету было уже два появления в национальной сборной Уэльса. 16 октября 91-го Терри Йорат выпустил Райана в конце проигранного вдрызг матча с Германией – 1:4.

"Я – валлиец. Конец истории"

Судьба Гиггза в сборной – особая тема. Но больная ли она для Райана, далеко не факт. Он изначально был обречён остаться в стороне от крупных футбольных форумов вроде чемпионатов Европы и мира. Уэльс лишь раз в своей истории пробился на мундиаль – за 15 лет до появления на свет Гиггза. На первенстве континента он не играл никогда. Валлийцы, конечно, надеялись, что "Волшебник" на левом фланге полузащиты втащит их поближе к славе так, как надеялись за пару поколений до того в Ольстере на Джорджа Беста. Но сделать такое подчас невозможно даже гениям, уж слишком они одиноки в таком окружении.

В начале этого века, когда стал сдавать Стив Макманаман, Англия стонала от недостатка игроков высокого уровня на позиции левого полузащитника. Хотя в лучшей команде страны на левом краю блистал подлинный бриллиант. Близок локоток, да не укусишь! Многие жалели, что Райан сделал такой выбор, а на самом деле никакого выбора для него не существовало. "Я лучше никогда в жизни не сыграю на крупном международном турнире, чем буду защищать честь не своей страны! Я – валлиец. Конец истории", – поставил однажды точку Гиггз.

Наверное, не все смогут понять и принять позицию Райана. Особенно непросто нам, воспитанным в духе того, что есть "единый советский народ", а разделения по национальному признаку – несомненное и преступное проявление "мелкобуржуазного шовинизма". Патриотизма и чувства национального самосознания у нас почему-то принято стыдиться, а эти вещи значат для идентификации нации намного больше, чем государственные границы и опыт независимости.

Простите, что не смог выразить свою мысль проще.

История Уэльса как государства, прямо скажем, небогата. Что однако не мешает валлийцам оставаться валлийцами, чувствовать себя валлийцами и гордиться тем, что они валлийцы. То же касается и шотландцев с ирландцами.

Проблема выбора может стоять перед теми, в чьих семьях были и предки иной нации, или же перед теми, кто родился вдали от исторической родины. Однако Гиггз появился на свет в Уэльсе, все его родственники, насколько удастся копнуть по материнской и отцовской линиям, жили здесь же. И если не были чистыми валлийцами как отец Райана, то всё равно к англичанам не имели никакого отношения.

То есть если б Гиггз даже очень захотел, он бы всё равно банально не имел права играть за сборную Англии! И даже тот факт, что как капитан он выводил на "Уэмбли" сборную английских школьников, ни о чём не говорит. Всё дело в том, что сборная Англии среди школьников формируется по территориальному признаку, когда значение имеет местонахождение школы, в которой учится игрок, но никак не его национальность. Лори Макменеми, в конце 80-х тренировавший молодёжную сборную Англии, личностью Гиггза заинтересовался, но очень скоро разобрался, что к чему.

Отношения со сборной у Гиггза получались непростые. Никто и никогда не имел претензий по его отдаче на поле, но многие упрекали Райана за то, что он игнорирует товарищеские матчи. Действительно, девять лет своей карьеры Гиггз играл исключительно в официальных поединках. Впервые в товарищеском матче он появился 29 марта 2000 года против финнов. Забил гол, Уэльс проиграл 1:2.

Вправе ли кто-то осуждать Гиггза за это? Не думаю. Потому как ничего эти товарищеские матчи не могли дать ни ему, ни команде. В официальных поединках, и с этим соглашались даже непримиримые критики Райана, к нему претензий не было и быть не могло!

Гиггз дважды подбирался к мечте на расстояние вытянутой руки. В отборе к ЧМ-94 Уэльсу нужно было обыграть дома румын, но вместо этого случилось поражение 1:2 и в США отправился соперник. После этого валлийцы ровным счётом ничего из себя не представляли, пока вдруг не ожили под руководством Марка Хьюза в отборе к Евро-04.

В плей-офф Уэльс выстоял в Москве 0:0, но дома сыграл из рук вон плохо и получил то самое легендарное "... вам!" от Вадима Евсеева. Очень жаль. Не в том смысле, что сборная Хьюза могла выступить в Португалии лучше, чем Россия, а в том, что для валлийцев тот турнир стал бы настоящим праздником, вне зависимости от его исхода.

Гиггз ещё на что-то надеялся, но сейчас, когда Уэльс проводит очередную безнадёжную кампанию, понял, что с него хватит. Незадолго до этого валлийцы играли с Бразилией, и Дунга был в восторге от ветерана: "Он бы выглядел естественно и достойно в одной команде с Кака и Роналдиньо!"

Однако такой возможности у Гиггза нет, и 30 мая этого года перед отборочным матчем с чехами Райан собрал пресс-конференцию в отеле "Вейл оф Гламорган", чтобы попрощаться со сборной: "Это непростое решение, но сейчас как раз самое подходящее время для этого. Я любил защищать честь своей страны на поле, любил быть капитаном сборной. Это непростое решение", – повторил он ещё раз.

Для Гиггза уйти, по сути, проигравшим – мучительно больно и недопустимо. Футболисты по-разному относятся к тому, какими их запомнят. Для некоторых это вообще не имеет никакого значения. Но не для Райана. Он чётко знает, какую память хочет оставить о себе как игроке: "Хочу, чтобы меня запомнили победителем".

На скользкой дорожке

Грань между победой и поражением в футболе настолько тонка, что пересечь её можно в любую минуту. Чтобы выигрывать как можно чаще и больше, нужно, кроме всего, ещё и уметь жертвовать собой.

Этот урок 19-летний Райан Гиггз получил от Алекса Фергюсона и запомнил его на всю жизнь. Слава неудержимого левого вингера "МЮ", который, впрочем, в те годы нередко выходил и справа, гремела по всей стране. "Я не всегда был таким идеальным и положительным, как теперь. В молодости я любил развлечься и не обращал внимания на диеты, алкоголь, распорядок дня".

Гиггз был регулярным и самым востребованным, так сказать, посетителем легендарной манчестерской "Гасиенды". Дискотека, открытая в конце 80-х безнадёжным романтиком молодёжной культуры Тони Уилсоном, стала одним из самых известных ночных клубов мира и теперь считается чем-то вроде классики жанра. Молодая богема собиралась в "Гасиенде", и Райан был частью этого движения.

Круг его общения был соответствующим. Он встречался с теледивой Дани Бер и актрисой Дэвиньей Тейлор, но помимо девиц вокруг него всегда вертелись с предложениями представители самых известных фирм. Райан заключил контракт на миллион фунтов с Reebok, на Дальнем Востоке его образ активно эксплуатировал Fuji, капали денежки от кучи других марок: Sovil Titus, Citizen Watches, Givenchy, Patek Phillipe... Телеканалы ITV и Granada крутили его собственное шоу Ryan Giggs' Soccer Skills ("Футбольное мастерство с Райаном Гиггзом"). Дел и забот у него было выше крыши.

"Для меня поворотным моментом стали отношения с Дани. Мы не успели толком узнать друг друга, а газеты уже трубили о нашей любви. Фотографы преследовали нас по пятам. Я чувствовал себя крайне неловко и понял, что жизнь знаменитости мне не подходит. Я не хочу быть частью этого".

В то время Гиггза называли вторым Джорджем Бестом. Они походили друг на друга манерой игры и ярким стилем жизни так, что избежать сравнений было невозможно. Неизменным спутником Райана во всех кутежах стал Ли Шарп – такой же молодой и талантливый игрок "МЮ". Этот персонаж оказался ещё больше похож на Беста – в том смысле, что своим предпочтениям не изменил. В 2005 году Ли выпустил книгу о своей жизни, название которое говорит само за себя – My Idea of Fun ("Моя идея веселья"). Совсем другое дело, когда люди вот так относятся к жизни и ни о чём не жалеют. Сомневаюсь, что Гиггз, если бы повторил судьбу Шарпа, мог бы написать книгу с точно таким же названием.

"Футбол – мой хлеб"

Конец сезона-91/92 выдался для "МЮ" изматывающим. Матчи шли один за другим – четыре штуки за семь дней, и в каждом нужно было во что бы то ни стало побеждать. Это была упорная борьба за чемпионство с неуступчивым и боевитым "Лидсом" Ховарда Уилкинсона. Перед началом марафона "Дьяволы" имели два очка форы и ещё игру в запасе. И пусть команда осталась без своего капитана Брайана Робсона, на операционном столе оказался Марк Робинс, автор того самого гола в ворота "Ноттингема", который спас Ферги от отставки, однако тренер чувствовал, что футболисты в хорошем настроении, и сил им должно хватить.

Но с каждой игрой "МЮ" стал терять очки и игроков. В четверг – победа над "Сотоном" 1:0 и травма Пола Инса. В субботу – ничья с "Лутоном" 1:1, и вне игры остались Пол Паркер, Ли Мартин и Дэнни Уоллес. Отличный матч в понедельник против "Ноттингема", но поражение на своём поле 1:2. Последним в этой программе был визит в среду к "Вест Хэму". "МЮ" атаковал много, но в конце пропустил нелогичную контратаку и глупейший гол. Гари Паллистер выносил мяч после фланговой подачи и попал в колено Кении Брауна, рикошетом от которого мяч от линии штрафного полетел в сетку.

После поражения все были опустошены: оставались два тура, и теперь уже приходилось надеяться на осечку "Лидса". Фергюсон старался держаться, ибо в такие минуты слабость себе имеет право позволить кто угодно, но только не главный тренер. После возвращения домой он отправился в Моркамб на благотворительный ужин Футбольной Ассоциации. В один из моментов вечера к нему подошёл чиновник и сообщил, что в понедельник видел Шарпа с Гиггзом в Блэкпуле.

– Не может быть, – отмахнулся Алекс. – В этот день у нас была игра, а через день предстояла ещё одна. Они отдыхали дома. Вы, наверное, обознались.
– Нет, мистер Фергюсон. – стоял тот на своём. – Я отчётливо видел их. Ли Шарп был за рулём своего "Рейндж Ровера".

Ферги будто ветром сдуло.

"Я сразу же отправился к Шарпу домой, и мне пришлось парковать авто ярдов на 30 выше по улице – не было места! Гремела музыка. Когда мне открыли дверь, я увидел, что в доме полным ходом идёт веселье. Там было человек двенадцать, включая Гиггза и ещё троих игроков молодёжной команды. Присутствие этих парней сработало как детонатор. Надрав им как следует уши, я вытолкал всех взашей. Гиггз остался. Шарпа нигде не было видно. Оказалось, он наверху, в спальне. Мой разнос был больше направлен на Ли, чем на Райана. Этот регулярно нарушал режим и не раз был замечен в подобном. Я орал на Шарпа, что раз он хочет стать действительно великим игроком, должен уметь жертвовать собой, кричал, что самое главное его качество – скорость, и если он утратит это, то превратится в самого заурядного футболиста".

На следующее утро Фергюсон пригласил обоих к себе в офис и повторил головомойку.

Словам тренера внял вовсе не Ли. Правильные выводы сделал Гиггз, и Ферги, по собственному признанию, больше никогда не имел с ним проблем.

Однако Райан изменился не сразу. Он по-прежнему вёл богемный и весёлый образ жизни. Только больше никогда не переступал грань, пока не остепенился совершенно: "Я пришёл к осознанию – жизнь знаменитости, рекламные контракты и деловые связи начинают мешать моей игре. И я сказал себе: нет, футбол – это мой хлеб. Так есть и так будет, футбол всегда будет для меня на первом месте".

Вторым Бестом он не стал, о чём ничуть не жалеет. "Со статусом суперзвезды Райан справился лучше всех тех, кого я знаю, – признаётся Гари Паллистер. – У него есть все основания, чтобы стать плейбоем, он был обречён стать звездой больше, чем Бекс, однако он остаётся самим собой, остаётся Райаном Гиггзом. И это достойно восхищения, потому что встречается не так уж часто".

Стоит заметить, что Фергюсон незадолго до той истории поступил дальновидно, приставив к Гиггзу в качестве советника 55-летнего Харри Суэйлза. С тех пор Райан настолько сроднился с ним, что когда три года назад купил за 5 млн. фунтов особняк в Ворсли, пригороде Манчестера, отвёл в нём комнату для пожилого друга. "Когда моя жена Одри была жива, – говорит Харри, – Гиггзи всегда говорил, что для него мы как дедушка с бабушкой. Райан, Стейси, дети – все они тоже стали моей семьёй. Не знаю, что бы я делал без них".

Секрет его успеха

После выходки молодых звёзд "МЮ" проиграл 0:2 "Ливерпулю" и чемпионом стал "Лидс". Но Фергюсон и его команда справились с таким ударом. Уверенности в своих силах им было не занимать, и в сезоне-92/93 чемпионский кубок вернулся на "Олд Траффорд" после 26-летнего отсутствия.

Начиналась новая эра, эра "Манчестер Юнайтед".

Может быть, кто-то посчитает незаслуженно неполным рассказ о спортивных подвигах Райана в этот период. Но он настолько идентичен достижениям "МЮ", что повторяться будет излишне. Очевидно лишь, что достижения эти огромны, и заслуга Гиггза в них несомненна и велика.

Хотя Райан признаётся, что первые победы 93-94 годов не прошли для него бесследно. Последовавшая неудача в сезоне-94/95, когда "МЮ" после знаменитого нападения Эрика Кантона на болельщика "Кристал Пэлас" уступил чемпионское звание "Блэкберну", а в финале Кубка Англии проиграл "Эвертону" 0:1, многому его научила.

Гиггзу почти всегда удавалось избегать серьёзных травм, но уже в начале сезона в игре с "Ипсвичем" он повредил икроножную мышцу. Ничего удивительного в этой травме нет, если учесть стиль игры Райана. По его словам, последствия того повреждения сказываются до сих пор – мол, мог бы бегать ещё быстрее и изящнее. В том сезоне Гиггз играл неважно. В финале Кубка покинул поле из-за очередного повреждения.

Но вскоре Райан заиграл с удвоенной энергией и свежестью. "Мне нужно признаться, что победы никогда не заводят меня по-настоящему. Мною движет боязнь проиграть. Победный угар исчезает быстро. Вот ты на вершине и думаешь: как здорово, но что теперь? После отпуска о прошлой победе уже и не вспоминаешь, ты снова боишься проиграть и начинаешь всё сначала. Потому что в случае поражения лето становится пустым, ты сидишь на пляже и мучаешь себя размышлениями об упущенных возможностях".

Именно в этом секрет того, что Гиггз сумел продержаться все эти годы в самой успешной английской команде современности. "Для великих игроков не имеет никакого значения количество выигранных трофеев. – говорит Стив Брюс. – Не важно, что ты выиграл восемь чемпионских титулов и четыре Кубка Англии, ты думаешь о том, чтобы выиграть девятый, десятый... Это чувство живёт в тебе, оно похоже на пожар внутри и называется желанием быть лучшим. Это очень редкое качество, и Райан Гиггз обладает им в полной мере".

Увидеть настоящего Райана Гиггза

Вершиной "МЮ" эпохи Фергюсона почти безоговорочно признают сезон-98/99. Тот самый сезон, когда команда сделала незабываемый хет-трик, выиграв чемпионат, Кубок страны и Кубок чемпионов. Гиггз тогда же забил гол, который стал не только лучшим в его карьере. Болельщики назвали этот мяч лучшим в истории клуба, многие высказываются за то, что он стал лучшим во всей истории Кубка Англии.

Это случилось 14 апреля 1999 года в переигровке полуфинала Кубка с "Арсеналом", который к тому моменту уже стал самым непримиримым и принципиальным соперником. В конце основного времени "МЮ" остался в меньшинстве после удаления Роя Кина, в овертайме Петер Шмайхель парировал 11-метровый удар Денниса Бергкампа. На 109-й минуте началось незабываемое выступление в театре одного актёра.

Гиггз на своей половине поля перехватывает поперечный пас Патрика Виейра. Набирает ход, сместившись с фланга на позицию инсайда. Виейра исполинскими шагами покрывает громадное расстояние и бросается исправлять свою ошибку. Невидимым, неуловимым финтом Райан оставляет его не у дел. Следующий на очереди Ли Диксон. Тоже без шансов. Кажется, что у входа в штрафную защитники заманивают Гиггза в западню: Диксон и Мартин Киоун заходят с боков, сзади снова наседает Виейра. Слева пытается открыться Энди Коул. Но странное дело – Райан продолжает стремительно идти по прямой, он не собирается искать лёгких путей. Коул понимает это раньше остальных и покорно превращается в зрителя. Гиггз идёт, как и шёл, его движения корпусом, ногами едва заметны, но этого вполне достаточно, чтобы защитники прославленной "непроходимой и легендарной" обороны "Арсенала" разлетались в разные стороны. Последняя преграда на пути – сам Тони Адаме. Вот он уже стелется в подкате, а Гиггз у левого угла вратарской. Хлёсткий удар в ближнюю девятку ворот Дэвида Симэна – гол! И всё это на скорости, на одном дыхании, на каком-то неземном вдохновении.

"Симэна потом критиковали за этот гол – дескать, ближний угол, как же так. Но я-то точно знаю, что пробил аккурат в единственное место в воротах, где он никак не смог бы отразить этот удар".

Гиггз всегда с нескрываемым уважением относился к тем защитникам "Арсенала", а потому воспоминания об этом голе дарят ему дополнительное удовольствие: "Все они составляли самую настоящую скалу и каждый матч с ними превращался в настоящее испытание. Вскрыть их оборону было невероятно трудно, но в то же самое время чертовски интересно. Потому-то я люблю играть против итальянских команд, которые славятся тем же".

В тот момент Ферги сказал, что мир увидел "настоящего Райана Гиггза": "В последнее время он делает всё, чтобы разнообразить свою игру. Много работает над этим, что правильно и полезно. Это делает его более разносторонним футболистом, но всё-таки главная его сила – скорость, умение управлять на этой скорости собой, мячом и соперниками".

"Я не хочу никуда уходить"

Та победа придала манкунианцам сил и заставила поверить, что невозможное возможно. Они выиграли тогда всё, в том числе и главное сокровище – Кубок чемпионов. Этого вполне достаточно, чтобы было о чём вспомнить на пенсии. Гиггз, как обычно, недоволен: "Прикоснувшись к той вершине, я хочу повторения этих ощущений. Если я завершу свою карьеру, имея всего лишь один Кубок чемпионов, я буду расстроен. Восемь лет бесплодных попыток взять этот трофей ещё раз не позволяют мне успокаиваться".

Один за другим уходили его партнёры по той великой команде. "МЮ" переживал непростые времена, искал новую энергию, молодую кровь. Гиггз не всегда чувствовал себя уютно в меняющейся обстановке. Болельщики во время матчей, особенно когда не ладится игра, могут превращаться в безжалостных судей. Райана критиковали за то, что в 2001 году в честь десятилетия его карьеры в "МЮ" был проведён положенный тестимониал (матч, когда все сборы идут в пользу юбиляра, как благодарность за преданность команде) – мол, зачем ему столько денег, когда он давно уже миллионер. В следующем сезоне в адрес Гиггза даже стал раздаваться злой посвист.

Он и сам понимал, что играл тогда не лучшим образом. Снова дали о себе знать проблемы с мышцами ноги. Гиггз работал по специальной методике и даже настоял, чтобы на его "Порше" переделали педали, дабы снизить нагрузку на ногу.

В общем, Райан продолжал играть, хотя критики, когда не за что было зацепиться, поминали его возраст. Гиггза всё чаще "отправляли" за кордон, чаще всего в Италию. Он признаёт, что пару лет назад ему сделали конкретное предложение: "Но даже тогда я не был близок к уходу. Нет, я никогда не хотел покидать "Олд Траффорд". Я люблю играть против итальянских команд, однако не хочу играть в итальянской команде. Мне есть чем заняться и здесь. Я вижу, что сейчас у нас подобралась команда, с которой можно побеждать. Когда мы остались ни с чем два года назад, я видел, как это завело их. Они хотят побеждать, становиться лучше. Мне интересно быть в этой команде".

В мае "МЮ" вернул себе чемпионское звание, которое для Гиггза стало девятым. По этому показателю он опередил рекордсменов – Алана Хансена и Фила Нила из "Ливерпуля", однако привычно не собирается останавливаться. Вместе с Полом Скоулзом он провёл потрясающий сезон, но в его возрасте непросто сказать, что последует за этим. Не прошло и месяца после победы в чемпионате, как сэр Алекс Фергюсон презентовал юного португальца Нани. Райан совершенно чётко знает – это ему на замену.

Прощание где-то не за горами, только Гиггз из той же породы, что и Рой Кин. Надолго он в тень не уйдёт. Уже сейчас Райан закончил обучение на тренерских курсах и получил лицензию УЕФА категории В. "Моя команда будет играть в тот же футбол, в который играет "МЮ" – атакующий, зрелищный, другого я не знаю и не признаю".

Эпилог

Лучшей данью нашего уважения Гиггзу станет вовсе не сравнение его с Бестом или с кем-то, а признание того, что он завоевал право быть Райаном Гиггзом.

Источник: Football.ua
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
8 декабря 2016, четверг
Сумеет ли ЦСКА победить в Лондоне и попасть в плей-офф Лиги Европы?
Да
3073 (27%)
Нет
8217 (73%)
Проголосовало: 11290
Архив →