Вячеслав Колосков: ни одного своего обидчика не забыл
Текст:

Вячеслав Колосков: ни одного своего обидчика не забыл

Развернутое интервью бывшего президента РФС Вячеслава Колоскова, решившегося на общение с прессой спустя полгода после своей отставки.
5 октября 2005, среда. 11:10. Футбол
Многие скажут, он заслужил такой участи. Спорить не станем. Заслужил Вячеслав Иванович многого, в том числе и отставки, решение о которой принималось на уровне президента страны. После затяжной травли и ухода с авансцены бывший глава РФС пребывал в тени, о подноготной случившегося не говорил, секреты своего профессионального долгожительства не выдавал. Но… на наше предложение поговорить по душам согласился.

– С вами-то Вячеслав Иванович все понятно. «Пробить» вас нереально, но у вас же есть семья. Как ваши родственники воспринимали «колосковоманию» в СМИ?
– Для меня это самая большая боль была, потому что, действительно, удары всегда приходились не столько по мне, сколько по моим близким, друзьям и родным. Дома очень сильно переживали всю эту огульную, необоснованную, выдуманную, порой спровоцированную и оплачиваемую критику. Мне удавалось и с детьми, и в семье находить правильную линию поведения, чтобы такое положение не стало причиной запредельного напряжения. Но, честно говоря, и самому неприятно, когда читаешь всякую чушь и глупость. Понимаешь, откуда все это идет, и чувствуешь свое бессилие кому-либо что-либо доказать. Я порой просто не имел возможности оперативно и доказательно ответить – ее не давали, не печатали.

– На Востоке говорят, что люди в таких ситуациях делятся на две категории: на тех, кто следит за брошенной в них палкой и тех, кто следит за тем, кто эту палку бросил.
– Ну, ни одного обидчика я не забыл. Всех помню. Если в какой-то период у меня не было возможности ответить оперативно, то позже её обязательно находил. Не то, чтобы я отвечаю нападками на нападки, но отпор даю. То есть слежу, конечно, за теми, кто бросает палку.

– Вообще, жесткость – это необходимая черта характера на том посту, который вы занимали?
– Ну, я бы сказал, скорее не жесткость, а твердость. Она конечно необходима потому, что очень много, порой каждый день, приходится принимать непопулярные решения. Это вызывало обостренную негативную реакцию и в союзные времена, когда пытались надавить с позиции партийных органов, и в годы разброда и шатания, и в последний период. Все время находятся люди, группы людей или органы, пытающиеся в угоду кому-то принудить к решению, которое не является спортивным. Ну что поделаешь – это было, есть, и, наверное, останется. Вот здесь я всегда проявлял твердость. Обязательно.

– Если брать недавнюю работу в РФС, точнее с национальной сборной страны, была ли такая тренерская персона, по которой вы вынуждены были принять решение под давлением прессы или под прессингом властей?
– Да, таких случаев было два. Первый – это Малафеев Эдуард Васильевич, чья кандидатура была принята по настоянию ныне, к сожалению, покойного председателя Спорткомитета, Грамова Марата Васильевича. Хотя инициатива исходила не от меня, личных возражений здесь не было: в то время команда «Динамо» (Минск) выигрывала, показывая в чемпионате Советского Союза великолепный футбол, и вообще он был интересным и самобытным тренером. Другой случай, когда назначение состоялось теперь уже вопреки моей воле – это второе пришествие Бышовца. Перед исполкомом РФС, где должен был решаться вопрос тренера, меня дважды пригласили в Белый дом и ознакомили с решением правительства по нему. Я как мог сопротивлялся и, может быть, он бы и не прошел, не сними в день голосования свою кандидатуру Гершкович. Но проработал Бышовец недолго: шесть поражений подряд, и, объективно, те люди, которые мне его насильно «порекомендовали», признали, что были не правы. Все остальные наши тренеры – Симонян, Бесков, Лобановский, Садырин и другие – это мои кандидатуры. Я вообще терпеливый, если есть в работе специалиста какая-то первоначальная ошибка, я из этого никогда трагедию не делаю. Тренерам как минимум давал четыре года, то есть два цикла. Если первый не получался – ничего, а уже если дальше так же, то понятно, что придется расставаться. Вообще, я не сторонник каких-то поспешных решений, потому что в футболе есть очень важный закон – сделай паузу. Нельзя принимать решения спонтанно, на эмоциях. Сделай паузу, как бы это тяжело тебе ни было. А утром, если убедился, что прав, действуй.

– Каким кредитом доверия, по-вашему, должен располагать тренер? Чем он измеряется – игрой команды, результатами, психологической атмосферой или конкретным сроком?
– Критерий работы тренера – результат, но не только он. Важно, как тренер работает. Задача, конечно, перед тренерами ставилась на каждый цикл, но это не был окончательный критерий. И Лобановский несколько раз возвращался в сборную, и Садырин, и Симонян. Просто я видел, с кем мы конкурируем, где мы играем и на какой точке отсчета находимся. Потому что тренер может быть выдающимся сколько угодно, но если у него нет игроков соответствующего международного класса, то он ничего не сможет добиться. Вот если человек работает профессионально, добросовестно, если он работает с перспективой, то конечно, минимум два цикла ему надо дать. Минимум.

– А вообще о ком из тренеров у вас лично остались наиболее теплые и добрые воспоминания?
– С некоторыми отношения были очень близкими, дружескими, с некоторыми – соблюдал определенную дистанцию. Вот не могло быть у меня, допустим, с Бесковым дружеских отношений просто в силу его возраста: он работал уже в те годы, когда я сам только проходил период становления. Хоть я и бывал на всех тренировках, после них мы всегда что-то обсуждали и разбирали, общались, близости не было. Но он очень хороший человек. С Лобановским отношения были примерно такие же. С ним было очень интересно работать, потому что он человек менее компромиссный, со своим подходом ко всем вещам. Но, несмотря на это качество, он умел выслушать и изменить свое решение в случае, если совет был правильным. С Садыриным у нас наиболее теплые отношения были. В общем, все зависело от характера самого тренера, от его возраста и авторитета, от манеры поведения, общения и так далее. Но у меня с наставниками сборной разногласий никогда не было, за исключением Бышовца в его втором пришествии. Все-таки я всегда считал, что определяет результат тренер, а не руководитель.

– Но напрямую он сказывается все-таки на руководителе.
– Да, это парадокс нашей системы. Я много раз приводил этот пример, но, как говорят в философии, сравнение – не доказательство. Ну сколько лет, допустим, не выигрывает ничего сборная Англии, а там десяток лет работал один президент, пока не умер. Германия с ее огромным потенциалом за последние годы ничего не выиграла, президент работает. Франция после победы в 1998 году ничего не выигрывала. Работает их президент? Работает. Не надо напрямую замыкать результат тренера и сборной команды на президенте федерации, потому что президент отвечает за развитие всего вида спорта в стране, а это огромная махина. Тренер – другой вопрос. Задача президента только в том, чтобы создать условия для реализации потенциала. Ведь я не просто так говорил, что сборная России, начиная с 2008 года, будет бороться за призовые места на чемпионатах мира и Европы. Я видел, какой резерв растет, к какому времени будут готовы эти ребята. Практически вся команда, которая играла сейчас со сборной Португалии, прошла сначала через юношескую сборную, а затем через молодежную. У такой нашей сборной действительно есть потенциал. Но должен быть тренер, руководитель, который поможет его реализовать. Семин может это сделать. Очень хорошо будет и замечательно, если наша сборная поедет все-таки на чемпионат мира в Германию. Там она, с моей точки зрения, конечно в призерах не окажется. Но эта школа даст ей возможность бороться за призовое место в 2008 году.

– На данный момент, какой бы вы хотели видеть сборную России – рассчитанной на перспективу или на сиюминутный результат, потому как он нам сейчас все-таки нужен?
– Такая, какую я хочу – уже есть. Конечно, по сути дела, это еще мальчишки, но они уже с огромным опытом. Акинфеев – и чемпионом страны стал, и Кубок УЕФА выиграл, и в Лиге чемпионов поиграл. Алексей и Василий Березуцкие и Игнашевич – все прошли, а ведь еще в позапрошлом году оба Березуцких в молодежной сборной играли. Анюков – совсем молодой еще мальчишка, а как разошелся. Быстров, Билялетдинов, Измайлов, Аршавин, Кержаков, Сычев, Павлюченко. Плюс к этому составу есть еще и опытные ребята – Семак, Лоськов, Хохлов. Вот этот сплав молодости и опыта, мне кажется, и реализуется где-то к 2008 году. Сегодняшняя команда – это лучшее, что у нас за последнее время было, я бы сказал, не перспективная, а способная уже на сегодняшний день решать высокие задачи.

– Не жалеете, что шли к этому вроде как вы, а пришли уже без вас?
– Нет, абсолютно нет. Если бы для меня это было неожиданностью, я бы, конечно, сказал: «Ну, как так? Ничего не было и вдруг стало!» Но я же еще несколько лет назад говорил, что к этому времени у нас будет состав, потому что знал всю работу, которая проводится с этими мальчишками с пятнадцатилетнего возраста. Тем более, и для себя решил, и публично объявил, что в 2005-ом году, если мы не выйдем на чемпионат мира – это окончание моей карьеры как руководителя РФС, а если выходим в финал – то я обязательно покину свой пост в 2006-ом. Поэтому к подобному развитию событий, я был абсолютно готов и морально, и внутренне.

– Сейчас, с высоты прошедшего времени, Ярцева считаете своей ошибкой?
– Нет, потому что Ярцев совершил тренерский подвиг: он из гораздо более трудной ситуации, нежели сейчас у Семина, все-таки вывел команду на второе место, а потом в плэй-офф обыграл Уэльс. Бездарный тренер этого сделать бы не смог. Другое дело, что ошибка, может быть, состояла в том, что надо было после чемпионата Европы, после Португалии сразу поменять тренера.

– Вячеслав Иванович, следите за играми чемпионата? Как вам прорисовавшаяся интрига?
– Ну конечно, слежу. Проработав двадцать шесть лет в такой игре, в одночасье интерес к ней не потеряешь. Правильно говорят: из футбола добровольно можно уйти только на тот свет. В общем, по чемпионату, нельзя не отметить возросшее качество нашего футбола. Года два назад сравнивать его с английским или итальянским не имело ровно никакого смысла. Сегодня мы все-таки приближаемся по зрительским ощущениям к мировому футболу.

– Вы человек азартный?
– Внутренне – да, но внешне этого не показываю. Никогда не играл ни на тотализаторе, ни в рулетку. Только в карты. Но у меня детство было такое, тогда все в них резались. В общем, наигрался в том возрасте. Поэтому, наверное, и не тянет к азартным играм.

– И все-таки, не откажите, сделайте для нашего издания ставку на будущего чемпиона России.
– Я считаю, что на сегодня фаворит – ЦСКА. Сила этой команды состоит в том, что даже отсутствие в составе одного или двух ключевых футболистов не сказываются на качестве игры. Смотрите, потеря Сычева для «Локомотива» оказалась невосполнимой. А травмы Вагнера и Карвалью, допустим, катастрофическим образом на армейцев не влияют. Это говорит о том, что у них более четко отлажено командное взаимодействие и грамотнее построена сама игра. Как раз на этом основании я и делаю вывод, что ЦСКА – фаворит в борьбе за чемпионский титул.

– А кто покинет чемпионат?
– На сегодняшний день мне кажется, что это будут «Терек», «Алания» или «Ростов», как это ни больно ощущать.
Источник: Футбол. Хоккей
Оцените работу журналиста
Голосов:
1 октября 2016, суббота
Какой клуб произвёл на вас наилучшее впечатление в последних матчах Лиги чемпионов и Лиги Европы?
Архив →