Ренан Брессан
Текст: Денис Целых
Фото: Денис Целых, "Чемпионат.com"/AFP

Новый белорусский

Новичок "Алании" бразилец с белорусским паспортом Ренан Брессан рассказал о своей любопытной судьбе. Читайте – это действительно интересно.
21 января 2013, понедельник. 11:30 Футбол

В «Алании» теперь будет играть очень весёлый и позитивный парень. Знакомьтесь:Ренан Брессан. Бразилец, который играл за БАТЭ в Лиге чемпионов и за белорусскую сборную на Олимпиаде в Лондоне. А теперь будет помогать команде из Владикавказа не вылететь из российской Премьер-Лиги.

Мы встретились с Ренаном в Белеке, где проводит предсезонные сборы «Алания». Бывают такие люди — моментально располагают к себе. Это о Брессане. «Все бы наши футболисты так общались с прессой», — взгрустнулось мне. Говорят, белорусские журналисты сильно опечалены его отъездом. Сочувствуем коллегам. Но у наших соседей Брессан, по его словам, уже наигрался. В Россию поехал за новым опытом. И не только за ним.

15 МИНУТ И ДВА ГОЛА

— Бразилец с белорусским паспортом, прекрасно говорящий по-русски, – это очень любопытно. Расскажите о себе.
— Я из небольшого бразильского городка Тубаран. Там и играл до 18 лет, пока не пригласили в Восточную Европу. Должен был оказаться на Украине, а попал в Белоруссию. Сначала в «Гомель», а потом в БАТЭ. Теперь вот в России. Это если коротко.

— Я думал, чтобы попасть на заметку агентам, надо воспитываться во «Фламенго», «Флуминенсе» или «Сантосе». Кто и как вас высмотрел в Бразилии?
— Украинский селекционер Юрий Панфилов. Он работал по Португалии и Бразилии. У Юрия был друг, как раз из моего города, политик. И этот друг сказал ему: «Поехали к нам, посмотришь, у нас много талантливых футболистов». Он поехал. Посмотрел игру. И выбрал меня. Сказал: «Парень, у тебя есть все данные для того, чтобы заиграть на серьёзном уровне». Тогда речь шла об Украине или

Выпал снег. Мы и давай лепить снежки и кидаться друг в друга. Швыряемся, смеёмся, весело. А через пять минут чувствую: пальцы окоченели. Реально испугался! Думал: всё, грозит ампутация.

России.

— И вот вы прямо так взяли и сразу согласились?
— Нет, не сразу. Был разговор с родителями. Конечно, я немного опасался. И мама боялась за меня. Но отказываться было нельзя.

— Почему?
— В Бразилии очень много футболистов. И все хотят играть. Я увидел в предложении возможность для профессионального роста. Мечта многих бразильских игроков – уехать в Европу. Я не видел смысла говорить «нет».

— Вы провели какой-то феноменальный матч, раз прозорливый украинский селекционер положил на вас глаз.
— Да нет, я и сыграл-то всего 15 минут. Причём в опорной зоне. Правда, забил два гола. И Юрий сказал мне: «Мне больше не надо на тебя смотреть. Я вижу, что ты сможешь заиграть».

— Как же вас пропустили бразильские скауты?
— Я же говорю: в Бразилии много сильных футболистов. Чтобы куда-то попасть, надо иметь сильного агента. А у меня агента никогда не было. Наверное, это судьба, что всё так сложилось.

— Вы сказали, что должны были оказаться на Украине.
— Первой командой, в которую меня привёз Панфилов, были «Карпаты». Там сказали, что сразу подпишут контракт – без просмотров. Потом говорят, надо потренироваться. Потом – что подписывают. Потом – что опять надо тренироваться. В конце концов ничего не получилось. И Юрий повёз меня в Белоруссию. У него были знакомые в «Гомеле». Там уже удалось заключить контракт.

В матче Лиги чемпионов

В матче Лиги чемпионов

1100 ДОЛЛАРОВ И АМПУТАЦИЯ ПАЛЬЦЕВ

— Сколько вы зарабатывали в Бразилии?
— 300 реалов в месяц. Это примерно 150 долларов.

— А в Белоруссии?
— Сначала зарплата была 1100 долларов. На второй год её подняли до полутора тысяч. А на третий сезон я уже получал 2800 в месяц. Но на первом этапе деньги были не столь важны. Я поехал не за ними. Я поехал за шансом.

— Наверняка на просторах бывшего СССР с вами происходили забавные ситуации.
— Знаете, что мне больше всего запомнилось? То, как мы поиграли в снежки с моим соотечественником Фабиано де Лимой. Я тогда впервые в жизни увидел снег.

— И как поиграли?
— Это было ещё в Киеве, до Белоруссии. Я уже уехал из «Карпат», а до «Гомеля» ещё не доехал. Мы какое-то время жили на съёмной квартире в Киеве и тренировались вдвоём. А тут как раз выпал снег. Мы и давай лепить снежки и кидаться друг в друга. Швыряемся, смеёмся, весело. А через пять минут чувствую: пальцы окоченели. Реально испугался! Думал: всё, грозит ампутация. Видели бы вы, с какой скоростью мы мчались домой, чтобы поскорей сунуть руки под горячую воду. Легкоатлеты позавидуют!

Ещё запомнилось, как приехал в «Карпаты» и на завтрак в первый же день мне дали сосиски с гречкой. Я не мог понять, что это такое и как это есть. Честно, меня чуть не вырвало. Сейчас я уже привык к русской пище. Но вот гречку до сих пор есть не могу. Наверное, с тех пор

Запомнилось, как приехал в «Карпаты» и на завтрак в первый же день мне дали сосиски с гречкой. Я не мог понять, что это такое и как это есть. Честно, меня чуть не вырвало.

осталось.

— Не знаю ни одного бразильца из числа футболистов, который так хорошо говорил бы по-русски. Вагнер Лав в России с 2004 года, но ему до вас, поверьте, очень далеко. У вас способности.
— Не в них дело. Бразильцы, приезжающие в российские топ-клубы, сразу попадают в комфортные условия. У них есть переводчик, который всегда поможет и всё расскажет, их опекают, о них заботятся. В отношении меня всё было не так. Тренер «Гомеля» Анатолий Юревич просто сказал мне: «Даю полгода, чтобы выучил язык». И всё.

— Ничего себе.
— Он, конечно, не требовал, чтобы я знал язык в совершенстве. Но хотел, чтобы я понимал его футбольные команды.

— Всё равно: строгий у вас был тренер.
— Он, кстати, очень похож на Валерия Газзаева по менталитету.

— Ну так что с языком-то? Как начали учить? С преподавателем?
— Если считать преподавателем сербского легионера «Гомеля» Милоша Живковича, то да. Он немножко знал английский, я немножко знал английский. А сербский и русский языки похожи. Так и учился.

— Здорово.
— Мне самому хотелось выучить русский. Я очень старался. Если что не понимал – спрашивал.

— Хорошо бы наше интервью перевели некоторым иностранцам, выступающим в России.
— Если захотеть, можно сделать всё что угодно. Сейчас у меня нет никаких проблем с русским языком.

— Я вижу. Вернее, слышу. Вам, наверное, многие делают комплименты?
— Это правда. Я всё понимаю на поле, легко могу дать интервью на любую тему. Если что, после окончания карьеры смогу работать переводчиком.

Ренан Брессан

Ренан Брессан

«РЕНАН, БОЛЬШЕ ТАК НЕ ГОВОРИ»

— Русский язык – сложный?
— Очень! Я где-то читал, что по сложности он занимает третье место в мире. На первом, по-моему, китайский, а на втором арабский.

— Значит, вы большой молодец.
— Я старался.

— Иностранцев в нашей стране партнёры перво-наперво учат русскому мату.
— Вы думаете, я стал исключением? Хотите, расскажу очень смешную историю?

— Ещё бы!
— Я уже знал первые слова: «привет», «пока», «право», «лево», «как дела». И тут ребята из «Гомеля» подзывают меня и говорят: «Сейчас тренер придёт. Если спросит „Как дела?“, ответь: „За…сь!“ Ему понравится».

— Класс!
— Я и ответил.

— Что тренер?
— Юревич смеялся до коликов. А потом сказал: «Ренар, больше так говорить не надо, я тебя очень прошу».

— В одном из старых интервью вы сказали: «На судей ругаюсь по-португальски».
— В последнее время по-русски. Раньше действительно ругался по-португальски, потом познакомился со всеми судьями, они меня зауважали за мою игру. И в силу этого кое-что мне сходило с рук. В горячке нет-нет, да и ругнёшься.

— Знаете такого футболиста – Мигеля Данни?
— Конечно, знаю, играет за

«Зенит».

— В матче с «Анжи» он сказал судье два нехороших слова на русском и получил красную карточку и трёхматчевую дисквалификацию. Так что вам я советую, если очень хочется, ругаться пока по-португальски.
— А вы думаете, я не понимаю (подмигивает)? Вот сначала познакомлюсь с российскими судьями…

«СПАСИБО» В МАГАЗИНЕ И ДАННИ АЛВЕС

— Ещё весёлые случаи, связанные с русским языком, у вас были?
— Однажды приехал в отпуск в Бразилию. Пошёл в супермаркет за молоком. Продавщица пробила чек, а я на секунду задумался и по инерции ответил ей: «Спасибо!» По-русски. Только потом, когда вышел, понял. Наверное, продавщица подумала: «Что за дурачок»?

— Не зря Валерий Газзаев сказал про вас: «Брессан по менталитету наполовину русский».
— Не знаю. Возможно. Но всё-таки русские люди — другие.

— Какие?
— Более закрытые. Помню случай: мы с «БАТЭ» играли против «Барселоны». Перед матчем я подошёл к Данни Алвесу, начали разговаривать. Шутили, смеялись. Он ещё сказал: «У вас всего плюс 10, холодно». Я ответил: «Ты ещё не знаешь, что такое холодно». Алвес – простой, открытый парень.

— Так причём тут русские люди? Или белорусы — вы, наверное, о них в данном случае хотите сказать?
— Ну да. После того как поговорил с Алвесом, ко мне подходят ребята из БАТЭ: «Ты что, его знаешь»? «Да нет, — отвечаю. – В первый раз увиделись». Они смотрят, не понимают.
И вот ещё пример. Играем с «Баварией». У них в составе есть украинский парень, Тимощук. Так вы подойдите к нему, поговорите, спросите «как дела?». Так нет же. Никто не подходит, не хочет общаться. Как будто нет Тимощука.

— И как вы, открытый бразилец, адаптировались среде закрытых русских?
— Ну а как? Я подписал контракт. Значит, надо работать. И стараться адаптироваться, чтобы приносить больше пользы команде. По-другому никак. Если русские приедут в Бразилию, то тоже должны пытаться жить, как бразильцы.

— Бразильцы знают, где находится Белоруссия?
— Далеко не все. На Олимпиаде в Лондоне я, например, общался с Неймаром. Он был уверен, что Белоруссия – это Украина.

— Какие у вас ещё представления о русских людях?
— Они много пьют и курят. Очень много. По крайней мере, я сравниваю с Бразилией. Может быть, где-то курят и пьют ещё больше.

ПАСПОРТ И ПИВО ДЛЯ РОМУЛО

— Расскажите, как вы получили белорусский паспорт.
— Мне сообщили, что во мне заинтересован тренер национальной сборной. Сказали, есть возможность сделать паспорт. Я ответил: почему нет? И для БАТЭ был плюс – я переставал считаться иностранцем.

— У вас никогда не было мечты играть за сборную Бразилии?
— Знали бы вы, сколько народу об этом мечтает! А тут была конкретная ситуация. Возможность поиграть за национальную сборную. Я не стал отказываться.

— В итоге поехали на Олимпиаду и забили гол бразильцам. Сюжет!
— Больше радовались мои родные и жители моего городка. Я сразу стал там сверхпопулярен. Мэр Тубарана захотел сделать меня почётным жителем города. Вот вы спрашивали меня: почему тебя не замечали в Бразилии? Так смотрите, заметили (смеётся)!

На Олимпийских играх против Неймара

На Олимпийских играх против Неймара

— С бразильцами во время Олимпиады много общались?
— Мы жили в одном отеле. Поэтому возможностей пересекаться было много. Например, я познакомился с Ромуло, который тогда только-только перешёл в «Спартак». Он задавал мне много вопросов. Спрашивал, что как будет по-русски.

— «Привет», «как дела»?
— Не только. Тем более что кое-что он уже знал. Ромуло спрашивал, как по-русски будет «пиво», «девушка»…

— Важные вопросы.
— А то!

ГАЗЗАЕВ, ГОНЧАРЕНКО

— В БАТЭ вы играли в Лиге чемпионов. Зачем вам «Алания»? Она в Лигу чемпионов попадёт не скоро.
— Я назову три причины. Во-первых, уровень чемпионата. Вы же не будете спорить с тем, что в России он гораздо выше? А в Белоруссии я выиграл всё что мог. Где стимулы? Во-вторых, деньги. В России платят больше, а у меня семья. Детей пока нет, но я очень хочу их завести. В-третьих, Валерий Газзаев. Об этом тренере я слышал давно, ещё с тех пор, как ЦСКА выиграл Кубок УЕФА. В Бразилии его уважают. Всё это вместе и перевесило Лигу чемпионов. В которую БАТЭ, кстати, по-прежнему надо пробиваться через отборочные раунды.

— «Алания» на грани вылета из Премьер-Лиги.
— Мы постараемся сделать всё, чтобы этого не

Я уже знал первые слова: «привет», «пока», «право», «лево», «как дела». И тут ребята из «Гомеля» подзывают меня и говорят: «Сейчас тренер придет. Если спросит „Как дела?“, ответь: „За…сь!“ Ему понравится».

произошло.

— Вы упомянули Газзаева. Первое впечатление о нём?
— У нашего тренера на первом месте дисциплина. Футболисты должны контролировать свой вес, не опаздывать на тренировки, командные собрания. А тренироваться исключительно на максимуме. И я считаю, это правильно.

— К штрафам, если что, готовы?
— Я не считаю штрафы чем-то из ряда вон выходящим. Они есть везде. И в Бразилии, и в БАТЭ были.

— Что скажете о предыдущем тренере – Викторе Гончаренко?
— О, Виктор Михайлович… Он всё время хочет побеждать. БАТЭ уже три раза попадал в Лигу чемпионов, но ему всё мало. Постоянно ищет возможности для развития. При этом задумайтесь – ему всего 35! Отмечу и президента клуба – Анатолия Капского. В БАТЭ он вкладывает не только деньги, но и душу.

— Предположу, что из БАТЭ вас отпускали неохотно.
— В принципе, да. Но от этого перехода выиграли все. БАТЭ получил приличную компенсацию. Я – лучший контракт. Зачем отказываться?

— Что Гончаренко сказал на прощанье?
— «Спасибо за то, что помог команде. Ты очень много для нас сделал». И ещё рассказал про Валерия Газзаева. Как раз про то, что он очень любит дисциплину. Можно сказать, подготовил меня. Я тоже поблагодарил Виктора Михайловича. Люди в этом клубе для меня как родные.

— Кто из бразильцев «Алании» лучше всего говорит по-русски?
— Неко. Он ведь дольше всех в команде. Наверное, за два года можно было лучше выучить русский. Но дело опять-таки в том, что в «Алании» есть переводчик. Он всегда поможет. У Неко нет такого стимула, который был у меня.

«НЕ ВОЖУ МАШИНУ. И НЕ ТЯНЕТ»

— Если вы с 18 лет в Белоруссии, как и где нашли себе бразильскую жену?
— Я знал её с детства через общих друзей. Марианна из соседнего городка. В 18 лет я уехал в Бразилию. Незадолго до моего первого приезда в отпуск из Белоруссии мы начали общаться через Интернет, писать друг другу эсэмэски. Договорились встретиться. Глядишь, чего завяжется. Пересеклись, начали общаться. После этого я вернулся в Белоруссию. Снова увиделись на следующий год, в моём новом отпуске. Потом уже Марианна приехала ко мне. Но так как

официально моей женой она тогда не была, визу дали только на три месяца. И мы решили: а почему бы не сыграть свадьбу? Меня тогда как раз пригласили в БАТЭ.

— Хороший подарок на свадьбу.
— Замечательный (смеётся).

— Вы до сих пор не водите машину. Почему?
— Так сложилось. Не тянет. К тому же у меня нет прав. А у жены есть, международные. Если надо, она меня куда хочешь отвезёт. Комфорт (смеётся)!

— Проблемой жилья во Владикавказе уже озаботились?
— Я ещё там не был. Медосмотр проходил в Москве, контракт подписывал там же. Жена сейчас в Бразилии. В марте-апреле будем решать насчёт жилья.

— Знаю, вы строили дом в Бразилии.
— Уже построил.

— Значит, жить после окончания карьеры будете там?
— Скорее всего. Хотя кто знает, как всё повернётся. Может, после окончания карьеры у меня появится другая работа в России? Я не знаю, что будет завтра, а вы хотите знать, что я буду делать через 10 лет…

— Традиционный вопрос — про цели в карьере.
— Играть в футбол, расти, развиваться. Помогать «Алании» и сборной Белоруссии.

— «Алания» точно не вылетит?
— Даже не сомневайтесь!

…У Ренара, если честно, хотелось спросить ещё многое. Но Валерий Газзаев перед интервью попросил: «Вы его, пожалуйста, сильно не мучайте, у нас сегодня контрольная игра». Пришлось сдержать слово.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 36
21 августа 2017, понедельник
Партнерский контент