Сергей Овчинников
Фото: Александр Сафонов, «Чемпионат.com»
Текст: «Чемпионат»

Овчинников: мечтаю возглавить «Локомотив»

Сергей Овчинников в интервью журналу «Еврофутбол» вспомнил прошлое, рассказал о настоящем и не стал скрывать свою мечту.
26 января 2013, суббота. 14:00. Футбол
Харизматичный лидер «Локомотива» 2000-х годов — сейчас один из тренеров сборной России. Экранный образ представлял взрывного, эмоционального человека, которого лучше лишний раз не задевать. В жизни он совсем другой – интеллигентный, рассудительный, интеллектуальный.

МНЕ ОЧЕНЬ НРАВИТСЯ ТРЕНИРОВАТЬ

— Сергей, сейчас вас, наверное, реже узнают. Это непривычное чувство?
— Прекрасно понимал: ты любим и узнаваем, только пока выходишь на футбольное поле.

— Трудно поверить, что вы легко смирились с нынешним положением.
— Честно? Я наигрался и был готов к новой жизни, но оказался не совсем готов к другой ситуации. Когда ты теряешь известность, люди начинают вести себя по-другому. Это чуть-чуть неприятно. Скажем так, некоторые относятся менее уважительно, чем раньше. Но это удивление длилось у меня недолго. Жизнь учит.

— Не возникала ностальгия по игроцким временам?
— Нет. Мне очень нравится тренировать. Мне нравится работать в сборной под руководством великого тренера Фабио Капелло. Это большой опыт, который, надеюсь, пригодится.

— Есть два пути подойти к цели. Разрабатываешь стратегию и четко ей следуешь или просто ожидаешь предложений.
— Если упростить – я жду. Но при этом получаю дополнительные знания. Я прекрасно понимаю, что есть сотни людей, которые хотят тренировать московский «Локомотив». И в ситуации, которая сложилась в клубе, мне пока трудно рассчитывать на такое предложение. Я воспринимаю это как реальность и себя этими мыслями не изъедаю. Кстати, тренерская лицензия «Pro» у меня уже есть.

— Сложилось мнение, что иностранные тренеры лучше ставят игру, чем отечественные. Наши больше мотиваторы, а иностранцы – тактики. Согласны?
— Я не согласен, будто наши тренеры слабее. Но объяснять почему – утомительно. Все равно не будет понимания. Русского тренера проще уволить, а значит, нам дают меньше времени для реализации своего потенциала. И никто не будет копаться в твоих схемах. К тому же на сегодняшний день мало уметь давать результат, есть масса второстепенных вещей, о которых не принято говорить, но которые порой определяют роль тренера в команде. Я этими делами не занимался и заниматься не хочу и не буду.

В ЖИЗНИ МНЕ ПОРОЙ НЕ ХВАТАЕТ ЖЕСТКОСТИ

— А почему вы хотите быть тренером, а, например, не руководителем? Характер позволит вам возглавить любой клуб.
— Вполне возможно, что при других обстоятельствах я был бы в руководстве «Локомотива». К этому все шло. Не сложилось.

— В спортивном сообществе у вас образ неуживчивого человека.
— Очень жаль, что некоторые руководители делают выводы из публикаций, а не после личных бесед. Я всегда стараюсь составить собственное мнение о человеке, прежде чем выработать к нему какое-то отношение.

Так вот, со всеми руководителями клубов, где я работал, у меня остались прекрасные отношения. Но все решается людьми, которые с тобой рядом. Никогда в жизни заниматься околофутбольными делами я не буду. И добавить мне что-то сложно. Без меня, пожалуйста, – делайте что хотите, но свое имя замазать грязью не позволю. Я горжусь, что за столько лет в футболе не запятнал свое имя. Не собираюсь и сейчас.

У «Кубани», которую я возглавлял, была задача не вылететь, мы ее с запасом выполняли, но мне пришлось уйти. И мой характер тут ни при чем.

— А у вас действительно жесткий характер?
— (Улыбается.) Нет. Я в жизни не такой, каким был на футбольном поле. Меня до сих пор ассоциируют с футболистом. А в жизни мне порой не хватает жесткости. Иногда надо вести себя тверже с руководителями.

Но, наверное, я, скорее всего, европейский тренер. Мне проще работать в Европе, где ценится интеллигентность, образование, порядочность, культура, знание языков.

У нас же несколько другое нужно. То, чему учиться не хочу.

— Понял. Но, к примеру, крепкое словцо иногда помогает и там, и здесь.
— Мой принцип – никогда не кричать на игроков. У меня было очень много хороших учителей, я видел, что можно общаться по-другому. Игроки – профессионалы, все понимают. Ими легко управлять.

— Семин, с которым вы долго работали, казался, наоборот, сверхэмоциональным тренером.
— Я с Юрием Павловичем работал больше 20 лет и могу по пальцам пересчитать случаи, когда он повышал голос на футболистов. Во время матчей мы его все равно не слышали. А вне игры все объяснялось спокойно. Интеллигентнее тренера трудно найти. А сколько он делал для игроков! Я таких тренеров не встречал.

Кстати, когда мы работали в «Динамо», ему тоже не хватило жесткости, не хватило плетки для игроков. Но тогда бы он нарушил свои тренерские принципы.

— В клубах достаточно внутренних интриг. Почему нельзя просто работать, почему обязательно кто-то пытается вовлечь тебя в какие-то выяснения отношений? Всему виной деньги?
— Деньги – это самое простое объяснение. Если что-то нельзя понять – поставь во главу угла деньги, и все станет ясно. Но у меня немного другая теория: все идет от внутренней культуры и внутреннего воспитания.

Но не все воспитаны, и если ты не вписываешься в систему, если выглядишь белой вороной, то система попытается тебя выдавить. Соответственно твой профессиональный уровень, твои результаты, человеческие качества отходят на второй план.

— Когда же речь идет о деньгах, то тут ты вообще не вписываешься ни в какие рамки.
— Я никогда не просил о повышении. Считал, что клуб лучше оценит твои возможности. Клуб предлагает определенную сумму, и я подписываю. Так было в «Локомотиве», потому что это мой любимый клуб, и мне было комфортно.

Я не хотел ни с кем конфликтовать из-за денег. Они не должны превалировать в жизни. И мне приятно работать с людьми, которые считают точно так же.

В 13 ЛЕТ ВЕСИЛ 130 КИЛОГРАММ

— У вас подрастает сын, тоже, кстати, Сергей. Не задумывались о его будущем?
— Когда повзрослеет, он может выбрать любую профессию. У меня есть четкое понятие – родители не должны навязывать свое мнение. Я в первую очередь хочу дать ему хорошее образование и правильное воспитание, главное, чтобы он уважительно относился к семье.

Мяч я ему уже давал. Он очень хорошо финтит для двухлетнего возраста, даже пяткой пытается играть. Но это сейчас, а что он решит в семь лет – никто не знает.

— Вы тоже самостоятельно выбрали путь футболиста?
— Увлекался еще борьбой. В итоге выбрал футбол. Я был очень крепким парнем и сначала играл на поле на позиции нападающего. Так получилось, чисто случайно, – не было вратаря и спросили, кто может встать в ворота. Встал. Тренер посмотрел и говорит: «Давай будешь вратарем».

У меня была проблема с весом, но по объективным причинам. Я сломал ногу, причем в двух местах. И очень сильно поправился. Наверное, на тот момент я мало походил на спортсмена. Скажу, что в 13 лет я весил 130 килограмм, даже сейчас – всего 110. Тогда я год лежал на койке: у меня был переходный возраст, и если бы двигался, то нога прекратила бы расти и о футболе можно было бы забыть.

Кроме того, мне кололи специальные препараты, которые наращивали костную и мышечную ткань. Потом произошла еще одна сложная история с атрофией правого бедра. Оно атрофировалось до такой степени, что, в принципе, возникла критическая ситуация, мог даже получить инвалидность. Мне стоило больших сил, чтобы через все это пройти.

— Первый раз сталкиваюсь с титулованным футболистом, у которого в детстве были такие тяжелые травмы. Ваш пример – надежда для многих, кто оказался в подобной ситуации.
— Хотел бы поблагодарить тренера спортшколы Геннадия Гусарова. Он никогда меня не выгонял, несмотря на мои проб­лемы с весом. Но я не считаю себя героем. То, что в итоге я стал футболистом и играл достаточно долго, до 36 лет, – это чудо.

А кумиром детства был для меня Лев Яшин. Игроков такого уровня у нас нет и, наверное, никогда не будет.

— Помнится, уже будучи игроком «Локомотива», вы чуть было не совершили дурацкий поступок, уйдя в «Асмарал».
— Я уже подписал контракт с новой командой. Это было моей детской ошибкой. Родители хотели прекратить со мной общение. Спасла ситуацию жена Семина – Любовь Леонидовна, я до сих пор ей благодарен. Она меня в резкой форме убедила не делать глупостей.

Я извинился перед Юрием Павловичем, которого подвел на тот момент. И сказал ему: «Не волнуйтесь, я все отработаю по полной программе».

СЕМИН МОГ РАСКРЫТЬ ЛЮБОГО ФУТБОЛИСТА

— Вернемся к нынешней работе. Почему вы согласились быть тренером вратарей у Капелло?
— Многие отговаривали, мол, не стоит, привыкнут к твоей узкой специализации. Мне все равно. Те знания, которые я получу, уверен, помогут мне в будущем.

В Европе не боятся доверять бывшим футболистам, которые выбрали тренерскую стезю. Не боятся доверять молодым тренерам. Хотя слово «молодой» меня куражит. Уже пятый десяток, а все молодой. Людям, которые говорят: «Сереж, ну тебе пора тренировать самостоятельно», – я отвечаю так: «Вы знаете, когда мне будет шестьдесят, тогда и позовут» (смеется). Я уже буду готов, опытен, и даже если эти двадцать лет просижу дома, но возраст-то уже будет подходящий (смеется).

Мне Юрий Павлович Семин как-то сказал: «Пойми, в любом возрасте хочется тренировать, и людям за 60 тоже, в душе все молодые и готовы браться за серьезные задачи». «Но я завидую вам, более молодым, – продолжил Семин. – У вас есть азарт, силы для эмоций, без эмоций ничего выиграть нельзя».

Поэтому не стоит бояться давать дорогу молодым тренерам. Тот же Олег Романцев как рано начал — и сколько всего добился!

— У вас, кстати, нет на Олега Ивановича обиды? Помнится, он не позвал вас в сборную после определенных слов в адрес «Спартака».
— Вы же знаете, какое отношение у меня было к «Спартаку». Но ни разу в жизни я не позволил себе усомниться в Романцеве и как в человеке, и как в тренере. Я относился к нему, может быть, даже с большим уважением, чем многие спартаковцы. Я не кричал на каждом углу, что я ему симпатизирую, я просто для себя определил свое отношение и все.

Юрий Павлович сказал такую вещь: «Нельзя оценивать тренера с точки зрения — нравится он тебе или нет, за тренера говорят победы и выигранные титулы».

— Семина вы до сих пор боготворите?
— Семин – грандиозный психолог. Он мог вытащить самые лучшие качества и весь потенциал у любого мало-мальски способного футболиста. Мы все, кто работали с Семиным, переняли у него это умение.

Очень жаль, что такие люди, как Семин, как Романцев, как Филатов, сейчас не работают. Для них везде бетонная стена.

— А у вас сейчас, можно сказать, зеленая дорожка – вы один из тренеров сборной.
— И это хороший базис, чтобы расти дальше. Дик и Фабио – фигуры. У меня была возможность поработать и с Хиддинком в сборной, он предлагал, но в силу разных обстоятельств – московское «Динамо» не отпустило – не сложилось.

Я очень благодарен Капелло за возможность работать рядом. Не берем даже футбольные дела, а человеческие отношения. Это люди с большой буквы. Это счастливый момент моей жизни.

— Вы были ярым антагонистом «Спартака». Не жалеете, что тогда восстановили против себя полстраны?
— Я сказал-то всего пару фраз (улыбается).

— Но все запомнили их на всю жизнь.
— Хорошо, хоть чем-то запомнили (улыбается). На самом деле, все футболисты «Спартака» знали, что я относился к ним с большим уважением. Мои слова не касались личностей. Мы берем просто клуб и спортивное противостояние. Мои слова только добавляли остроты нашим матчам, это ж хорошо…

Думаю, все понимают, футболист – в чем-то актер и должен эпатировать публику. Я не вижу в этом ничего плохого.

Кстати, болельщики «Спартака» в целом очень хорошо ко мне относятся. Даже был такой момент после ухода из московского «Динамо». На улице остановилась машина, спартаковские болельщики вышли и говорят: «Сергей, возвращайся в любую команду, нам тебя не хватает, мы хотим тебя обыграть». Вот это было неожиданностью!

ПОСЛЕ ИНЦИДЕНТА С ЗАХАРОВЫМ НАПИСАЛ ДИПЛОМ «УПРАВЛЕНИЕ КОНФЛИКТАМИ В СПОРТЕ»

— Помните, как вы немного потрясли арбитра Игоря Захарова?
— Да у меня с ним прекрасные отношения! Играли даже вместе. Мы с ним тот эпизод забыли на следующий день.

— А страна помнит.
— По сравнению с тем, что сейчас происходит, – это ерунда. Тем более Игорь знает, в чем дело, поэтому прекрасно понимает, почему я себя так повел.

— Потом вы вдруг написали дипломную работу на тему «Управление конфликтами в спорте».
— Когда мне предлагали эту тему в государственном институте управления на кафедре «Менеджмент в игровых видах спорта», как раз вспомнили эпизод с Захаровым. Но все это было в виде шутки. А я взял и согласился. Прочитал много литературы и написал.

НЕ СЧИТАЮ СЕБЯ ЗВЕЗДОЙ

— Ваша футбольная жизнь состоит, по большому счету, из двух частей: игра за «Локомотив» и отъезд в Португалию. Какие воспоминания о португальском периоде?
— Выиграл серебро, две бронзы, два Кубка. Но более точно о всех своих достижениях сказать не могу. Честно – не очень пытался все запомнить. Горжусь одним – получил звание мастера спорта СССР в 19 лет. Тогда это было очень круто.

И вообще, зачем говорить о титулах? Я был средним игроком.

— Почему так категорично? Вы были отличным футболистом!
— Давайте так – хорошим. А это уже немало. Все хотят быть звездами. Но звездой я не был, было много игроков лучше меня.

— Вы сейчас искренне говорите?
— Абсолютно, я никогда не считал себя звездой. Это было бы глупо. Мне не стыдно за то, как я играл.
Но есть масса вратарей, которые выше меня по своему уровню. Тот же Игорь Акинфеев. Я манией величия не страдаю, поэтому могу объективно себя оценивать.

— Как у вас сейчас складываются отношения с вратарями сборной?
— Я в хороших отношениях с Игорем Акинфеевым. Мы друг друга знаем много лет. Помню, как в 16 лет Валерий Георгиевич приводил его в сборную со словами, что Игорь обязательно будет вратарем национальной команды.

И с остальными голкиперами у меня хорошие, ровные отношения. Чему-то учить в сборной глупо, главное – создать правильную психологическую атмосферу, с этим проблем нет. И результат соответствующий.

— Вас по-прежнему называют Боссом?
— Чаще по имени-отчеству. Вообще, я демократичен в этом плане. Допустим, когда пришел тренировать минское «Динамо», сразу сказал игрокам, что ко мне можно обращаться по имени. Как в Европе. Там же нет имени-отчества.

МОИ МЕЧТЫ ВСЕГДА СБЫВАЮТСЯ

— Сейчас футбол – помимо сборной – смотрите?
— Не так много. Чтобы не пресытиться. Но важные игры – обязательно. Причем, если кто-то нахваливает зарубежные чемпионаты, то я с большим удовольствием смотрю российскую Премьер-Лигу. А волнуюсь только за «Локомотив».

Правда, глубоко внутри сидят переживания: считаюсь я локомотивцем или нет? Как ко мне люди относятся, как болельщики, как руководство? Хотя как относится руководство, понятно – никак. Я даже немного стесняюсь афишировать, что я когда-то играл за «Локомотив»: у некоторых людей это вызывает нездоровую реакцию.

— Ну это только у больных людей может возникнуть негативная реакция при сочетании слов «Овчинников» и «Локомотив».
— Но не все же нормальные.

— Поэтому вы не работаете в клубе?
— Я не знаю причин, почему я не в клубе. Со мной никто не разговаривал из руководства. Может, не хотят меня видеть. Что ж, я буду сам напрашиваться, что ли?

— Всему свое время. Уверен, вы еще станете главным тренером «Локомотива» и завоюете с ним немало наград.
— Знаете, когда я о чем-то мечтаю, это всегда сбывается. А мечтаю я возглавить «Локомотив» и выиграть золотые медали. Думаю, рано или поздно это произойдет.

Я в это верю!

Полностью интервью с Сергеем Овчинниковым, а также портрет с неожиданной стороны Криштиану Роналду, экскурс в историю «Барселоны» и многое другое читайте в январском номере журнала «Еврофутбол». Герой номера — Радамель Фалькао.

Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 24
6 декабря 2016, вторник
5 декабря 2016, понедельник
Где закончит чемпионат России ЦСКА?
Архив →