Как тратят деньги на трансферы в Европе и России
Фото: Павел Ткачук, «Чемпионат»
Текст: Антон Михашенок

Нужно больше золота. Существует ли «русская надбавка» за трансфер

Российские клубы развиваются по английской модели работы на трансферном рынке — больше игроков за большие деньги.
16 февраля 2015, понедельник. 21:00. Футбол
Переплату за любой громкий международный трансфер в один из российских клубов принято называть «русской надбавкой». Якобы клубы Премьер-Лиги вынуждены платить за условного Халка на 10-20 млн евро больше, чем если бы бразильца купил испанский или английский суперклуб. На деле это не совсем так хотя бы потому, что в перегретом деньгами чемпионате Англии существует своя, «английская надбавка» — только здесь нападающего, который за сезон забил 6-7 мячей, могут купить за 10-12 млн фунтов, как поступил «Саутгемптон» в случае с Шейном Лонгом. В Испании же переплачивать всегда готовы два клуба — «Реал» и «Барселона», но для них это идейная борьба: если футболиста хотят купить пять европейских топ-клубов, он непременно должен оказаться в Мадриде или Барселоне, иначе пострадает имидж гегемона.

Представить же себе условного Халка в других топ-лигах просто невозможно. В Италии кризис, и местные клубы экономят, собирая свободных агентов и совсем дешёвых игроков, в Германии к деньгам относятся очень сдержанно, и заплатить больше
Если же «русская надбавка» и существует, то касается она внутренних трансферов, когда клубы вынуждены очевидно переплачивать только из-за российского гражданства футболиста.
20-25 млн евро готовы только в исключительных случаях «Бавария», «Боруссия» и «Вольфсбург». Во Франции есть «ПСЖ», но этот клуб по своей экономической идеологии скорее английский, поэтому за правило его принимать нельзя.

В итоге получается, что основной вопрос относительно работы российских клубов в трансферное окно не «как посчитать русскую надбавку?», а «как работает менеджмент клуба?». Есть четыре условных типа работы на трансферном рынке — агрессивный британский (куда примыкают «ПСЖ», «Реал» и «Барселона»), когда покупается большое количество футболистов за большие деньги; спокойный немецкий, когда покупается большое количество футболистов за небольшие деньги; кризисный итальянский, когда покупается огромное количество футболистов за маленькие деньги, и сбалансированный бенилюксовский, когда покупается малое количество футболистов за маленькие деньги. Если бы российские клубы шли по немецкому или бенилюксовскому пути, разговоров о «русской надбавке» бы не было, но в Премьер-Лиге до кризиса предпочитали идти по английской схеме — лучше купить одного игрока за 10 млн евро и ещё двух — по 5млн евро, чем купить шестерых по 3 млн. Если же «русская надбавка» и существует, то касается она внутренних трансферов, когда клубы вынуждены очевидно переплачивать только из-за российского гражданства футболиста.

Определить, к какому типу трансферной стратегии принадлежат российские клубы, несложно. Достаточно узнать среднюю стоимость каждого игрока в чемпионате страны (даже с учётом того, что российские футболисты переоценены в условиях лимита на легионеров) и высчитать среднюю сумму входящего трансфера в каждой из лиг (в тех случаях, когда за переход платились деньги, данные Transfermarkt).

Возьмём чемпионат Англии. Средняя стоимость футболиста Премьер-лиги составляет 7,26 млн евро, средняя сумма трансфера по итогам двух окон в нынешнем сезоне составила 10,38 млн евро — разница между первой и второй цифрами составляет целых 30% в пользу трансферной суммы (в чём и заключается переплата), при этом в среднем клуб купил по 5,8 новичка за два окна. В чемпионате Германии новичков в среднем на клуб больше — 6,1,
Близка к идеалу модель Нидерландов — каждый футболист местной лиги стоит в среднем 1,02 млн евро, и каждая покупка совершается в среднем на эту же сумму.
но при этом если средняя цена игрока из Бундеслиги составляет 4,78 млн, то за одного новичка немцы отдают 3,24 млн. Разница почти на четверть в пользу средней цены игрока позволяет немецким клубам делать один-два дополнительных трансфера относительно англичан, и если один из купленных футболистов сразу не заиграет, его сможет заменить другой — такова трансферная стратегия немцев.

В Италии даже в кризисные времена денежных переходов случается больше, чем в любой другой топ-лиге Европы, — каждый клуб за сезон покупает в среднем по 7,5 новичка. Это особенность местного рынка: трансферы в Италии почти священный ритуал, а политика совладения правами на игрока между клубами приводит к частым сменам команд. В среднем каждый футболист Серии А стоит 4,4 млн евро, а средний трансфер — на сумму 2,72 млн евро, что порождает беспорядочную разницу почти в 40% в пользу ценности игроков. Отсюда куча ненужных покупок-перепродаж даже в топ-клубах.

Наконец, четвёртый тип схемы работы на трансферном рынке объединяет в себя чемпионаты Нидерландов, Бельгии, Швейцарии и Франции. В этих лигах соблюдается принцип, который было бы здорово реализовать и в России. Очевидную ставку на доморощенных футболистов голландские, бельгийские, швейцарские и французские клубы усиливают точечным вложением денежных средств. Разница с топ-лигами очевидна — здесь никто не делает по шесть, семь, десять покупок за год: в Нидерландах клуб в среднем имеет 2,3 новичка, в Бельгии — 2,1, в Швейцарии — 2,1, во Франции — 2,5 (напоминаю, что в счёт не идут свободные агенты и бесплатные аренды). Баланс между стоимостью игроков в чемпионате и тратами на трансферы соблюдается всеми: во Франции +12% в сторону средней покупки (здесь стоит оговориться, что в счёт не включен трансфер Давида Луиса в «ПСЖ», который является явным исключением для Лиги 1), в Бельгии — 10%, а в Швейцарии — 6% отклонения в ту же сторону. Близка к идеалу модель Нидерландов — каждый футболист местной лиги стоит в среднем 1,02 млн евро, и каждая покупка совершается в среднем на эту же сумму. И это в чемпионатах, которые развиваются самыми быстрыми темпами в Европе (достаточно взглянуть на еврокубковый прогресс «Базеля», который лидирует в своём чемпионате далеко не с 40-очковым преимуществом) и подгоняют Россию в рейтинге коэффициентов УЕФА.

По своим правилам существуют чемпионаты Испании и Португалии. В Примере, за исключением пяти клубов, денежные входящие трансферы вообще большая редкость, а португальцы, как ни странно, переплачивают относительно имеющихся в лиге футболистов достаточно серьёзно — разница между средним трансфером и средней стоимостью одного игрока составляет 45%. Но здесь необходимо отметить, что в подавляющем большинстве случаев футболисты, за которых португальские клубы переплачивают, потом продаются за куда большие деньги. За десять последних трансферных окон португальская лига продала на полмиллиарда евро больше, чем купила, поэтому переплаты за бразильского или аргентинского талантливого игрока португальцы не боятся — их клубы становятся лишь трамплином.
Марек Сухи (слева)
Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»

Марек Сухи (слева)

К какой же схеме из перечисленных относится рынок РФПЛ? Несмотря на частые пафосные слова про трамплин в Европу, новички-легионеры уезжают в топ-лиги за большие деньги по-прежнему редко, поэтому особая португальская модель исключается. В сезоне-2013/14 за два трансферных окна в России, по данным Transfermarkt, было осуществлено 80 входящих трансферов — в основном это международные сделки, потому что даже всемогущий немецкий сайт часто не знает, сколько на самом деле российские клубы платят за новичков. При средней стоимости одного игрока в 2,65 млн евро
сумма одного трансфера в среднем составила 3,95 млн евро — разница 33%. Переплата? Безусловно, особенно если учесть, что в среднем на команду пришлось по пять «денежных» новичков — в два раза больше, чем у сбалансированной модели. Однако речь здесь идёт не о «русской надбавке», а о том, что менеджеры российских клубов принимают иногда весьма сомнительные решения, уподобляясь английской школе безумной покупки.

Чтобы доказать, что российские клубы часто промахиваются, рассмотрим исходящие трансферы легионеров из чемпионата России. За три последних сезона за деньги наши клубы продали 26 иностранных футболистов в зарубежные клубы, при этом в 16 случаях получили меньше денег, чем заплатили при покупке, потеряв в общей сложности на перепродаже этих 26 игроков чуть больше 41 млн евро. Иногда нашим клубам удаётся хорошо уйти в плюс — «Спартак» выручил за Маркоса Рохо, Эммануэля Эменике и Маджида Уориса на 12 млн евро больше, чем потратил, а Мануэл да Кошта принёс «Локомотиву» 700 тыс. евро чистой прибыли, проехавшись по маршруту «Вест Хэм» — Москва — «Сивасспор». Но эти небольшие победы нивелируются провалами: так, на перепродаже Марека Сухи, Николаса Парехи и Эйдена Макгиди тот же «Спартак» проиграл 20 млн евро, а «Рубин», например, потерял 2 млн евро от перепродажи защитника Ивана Маркано, купленного в «Вильярреале» за 4 млн евро, а проданного в «Порту» за 2 млн евро. Учитывая, что законы формирования цен на игроков в лучших португальских клубах и традиционных испанских клубах-донорах, как «Вильярреал», примерно одинаковы, стоит говорить скорее о неловкой работе скаутов и менеджмента. «Русская надбавка» здесь совсем ни при чём.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 73
4 декабря 2016, воскресенье
3 декабря 2016, суббота
Где закончит чемпионат России ЦСКА?
Архив →