Наша футбольная Russia. Русский бунт. Часть I
Текст: «Чемпионат»

Наша футбольная Russia. Русский бунт. Часть I

"Чемпионат.ру" представляет отрывок первой главы новой книги Игоря Рабинера "Наша футбольная Russia".
31 мая 2008, суббота. 15:30. Футбол

«Чемпионат.ру» представляет отрывок первой главы новой книги Игоря Рабинера «Наша футбольная Russia».

«В этой повести нет ангелов и нет злодеев… Нет грешников и праведников нет. Да и в жизни их не существует».

Сергей Довлатов

«Мы, игроки национальной сборной России по футболу, понимая всю возложенную на нас ответственность за выступление команды на чемпионате мира в США, считаем непозволительным повторение ошибок, ранее неоднократно допущенных федерацией футбола: организационные просчёты, финансовые манипуляции, неудовлетворительное материально-техническое обеспечение сборной, что уже не один раз отрицательно влияло на качество её выступлений.

Мы знаем, что Садырин П. Ф. – неплохой клубный тренер, но сборная – это другое: главное, что беспокоит нас сегодня, это тренировочный процесс и методы подготовки тренера сборной Садырина, которые, по нашему мнению, не соответствуют уровню работы с главной командой России. Достигнутый же сборной результат – выход в финальную часть чемпионата мира 1994 года – это инерция команды, созданной её бывшим тренером Бышовцем А. Ф. к чемпионату Европы 1992 года.

Мы считаем:

1. работу с национальной сборной России по праву должен вести Бышовец Анатолий Федорович и готовить её к выступлениям в финале чемпионата мира 1994 года в США;

2. должны быть изменены условия материального вознаграждения за выход в финальную часть чемпионата мира;

3. незамедлительно должно быть улучшено материально-техническое обеспечение сборной команды страны.

Игроки национальной сборной команды России по футболу: Никифоров, Карпин, Иванов, Юран, Шалимов, Добровольский, Колыванов, Онопко, Хлестов, Кирьяков,
Канчельскис, Мостовой, Саленко, Кульков».

***

Осенью 1993 года погибла одна из самых талантливых наших футбольных сборных всех времён.

Нет, слава богу, никакой трагедии с ней не приключилось. Физически все остались живы-здоровы. Но открытое «письмо 14-ти» на имя советника президента России по спорту Шамиля Тарпищева с требованием отставки главного тренера Павла Садырина, написанное игроками в номере афинского отеля «Хилтон», в одночасье уничтожило команду, которой были по плечу медали чемпионата мира.

Не я так считаю, а все действующие лица той драмы, от Вячеслава Колоскова до Игоря Шалимова, от Анатолия Бышовца до Сергея Юрана. «Бронзу на ЧМ-94 в Америке взяли шведы, которых мы почти в тех же составах обыграли в полуфинале молодёжного чемпионата Европ-90, – отметил в разговоре со мной экс-генеральный секретарь РФС Владимир Радионов, главный тренер той золотой молодёжки. – А в 1998-м во Франции третьими стали хорваты – с Просинечки, Бобаном и Шукером, которых в составе сборной Югославии мы дважды побили в финале. Как же больно осознавать, что хотя бы однажды на их месте должны были оказаться мы!»

Прореху в отношениях – вот что было уже не залатать. Золотое поколение, последний выпуск советского футбольного университета, разбилось на группы настороженных и напряжённых людей, не верящих друг другу.

Под этими горькими словами сегодня готовы подписаться все, кто оказался тогда по разные стороны баррикад. Конфликт не просто лишил сборную части ключевых футболистов – Игоря Шалимова из «Интера», Андрея Канчельскиса из «Манчестер Юнайтед», Василия Кулькова из «Бенфики», Игоря Колыванова из «Фоджи», Сергея Кирьякова из «Карлсруэ», экс-марсельца Игоря Добровольского. Все они, в конце концов, полгода спустя при новом тренере Олеге Романцеве вернулись в команду. Прореху в отношениях – вот что было уже не залатать. Золотое поколение, последний выпуск советского футбольного университета, разбилось на группы настороженных и напряжённых людей, не верящих друг другу, готовых к любым подвохам и интригам. Склеить «осколки разбитой тарелки», как во время чемпионата назвал случившееся мой коллега Сергей Микулик, оказалось не под силу никому. «У сборной сломался хребет», – сформулировал Борис Игнатьев.

Футбол – это часть жизни, а потому думаю, что «бунт 14-ти» был одним из неизбежных проявлений того смутного времени. За полтора месяца до письма в Москве штурмовали Останкино и палили – отнюдь не холостыми – по Белому дому. И в людском подсознании откладывалось: границ нет. Ни в чём. Революционные ситуации в обществе и в футболе вряд ли были случайным совпадением.

Не собираюсь выносить приговор, кто был тогда прав и кто виноват. В оценке таких сюжетов нет ничего вреднее крайностей. Отсюда и эпиграф, означающий: жизнь всегда сложнее примитивного чёрно-белого окраса. Вот и постараюсь для начала собрать полную палитру, воссоздать с её помощью картину, разобраться в причинах. И дать возможность вам, уважаемые читатели, самим расставить акценты.

Для меня же самым сильным впечатлением стало то, с какой страстью все «фигуранты» согласились вспомнить события 1993/94-го, когда в 2003 году, к десятилетию «письма 14-ти», я решил тщательно разобраться в этой истории. К кому ни обращался – тогдашнему президенту РФС Вячеславу Колоскову и его генсеку Владимиру Радионову, к тренерам той сборной Юрию Сёмину и Борису Игнатьеву, к её капитану Игорю Шалимову, к советнику президента России по спорту Шамилю Тарпищеву, к несостоявшемуся претенденту на место главного тренера Анатолию Бышовцу, к не подписавшему письмо Дмитрию Галямину и к подписавшему, но потом вернувшемуся в сборную Сергею Юрану – всех буквально прорывало от воспоминаний и боли. Десять лет спустя многие, конечно, путались в деталях – но никто не уклонился от разговора. Никто не стал искать отговорок, что всё, мол, быльем поросло, что тема неактуальна, что не хочется бередить раны и неосторожным словом кого-то задеть. Игнатьев ли на лужниковском морозе, Шалимов ли в пиццерии на «Соколе», Галямин ли в клубном кафе в Химках – все понимали, что уйти от этих воспоминаний, какими бы тяжёлыми они ни были, – значит, обмануть себя.

Потому что такое не должно повториться.

***

Всё началось 17 ноября 1993 года в Афинах, где сборная Садырина, заранее обеспечившая себе выход в финальную часть ЧМ-94, проводила последний матч с греками. При счёте 0:1 ближе к концу матча Добровольский сравнял счёт, но судья, гигант из африканского Габона (!), под предлогом надуманного офсайда гол отменил. Садырин в этот момент что есть силы пнул кресло – этот кадр видела вся страна. Вроде никому не нужная игра – но та сборная не привыкла уступать. После финального свистка игроки были взвинчены – об этом говорят и они сами, и их тренеры.

И тут, едва матч закончился, в раздевалку вошел президент РФС.

Колосков:
– Я сказал игрокам то же самое, что и в августе 2003 года после матча с Израилем, когда ушёл Газзаев. Что с такой игрой, с таким отношением к делу им в Америке делать нечего. Что нельзя позорить страну, и мы посмотрим, кого брать на чемпионат мира, а кого – нет.

– Может, не стоило говорить такое по горячим следам?
– Как не стоило?! Мы, руководители, – тоже люди, у нас есть определенные эмоции. И потом, игроки выступали за границей, после матчей разъезжались по разным странам, а нам надо было ехать домой. И выслушивать всё, что о нас думают.

Думаю, сильнее всего нас задела фраза, что с такой игрой в Америке делать нечего. Ни в коем случае не оправдываюсь, но когда забиваешь чистейший гол (там метра два до офсайда было), экзотический судья его не засчитывает, а после игры слышишь такие слова – наступает ответная реакция.

Шалимов:
– Думаю, сильнее всего нас задела фраза, что с такой игрой в Америке делать нечего. Ни в коем случае не оправдываюсь, но когда забиваешь чистейший гол (там метра два до офсайда было), экзотический судья его не засчитывает, а после игры слышишь такие слова – наступает ответная реакция. Я как капитан говорил, наверное, полчаса. Вспоминал все претензии, которые у нас накопились по организации дел в сборной. И пошло-поехало. Это и послужило отправной точкой конфликта. Может, не стоило так делать, надо было искать какой-то компромисс. Но молодые были, горячие…

Сёмин в 2003-м видел ситуацию так:
– Может, ничего бы и не произошло, если бы не было того непонятного разговора в раздевалке. Это ещё раз доказывает: всем, что там происходит, должен управлять только главный тренер. Никто, кроме него, не имеет права проводить собрание по горячим следам. Игроки ведь сами переживали, что неудачно закончили тот матч, в котором сыграли, полагаю, вовсе не так плохо. Надо было дать людям отдохнуть после игры, поблагодарить их за успешный итог отборочного цикла, выставить на столы шампанское. А уже через неделю, когда все успокоятся, провести собрание, где всё и обсудить. В результате футболисты совершили очень большую глупость, о которой сами теперь все сожалеют…

Игнатьев, правда, считал несколько иначе: «Припоминаю свои ощущения: как тренер я со стороны Колоскова какого-то нарочитого отсутствия дипломатии в тот момент не почувствовал». Юран добавил: «Колосков вошёл, когда мы ещё даже в душ не сходили, и, думаю, было неправильно начинать с ним спорить. В конце концов, он – президент федерации и имел право говорить так жёстко, как считал нужным. Мне кажется, ответ ребят был кем-то заранее спровоцирован».

На собственном (пусть и любительском) опыте я знаю, как после матча, тем более проигранного, обострены чувства его участников. Говорить в такие моменты на повышенных тонах – значит, добровольно запаливать фитиль. Что и произошло в Афинах.

Продолжение следует...

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 0
24 мая 2017, среда
Партнерский контент
Загрузка...
Лучший вратарь сезона в РФПЛ - это...
Архив →