Получите бонус до 10 000 рублей! Получить!
Текст: «Чемпионат»

Денис Бояринцев: я не звезда, а рабочая лошадка

Развернутое интервью хавбека столичного "Спартака" Дениса Бояринцева, рассказывающего о своем становлении в большом футболе.
1 марта 2006, среда. 14:39 Футбол

Бояринцев вполне может претендовать на звание рекордсмена «Спартака». В том
плане, что быстрее него в коллектив, сплошь сотканный из личностей, никто,
наверное, и не вливался. Уже через неделю после появления в красно-белых рядах
Денис для каждого из ребят был «своим в доску». Что уж говорить о дне
сегодняшнем: позади год совместных радостей и переживаний, украшенных переливами
серебряных медалей. И как футболист Бояринцев заметно изменился, и статус его
теперь на порядок солидней. Только вот в человеческом плане он все такой же
душевный «Бояра», говорящий с каждым на его языке.

РАБОТАЮ «ЛОШАДКОЙ»

— Денис, как понимаю, сами вы себя звездой не считаете?
— Нет, конечно. Я обычный человек, просто делающий свою работу. Я себя
скорее отношу к рабочим лошадкам. Труд очень полезный, но малозаметный.

— Получается, что вас не оценивают по достоинству ни болельщики, ни
журналисты.
­- Ну почему, болельщики вне футбольного поля ко мне всегда благоприятно
относятся. На журналистов же я особого внимания не обращаю.

— Тем не менее не обидно, что нападающий девяносто минут простоял, на 91-й
ногу подставил — он герой? А вы весь матч как проклятый по бровке носились
туда-сюда, и нигде доброго слова не найдешь.

— Ну что ж тут поделаешь, такая уж у меня профессия. Не всем же быть героями!

— Когда вы поняли, что футбол — это у вас серьезно?
— Когда первый контракт подписал, первые деньги начал получать. А до этого
он был просто любимым делом, частью жизни. На тренировки сломя голову бежал, обо
всем забывал ради футбола.

— Ну какие там деньги по первому контракту?
— В семнадцать лет подписал его с московской «Сменой», командой мастеров,
между прочим. Денег там, правда, было по тем временам — смешно вспомнить: на
проездной по городу едва хватало. Но зато там нам гарантировали поступление в
институт. Потом уж серьезней деньги пошли, когда я в «Носту» попал. Команда с
амбициями была, задачу ставила в первый дивизион выйти.

— Что испытывали, глядя, как ваши сверстники играют за команды
премьер-лиги, а вас вроде никуда и не зовут?
— Многие ребята тогда пробивались, Игорь Семшов до сих пор блистает, Любомир
Кантонистов из нашего потока остался в премьер-лиге. Я говорил себе, что у
каждого свой путь наверх. У меня он пролег через первый, второй дивизион,
значит, так и должно было быть.

— Не было желания в какой-то момент плюнуть на все и заняться чем-нибудь
другим?
— Ну как плюнуть?! У меня цель была!

— Какая?
— Вернуться в Москву, играть в московском клубе, и я планомерно шел к этому.
Мне везло, я попадал в команды, которые ставили перед собой большие задачи.
Выходил с ними из второго в первый дивизион, из первого в премьер-лигу. Работал
с хорошими тренерами, в дружных коллективах.

— Вы впервые сыграли в премьер-лиге в 25 лет. Не поздно?
— Считаю, что в самый раз. Я и личный рекорд поставил как раз в тот год:
забил 10 мячей за сезон.

— Какая команда для вас самая дорогая, если не брать в расчет нынешний
«Спартак»?
— «Носта» 1999 года по человеческим качествам там игравших мне кажется
идеальным коллективом. Удивительные отношения были. Семьями дружили, все вместе
на базе жили. Люди даже квартиры в городе снимать не хотели, лишь бы не уезжать
в базы. «Рубин»-2003 очень дружен был. Ну плюс еще достигали задуманных побед,
это ведь тоже сидит в памяти.

— Был у вас момент, когда вы думали: вот он, мой звездный час?
— Были только минутки звездные: та же бронза с «Рубином», серебро со
«Спартаком». Конечно, для «Спартака» это серебро — не тот результат, которым
стоит гордиться. Но у меня-то до сих пор и серебра не было.

— Что-то сборная России в этом ряду как-то не вспоминается.
— Ну а что сборная России? Я не скажу, что провел там какие-то яркие матчи.
Конечно, вызов в сборную всегда приятен, но какого-то особого доверия к себе я
не почувствовал. Так — на подхвате, в запасе, на заменку. Не почувствовал я себя
полезным для сборной и ничего полезного для нее не сделал.

В «СПАРТАКЕ» ПОМЕНЯЛ МОЗГИ

— В какой момент осознали, что пора уходить из «Рубина»?
— Когда меня в Москву позвали. Меня и до этого звали, но предложение
«Динамо» хотя и было заманчиво, вызывало сомнения. Прокопенко ушел, пришел
Гжебик, и все помнят, чем это закончилось. Еще на год я с «Рубином» подписал и
ждал новых приглашений. Дождался.

— Долго колебались между «Спартаком» и «Локомотивом».
— Был такой период. Оба клуба казались очень убедительными. Но «Спартак»
интересовался мной еще с лета 2004-го. Да и потом — «Спартак» есть «Спартак»! На
стороне «Локо», правда, было участие в Лиге чемпионов. Многие на меня давили,
чтобы я «Локомотив» выбрал: и родные, и футбольные люди. Поэтому призадумался.
Но я сказал себе, что «Спартак» не может долго находиться в яме. Рано или поздно
он поднимется на свое место. Не благодаря моему приходу, а по своей природе.
Слишком большая это команда!

— То есть деньги не были на первом месте?
Конечно, нет. Верил в «Спартак» — это громко прозвучит, но очень хотелось
что-нибудь выиграть с этой командой.

— Из Казани легко уезжали?
— Не сказал бы. Все-таки за четыре года прикипел сердцем. Но оттуда я бы
по-любому ушел, слишком хотелось вернуться домой.

— С Бердыевым тяжело было работать?
— Он своеобразный тренер, поэтому есть вещи, в которых с ним непросто. Это
не касается футбола, а в чисто футбольных вопросах — он очень сильный
специалист.

— В «Спартаке» вы вообще кто по амплуа?
— Уже и не знаю даже (смеется). Меня стали использовать в защите, хотя я всю жизнь в атакующий
футбол играл. Ну ничего, перестроимся в интересах команды. Главное — не забыть,
как голы забивать.

— А разве еще не забыли?
— Начал подзабывать. Самые неудачные сборы у меня в этом году: ни одного
гола не забил. Куда-то девался мой удар. Последний раз в матче с
мини-«Спартаком» забивал. Соскучился даже уже по голам.

— Из вас тренерскому штабу «Спартака» хотелось бы сделать что-то среднее
между Кафу и Роберто Карлосом. Вы сами в защите насколько уютно себя чувствуете?
— Я трезво оцениваю свои способности. Можно в определенный момент
перестроить схему, помочь сзади, но вообще защитник из меня не ахти. Навык
нужен. В атаке — там все ясно: куда бежать, куда открываться. Все же всю жизнь
этим занимаешься.

— Как сами считаете, за год вы выросли как футболист?
— В определенных компонентах, конечно, прибавил. Например, в понимании игры:
голова настроилась на более комбинационный футбол. Я так думаю, что немножко
мозги за это время поменялись. Приходится перестраиваться под спартаковский
футбол.

В ФУТБОЛЕ ДЕНЬГИ НЕ ИМЕЮТ ЗНАЧЕНИЯ

— Можете в двух словах сформулировать принцип игры крайнего полузащитника?
— В трех. Классических! Проход, подача, гол.

— Говорят, что чаще выигрывает та команда, крайний полузащитник которой
находит в себе силы сделать на один рейд вперед больше.
— Это только по старой схеме. Когда не использовали еще игры в линию, когда
был последний защитник и крайний хав играл против крайнего хава. Тогда правда
было — кто кого загонит. Тогда и в самом деле чаще побеждал тот, кто выносливей.
Сейчас при современных схемах крайние полузащитники вообще не держат друг друга.
В основном это делают крайние защитники. А они более свежие, потому что в атаку
редко подключаются. И тут уже на первый план выходит не выносливость, а некий
твой багаж финтов, умений. Черновая работа уже не на первом месте, нужно играть
более интеллектуально.

— Против кого из фланговых оппонентов сложней всего было играть в прошлом
году?
— Против Чиди Одиа сложновато. Цепкий, неуступчивый. Против Тчуйсе, потому
что он исполняет чистого защитника, грамотно играет, закрывает зоны. Больше
никто в голову и не приходит.

— Для вас деньги в футболе какую роль играют?
— В футболе — никакой. Они в жизни играют не последнюю роль.

— Если перед матчем в раздевалку заходит гендиректор и говорит: за победу
вот такие премиальные, вас это подхлестывает?
— Честно скажу, на мой настрой премиальные не влияют. Просто выходишь и
делаешь свою работу. Ты ведь не только за премиальные играешь, ты зарплату за
это получаешь. Это честно! Для кого-то, может быть, это и стимул, но для меня
нет. В Казани у нас, например, всегда после игры говорили: двойные, тройные
премиальные.

А ВЕДЬ КОГДА-ТО ПРИДЕТСЯ ИСКАТЬ РАБОТУ

— Футбольный мир — грязный мир?
— Все, что вокруг футбола, я обсуждать не берусь. Рядом с нами нормальные
люди, и моя жизнь в футболе — тоже нормальная.

— Своего ребенка в футбол отдали бы?
— Все родители говорят, что ребенок должен сам выбрать свой путь, но я с
удовольствием отдал бы его — может, не в футбол, так в хоккей. В какой-нибудь
игровой вид спорта. Для мальчика очень хорошо заниматься каким-нибудь спортом,
но именно командным. Для духа, для тела. Это надо.

— Что для вас самое неприятное в футболе?
— Банально, но это травмы. Это вообще самое неприятное, что может быть в
спорте. Из-за них ты можешь не то что некоторое время провести вне любимого
дела, но и вообще закончить с ним. Не дай Бог никому!

Поражения очень трудно переносить. Одним из самых тяжелых в моей жизни было
поражение от «Рапида» дома. В Вене мы с «Рубином» выиграли 2:0, и потом в Казани
проиграли 0:3. До сих пор внутри сидит это.

— Что тогда случилось с командой?
— Никто этого не понял. Я думал, Курбан Бекиевич тоже до сих пор объективных
причин не нашел. Такие поражения надолго выбивают из колеи.

— Когда смотрели матч «Челси» и «Барселоны», было ощущение, что вы с ними
в одну игру играете?
— Не знаю. Так смотришь, кажется — ну просто сумасшедший футбол. Но с другой
стороны, мы тоже сейчас участники Лиги чемпионов. И если на кого-то из них
попадем, думаю, мальчиками для битья не станем. Хотя футбол в их исполнении —
это что-то. Скорости, техника…

— Если вам после жеребьевки Лиги чемпионов скажут: Денис, попали мы на
«Барселону», какая будет первая мысль?
— Подумаю: интересно посмотреть «Камп Ноу», много о нем слышал (смеется). Ну а потом уже будем прикидывать, как
держать Это`О, Роналдинью…

— Когда закончите с футболом, будете играть за ветеранов?
— Надеюсь поиграть еще подольше, но мне кажется, что с футболом тяжело
расстаться. Даже когда перестану профессионально выступать, буду стараться хоть
во дворе погонять мяч.

— Представляете себя после футбола?
— На самом деле, нет. Был момент, когда я над этим задумался, и должен
сказать, что меня такие раздумья пугают. Ну, может быть, пугают — это слишком
сильное слово. Но это не самые приятные размышления.

— Уровень зарплат у футболистов в России растет, но до больших западных
клубов им еще далеко…
— Это в Европе ребята могут не думать, что им делать после окончания
карьеры. А тут, конечно, надо будет искать работу. Футбол — он сейчас дает
возможность заработать на определенные большие вещи. Купить квартиру, машину.
Построить дачу. Потом ты не будешь уже об этом задумываться, а просто станешь
зарабатывать на хлеб.

— Вы можете представить, что вам придется ходить на работу к девяти утра и
сидеть там до шести вечера?
— Ну это, конечно, чересчур. Но что делать, если дети будут просить кушать?
Разумеется, лучше поискать другие варианты, но все равно будешь и ходить, и
сидеть восьмичасовой рабочий день. А куда деваться, мы такие же люди, как и все
остальные.

КОГДА ЛЕТЕЛ С МОСТА, НЕ УСПЕЛ ДАЖЕ ИСПУГАТЬСЯ

— Многие говорят, что у Дениса Бояринцева золотой характер. А на самом
деле он у вас какой?
— Простой, даже чересчур простой. Добрый я. Неконфликтный. Хочется всегда
углы сгладить. Не люблю я ссоры всякие. Если кто-то мне не нравится, просто не
буду общаться, и все.

— Но постоять за себя способны?
— Бывает. Когда перегиб какой идет, могу и вспылить.

— Есть вещи, которых вы боитесь?
— Только дурак ничего не боится. Есть определенные вещи, которые внушают
страх. Если не за себя, то за кого-то другого боишься. На поле не страшно, а в
жизни… Сложный вопрос. Первый раз мне такой задали.

— Когда последний раз вам было страшно?
— Когда была реальная опасность, я просто не успел испугаться. В Казани я
попал в аварию и долго-долго летел на машине с моста в реку. Потом осознал, чем
могло все кончиться, и стало страшновато. Бог отвел. Зато через три дня два гола
первых забил в премьер-лиге «Ростову». Подумал после этого: кончилась черная
полоса.

— У всякого человека есть мечта. Наверное, вы не исключение?
— Хочу построить футбольный центр, чтобы маленьких детей тренировать. Даже
не обязательно его за счет спонсоров строить, можно с помощью наших префектур,
они же вкладывают деньги в массовый спорт. У нас ведь нет почти площадок, где
детям играть. Хотя в той же Турции едешь на автобусе, смотришь: повсюду поля
искусственные. Кинули ковер шестьдесят на сорок метров — что еще детям надо?!

— А вы кем в этом центре?
— Обычным детским тренером. Я не претендую на высокие должности. Были бы
условия, работал бы с ребятишкам, лепил бы из них.

— Вы ведь до сих пор со своей школой связь поддерживаете.
— Да, я ведь учился в трех школах. Нет, меня не выгоняли (смеется). В одной — с
первого по третий класс, потом (с четвертого по девятый) в школе № 1148 все
футболисты в одном классе. Я туда недавно ездил. И с девятого по одиннадцатый —
в школе № 335 спорт-класс был. Надо туда еще заехать будет, там директор очень
хороший.

ДОСЛОВНО

— Мне очень понравились наши девочки-биатлонистки. Обаятельные. Я Олимпиады с
детства смотрел и всегда очень хотел в хоккее в воротах стоять.

ШТРИХ К ПОРТРЕТУ

— Машина в вашей жизни какое место занимает?
— Автомобиль — лишь средство передвижения. Не больше. Конечно, хочется,
чтобы оно было надежное и удобное, но за престижностью я никогда не гнался.
Всегда хотел попробовать внедорожник, сейчас возможность появилась, и я взял
«Туарег». Большая машина, очень удобная зимой, за город ездить. Пока нравится. У
нас в команде солидный автопарк, трудно кого-то чем-нибудь удивить. Если только
на «Ламборджини дьябло» подъехать.

— Кто быстрее ездит: вы или Алексей Зуев?
— Зуев, конечно. Я с ним, наверное, никогда больше не поеду, очень опасный
ездок. А он от меня, наоборот, плюется: «Что так медленно ездишь?» Я
спокойненько, в своем ряду. Хотя это от настроения зависит. Бывает, с базы
едешь, хочется быстрее уже домой попасть, ну и несешься. А бывает, что встанешь
в середине, и потихоньку.

— Двести долларов для вас — это много или мало?
— Смотря на какой период. Если на один день, то нормально (смеется). Если на месяц, то
мало. На двести долларов я могу долго прожить. С учетом того, что питаюсь на
базе, никуда особенно не хожу. Неделю спокойно продержался бы. Много ли мне
одному надо?

— То есть от жизни простого народа вы не оторвались?
— Я и сам простой. Ни на какие модные тусовки я не хожу, презентации всякие
не посещаю. Можно, конечно, с друзьями выбраться посидеть, но это не так часто
бывает. По молодости ходил по клубам, особенно когда в чужом городе жил. Делать
было нечего, вот и болтались, чтобы день быстрее пролетел

— Сейчас вы как свободное время проводите?
— Дома сижу. Не так много этого свободного времени остается. После
тренировки домой еду, с родными общаюсь. Иногда в кино могу сходить или в лес с
собакой погулять.

— То есть вы не плейбой, а примерный семьянин?
— Я очень семейный, домашний человек. Для меня самое лучшее
времяпрепровождение — с семьей.

— Так почему же домашний человек Денис Бояринцев до сих пор не женат?
— Не знаю. Наверное, потому что не готов пока к этому, надо немного
подождать. А может, и не надо… Я считаю, что всему свое время. Когда пойму, что
пора, сразу женюсь. Вообще я не люблю разговаривать на эту тему, очень уж она
тонкая.

— Телефоны мобильные часто меняете?
— Только когда с моим мобильным что-то случается: ломается или теряется. У
меня брат специалист, он подсказывает, какой лучше взять, я сам не очень
разбираюсь в этом вопросе. Я ни в чем не гонюсь за модой. Ручные игровые
приставки «Playstation» кто-то в команде приобрел, и все сразу бросились
скупать. У меня такого, чтобы бежать куда-то искать модную вещь, нет.

— Ни разу не случалось, чтобы увидели что-то и поняли — хочу вот это?
— Когда портативные DVD-проигрыватели вышли, я сразу купил. Но это просто
удобно было. Чтобы не таскать с собой большой ноутбук, а иметь возможность
посмотреть кино в полете или на сборах. Я и в вещах такой же неприхотливый.
Только по необходимости что-то покупаю. Одежду в самых обычных магазинах
выбираю.

БЛИЦ

— Всем самым лучшим во мне я обязан…
— Маме и ее папе, моему дедушке. Мама все время старалась отдать меня в
развивающие школы. Я даже в музыкальную ходил, на металлофоне играл. Дедушка
вообще везде со мной носился. И на тренировки, и по театрам… Говорил: будешь
большим футболистом, стану сумку за тобой таскать. А я тогда еще совсем пацан
был. К сожалению, он не дожил до сегодняшнего дня.

— Был ли в вашей карьере матч, после которого очень не хотелось появляться
в раздевалке?
— Их несколько таких было. Все тот же злополучный в Казани с «Рапидом».
Прошлогодний — с ЦСКА в «Лужниках». Очень обидно, мы вели после первого тайма и
уступили. Хотелось куда-нибудь под ковер искусственный от стыда залезть, чтобы
меня не видели.

— Я верю (не верю) в теорию Дарвина, потому что…
— Я не верю. Потому что такого просто не могло быть. Сто процентов! Ну как
мы могли от обезьяны произойти?! Нереально это. И то, что мы на них похожи, меня
не смущает. На медведей мы тоже похожи: две руки, две ноги, но про них же никто
не вспоминает.

— Какую фразу вы чаще всего говорите судье на поле?
— «Ну това-арищ судья!!!» Самая излюбленная фраза. Причем с тремя
восклицательными знаками. Но вообще я стараюсь с судьями не общаться.

— Каким героем из какой советской комедии вы хотели бы быть?
— Долго можно думать над этим вопросом. Наверное, никаким. А вот сняться
было бы интересно, тем более опыт есть. Кстати, на мартовские праздники обещают
показать сериал «Парижане», в котором спартаковцы снимались.

— Кто будет играть в финале чемпионата мира и чем это закончится?
— Рискну предположить, что это будут Бразилия и Украина. Счет до последних
минут продержится 0:0, и победный гол забьет Калиниченко. В ворота Бразилии
забьет, естественно.

— Как часто вы думаете о женщинах?
— Тут у меня есть хороший ответ. Об одной думаю постоянно. Так и напишите.

— Идеальный отдых — это…
— За городом на даче шашлыки с друзьями. Пляски у костра до утра.

— Какое самое заманчивое предложение вам делали в прошлом году?
— Самое неожиданное было — предлагали заняться моим пиаром. Я посчитал, что
мне это не надо, и отказался. Все же мы не поп-звезды, у нас другая область.

— Три желания для золотой рыбки?
— Я не верю в сказки, человек сам своим трудом должен осуществить свои
мечты. А иначе можно эту рыбку всю жизнь прождать. Но если бы такая ко мне
приплыла бы, пожелал бы здоровья своим родным и близким.

Источник: Футбол. Хоккей Сообщить об ошибке
Всего голосов: 0
17 октября 2017, вторник
Партнерский контент