Иван Таранов
Фото: Александр Мысякин, «Чемпионат»
Текст: Дмитрий Егоров

Таранов: мой «Мерседес» сжёг «родственник» Че Гевары

Капитан «Крыльев Советов» — о счастье и разрухе в Самаре, шутках над молодым Акинфеевым и том самом матче с «Тереком».
10 февраля 2016, среда. 09:00. Футбол
К 22 годам Иван Таранов выиграл пять титулов: два чемпионата (2005, 2006), два Кубка России (2005/06, 2007/08) и один Суперкубок (2007). Но главным достижением в своей карьере действующий капитан «Крыльев Советов» считает прошлогоднюю победу в ФНЛ.

«Самолёт начал уже вроде отрываться от земли и вдруг стал тормозить…»


— После года в ФНЛ Премьер-Лига смотрится иначе?
— Премьер-Лига становится равной. Если раньше было заранее понятно, что определённые 4-5 команд будут бороться за выживание, то сейчас вообще не предугадаешь.

— В чём причина выравнивания?
— Кризис в стране. Шучу, конечно. Уровень футбола вырос, наверное, вот причина. Хотя опять же: в шутке есть и правда. Больших денег, которые раньше водились в немосковских командах, уже нет. Люди цепляются за место работы, зубами вгрызаются.

— Я правильно понимаю ваш намёк: если твой клуб вылетает в ФНЛ, то живётся там уже не так хорошо?
— В большинстве клубов да. Вы сами видите, что с некоторыми командами происходит. Пропадают они. Сейчас возможность играть в Премьер-Лиге – на вес золота.

— Цепляются «Крылья» неплохо. В последнем туре перед перерывом, например, проиграли «Спартаку» 0:1, но Лория и Яхович выделили именно этот матч: команда играла первым номером, атаковала…
— Да, играли хорошо. Но лично для меня лучше невыразительная игра и победа в итоге. Вот с «Зенитом» и ЦСКА и играли хорошо, и победили. Такие матчи запоминаются, и к такой игре нужно стремиться. Матч в Москве – это вообще что-то особенное. Долго не могли вылететь из Самары, потом этот утренний рейс – не выспались, но нашли в себе силы и смогли раскрепоститься.

— Повод для раскрепощения был серьёзный.
— Со стороны всё было как обычно. Расселись по местам, пристегнули ремни, самолёт разогнался, начал уже вроде отрываться от земли и вдруг стал тормозить. Жутковато было в тот момент. Только потом, когда рассказали о технических неполадках, возникла мысль: хорошо, что пилот принял правильное решение и мы не взлетели…

— В ФНЛ летать приходилось куда чаще. Без эксцессов?
— В этом плане всё нормально. Да ещё и страну посмотрел. Были, например, спаренные матчи Сахалин — Владивосток – так мы целую неделю прожили в другом часовом поясе и закончили всё это победой над «Лучом». Владивосток, кстати, очень изменился за последние годы. Стал чище, новые симпатичные здания появились – ощущалось какое-то преображение. Конкретно сложно описать, но общее впечатление положительное.

— Другие города России тоже преображаются?
— В большинстве — нет.

— Неожиданно.
— Но это правда. Надеюсь, к чемпионату мира что-то изменят. Дороги, улицы. В том числе и в Самаре.

— Один из футболистов сравнивал самарские дороги с застывшим морем: «Будто волны асфальтовые».
— Ничего не буду говорить. Просто буду надеяться на чемпионат мира и светлое будущее города.

— После вылета «Крыльев» из Премьер-Лиги именно вашу фамилию на «Металлурге» встречали гулом. Так было на старте сезона в ФНЛ.
— Да, не без этого.

— Как меняли ситуацию?
— Да кроме игры ничего не изменит. Сначала даже в отличную погоду на нас мало болельщиков ходило, а как начали выигрывать, то и в снег стадион заполнялся.

— И всё-таки в чём причина недопонимания с фанатами?
— В вылете из РФПЛ. Кому это приятно? Никому. Другое дело, когда все винят только тебя. Болельщиков задела какая-то фраза… Есть недоброжелатели, которые цепляются за каждую мелочь и потом конфликт раскручивают. Хотя ссоры не было, было недопонимание.

— Но прошла тогда и фраза из серии «ваши ожидания – ваши проблемы».
— Это выдернутая фраза. И я мог неправильно выразиться. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Но имел в виду, что болельщики и команда – они вместе, одно целое. Нам самим очень неприятно было проигрывать, но очень задевало отношение некоторых фанатов к команде. В самые трудные времена нас поливали грязью. Кому это понравится? Мы сами, что ли, не понимали, в каком положении находимся?! Все ребята знали, что Самара – единственная из периферийных команд, которая никогда не вылетала. Нам очень важно было остаться. И хотелось слышать поддержку, а не смех и гул.

— За восемь лет в «Крыльях» вы в разных ситуациях оказывались. Были и эпизоды, когда вас очень любили.
— В 2010-м, когда с «Зенитом» в последнем туре вничью сыграли и спаслись. Прилетели из Питера, нам подали автобус к трапу, потом отвезли в «МТЛ-Арену», посадили в зал, началась автограф-сессия. Люди нас на руках носили, а я не понимал их огромной радости!

— Как это?
— Ну хорошо, мы остались в РФПЛ. Но разве в этом наш успех?! Сезон был таким, что за голову нужно было хвататься и думать: как сделать, чтобы такое никогда не повторилось!
Иван Таранов
Фото: Денис Тырин, «Чемпионат»

Иван Таранов


«Коллер так громко дышал в спину, что казалось вот-вот упадёт»


— Почему вы оставались в «Крыльях» все эти годы?
— Восемь лет. Приличный срок. Но вы наверняка знаете, какая судьба была у команды. Долги, разруха. Вся команда разбегалась в 2009-2010 годах после ухода Леонида Слуцкого. Когда команду принял Юрий Газзаев, уже были финансовые проблемы, задолженности.

— И вас это не смущало?
— Нет. Деньги, финансы далеко не на первом плане были. В 2008 году после нескольких первых матчей — череда травм. Почти весь год то лечился, то сидел на лавке. Когда начался кризис, стало ясно, что многие ребята расходятся, команда остаётся в Премьер-Лиге, я могу набирать форму. Вот и вся логика. Деньги не интересовали и когда из ЦСКА уходил. Там всё было хорошо с контрактом, но я совсем мало играл. А тут позвонил Слуцкий, обрисовал интересную картину.

— Красивую?
— Да. С серьёзными задачами: попаданием в шестёрку, играми на Кубок УЕФА. Когда футболистов назвал, то вообще все сомнения отпали. Андрей Тихонов, Иржи Ярошик, Олег Иванов — большинство ребят знал лично. В такой команде очень хотелось себя попробовать. Коллектив в то время был лучшим в моей карьере.

— Кто поражал?
— Коллер. Вот по Яну были сомнения, кстати. Честно говоря, думал, что он приехал заканчивать карьеру и будет халявить.

— Халявил?
— Нет. Коллер — просто человек-автомат. Уже на первых тренировках я увидел, как от него всё отскакивает в ворота. Ян рубился на все сто. Но самое интересное – беговая работа. Представьте: все футболисты не любят кроссы, занятия без мяча на скоростную выносливость. Мучаешься, тебе тяжело, но зато всегда знаешь и слышишь, кому точно хуже. Коллер ведь астматик. Он так громко дышал в спину, что казалось вот-вот упадёт. Но сквозь слёзы и пот Коллер всегда выполнял любое упражнение на максимуме – это удивляло и мотивировало.

— Что об Андрее Тихонове скажете?
— Я его с детства знаю. В том смысле, что смотрел, как он играет, представлял, какой он человек, – и не ошибся. Тихонов хороший, отзывчивый, доброжелательный.

— Он – «Спартак», вы – ЦСКА. Это уже повод для шуток.
— В таком хорошем коллективе обидных шуток просто не могло быть. Нам было интересно вместе: мы выезжали семьями на футбол, на рыбалку. Тиша был наравне со всеми, с молодыми пацанами, все к нему прислушивались и уважали.

«Матч с «Тереком»? Провалы бывают у всех»


— Примерно такими же словами обычно описывают Леонида Слуцкого.
— Для меня было неожиданностью, насколько просто Леонид Викторович мог найти язык с любым футболистом. Он никогда не ставил себя выше другого человека и мог казаться тебе другом, но в какой-то момент давал понять, кто здесь тренер. Такие отношения были очень комфортными.

— Когда стало понятно, что хорошее заканчивается?
— Когда перестали платить. Вот так мы и сидели. Ждали. Ладно я, у меня на тот момент ещё не было детей, но каково было взрослым игрокам? У них семьи, дети, строительство запущено, кредиты.

— Как раз в тот период и состоялся тот самый матч с «Тереком». Весь второй тайм вы играли в центре обороны.
— Почему именно этот матч так обсуждают? Да, кому-то он мог показаться странным. Но на тот момент «Крылья» в случае победы выходили на лидирующие позиции в таблице. Просто где-то что-то не получилось.

— Не получалось тогда у Шамиля Лахиялова в основном.
— Он мог стать лучшим бомбардиром Премьер-Лиги, наверное. У меня нет объяснений произошедшему. Провалы бывают у всех…

— Ажиотажа добавило сожжение вашей машины через некоторое время после того матча. Горячие эксперты начали проводить параллели, хотя потом оказалось, что история вообще в другом.
— Я тот «Мерседес» даже застраховать не успел.

— Почему не успели?
— Ситуация в клубе такая была. Непонятная. Не знал, сколько ещё нас будут с финансами «качать». Тогда я уехал домой в Прохладный с женой. В Самаре остался брат жены. В общем, ночь, всё нормально, я сплю, и тут звонок: «Ваня, твоя машина горит».
— Ваша первая реакция?
— Рано утром надо было уезжать в Краснодар, и я подумал: «Ну вот, вся ночь испорчена». Машина – ладно. Это просто металл. Главное, что все остались живы-здоровы. Юрист наш ходил на суд, там показали запись с камер наблюдения: подходит парень, брызгает пару раз из канистры – и всё, конец. Вряд ли это бензин был. Что-то похлеще, наверное.

— Ещё была какая-то сумасшедшая история, что ответственность на себя взяли члены националистической группировки.
— Ну так и было, наверное. Не знаю, правда, как это точно назвать. Короче, «родственник» Че Гевары поджигал.

— Кто?
— Да это я его так называю. Был юбилей Че Гевары, и этот парень пошёл сжигать все дорогие машины по городу. Семь штук успел, пока не поймали.

— К «Крыльям» это не имело отношения?
— Надеюсь, что нет. В любом случае такие вещи радости не добавляют, но я на них стараюсь не зацикливаться и эту историю вспоминаю только тогда, когда про неё спрашивают.

— В то время вы играли с Евгением Савиным. Он теперь комментатор и шоумен.
— Да, на мой взгляд, это его! Узнаваемость, известность, юмористическая направленность – Жене удалось попасть в свою колею. Пользуясь случаем, хочу пожелать ему удачи, процветания. Сава всегда любил большие города, кстати. Он ведь в Питере живёт! Это вот тоже его. Хотя меня этот город не привлекает – холодно там, хмуро.

— Странно слышать от сибиряка.
— Да какой я сибиряк? В два месяца меня перевезли в Кабардино-Балкарию. Вот где настоящая родина.

— Мальчик со славянской внешностью в Кабардино-Балкарии. Каково это?
— Никакого национализма жестокого не было. Тем более в республике, где много русских. Не то что мой Прохладный — даже Нальчик был очень русским городом. Сейчас многое поменялось, местных стало больше, но мне лично жить даже проще стало. Люди знают, с уважением относятся, как и ко всем спортсменам.

— Как из маленького города Прохладный попасть в основу ЦСКА и дебютировать за клуб в 16 лет?
— Во-первых, папа – футбольный тренер. Что-то получалось, амбиции были серьёзные, пришлось уезжать из Прохладного в Новороссийск. Меня пригласили из «Черноморца» — и я быстренько собрался. Учился там, играл – и поступило предложение из ЦСКА. Уже в Москве Игоря Акинфеева, меня, Сергея Самодина и Рената Янбаева начали подтягивать к основной команде.
Иван Таранов
Фото: Александр Сафонов, "Чемпионат"

Иван Таранов


«Акинфей как ни встанет в ворота – всё в руки летит»


— С Акинфеевым дружили?
— Он играл на год старше, за 1985 год. Но подружились с ним уже в юношеской сборной. Забавно, он уже в 15 лет от ворот добивал мяч до чужой штрафной. Так мы этим пользовались. Представляете: защитники соперника такие расслабленные, а тут мяч им за спину летит, и наши нападающие рвут в зону. Забивали так, работало!

— Акинфеев сильно изменился?
— Мы с ним встречались во втором туре, на открытии чемпионата в Самаре. Так получилось, что вместе сидели на допинг-контроле, разговорились, много чего вспомнили. Игорь не изменился. Он всегда был очень простым, доброжелательным парнем.

— Расскажите одну из никому неизвестных историй.
— Играли юношеский турнир в Италии. Нам выдавали суточные, порядка 70 евро. Неплохие деньги, кстати, сейчас. Ну все ребята по-разному их тратили. Многие в кафешки ходили, а вот Акинфеева и Макса Потапова, вратаря из «Локо», не было. Как-то дали время погулять по городу. Ну, мы куда-то заглянули, вернулись, уже собрание начиналось. И тут заходят двое: в джинсах, джинсовых куртках, солнцезащитных очках. Сразу видно, в Италии были, «примоднились», пижончики. Ещё Потап всегда говорил: «Акинфей как ни встанет в ворота – ему всё в руки летит. А если я выхожу – на тебе по девяткам». Макс про Игоря говорил, что тот с бабкой ездит на матчи: «Почему мяч постоянно в тебя попадает, тебе даже прыгать не надо?!».

— Вот тут уж точно с годами ничего не изменилось.
— Но это не мистика, конечно. Талант, выбор позиции.

«Для Газзаева ты либо всё, либо никто»


— Вы дебютировали за ЦСКА в 16 лет. Это был матч на Кубок РФПЛ с «Зенитом».
— Да. Правда, Газзаева не было. Он только на ответку приехал. Но потом вернули в дубль, забыли, никто ничего не объяснял. Я всерьёз обижался на тренера.

— Обижаться на Газааева, когда тебе 16, – это сильно.
— Газзаев очень хорошо относился к молодым, на самом деле. Вот как он доверял Березуцким? Что бы ни говорили – ставил их в состав, и они прибавили. Молодых было много, и они становились сильнее после тренировок и сборов.

— Так на что вы обижались?
— Непонятно было, почему взяли в основу, а потом перестали вызывать на тренировки. Подход был таким: молодой, сиди и молчи, а лучше получай удовольствие, что тебя вообще к команде допускают.

— Так вы пропустили 2005 год, когда ЦСКА выиграл Кубок УЕФА. Салугину, например, повезло больше.
— Это вы у Саши спросите, сколько он усилий к этому приложил. У меня тот период, правда, был какой-то сумбурный. Сидел, дулся, обижался, потом опять внезапно вызвали, дали шанс. Я только сейчас понял Газзаева – он хотел лучшего для нас, поэтому так воспитывал. Жёстко, зато если заслуживал доверие, то не было в мире человека лучше Газзаева. Если ты в обойме – ты его человек. Это стопроцентное доверие. Если не доказал – ты никто. В один момент он просто может тебя не заметить, как будто забыл.

— Доказывать в том ЦСКА было сложно.
— Да, команда горячая. Помню, Вагнера привезли. Такой он был вальяжный, на шарнирах. И тут первый матч – выходит на замену в игре с «Нефтчи», обыгрывает всех, кладет с левой и бежит к фанатам. Я подумал: «Ну всё, это серьёзно»! Карвалью сумасшедший был вообще – что только ни творил своей левой. На тренировках они, конечно, не убивались. Веселились. Финтили, любили между ног всем «засунуть».

— Прыгали им в ноги?
— Прыгали, конечно, пока Газзаев не видит. Но самое главное, что Вагнер и Карвалью получали удовольствие от того, чем занимались. Они делали всё, как умели, и плевать хотели на всё, что говорят со стороны.

— Вы чувствуете себя причастным к тем победам?
— Честно? Нет. У меня хоть и числится всё это — чемпион России там и так далее, но… Я что-то почувствовал только однажды. Был 2006 год, финал Кубка России со «Спартаком». Карвалью получил травму, я вышел на 56-й минуте, мы выиграли 3:0. Вот тогда я мокрый, потный, получал медаль и чувствовал себя по-настоящему счастливым. С тех пор что-то подобное испытывал лишь однажды – когда мы выиграли ФНЛ.

— Победа в ФНЛ? Это действительно было важно?
— Это точно лучше, чем мучительное спасение в РФПЛ: когда нет ни игры, ни настроения.

— Что будет с «Крыльями» в 2016-м?
— Думаю и надеюсь, что в этот раз всё будет хорошо.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 97
9 декабря 2016, пятница
Кто вас больше разочаровал в этом розыгрыше еврокубков?
Архив →