Пауло Энрике Гансо
Фото: Gettyimages.ru
Текст: Сергей Титов

Гусь хрустальный. Друг Неймара, которого называли новым Зиданом

Этим летом «Севилья», участница Суперкубка УЕФА, приютила у себя Гансо – человека, которого ещё недавно называли новым Зиданом.
9 августа 2016, вторник. 14:00. Футбол
Знаете, что такое романтика бразильского футбола? Это не только звёзды, которым аплодировал «Сантьяго Бернабеу», когда те играли за «Барселону»; не только бомбардиры чемпионатов мира, чью ужасную причёску копировали во дворах – только потому что это Роналдо. Обычно романтика – это не только то, что нас восхищает, это ещё и разбитые судьбы. Красиво разбитые, если слово «красиво» здесь уместно. Романтика бразильского футбола – она в тех парнях, которые переносят дворовые трюки на поле, которыми все восхищаются, и которые потом отказываются от футбола в пользу чего-то, что им больше нравится. Как Венделл Лира, забивший лучший гол 2015 года, а потом ушедший в киберспорт.

Романтика бразильского футбола – это Керлон. Безумно одарённый парень, придумавший жонглировать мячом на голове, как тюлень (его трюк даже прозвали «фокинья» – «фока» по-португальски «тюлень»), а потом получавший безжалостные удары ногами в грудь от жестоких бразильских защитников. Это Марселиньо, который красил волосы во все цвета радуги, бегал с громадным животом, кутил, но на угловых и штрафных был неподражаем. И это Гансо – он передвигается по полю со скоростью неспешного пешехода, долго высматривает варианты для передачи, вытягивая свою длинную шею (на то он и Гусь), а потом рождает в своём мозгу гениальную передачу.

Их романтика не в том, что они держали марку всю карьеру, как Пеле, не возили всю защиту соперника с одним глазом, как Тостао. Их романтика – быть художниками одной вспышки, которые нарисуют одно гениальное полотно и могут не париться о дальнейшей жизни. Они дрейфуют в своём море, они жутко зависимы от настроения, съеденной пищи или статуса матча. Они – скорее дворовые футболисты по своей сути. Те, которые приходят на коробку просто повалять дурака, поиграться. Те, которые приходят за удовольствием, а не за победой.

И да, они раздражают болельщиков своими хождением по полю, обжорством, ленью, желейностью. Но ради одной резкой вспышки, ради финта, который хочется разучивать во дворе, ради гениального паса – им можно простить всё. И им прощают всё.

Как минимум до этого лета Гансо точно был художником резкой вспышки. Он пробился в «Сантос», оттачивая навыки в мини-футболе и не обращая внимания на врождённую болезнь (Гансо не рос, его мама бегала по району, поднимая всех врачей, и лекарства помогли Пауло Энрике стать таким, каким мы его знаем – высоким, длинношеим и худющим). В 17 лет Гусь впервые сыграл в основе «Сантоса». В 18 – подписал контракт с 50 млн евро отступных. Потом в команде появился Неймар, который стал для Гансо не просто другом: «Мы не лучшие друзья. Мы братья». Эта сладкая парочка действительно дрейфовала в своём море – Гансо отдавал шикарные передачи, всякий раз шевеля своим серым веществом по-новому, Неймар забивал, а потом вместе они дурачились перед камерами, болтались по городу, подшучивали над остальными. В их социальных сетях было столько совместных фотографий, что казалось, будто других людей для Неймара и Гансо не существует.

А потом их дружба получила обычный, жизненный поворот. Один вёл себя как звезда, играл, как звезда, и обсуждал только варианты с топ-командами. А другой оставался вариться в собственном мирке, превращаясь из гения в обузу. Интерес к нему приписывали «Милану», «Лацио», «Интеру», и всякий раз Гансо отмазывался от темы одинаково: «Всё должно быть постепенно. Я не хочу форсировать события». Поводов была масса – не только Неймар рядом, но и постоянные травмы, из-за которых Гансо не играл, прослыл хрустальным, и проваленные матчи. Не секрет ведь, что Гусь очень разочаровал весь мир, когда приехал с «Сантосом» на клубный чемпионат мира. Все говорили о Неймаре – никто не говорил о нём.

Кончилось всё тем, что Неймар подписался-таки с «Барселоной», рассорившись с другом. А Гансо поехал не в европейский клуб, а в «Сан-Паулу», за деньгами и рекламными контрактами. Граффити с изображением Гуся на базе «Сантоса» закрасили голубым цветом, а на одном из выездов его закидали монетками. Типичная история непонятого гения.

В Бразилии к Гансо и сейчас относятся так же, как осенью 2012-го, после перехода в «Сан-Паулу». Одни говорят про его лень, плохой имидж (там до сих пор не забыли, как Гансо отказался раздавать по детдомам пасхальные яйца со словами «Мне религия не позволяет»), своенравность и желание жить в тепличных условиях (последний пункт с этого лета вычеркнут). Повторяют за Кларенсом Зеедорфом, который поиграл в Бразилии, потом приехал тренировать в «Милан» и отметил медлительность Гансо. Другие утверждают, что Гансо – всё тот же непризнанный художник. Он действительно не летит по полю электричкой, но ему это и не нужно. Главное – играть, будто в руке пульт от матча, а палец зажат на кнопке «Пауза». Будто он затормаживает защитников, будто свои умные передачи и сольные проходы – те самые вспышки художника – он не рождает за миллисекунды, а тщательно готовит, вымеривая всё невидимой линейкой. Именно за это Гансо и сравнивали с Зинедином Зиданом – с ним он сегодня, по законам кинолент, обязан встретиться глазами.


Он чуть-чуть изменился с той поры, когда его ждали в главных клубах Европы. Медики «Сан-Паулу» поставили Гансо на ноги, искоренили его травмы, из-за чего Гусь не только перестал быть хрустальным. Он избавился от привычки беречь свои колени, и последствия от этого отразились на цифрах – Пауло Энрике отыграл за четыре года больше всех матчей за клуб, чем кто-либо ещё. Изменилась и позиция Гансо на поле – он чаще стал орудовать атаками из глубины, отходя чуть ли не к центральным защитникам. Его статистика чуть хуже, чем раньше, но Гансо по этому поводу совсем не парится.

Он перестал быть игрушкой агентов – это они заманили Гуся в «Сан-Паулу», купив права на него и управляя им, как марионеткой. В Бразилии даже вывели закономерность – когда Гансо утратил зависимость от агентов, он вновь начал возвращаться на тот уровень, который демонстрировал в «Сантосе», имея рядом Неймара. Он эволюционировал, стал сильнее – не смотрите, что двигается так же мало.

Как я провёл это лето. «Севилья»

Этим летом самый домашний талант Бразилии за последние годы решился-таки на перелёт через океан. Получивший работу в «Севилье» Хорхе Сампаоли, знаток южноамериканского футбола, быстро сообразил, что к чему, и пообещал вылепить из Гансо второго Андреа Пирло. На то и ученик Марсело Бьельсы – тренер совершенно сумасшедший, играющий так, как в мире осмелятся единицы. В его лаборатории Гансо может стать звездой и принести пользу «Севилье». Возможно, не сегодня – к испанской команде и видоизменённой манере игры нужно привыкнуть – но этот бразильский художник заставит говорить о себе в полный голос.

И да, быть романтичным художником – это здорово. Но запомниться болельщику таким, без регалий и наград – значит получить приз зрительских симпатий за проваленную карьеру. И тут бразильцам, техничным и превращающим футбол в карнавал, нет равных – тот же Керлон спускался до третьего японского дивизиона, а Леандро Дамиао, считавшийся в Бразилии бомбардиром от бога (помните такого?), закрепился в «Бетисе» всего-то на три матча. Кому-то повезло больше, кому-то меньше – но все такие закончили одинаково.

Чтобы из простого художника превратиться в звезду, нужно наступить себе на горло, подняться на уровень выше и искоренить то, за что тебя критикуют. Три года назад это сделал Неймар, эволюционировав в «Барселоне». Теперь справляться нужно Гансо, его бывшему брату.

Превращение будет сложным, но Гансо ещё покажет нам, что способен стать звездой.

Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 89
3 декабря 2016, суббота
2 декабря 2016, пятница
Разгром "Спартака" в Самаре - это...
Архив →