Олег Лысенко
«Карпин меня понял». Как именитого испанца занесло в «Томь»
Как бывшего игрока «Ливерпуля» и сборной Испании занесло в бедную «Томь»? Нетривиальная история Альберта Риеры – из первых уст.
Футбол / РПЛ 0

Он выигрывал с Это’О Кубок Испании, делил раздевалку «Ливерпуля» с Джеррардом и привлекался в лучшую сборную Европы, а теперь проходит просмотр… в «Томи».

Что привело его в последнюю команду РФПЛ, с неясными турнирными и ещё более смутными финансовыми перспективами, излагает сам Риера. Несмотря на оригинальный формат – живому телефонному разговору Альберт предпочёл переписку в WhatsApp, – беседа получилась на удивление содержательной. Балеарский пилигрим, за плечами которого шесть стран, не считая родной Испании, и вдвое больше клубов, не отделывался односложными банальностями и был, как мне показалось, весьма откровенен.

«В 34 года не бывает шагов ни вперёд, ни назад»

— Итак, что Альберт Риера забыл в «Томи»?
— До прошлого лета я был играющим спортивным директором в Словении. Когда этот опыт подошёл к концу, понял, что хотел бы ещё продлить карьеру – на более высоком уровне и в месте, где смогу получать удовольствие от футбола. Думаю, на пару лет выступлений меня ещё хватит. В 34 года важен комфорт, поэтому Болгария, Таиланд, Финляндия – это не то, что мне надо и что я ищу. Россия – другое дело. В вашей стране я ещё не играл, но, насколько могу судить, здешний чемпионат сопоставим по уровню с турецкой лигой, а от неё у меня остались наилучшие воспоминания.

— Но почему «Томь»?
— Случайность! Это началось в ноябре. «Томь» первой узнала, что я нахожусь в России, и дала возможность тренироваться с командой. Мне сказали, что если клуб урегулирует вопросы с федерацией, я смогу присоединиться к нему. И вот я здесь, в Турции, жду, чем разрешится ситуация. Понимаю, что в России плохо представляют, на что я способен в своём нынешнем состоянии. Постараюсь показать свой уровень в «Томи», а там будет видно. Возраст – точно не помеха. Физически чувствую себя прекрасно – на протяжении карьеры бог миловал от тяжёлых травм. А годы – это прежде всего ценный опыт.

— Не расцениваете последнюю команду РФПЛ как шаг назад в карьере?
— В 34 года не бывает шагов ни вперёд, ни назад. Карьера уже состоялась. Я не ищу ни денег, ни прогресса. Просто стараюсь наслаждаться футболом, помогая своим товарищам – так же, как в своё время старшие ребята помогали мне.

— Другие предложения из России поступали?
— В прошлом сезоне был разговор со спортивным директором клуба из Самары, но без конкретики.

В прошлом сезоне был разговор со спортивным директором клуба из Самары.

— Наслышаны об экономических проблемах «Томи»?
— Меня это не беспокоит. Игроку в моём возрасте ни один клуб не предложит много денег. Я здесь не ради заработка. Единственное, что меня интересует, это возможность играть и демонстрировать, что я по-прежнему в порядке. Надеюсь, «Томь» решит свою проблему с федерацией и сможет совершать трансферы.

— Холода и длительные перелёты тоже не пугают?
— Нисколько. Всё это мне уже хорошо знакомо.

— А чемпионат России?
— Краем глаза следил за ним и раньше, а с сентября прошлого года основательно погрузился в тему – смотрел всё подряд.

— И как впечатления?
— Разные. Сложный чемпионат, особенно когда играешь на выезде, но интересный. Общий уровень достаточно высокий. Единственное, что оставляет желать лучшего, – ритм игры.

— Знаете испанцев, работающих в российском футболе?
— Только группу физиотерапевтов ЦСКА, с которыми работал в «Ливерпуле».

— Хотели бы завершить карьеру в России?
— Мне никогда не нравилось слово «заканчивать».

На данном этапе я хочу играть в России, потом увидим.

«Спартаку» отказал из-за чемпионата мира»

— Правда, что семь лет назад вы отказали «Спартаку»?
— В тот момент оставалось четыре месяца до Кубка мира, и я понимал, что в случае переезда в Россию лишусь возможности попасть в сборную Испании. Это было исключительно спортивное, а не денежное решение, как писала русская пресса и как поначалу полагал Карпин. Я с большим уважением отношусь к Валерию — иначе не согласился бы перейти к нему в «Мальорку». Я объяснил Карпину своё решение, и он меня понял.

— А тогда, в 2010-м, разговаривали с Карпиным?
— В тот момент — нет. Вокруг крутилась масса агентов, которые просили комиссионные за свои услуги. Но я ни с кем и никогда не говорил о деньгах. Я просто хотел остаться в «Ливерпуле», чтобы иметь возможность попасть на чемпионат мира.

— А нам рассказывали, что Риера запросил слишком много.
— Нет! Я никогда не говорил о деньгах. Это было сугубо спортивное решение.

— У Это’О справок о российском футболе не наводили?
— С Это’О мы выиграли единственный трофей в истории «Мальорки», Кубок Испании, и впоследствии не общались. Знаю, что он был в «Анжи», но у нас разные истории. Если Это’О привели в Россию деньги, то меня – стремление играть, открыть для себя новую лигу.

Если Это’О привели в Россию деньги, то меня – стремление играть, открыть для себя новую лигу.

— Со Стивеном Джеррардом на связи?
— Не созваниваемся в ежедневном режиме, но на дни рождения или другие праздники вспоминаем друг друга. Взаимное уважение – это самое важное. У меня остались наилучшие воспоминания о Стивене как о футболисте, но прежде всего – как о человеке и лидере чудесной команды, которая у нас была.

— Он знает, где вы сейчас?
— До тех пор пока ничего не подтверждено, не хочу никому звонить. Но кто-то, конечно, наслышан, что я начал тренироваться в России.

«Младшей дочери с Рейной придумали имя»

— Жена-сибирячка повлияла на ваш выбор?
— Жена никогда не принимала за меня решений. Она поддерживает любые мои инициативы, зная, что я всегда руководствуюсь интересами семьи.

— Но она довольна таким поворотом событий?
— Юлия довольна, если я доволен. Если бы команда была из Москвы, отправились бы в Москву. Позвали бы в Стамбул – поехали бы в Стамбул. Все вместе. А где обосноваться после окончания моей карьеры – на Мальорке, в Мадриде, Москве или Омске, – ещё не решили.

— Как вы с Юлией познакомились?
— На Мальорке. Она с мамой и сестрой отдыхала на Балеарах. Через год с небольшим мы уже жили вместе.

— Почему у всех ваших детей русские имена?
— Не у всех. Мы условились так: если рождается мальчик – она придумывает имя, если девочка – я. Алехандра (не Александра) – чисто испанское имя. Сына Юлия назвала Иваном в честь отца – моего тестя. А младшей дочери мы с Пепе Рейной подобрали имя — он и стал её крёстным. Знаю, что в России имя Валентина популярно, но в Испании оно тоже распространено.

Пепе Рейна и Альберт Риера

Пепе Рейна и Альберт Риера

— Вы по-русски говорите?
— Я впервые посетил Россию в 2001 году: туристами посмотрели Москву, навестили родственников Юлии. Они до сих пор в Омске живут. За прошедшие 16 лет я значительно продвинулся в изучении языка: всё отлично понимаю – только говорю не идеально.

— Прежде часто гостили в России?
— Раз в год стабильно бывали в Омске. Когда на Новый год, когда летом – это зависело от чемпионатов, где я выступал.

— И как вам Омск?
— С 2001 года сильно изменился. Конечно, он отличается от городов, где играл раньше. Меня здесь никто не знает, поэтому Омск – это прежде всего спокойствие. А ещё – снег, который в Испании бывает редко, и возможность наслаждаться зимними видами спорта – играть с друзьями в хоккей, бегать на лыжах. Ах да, ещё баня. Русская баня!

— Какое ваше любимое русское блюдо?
— Где бы мы ни жили, в холодильнике всегда была солянка.

Комментарии (0)
Партнерский контент