Май — лучший месяц футбольного года. Финалы еврокубков ни при чём
Антон Михашенок
Хаби Прието
Комментарии
Это месяц, когда футбол показывает свою красоту.

Я не болею ни за «Барселону», ни за «Реал Сосьедад», но матч последнего тура Примеры смотрел с комом в горле. На поле почти ничего не происходило, обе команды доигрывали сезон, и единственной интригой было то, сумеет ли «Барса» отгрузить сотню за сезон. Не смогла. Но ком в горле стоял по другому поводу.

И каталонская команда, и баскская провожали легендарных игроков. Для «Барселоны» это был последний матч эпохи Иньесты, для «Сосьедада» — лебединая песня тихого солдата Хаби Прието, который вышел на поле в самой концовке, чтобы уйти через несколько минут с поля уже навсегда. Каждый из этих мужчин невероятно значим для фан-баз своих клубов, а календарь сделал историю ещё более красивой. «Тренер, которым я восхищаюсь больше всего, который оказал наибольшее влияние на игру», — это Пеп Гвардиола. С момента, как он повёл за собой „Барселону“, в футболе случилась революция, и я был бы рад играть за его команду», — это слова Прието. Единственное трансферное сожаление человека, который отклонял все предложения о переходе. Человека, который всю карьеру провёл в одной майке. Который не снял эту майку даже после вылета из вышки.

Его уход из футбола немного отошёл на второй план, и дело здесь не только в том, что параллельно Джиджи Буффон заставлял плакать весь стадион «Ювентуса», а из «Барсы» ушёл Иньеста. Дело в большей степени в том, что Прието никогда не был громким игроком. Очевидно выделяясь технически и ментально, он почти всегда оставался без эмоций и лишних слов — а значит и без попаданий на первые полосы. Уходить с пафосом с пресс-конференций на тысячу расставленных перед одиноким и решившимся человеком микрофонов было точно не для него. «Я просто чувствую себя дома в клубе, за который мечтал играть ещё ребёнком. Зачем мне уходить, если здесь есть всё?» — говорит Прието, и этот риторический вопрос становится ещё более оглушительным в эпоху девятизначных сумм в миллионах евро за 20-летнего парня.

Он стал только локальным супергероем, но это тот случай, когда «только» значит на деле очень многое.

Буффон, Иньеста, Прието — все они очень разные. Эксцентричный красавец с сейвами не менее божественными, чем умение подмигивать, маг, который вечно кажется сонным, и безэмоциональный технарь, кидающий штрафные самонаводкой — их объединяет только одно. Каждого из них провожали как королей. И здесь есть одно важное открытие, которое делает май лучшим футбольным месяцем в существующую эпоху.

Футбол стал двигаться к идеалу. В плане атлетизма: теперь игрока с пузом, вроде Аилтона из «Вердера», не пустят дальше центрального круга — а ведь этот сарделеподобный гений в свою эпоху настрелял две сотни мячей. В плане принятия решений: вводятся автоматические системы определения гола, а видеосудьи становятся главным предметом для обсуждения. В плане развития команды: все процессы автоматизируются, планшеты стали важнее глаз, а игроки уже не снимают с себя GPS-датчики. Но, двигаясь к идеалу, футбол забывает об идеализме, и в мае это становится отчётливо видно. Из-за (благодаря?) постоянных трансферов и наёмничества игроков мы научились невероятно красиво прощаться с теми редкими мужчинами, кто это прощание заслужил. 20 или 30 лет назад такого умения в нас не было.

Хаби Прието плакал после последней домашней игры на родной «Аноэте» — оказывается, он умеет плакать. На матч с «Леганесом» «чури-урдин» вышли в майках, где на месте логотипа был портрет Прието и его цифра 10, стилизованная под «to» в фамилии. Едва ли трофеи и кубки смогут сделать тебя более гордым и счастливым, чем в такой день.

Зачем уходить, если дома есть всё? Май, спасибо, что заставляешь задать этот вопрос лишний раз и самому себе.

Комментарии