Петраков: "Томь" не может платить игрокам, как Авангард Ягру
Текст: «Чемпионат»

Петраков: "Томь" не может платить игрокам, как Авангард Ягру

Уверенный старт "Томи" для кого-то, может, и стал сюрпризом. Но только не для ее главного тренера. Пока другие специалисты жалуются на плохие поля, кадровые и прочие трудности, Валерий Петраков без лишней шумихи ведет команду наверх.
13 мая 2006, суббота. 10:15. Футбол

Уверенный старт «Томи» для кого-то, может, и стал сюрпризом. Но только не для ее главного тренера. Пока другие специалисты жалуются на плохие поля, кадровые и прочие трудности, Валерий Петраков без лишней шумихи ведет команду наверх. Правда, чем чаще «Томь» побеждает, тем выше к ней внимание со стороны журналистов. А кто за все в ответе? Конечно, главный тренер.

Петраков — находка для прессы. Для него не существует неудобных вопросов и запретных тем. Говорит гладко, обстоятельно и, самое главное, интересно — только успевай записывать. Что еще? В меру суеверен — это для нашего брата тоже плюс. Во всяком случае, рискованное предложение встретиться в Самаре накануне матча с «Крыльями Советов» не вызвало у Петракова никаких возражений. «Надо, значит, надо. Приезжайте», — коротко сказал он по телефону. Я приехал — и вот что из этого получилось.

РАЗДЕВАЛКА — НЕ ДЛЯ ЧУЖИХ ГЛАЗ

— Откуда у вас такая лояльность к прессе? В Швеции привыкли?
— Любой труд надо уважать. Вы к нам нормально относитесь, мы должны по возможности входить в ваше положение. У каждого своя работа.

— У вас есть враги среди журналистов?
— Вроде нет. Я человек не злопамятный. Если кто-то кляузу напишет, сводить счеты с автором не буду.

— А писали уже?
— Не про меня — про «Томь». Одно интернет-издание вылило на клуб ведро грязи. Причем материал был без подписи. По-моему, это неправильно. За свои слова нужно отвечать.

— В «Томи» когда-нибудь вводились запреты на интервью?
— При мне — нет. Игроки не дают повода. Вот если начнут зазнаваться…

— То есть «обеты молчания» — не ваш метод?
— Все зависит от конкретной ситуации. В «Рубине» она одна, у нас другая, в «Спартаке» третья.

— Сколько интервью уже раздали за тренерскую карьеру?
— Не считал. Но меньше сотни — это точно. Стаж работы главным тренером у меня не такой уж большой, а помощники в прессе выступают редко. Им по статусу не положено.

— Из глянцевых журналов часто звонят?
— Ну что вы! Кому я нужен в таких изданиях?! Игроки — другое дело. Их все знают.

— Ваш коллега Гаджи Гаджиев прославился тем, что однажды отвечал на вопросы прямо по ходу матча. Вы так смогли бы?
— Гаджиев — уравновешенный человек и опытный тренер. Он хорошо знает, что может навредить делу, а что — нет. У меня же опыта еще недостаточно. Может, когда-нибудь я и повторю «подвиг» Гаджиева, а пока, извините, не готов. (Смеется.)

— А как насчет блиц-интервью в перерыве?
— Вот на это, пожалуй, соглашусь. Почему не уделить репортеру две-три минуты, пока футболисты идут в раздевалку?!

— В Самаре в эпоху Германа Ткаченко рядом с полем стоял большой экран, на котором в перерыве шла «картинка» из раздевалки хозяев. Вы дали бы добро на такую необычную трансляцию?
— Понимаю, что болельщикам хочется видеть каждый шаг своих кумиров. Но всему есть предел. То, что происходит в раздевалке, не предназначено для посторонних глаз и ушей. Это мое твердое убеждение.

— Перед матчами тренеры обычно неохотно делятся информацией о проблемах с составом. Вы не исключение?
— А зачем помогать конкурентам?! В Томске были случаи, когда местные журналисты по доброте душевной все наши секреты раскрывали. Мне кажется, если ты желаешь своей команде добра, нужно дозировать информацию.

— Но ведь в газетах перед туром можно и для себя что-то интересное почерпнуть.
— Мне хватает просмотра последней игры ближайшего соперника. Например, готовясь к матчу с «Крыльями», я держал в уме, что у самарцев в Ярославле получили травмы Бобер и Топич. Видел это собственными глазами.

— Но за неделю они могли поправиться. (С Топичем так и произошло. — Прим. «Спорт-Экспресс»). Где, как не в газете, об этом узнать?
— Один-два человека погоды на поле не делают. Главное — знать сильные и слабые стороны противника, его тактику. Хотя я не хочу принизить значение СМИ. От вас тоже многое зависит.

НА МАТЧИ — БЕЗ ЖЕНЩИН

— В молодости часто приходилось общаться с журналистами?
— Помню, когда первый раз пришел в «Локомотив», ко мне обратился ваш коллега по «СЭ» Леонид Трахтенберг. Как же я от него тогда отбивался! Молодой был, многих вещей не понимал. Когда стал постарше — в «Торпедо» и в том же «Локомотиве» — от интервью уже не отказывался.

— Про Швецию даже не спрашиваю — там прессу уважают, а пресловутого языкового барьера, насколько мне известно, у вас в «Лулео» не было.
— Когда перешел на тренерскую работу, установку на игры давал без переводчика. Но в Швеции свои порядки. К примеру, ассистент главного тренера никогда не спрашивает разрешения на интервью. Демократия!

— Разве это плохо?
— А мне наши законы больше нравятся. Дисциплина прежде всего.

— Газетчики всегда пишут то, что вы говорите?
— Пока претензий нет. Наоборот, одному из корреспондентов «СЭ» я признателен за то, что он в материале сгладил углы. После увольнения из «Москвы» я был взвинчен и наговорил много резких слов. Видимо, журналист правильно оценил мое состояние и некоторые фразы смягчил.

— На оценки, которые выставляет игрокам «СЭ», обращаете внимание?
— Смотрю ради любопытства.

— Они часто не совпадают с вашими баллами?
— Если и есть расхождения, то минимальные. Допустим, Киселеву «СЭ» за два гола в ворота «Ростова» поставил 7,0. И я оценил бы его игру так же. Плюс-минус полбалла значения не имеют.

— В союзные времена без оценок не скучно было?
— С Валентином Козьмичом Ивановым не соскучишься. Он в «Торпедо» каждому воздавал по заслугам.

— Кто-нибудь осмеливался с ним спорить?
— Были такие смельчаки. Те, кто никуда не спешил.

— ???
— У Козьмича разборы продолжались несколько часов. Смотрели полностью два тайма, останавливая пленку в нужных местах. Представляете, сколько времени это занимало?! А если еще вступить в дискуссию, вообще с базы не уедешь. Сейчас все по-другому. Тренеры жалеют игроков: делают «нарезки» отдельно по атаке, по обороне и т.д.

— У «Томи» есть компьютерная программа по подсчету технико-тактических действий?
— Есть. В Томске съемка осуществляется шестью камерами. Одна снимает общий план, вторая — вид из-за ворот и четыре камеры расположены по периметру поля. Потом информация обрабатывается на компьютере, и все выкладки ложатся ко мне стол.

— Дорогое удовольствие?
— Понятия не имею. Знаю только, что «Стэмфорд Бридж» оборудован двенадцатью камерами, но и стоит такая система раз в пять больше.

— А на выезде как выходите из положения?
— Никак. Снимаем общую «картинку», и все. В Англии принято обмениваться подобными материалами. Особенно в Лондоне, где базируются шесть клубов премьер-лиги. Мы еще до этого не доросли.

— А в нашем чемпионате кто «упакован» так же, как англичане?
— Думаю, у «Локомотива» все в порядке благодаря наличию современного стадиона. «Амкар», хоть и скромно держится, но, думаю, у Сергея Оборина все есть. Просто он никому не рассказывает.

— Когда сидели без дела, телевизионщики не предлагали поработать комментатором?
— Нет. Но если бы такое предложение поступило, вряд ли согласился.

— Почему? Разве не интересно побыть над схваткой?
— Как вам сказать? У каждого свое призвание. Я лучше буду тренировать.

— Случалось идти на послематчевую пресс-конференцию, как на Голгофу?
— Когда «Москва» несколько раз подряд пропускала голы в концовках, мне было очень тяжело отвечать на вопросы. После финального свистка нужно время, чтобы собраться с мыслями, а тебя сразу тащат в пресс-центр. Ничего хорошего в такой ситуации тренер сказать не может. Одни эмоции. Я вот однажды заявил, что лучше написать заявление об отставке, чем видеть, как команда играет. Необдуманные были слова. Поэтому предлагаю начинать пресс-конференцию хотя бы через сорок минут после матча, когда тренер немного успокоится.

— Журналистку, если попросится, в самолет возьмете?
— Если летим на сбор — нет проблем. Зимой болельщиков интересует каждая мелочь — кто с кем живет, когда завтрак, тренировка и т. д. Ничего страшного, если нашу подготовку к сезону освещает девушка. А вот на официальные матчи «Томи» представительницы прекрасного пола пусть добираются сами. Есть же примета: женщина на корабле всегда приносит несчастье.

ДВА ДНЯ РОЖДЕНИЯ В ДОМЕ ШЕВЧУКА

— Зато в доме у вас сразу две женщины. Правда, что с будущей женой вы познакомились в ЦИТО?
— Это история Сергея Базулева. А у меня немного по-другому было. Формально я действительно был пациентом ЦИТО, когда встретил Таню. Но познакомились мы недалеко от метро «Коломенская» — в торпедовской компании, куда я приковылял на костылях.

— Как же вы там оказались?
— Мой лечащий врач Нина Васильевна Багутская — царство ей небесное — отпустила на выходные. Она ко всем спортсменам с душой относилась, а как уколы в суставы делала — вы не представляете! Руки у нее золотые были.

— В больнице нарушали режим?
— Случалось. В пятницу вечером доктора по домам уходили, а нам что прикажете делать? Вот и придумывали себе развлечение. Или у себя в палате, или у хоккеистов. Кстати, я таким образом с Кожевниковым познакомился.

— Сколько лет ходите с обручальным кольцом?
— В апреле с женой юбилей отметили — 25 лет семейной жизни. Володя Шевчук приезжал поздравить. Он на моей свадьбе свидетелем был, а шесть лет назад на венчании присутствовал.

— С Шевчуком когда судьба свела?
— В 77-м, в «Локомотиве». С тех пор мы близкие друзья.

— Ему, наверное, сейчас непросто. Трудно уходить на вторые роли после стольких лет работы главным тренером.
— Так он же не у Петракова помощник, а у Газзаева. Лично я к Георгичу тоже пошел бы вторым не задумываясь. Уже говорил в одном из интервью, что недельная стажировка в ЦСКА дала мне больше, чем все поездки за границу вместе взятые.

— У вас с Шевчуком дни рождения с интервалом в неделю — 9 и 16 мая. Вместе отмечать будете?
— Уже договорились: 16-го, когда мне исполнится 48 лет, собираемся у него дома.

— Какой тост обычно поднимают футбольные тренеры в свой праздник?
— Чтобы работа была и здоровье. И еще чтобы удача сопутствовала.

— Жены тренеров — счастливые люди?
— И да и нет. Так же, кстати, как и дети. Семью разделять нельзя. Хорошо, когда работаешь в Москве. Но иногда приходится уезжать в другой город, а близкие остаются здесь. Обычная история, но от этого не легче.

— Отъезд в Томск на семейном совете обсуждали?
— Да. Жена сказала: «Не жди больше никаких предложений. Томск — это твое». Таня понимает: если я буду сидеть дома сложа руки, такая жизнь никому не принесет радости.

— Когда сын и дочь были маленькими, у вас хватало времени на их воспитание?
— Юрка родился в 91-м в Швеции. Им я мог заниматься, потому что за границей нет сборов. А вот Катю жена поднимала. Я в ту пору домой попадал раз в неделю. Козьмич закрывал нас на базе за три дня до матча. Так и жили в Мячкове под замком, а что было делать?! Слово тренера — закон.

— После рождения дочери прошло десять лет, прежде чем у вас появился сын.
— Мы очень хотели второго ребенка, и именно мальчика, но до приезда в Швецию все как-то не получалось. А там благодаря заботе президента «Лулео» мы чувствовали себя как дома. Может, это и сыграло свою роль?

— «Лулео» сейчас существует?
— Клуб обанкротился, а его бывший руководитель и мой друг Ингемар Ек теперь возглавляет «Боден».

— Редко у кого есть друзья среди иностранцев.
— Значит, мне повезло. Этому человеку я многим обязан. В частности, Ек помог мне после завершения карьеры устроиться на работу в клуб, а потом поступить на курсы тренеров, где я впоследствии получил лицензию. С тех пор прошло уже много лет, но мы продолжаем поддерживать отношения. Между прочим, его сын тоже профессиональный спортсмен. Играет в шведской хоккейной лиге, а до этого пробовал силы в Канаде.

— Скандинавы похожи на русских?
— Пожалуй, нет. Они замкнутые, а у нас, наоборот, душа нараспашку. Хотя везде есть исключения.

— У вас никогда не возникало желания провести в Швеции сбор?
— Возникало. Мне даже ничего показывать не надо — сам знаю хорошие места. Но руки не доходят. К тому же «Томь» давно сотрудничает с Вячеславом Проценко, который на организации сборов собаку съел. Все, что он предлагает, меня полностью устраивает.

— Куда повезете команду в июне?
— В Австрию. Жить будем в Альпах на высоте 800 метров над уровнем моря. То, что я хотел. Там обычно готовится к сезону почти вся немецкая бундеслига. Проценко обещал два хороших спарринга. Честно говоря, сначала думал о Кисловодске, но потом выяснилось, что в июне там будет сумасшедший дом.

ЗАКРЫТИЕ СЕЗОНА В ЭМИРАТАХ

— Вашему сыну сейчас 15. В этом возрасте пора окончательно определяться с профессией. Как оцениваете футбольные перспективы Юрия Петракова?
— Раз «Торпедо» подписало с ним контракт и уже привлекает к играм за дубль, значит, парень прогрессирует. Данные у сына неплохие, тренируется он под руководством хорошего тренера — Сергея Лаврентьева, условия в Лужниках для занятий футболом сами знаете какие. Так что все в его руках.

— Выходит, недалек тот час, когда Петраков-старший выведет команду на матч против Петракова-младшего?
— Буду только рад такой встрече. Кстати, когда в первом туре дубль «Томи» играл с «Торпедо», Юрка попал в заявку. Мне было приятно. Правда, потом в газетах написали, что полузащитник Петраков выступает за «Томь». Ошибочка вышла.

— С «Торпедо» связь поддерживаете?
— Конечно. Команда-то для меня не чужая. Часто общаюсь с врачом Анатолием Прояевым, массажистами Сашей Петровым и Лешей Завгородним, директором БСА Олегом Григоряном.

— «Торпедо» в этом году не блещет. В чем причина?
— Состав сильно обновился, много молодых ребят. В таких случаях трудности неизбежны.

— О сыне поговорили, давайте перейдем к дочери. По профессии она дизайнер и, помнится, обещала родителям обустроить квартиру. Сдержала слово?
— А как же! Скоро переезжаем на Ленинский проспект. Вся планировка и интерьер в новой квартире — Катиных рук дело.

— Почему решились на переезд?
— Просто пришло время поменять жилплощадь. Да и Юре будет легче до Лужников добираться. «Спортивная» от нашего дома в двух остановках на метро. Удобно.

— Извините за личный вопрос. Дочь замуж не собирается?
— Это лучше у нее спросить.

— Если вдруг ее избранником окажется футболист, как к этому отнесетесь?
— Нормально. Но я знаю юношу, с которым Катя встречается. Он далек от футбола. А вообще в таких вопросах молодым лучше ничего не советовать. Сами пусть разбираются — им же жить.

— Семья в Томске бывала?
— Жена с сыном каждый раз меня навещают, когда у Юры перерыв в чемпионате. В это время он с основным составом «Томи» тренируется, а в мое отсутствие — с ребятами 1989 — 1990 годов рождения. Все лучше, чем груши околачивать.

— После 9-го тура в отпуск собираетесь?
— Наверное, съездим с супругой на неделю в Испанию.

— Вы должны хорошо знать Томск и его окрестности. Куда первым делом повезли бы гостей в этом городе?
— Сложный вопрос. Я ведь никуда не хожу. Все время на базе. Хотя приглашений на рыбалку или охоту от руководства и спонсоров клуба хватает.

— Почему не откликаетесь?
— Подобные мероприятия занимают как минимум два-три дня, а я не могу бросить команду на такой срок.

— Но есть же выходные.
— Стараюсь проводить их с семьей.

— Как считаете, где находится лучшее место для отдыха?
— На первое место поставлю семью, а на второе — Эмираты. Последние семь-восемь лет в декабре обязательно берем туда билеты. Можно сказать, закрываем футбольный сезон. Останавливаемся в одной и той же гостинице в Дубае. Отличный климат, великолепная кухня. Что еще нужно?!

ПЛОХИЕ ПОЛЯ ВХОДЯТ В ПРАВИЛА ИГРЫ

— Недавно у вас была круглая дата — сто матчей во главе «Томи». Какой из них самый памятный?
— Пожалуй, против «Терека» в Пятигорске. Мы выиграли тогда 1:0 в очень сложной обстановке. А в премьер-лиге целиком хороших матчей у «Томи» пока не было.

— Не обидно слышать, когда специалисты объясняют взлет томского клуба исключительно плохими полями?
— Время всех рассудит и расставит по местам. А насчет полей скажу так: у нас никогда в марте-апреле не бывает хороших газонов, за редким исключением. Так что этот аспект входит в правила игры. А вообще, считаю, команда должна на любом покрытии показывать качественный футбол. Может, не все 90 минут, но хотя бы отрезками.

— Ваши слова про «чехословацкий цирк» после матча с «Сатурном» попали во все хит-парады. Сейчас о них не жалеете?
— Нисколько. До и после «Томи» подмосковный клуб встречался с «Динамо» и с ЦСКА. В этих встречах судьи не обращали ни малейшего внимания на выходки словаков, и те сразу начинали нормально играть. А в нашем случае арбитр пошел у соперника на поводу, и потому «цирк» продолжался до финального свистка.

— После увольнения из «Москвы» вы дали «СЭ» довольно жесткое интервью. Это был выплеск эмоций или обдуманный шаг?
— Журналист предложил поговорить, а я от прессы не прячусь. За свою работу в «Москве» мне не стыдно. Когда принял эту команду, она находилась в разобранном состоянии. И это еще мягко сказано. А Слуцкий через полтора года уже пришел на все готовое. Может, он и хороший специалист — не мне оценивать. Но ни ему, ни Белоусу больше никогда руки не подам.

— У вас была возможность попрощаться с командой?
— Не дали. Хотя что могло случиться, если бы я напоследок 10 минут поговорил с ребятами, которых сам же и приглашал?! Старков и Петржела уходили нормально, а у меня от процедуры расставания с «Москвой» остался неприятный осадок. Точнее, чувство незавершенности.

— В Томске такой вариант исключен?
— Надеюсь. Не знаю, как у меня сложится в «Томи», продлят ли со мной через полтора года контракт, но я никогда не скажу ничего плохого про руководителей этого клуба. Наоборот, они заслуживают самых добрых слов.

— «Москва» выплатила вам неустойку за досрочное расторжение контракта?
— Нет. Впрочем, я и не просил. Не было желания лишний раз встречаться с Белоусом. Он наверняка предложил бы вариант «а-ля Алейников», который приходил в офис в девять часов утра и сидел просто так до шести вечера. Потом отмечался и шел домой. И так каждый день. Мне намекнули, что, если я хочу получить какие-то долги, должен делать то же самое. Но я на это никогда не пойду.

— С появлением в России иностранных тренеров вводятся новые запреты. Например, на использование в раздевалке мобильных телефонов. На сборах игроки должны ходить в ресторан чуть ли не строем. Хотелось бы узнать ваше отношение к этим правилам.
— Насчет телефонов согласен: в определенных местах их нужно отключать. А когда питаться — это личное дело каждого. Почему все игроки должны ждать одного? Мы же не в армии.

— Владимир Вайсс говорил мне, что в Братиславе запрещал своим футболистам ходить в казино. Людей, нарушивших это правило, ждало отчисление.
— А по мне в свободное от тренировок время игрок волен ходить туда, куда считает нужным. Казино так казино. Главное, чтобы на поле человек не заигрывался.

— У вас много друзей из нефутбольной среды?
— К счастью, да. В основном они живут в Брянске. Мы дружим с детства.

— За кого будете болеть в финале Лиги чемпионов?
— За «Барселону». Хотя и «Арсенал» вызывает симпатию. Но слишком уж хороши сейчас каталонцы. Их матчи с «Челси», особенно первый, в Лондоне, — это эталон современного футбола.

— На чемпионат мира собираетесь?
— Поначалу было такое намерение. Но сейчас чувствую огромную усталость. Восемь туров только прошло, а как будто все тридцать! Так что от поездки в Германию откажусь в пользу семейного отдыха.

— В «дыр-дыр» с любителями иногда играете?
— Для меня, к сожалению, все в прошлом. Недавно сделал вторую операцию на голеностопе. Результат нулевой. Артроз четвертой степени не лечится. Максимум, что себе позволяю, — роль нейтрального в «квадрате».

— Наверное, трудно в 47 лет смириться с мыслью, что на поле ты больше ни ногой?
— Веселого, конечно, мало. Но это жизнь. В молодости часто играли с травмами, о здоровье не думали. Теперь расплачиваемся за легкомыслие. Зато ребята в «Томи» знают, что их главный тренер играл в футбол на довольно высоком уровне. Для меня это важно.

— Из немосковских клубов пока только «Алании» покорилась золотая вершина. Может ли в обозримом будущем кто-то из провинциалов повторить подвиг владикавказцев?
— Вряд ли. В Москве очень сильные во всех отношениях клубы. Плюс на них работает географический фактор. Приведу пример из собственной практики. Зимой в «Томь» приехал на просмотр защитник «Црвены Звезды». Мне хватило одной тренировки, чтобы понять: он нам подходит. Но вечером в тот же день серб подошел и сказал, что уезжает. Соотечественники ему объяснили, где находится Томск и сколько до него добираться из Москвы. Причем когда ему сказали про четыре часа, он еще переспросил: «На автобусе?» Узнав, что нужно лететь на самолете, парень тут же стал паковать чемоданы. Вот и вся тема. А в «Спартак», ЦСКА или «Локомотив» этот защитник пойдет с закрытыми глазами. Единственный выход — платить, как «Авангард» Ягру. Но «Томь» такими финансовыми возможностями не располагает.

— Значит, вы признаете, что вашей команде рано бороться с грандами?
— На промежуточных финишах мы можем составить им конкуренцию, что сейчас, собственно, и происходит. Но на дистанции в 30 туров это почти невозможно. Не нужно обманывать ни себя, ни болельщиков.

… Специально не расспрашивал Петракова о его довольно продолжительной и богатой на события карьере игрока. Эта часть биографии рулевого «Томи» уже была подробно описана на страницах «Спорт-Экспресса». А белые пятна, если таковые остались, можно ликвидировать в следующем интервью. Судя по тому, как успешно трудится Петраков, повод снова поговорить с ним о его футбольной жизни рано или поздно обязательно появится.

Источник: Спорт-экспресс Сообщить об ошибке
Всего голосов: 0
26 мая 2017, пятница
Партнерский контент
Загрузка...
Лучший фланговый защитник сезона в РФПЛ - это...
Архив →