Большое интервью с В.Березуцким. О работе со Слуцким, честных голландцах и защите Устинова
Денис Целых
Большое интервью с В.Березуцким
Комментарии
Как всегда – откровенно и местами с фирменным юмором.

С Василием Березуцким журналистам никогда не было скучно. За год работы в Голландии он почти не давал больших интервью. Журналисты «Чемпионата» и «Спорт-экспресса» решили восполнить пробел.

Казань, уход из «Витесса»

— Главный вопрос, который многих интересует. Вы были со Слуцким в Нидерландах, но в Казань за ним не поехали. Почему?
— Сейчас это просто нереально. У меня половина вещей в Голландии, половина в России. Третьего населённого пункта я бы не выдержал. А главное — дети, которых очень тяжело перевозить из одного города в другой. Нужно было решать вопрос с учебой. Да и другие бытовые вопросы, связанные с переездом, надо закрывать. Это непросто и небыстро. Олег Яровинский сделал другой выбор — его дети и жена остались в Нидерландах до лета. У нас, к сожалению, такой возможности не было.

— Можно же чуть позже присоединиться к «Рубину».
— Посмотрим.

— Дверь туда пока не закрыта?
— Если Леонид Викторович снова предложит – всё может быть.

— Сейчас ведь было конкретное предложение от Слуцкого по поводу «Рубина»?
— Конечно.

— С братом советовались?

— Да, но решения принимали порознь.

Материалы по теме
Каким будет новый «Рубин»? Казань снова шумит на трансферном рынке
Каким будет новый «Рубин»? Казань снова шумит на трансферном рынке

— Ваше расставание с Нидерландами получилось резким и для кого-то неожиданным. «Витесс» неплохо начал сезон, но финалом стали пять поражений подряд. Что это было?
— Футбольные будни. Все совершают ошибки. Есть и кадровые причины. Травмировались ключевые футболисты, ушёл Караваев. Это тоже не могло не сказаться на команде.

— Возвращение Караваева в Россию расстроило и некоторую часть болельщиков в нашей стране.
— Когда есть такой вариант и человек уходит на гораздо большую зарплату, в команду, которая играет в Лиге чемпионов, тут вообще не может быть вопросов. Расставание с Европой? Ну, Караваев не такой старенький парень. Он еще может вернуться обратно. Просто «Зенит» — большой клуб. Той дорогой, которой шел Караваев, через маленькие европейские чемпионаты… Для него, конечно, это успех. В «Зенит» надо было идти на сто процентов.

Материалы по теме
Как Караваева изменила Европа и почему он решил вернуться в Россию. Большое интервью
Как Караваева изменила Европа и почему он решил вернуться в Россию. Большое интервью

— Обьясняя решение Слуцкого расстаться с «Витессом», вы выдвинули версию: он уперся в тупик, ощутил потолок с этой командой — что ничего нового в этой истории уже не будет.
— Да, примерно так и есть. Так бывает, это работа главного тренера. Отставка — это не столь страшно. Уволили, нашёл другое место работы… Так же, как и у футболистов: не подходишь в одном месте, идешь в другое.

— Момент, когда вы осознали: всё, Слуцкий уходит?
— Это было в подтрибунном помещении после матча с «Херенвеном». Мы посмотрели на него и поняли, что сейчас он, скорее всего, пойдет и сделает заявление об отставке.

— Как поняли?
— По его виду. Мы же давно знаем Леонида Викторовича.

— Он был особенно мрачен?
— Как раз наоборот — выглядел удивительно спокойным. Я понял, что он отпустил ситуацию. И что, скорее всего, именно сейчас будет поставлена точка.

— Отговаривать было бессмысленно?
— Не считаю, что нужно отговаривать главного тренера от увольнения. Когда тебе предстоит важное жизненное решение, ты должен принимать его сам.

Материалы по теме
«Многие сожалеют, что Слуцкий ушёл». Взгляд из Нидерландов
«Многие сожалеют, что Слуцкий ушёл». Взгляд из Нидерландов

Прогресс в английском, невозможный голландский

— Главное, зачем вам нужна была поездка в Голландию? Пожить за границей, получить тренерский опыт, что-то ещё?
— Опыт – раз. Хотел понять, лежит ли душа к тренерской работе. Понял, что она очень интересная. Второе – было любопытно посмотреть изнутри, как живет европейский футбол, как там всё работает.

— Но вы же пошли в штаб к российскому тренеру. Что кардинально нового мы могли узнать, работая у Слуцкого?
— Мне было интересно, как там устроен детский футбол, как ребят воспитывают, растят. В этой маленькой стране конкуренция среди молодых футболистов гораздо выше, чем в России. Были и другие причины, почему решили попробовать. Мне, например, всегда нравилось подолгу бывать с ЦСКА на сборах в Кампоаморе — мы специально по два месяца с них не улетали. Хотел посмотреть, как там живут люди, их ментальность. Плюс еще фактор – подтянуть английский.

— Удалось?
— Общаться вполне могу. В том числе на футбольные темы. А если ещё и включить жестикуляцию, можно сказать, что это работает. Доволен и тем, что теперь в отелях можно говорить не на ломаном русском языке, который практически все используют. Хотя Лёха (брат. — Прим. «Чемпионата») знает английский ощутимо лучше. Он больше учит язык, словарный запас — сумасшедший. Очень грамотно и красиво говорит.

— Теперь можете и интервью на английском давать.
— Да, но там мы их в принципе не давали. Сами знаете, взять у нас интервью не так-то просто (улыбается).

— Голландский не осилили?
— Это просто невозможно. Все начинали — и все бросали. Он реально очень тяжёлый. Я тоже пытался, но мы учили голландский с английского, а мой английский тогда был слабенький. Для меня это был вообще трэш!

— До какого уровня продвинулись?
— Примерно как Марио Фернандес в русском. Дошёл ли до числительных? Да у них там, блин, все цифры наоборот!

Новое от Слуцкого, прошлое с Газзаевым

— Чем удивляли местные футболисты? Пример какого-то вопиющего непрофессионализма?
— Я читал про одного персонажа, которого Леонид Викторович якобы «угробил». Но он сам был нереальным лентяем. Вот это и есть проявление непрофессионализма. Такое бывает везде.

— Тренировки Слуцкого в Голландии – всё то же самое, что было в ЦСКА?
— Базовые принципы остались прежними, но появились новые упражнения. Леонид Викторович подстраивался под уровень футболистов. А еще на сборах он совсем не использовал бег без мяча.

— А как же повышение выносливости?
— Есть датчики GPS, которые фиксируют твое состояние. Если тренироваться с мячом в определенном режиме, ты можешь набегать абсолютно те же расстояния. В «Витессе» по кругу бегали только люди, которые восстанавливались после травм или пропустили какое-то время.

Материалы по теме
Слуцкий был слишком другим для Нидерландов. Его держали только результаты
Слуцкий был слишком другим для Нидерландов. Его держали только результаты

— Не обидно вспоминать свою футбольную юность? На сборах у Валерия Газзаева вы набегались на всю оставшуюся жизнь.
— О, да, это была работа на выживание! Если ты ее прошел, значит, ты мог стать футболистом. Нет – извини, и до свидания. С Валерием Георгиевичем у меня были самые тяжелые сборы, которые только можно было представить.

— Упражнение, которое и сегодня вспоминаете с содроганием?

— На сборах в Швейцарии мы бегали 12 по 1200. Это было что-то запредельное. Космос.

— Пожаловаться Газзаеву было сродни профессиональному самоубийству?
— Мы тогда были молодые. Да и зачем тренеру это слушать? Нет, все бегали, терпели. Но это тоже хорошая школа.

— Не будь её, состоялись бы как футболист?
— Наверное, нет. Хорошо одно – что мы не попали Валерию Георгиевичу в 32 или 33 года. Тогда бы мы моментально пошли на выход.

— Рассказывая о воспитании голландцев, Слуцкий отметил, что там с детства оберегается и культивируется личность. «У меня всё время было ощущение, что я работаю с хрусталем, что одно неловкое движение — и все, хрусталь разломится на миллион частей», — отметил он в интервью «Медузе».
— Я абсолютно согласен с Леонидом Викторовичем. Мы все из СССР. Родители воспитывали нас в определенных правилах. Посмотри – все так делают, и ты должен делать точно так же. В Европе к этому относятся по-другому, более спокойно. Если ты чего-то не хочешь, никто не будет тебя насильственно заставлять, ставить в угол или бить ремнем. Когда человек сам захочет, у него это получается гораздо быстрее и легче.

Неспортивная страна, сын

— Вы очень ярко пошутили в недавнем интервью: «В голландской тюрьме научиться играть в футбол проще, чем в России».
— Это образ. Но у меня брат действительно ездил в тюрьму Арнема вместе с «Витессом» и был впечатлен, увидев там полноразмерное искусственное поле! Это круто.

— Слуцкий в своё время прогремел с фразой: «Россия – нефутбольная страна». Вернувшись из Голландии, укрепились в этой мысли?
— Да. Мы кричим на каждом углу, что мы спортивная нация и у нас все есть, но процент людей, занимающихся спортом, у нас гораздо меньше, чем у них. И это обидно. Я сейчас не только о профессиональном спорте. Вот ездили мы на сборы в Испанию. Там очень много людей просто бегают для здоровья, ходят в фитнес-клубы. Их просто больше чем у нас. Можно сколько угодно кричать, что мы спортивная страна, но это не так. Вот прошел чемпионат мира, построили стадионы. А детям во многих регионах как не было где нормально тренироваться, так и сейчас негде.

— Ваш сын, кажется, занимался футболом в Голландии?
— Он пробовался как в «Витессе», так и в совсем маленьких командах. И везде там условия просто потрясающие. При этом неважно, какого уровня ты игрок на данном этапе развития. Ты получишь те же условия, что и остальные. Плюс в Голландии от детей совершенно не требуют результата. Там в этом смысле совершенно другой подход. Импровизируй, играй – никто не кричит, наоборот, все только поддерживают. И что еще важно – родители намного меньше вмешиваются в тренировочный процесс, чем у нас. Подход верный, но не факт, что он идеально подходит для России. Иногда на ребенка, возможно, наоборот, надо надавить, чтобы он занимался, покричать. Но там детский футбол – для веселья, он позитивный. И в нем остаются люди, который действительно нравится футбол, которые кайфуют от этого.

— Вашему сыну скоро 10. Возраст, когда можно уже разглядеть какие-то перспективы. Они есть?
— Я в детском футболе пока не так много понимаю. Для меня они все одинаково плохо играют в футбол. Не сказал бы, что на данный момент у сына есть выдающиеся качества. Но ему очень нравится. И он упертый. А это одно из важнейших качеств для этого возраста. Хотя мне вообще не хочется, чтобы он играл в футбол.

— Почему?
— Это тяжёлая работа и непростая жизнь.

— Зато хорошие гонорары.
— Да, но для избранных. А в это число ещё надо попасть. У нас выпускается примерно 50 тысяч детей в год. Из них порой всего двое-трое попадают в Премьер-Лигу. А в других лигах не такие большие зарплаты, как всем кажется.

— К слову, о зарплатах. После окончания карьеры вы стали себя в чём-то ограничивать? Или тратите столько же, сколько в бытность игроком?
— Трачу меньше. Элементарно из-за того, что у меня больше свободного времени. Всегда можно найти что-то подешевле. А когда ты футболист, у тебя мало времени, и ты хочешь получить всё моментально. Но я и когда был игроком, тоже не переходил грань. Всегда спокойно жил.

Лифт, штрафы

— Чем удивила Голландия?
— Многим. Например, тем, что на улице нет такого количества полиции, как у нас. За всё время в Нидерландах у меня ни разу не проверяли права или документы. Если ты видишь полицейского, он тебе улыбается, и ты не чувствуешь никакого дискомфорта, как это происходит у нас.

— В курьёзные ситуации попадали?
— Однажды застрял в лифте. Это было в доме, где я арендовал квартиру. Я только во второй раз сюда приехал, перетаскивал вещи. Это был специальный лифт для инвалидов, а я об этом не знал. Оказывается, надо было доехать до определённой защёлки, чтобы лифт стоял ровно по этажу, и только потом дверь открывалась. Ты сам кнопкой должен был регулировать эту отметку. Я, разумеется, об этом не знал. Лифт был прозрачный, но мне все равно было стрёмно и неприкольно.

— В какой момент начали паниковать?
— Сначала просто сидел полчаса. Наконец, не выдержал, позвонил по телефону, который там указан: «Аллё, спасите меня!». Оказалось, этот номер вообще из Амстердама. В итоге мне всё-таки объяснили на английском, что я чуть-чуть не доехал. Разобрался и вышел. С лифтами тема мне вообще знакомая (улыбается). Я раза четыре застревал до этого. Я же в Москве родился, это одно из самых любимых дел. Однажды лет в 15 застрял с приятелями под Новый год, в 11 часов.

— Только не говорите, что Новый год вы встречали в лифте.
— Нет, нас достаточно быстро вытащили. К курантам успели.

— Ещё пара бытовых историй из вашей голландской жизни?
— Однажды мне пришёл штраф за то, что я ехал 54 км/ч при разрешённых 50. Где-то 35 евро. Но гораздо больше отдал за неоплаченную парковку. Я был в Амстердаме и не смог найти, где там надо платить.

— Сколько это стоило?
— 215 евро.

— В недавнем интервью в программе «Инсайдеры» вы рассказали, что в Голландии платили за аренду жилья больше, чем получали зарплату. Как там вообще люди живут?
— У них очень высок сам по себе средний уровень жизни. Но они не транжирят. Многие перебиваются с зарплаты на зарплату. Не могут, допустим, сходить в кино пять раз в месяц, если в семейном бюджете не заложено на три похода. Запланировали семь раз сходить в ресторан – семь раз и пойдут.

— Это же скучно.
— Да, это не как у нас — когда захотел, тогда и пошёл. Они живут по бюджету, и им этого хватает. Для нас это скучновато, но и мы для них странные, поверьте. А там не пофестивалишь, всё закрывается в девять. Я жил в городе и когда пришёл снимать квартиру, первым делом спросил: «Здесь бывает шумно?». Они мне говорят: «Один раз в году». Сначала я не поверил, но скоро убедился: уже в восемь часов вечера там гробовая тишина.

— Один раз — это…?
— На день рождения короля. Вот тогда они гуляют все вместе по центру, веселятся.

— Тишина не угнетала?
— Привыкаешь и со временем, наоборот, кайфуешь от этого. Мы вот всё говорим о недосыпе, а там, наоборот, через какое-то время адаптируешься к этим условиям жизни и становится очень хорошо. Приходится рано ложиться и рано вставать. Для меня это было очень непросто, но я привык.

— Вернувшись в Россию, перенесли с собой этот режим?
— Частично. В Москве не получается так рано ложиться. Зато я теперь и здесь аккуратнее вожу. Раньше по привычке: видел свободное пространство — жал на газ. Потому что понимал: если этого не сделаешь, встанешь в пробку. Сейчас так не поступаю. Понимаю, что время прибытия в пункт назначения от этого особо не меняется. Но когда все лезут со всех сторон, становится немножко обидно. Хотя сам так уже не могу.

— А раньше могли поехать на поворот с третьего ряда?
— Лет 15 назад мог и с пятого (улыбается). Но в последние лет десять, как только женился, стал ездить более дисциплинированно и культурно.

— Лет 15 назад, в том ЦСКА, была фишка — «положить стрелку». Жать на газ, пока она не дойдёт до упора. Так по МКАД гоняли Попов, Мандрыкин. Вы тоже?

— Отказываюсь отвечать на эти вопросы, ха-ха.

— Понятно: значит, было.
— Когда ты молодой, иногда делаешь странные поступки, которые сейчас необъяснимы. Сейчас бы я точно не стал носиться на машине по городу с мыслью о том, что я — Михаэль Шумахер и быстрее всех доеду до пункта назначения.

Материалы по теме
Купил и разбил. 10 ДТП с участием футболистов
Купил и разбил. 10 ДТП с участием футболистов

Отношение к России, 20 евро

— Вещь, которую вы так и не поняли за то время, пока жили в Нидерландах?
— Им абсолютно всё равно, что творится в других странах. Когда читаешь российскую прессу или смотришь телевизор, кажется, что о нашей стране всё время говорят, что мы особенные. На самом деле, там вообще никто ничего про Россию не знает, кроме общих вещей. Да и про другие страны, как я понимаю, тоже не особо. Там люди думают только о себе. Они занимаются своей страной и думают только о ней, как сделать ей хорошо. Это у нас все знают, с кем у нас плохие отношения, а с кем хорошие. Там всем просто по фигу. Хотя есть одно но.

— Какое?
— Эти люди не особо любят воинствующие страны, которые проявляют какую-то агрессию. Но мы не одни такие, в таком же контексте там говорят об американцах. К ним они также относятся не очень хорошо, потому что они тоже пытаются устраивать войны.

— На русских из «Витесса» это как-то проецировалось?
— Никак. Если они понимают, что ты добропорядочный гражданин, национальности там в принципе не существует — к тебе изначально относятся политкорректно и дружелюбно.

— В чём еще голландцы особенные?
— Я никогда и нигде не встречал более честных людей. Они всё время говорят правду, доверяют друг другу, своему государству, полиции. В разговорах не преувеличивают какие-то вещи.

— А пара конкретных примеров?
— Однажды в магазине уронил 20 евро. Не заметил, пошёл к машине. Прошёл 200 метров, и тут ко мне подбегает человек. Я сначала не понял, что он хочет, перепугался, что где-то опять начудил. А мне говорят: «У вас деньги упали». Выяснилось, что он стоял за мной в очереди и специально убежал из неё, чтобы принести мне эту купюру. Два раза на стадионе я терял телефон с мыслью, что это всё, крест.

— Находили?
— Да, оба раза. В первый раз спустился к администратору команды, рассказал. А он говорит: «Подожди, сейчас все выйдут, найдём». Так и вышло: люди рассосались, мы поднялись, а телефон лежал на видном месте. Прямо на сиденье. Никто не взял. Второй раз он упал между сидений.

— Не напрягает, что в России всё по-другому?
— Хотелось бы, чтобы было так. Но у нас тоже есть потрясающие моменты — мы можем фестивалить, больше улыбаемся.

— Больше?
— Наверное. Особенно когда ловим кураж.

Велосипед, кикбоксинг

— Вы не хотели остаться там на ПМЖ?
— Блин, ну мне нравится Москва. Я её обожаю, это мой город, мне в ней комфортно, и я здесь родился. Пока представить подобное для меня очень проблематично.

— Но по чему-то голландскому скучаете? Слуцкий сказал, что ему будет не хватать двух вещей: маленьких расстояний и велосипеда.
— Тоже буду скучать по расстояниям, сто процентов! А велосипед я не сильно освоил. Два-три раза пробовал на нём добираться: мне показалось это некомфортно. Я жил в городе, и велосипедистов вокруг было очень много. Нужно быть минимум Армстронгом (известный гонщик. — Прим. «Чемпионата»), чтобы водить этот велосипед. Для себя катался, а использовать его как средство передвижения было тяжеловато. Когда уезжал, подарил его своему тренеру по электрисити.

— Электрисити?
— Есть такое веяние, ему много лет. Надеваешь жилет, штаны, и электричество бьёт по тебе во время тренировки. Я занимался, чтобы поддерживать форму. Когда тебя бьёт током, можно уменьшить время тренировки. Час обычных занятий эквивалентен 20 минут с электрисити. Я и кикбоксингом чуть-чуть занимался. И Леонид Викторович тоже.

— У вас были спарринги?
— Как можно с ним спарринговаться? У нас разные весовые категории! У нас не было прямых спаррингов, били по лапам, по манекенам.

Фото: Из архива Василия Березуцкого

— Не все бывшие футболисты так трепетно относятся к своей форме после завершения карьеры.
— Не хочется набирать вес. Тогда придется менять весь гардероб (улыбается). Ну и в целом я некомфортно себя ощущаю, когда прибавляю. Если я сейчас начну есть все подряд и ничего не делать, конечно, стану толстеть. Но пока у меня плюс килограмм к игровому весу. Чтобы оставаться на том же уровне, тренировался минимум три раза в неделю — пробежка, велосипед и кикбоксинг.

— Рахимич закончил карьеру пять лет назад, а до сих пор строен как в игровые годы.
— Ну, это талант! Таких мало.

— В ЦСКА очень сильно похудел тренер Овчинников.
— Я за Сергея Ивановича всегда очень сильно переживаю. Такое резкое похудение может нанести вред, повлиять на психику. Но надеюсь, всё у него будет хорошо. У него очень интересная методика. Он ест один раз в день — целый день пьёт кофе, а потом наедается на ужине. Мне так тяжело.

Материалы по теме
«Я – волк-одиночка». Легендарный Босс – о ЦСКА, «Локомотиве», «Спартаке» и жизни
«Я – волк-одиночка». Легендарный Босс – о ЦСКА, «Локомотиве», «Спартаке» и жизни

«Инстаграм», Устинов

— В «инстаграме» Слуцкого был один смешной ролик с вашим участием – пародия на шоу Первого Канала с собакой-гипнотизёром. Чья была собака?
— Олега Яровинского. Хорошая. Она, кстати, очень злилась — под конец, когда её двигали, ей было некомфортно. Никто не понимал, что будет дальше, укусит – не укусит, и Олег сказал: «Лучше больше не надо, обойдёмся одним дублем». Он кстати, и снимал, проявив себя, как потрясающий режиссёр (улыбается).

— Слуцкий, кстати, почти сразу обзавелся огромным числом подписчиков.
— Так это же отлично! У Леонида Викторовича интересный и веселый «инстаграм».

— А почему вы забросили свой? За последние месяцы – один-единственный пост – в поддержку Павла Устинова.
— Я не любитель фотографий. Время, которое уходит на все эти посты… Я не понимаю, зачем я его трачу.

— Так зачем заводили?
— Чисто чтобы поржать (улыбается). Сначала было любопытно. Я просто выставлял какие-то фотки, это не доставляло особого труда. А потом «Инстаграм» многие стали использовать как рекламную площадку. Мне это неинтересно.

— Почему решили сделать пост в поддержку Устинова?
— Когда я смотрю видео и вижу, за что людей хотят посадить, придумывая какие-то непонятные статьи, этих ребят хочется элементарно поддержать. Это касается не только Устинова или Голунова. Некоторые видео просто шокируют. Людей пытаются осудить абсолютно ни за что. Мне ужасно не нравится, как у нас сейчас относятся к молодёжи. Я всегда за здоровую конкуренцию. Но у нас её на данный момент не видно.

Материалы по теме
«В политику не пойду. Там нужно много врать». Большое интервью c В. Березуцким
«В политику не пойду. Там нужно много врать». Большое интервью c В. Березуцким

Головин, лень

— Вы впервые в футболе управляли другими людьми. Было комфортно?
— Во-первых, не впервые. В ЦСКА мы с братом, Сережей Игнашевичем и Игорем Акинфеевым в последние годы тоже по-своему управляли коллективом, воспитывали молодежь. Нас в клубе даже специально просили об этом.

— Так вы воспитали Головина?
— Головину поначалу только и делали, что пихали. Кстати, он как раз – один из тех немногих молодых футболистов, кто легко и быстро понял, что надо прислушиваться. Саша быстро улавливал советы и воспроизводил все на тренировках и на футбольном поле. А сегодня – сами видите – играет против «ПСЖ». Здорово, что у нас есть футболист, за которым мы можем наблюдать в топ-чемпионате. А вообще в ЦСКА всегда был быстрый и серьёзный отбор. За три месяца обычно становилось понятно, соответствуешь ты или нет. Если человек за это время не выдерживает критику и быстро не прибавляет, для ЦСКА это долго. Головин привык, поэтому он и задержался в команде, в отличие от многих других.

Материалы по теме
Головин – абсолютный топ для «Монако». Но ему уже пора врываться в элиту
Головин – абсолютный топ для «Монако». Но ему уже пора врываться в элиту

— Головину вы пихали исключительно на футбольном поле? Или в быту тоже?
— В быту лучше всего помогает собственный пример. До тренировки час – и кто в тренажерном зале? Правильно – Игнашевич, Акинфеев, Березуцкий, Березуцкий. А после тренировки – еще полтора часа восстановления. Потом приходит Паулино Гранеро и говорит молодому: «Вот, чувак, смотри на этих людей. Если ты не хочешь как они, значит, ты не хочешь прогрессировать». И это работает.

— А недавно в одном из интервью вы заявили, что вы ленивый человек.
— Только не в этом вопросе. Но лень действительно часто мешала. Например, в детстве выучить английский. Сейчас бы чувствовал себя гораздо лучше. Я бы советовал всем футболистам начиная с детства учить язык. Это очень помогает, расслабляет. У нас его мало кто из игроков знает английский на хорошем уровне. Может быть Федя Смолов, а до него Аршавин. Хотя лень – по-своему двигатель прогресса. Если бы не она, люди бы не стали придумывать лифт.

— Если вы хотите стать главным тренером, лень тоже не лучшая черта. Тренер должен предельно требовательно относиться к себе во всем, разве не так?
— Кстати, хороший вопрос. Узнаем в будущем. Хотя я не уверен, что главный тренер должен быть настолько идеальным. Да и по поводу лени – это был больше сарказм. Я не более ленив, чем многие другие.

Российские тренеры, лимит

— Теперь история российских тренеров в Европе надолго закончилась?
— Надеюсь, что нет.

— А кто следующий?
— Станислав Саламович, Гончаренко. Если они захотят попробовать, у них будет шанс. Ещё и Сергей Богданович — молодой тренер, тоже имеет все шансы. У него нет проблем с иностранными языками. А Станислав Саламович разговаривает по-немецки. Виктору Михайловичу в этом плане будет тяжелее. Ну а Юрию Павловичу это и не надо, наверное.

— Гончаренко ментально готов к отъезду в Европу?
— Это нужно захотеть. Если Виктор Михайлович захочет, думаю, у него будут предложения.

— Поработав в Нидерландах, вы поняли, как тот волшебный «Аякс» дошёл до полуфинала Лиги чемпионов? А у нас команды даже из групп в Лиге Европы не выходят…
— Потрясающее молодое поколение, которое ещё и поймало кураж. Но такие команды редко держатся на одном уровне два, три года. Даже останься они в абсолютно том же составе, не уверен, что их второй год в Европе был бы столь же успешен, как и первый. Тогда у них попёрло, поэтому и добились такого успеха.

Материалы по теме
Тактический мастер-класс от Эрика тен Хага: как и зачем «Аякс» ушёл от 4-3-3
Тактический мастер-класс от Эрика тен Хага: как и зачем «Аякс» ушёл от 4-3-3

— Российский клуб одного сезона в полуфинале Лиги чемпионов — фантастика?
— Пока, наверное, да. Это очень тяжело. Да, были успехи у ЦСКА и «Зенита» в Кубке УЕФА. Но это опять же были истории куража.

— Согласны с Аршавиным, который считает, что пора возвращаться на систему «весна-осень»?
— Не понимаю никакой разницы в переходе на эту систему. Раньше мы заканчивали 15 ноября, а команды, которые принимали участие в еврокубках, играли до 10 декабря. Сейчас же все команды играют до пятого декабря. Разница — 15 дней. Что эти дни изменят? Тем более стадионы позволяют играть в это время.

— А лимит на легионеров?
— Вот это зло. Мы растим футболистов, которые в будущем будут неконкурентоспособными. Очень важно, с кем ты тренируешься. Наш чемпионат рос, когда были сильные легионеры: Халк, Вагнер. Защитники ЦСКА становились сильнее, тренируясь с крутыми атакующими футболистами: тем же Вагнером, Жо, Оличем, Красичем. Если мы хотим конкурировать с сильными лигами, лимит нужно отменять. Либо же делать его более лояльным.

ЦСКА, дядька

— Вы следите за ЦСКА. Согласны, что главная проблема команды в том, что у неё нет дядьки на поле?
— Там есть Игорь (Акинфеев. — Прим. «Чемпионата»).

Материалы по теме
«Смотришь на игроков ЦСКА – реально дети! Но в этом есть своя крутость»
«Смотришь на игроков ЦСКА – реально дети! Но в этом есть своя крутость»

— Он в воротах...
— Ну да, до всех не докричишься. Конечно, ушли люди, которые играли тут по 15 лет. Замену в ментальном плане найти непросто. Сейчас строится новая команда. Но по мне, кстати, ЦСКА играет неплохо, интересно. Не знаю, почему некоторые с таким негативом набрасываются на команду.

— В том ЦСКА, где вы начинали, кто был главным дядькой?
— Валерий Георгиевич (улыбается). А из игроков — Ролан Гусев, Сергей Богданович. Много ребят брали на себя эту роль. А после 2005 года мы все моментально оказались своего рода дядьками, получив международный опыт. Играли неплохо, появилась уверенность.

— Гусев — дядька? Казалось, он был шебутным, всегда на своей волне...

— Ну и что. Это никак не мешает. Вы видите только одну сторону, но не знаете, что происходит внутри.

— Дзагоев может стать вожаком для ЦСКА?
— Да, Игорь, он, Марио Фернандес. Последний может доказать всё на своём примере, что он и делает. Федя Чалов. Молчун? Для кого-то молчун, для кого-то нет. Со временем вырастет определённое количество футболистов, которые возьмут на себя роль вожака. Есть ещё Щенников.

— Тоже молчун.
— Можно иногда молчать, но доказывать всё на поле – не сдаваться, биться. Молчун или не молчун — это не критерий. А что, дядька должен бегать и на всех орать?

— Со стороны кажется, что Чалов слишком интеллигентный. Есть мнение, что эта мягкость ему мешает.
— Может. Посмотрим, что будет дальше. Сейчас ЦСКА — очень молодая команда, но ребята растут, набираются опыта. Взять Дивеева как пример. Он тоже может проявить себя как опытный футболист и стать вожаком команды.

— Готов ли Чалов к АПЛ?
— Если тебя зовут, нужно ехать и пробовать. А как получится — не знает никто. Может готов, может, нет. Но попробовать свои силы в самой интересной лиге мира — это прикольно. Если даже не получится, в этом нет ничего страшного.

Материалы по теме
Главные задачи на зиму-2020. ЦСКА
Главные задачи на зиму-2020. ЦСКА

«Спартак», обезьяна

— С какой лиги вы готовы были бы начать тренировать? Или как Мостовой ждете, что вам сразу дадут «Спартак»?
— Пока в моей карьере точно будет пауза. Летом попробуем поступить на тренерскую лицензию Pro, сдать экзамены, отучиться. Надо поучиться и посмотреть, что будет. А дальше — может, это будет вторая лига, может, первая. Я ещё не задумывался на эту тему.

— К слову, про «Спартак». Вы недавно сказали о том, что никогда не возглавите эту команду. Прямо-таки уверены в этом? Дзюба тоже говорил, что никогда не уйдёт в «Зенит» или ЦСКА. А Слуцкий — что не хочет тренировать никакой другой клуб в России после ЦСКА...
— Во-первых, они мне и не предложат. Это ненормально. И, конечно, я не пойду. Человек, который так долго играл в ЦСКА, не должен переходить к основному сопернику. Да, тренерская работа другая. Но я не пойду.

— Виктор Савельевич Онопко не согласится с таким правилом...
— А сколько Виктор Савельевич Онопко играл в «Спартаке»?

— Четыре сезона, потом уехал в Испанию.
— Ну это же не 15 лет. И опять же, я не говорю о том, правильно это или нет. Это моё мнение. А каждый делает то, что хочет.

— Что сами планируете делать в ближайшие полгода?
— Пока будем заниматься делами, которые провисли, пока нас не было в России: бизнесом, здоровьем, детьми. Надо наладить спокойную жизнь, а потом уже думать, что делать дальше.

— Что всё же интересует больше? Футбол или что-то другое?
— Интересно всё. Я как та обезьяна из анекдота, которая не может определиться, умная она или красивая. Пока в раздумьях. Не уверен на сто процентов, что стану главным тренером. Но я точно буду пытаться, пробовать. Хотя понятно — чтобы кого-то тренировать, нужно сначала получить предложение.

Бизнес, брат

— Заниматься бизнесом интересно?
— Да, в этом тоже есть какой-то драйв, движуха.

— Сейчас будете пробовать что-то новое?
— Вот как закончим переезды, попробуем что-то придумать. А почему нет? Если на это будет время.

— Это будет связано со спортом?

— Недавно мы совместно с iTech Capital (инвестиционная компания. – Прим. «Чемпионата») открыли спортивный фонд. Уверен, у нас будут какие-то интересные идеи. Что-нибудь придумаем.

— У вас всегда всё вместе с братом?
— В делах бизнеса мы часто разделяемся. Один хочет что-либо купить, другой не хочет. Мы спокойно к этому относимся.

Материалы по теме
Я и моя тень: самые известные близнецы в профессиональном спорте
Я и моя тень: самые известные близнецы в профессиональном спорте

— В каком бизнесе есть вы, но нет брата?
— В основном, это акции, входы в какие-то фонды. Но я все это уже продал. У брата тоже есть дела, в которых я не задействован. Какие-то деньги бизнес приносит, конечно, но суммы не такие, как в футболе.

— К слову, о брате. Вы недавно пошутили, что в вашей будущей команде вполне могут быть два главных тренера: вы и брат.
— Тоже возможно. Это клёво.

— Сейчас с Лёшей наверняка ругаетесь меньше, чем в то время, когда были футболистами?
— Наоборот, все по нарастающей (улыбается). Мы всегда спорили, периодически были недовольны друг другом, но это никак не мешало нам жить. Это всегда остаётся. В 12 лет мы перестали драться, потому что поняли – можем нанести друг другу увечья. Потом всё перешло в словесные перепалки. Это нормально, между братьями всегда существуют какие-то споры. Сейчас они бывают реже, но жёстче. Все споры обычно быстро проходят. Кстати, понимание футбола у нас примерно одинаковое.

— А как решите, кто будет прямо главным-главным в вашем тандеме? За кем-то все равно должно остаться решающее слово.
— С помощью монетки! Другого варианта пока не придумал.

Комментарии