Игорь Семшов: Слишком правильный? Нет, просто нормальный!
Текст:

Игорь Семшов: Слишком правильный? Нет, просто нормальный!

Его привыкли считать символом лужниковского "Торпедо", которое, казалось, не расстанется с этим игроком никогда. Но этот сезон он неожиданно начал в футболке "Динамо". Начал непросто, как и вся его новая команда.
21 июля 2006, пятница. 09:31. Футбол
Его привыкли считать символом лужниковского "Торпедо", которое, казалось, не расстанется с этим игроком никогда. Но этот сезон он неожиданно начал в футболке "Динамо". Начал непросто, как и вся его новая команда. Но Семшов еще в прежней, черно-белой жизни привык при любых обстоятельствах надеяться на лучшее.

НАВСЕГДА?


В феврале Семшов вместе с группой "ЧерБел" записал и выпустил свой первый DVD-диск с песней "Навсегда", тиражом всего двести экземпляров. Событие это никого особо не удивило: в последнее время футбольный люд часто стал заявлять о себе в жанрах, далеких от основного вида творчества. Экс-торпедовец отнюдь не мечтает об эстрадных лаврах неудавшегося голкипера "Реала" Хулио Иглесиаса - он просто откликнулся на неожиданную просьбу друзей-болельщиков помочь им в осуществлении нового проекта. Они и написали музыку, а поэт Александр Шаганов - текст, в котором были и такие слова: "Ты в сердцах навсегда, ты вернешься".

Трогательно, хотя, честно говоря, маловероятно. В тот момент Игорь уже числился игроком "Динамо", и его переход еще какое-то время на все лады обсуждался журналистской братией: для нее в голодное на события межсезонье смена клуба человеком, которого называли "торпедовским всем", стала лакомым куском. Сам же он старался избегать конкретики в ответах на вопрос, как и почему вдруг решил покинуть коллектив, где стал футболистом, желанным для далеко не последних российских клубов. И где был стержнем, надеждой и опорой команды, которую без него, честно говоря, представить себе было трудно. Тот самый редкий случай, когда опровергалась старая истина "один в поле не воин". Более того, усилия и умение этого "одного" помогали, неожиданно для многих, поднимать игровую планку и остальным. Вспомните того же по-новому открывшегося Панова, Зырянова, Будылина, Лебеденко.

Правда, стабильность и незаменимость торпедовского капитана считались чем-то в порядке вещей. Хотя понятно, что постоянно играть на практически предельном уровне в такой команде совсем непросто. Для этого нужны железный характер и колоссальная вера в себя, которые и обрел Игорь за восемь лет в "Торпедо", где провел 216 матчей, забил 54 гола, четырежды признавался лучшим игроком клуба и откуда, наконец, четыре года назад был приглашен в сборную.

И вот новый этап. Кто-то скажет, мол, "мавр сделал свое дело...". Кто-то объяснит произошедшее охотой к перемене мест, обусловленной целым рядом обстоятельств, о которых сам Семшов распространяться особо не рвется. Пока ситуация такова, что прежняя его команда с этим уходом явно потеряла, а новая еще ничего не приобрела. И, как в насмешку, обе соседствуют на дне турнирной таблицы, реально рискуя не выбраться из болота.

ВРЕМЯ ЛЕЧИТ

Впрочем, сам Семшов настроен более оптимистично и о ситуации, в которой оказались два клуба, говорит исключительно как о временной. Впрочем, иначе и быть не может - не поняли бы люди, которые его знают не первый год, а заодно и те, кто выложил за него кругленькую сумму отступных, вполне солидную и по европейским меркам. Да и у меня после почти двух часов нашего разговора в кафе на Новом Арбате сложилось впечатление, что пятый номер "Динамо" точно знает, когда и почему прервется черная полоса. Но когда официантка принесла счет, я на всякий случай вежливо поинтересовался: а есть ли у моего собеседника, чем рассчитаться?

- Не понял? - удивился Игорь, доставая наличность.

- Ну знаете, все-таки тяжело, наверное, два месяца без зарплаты (разговор проходил еще до того, как финансовый кризис в "Динамо" разрешился. - Прим. СЭ). В газетах уже и о возможной забастовке заговорили.
- Тяжело было в большей степени в моральном плане. В профессиональном клубе даже в самые непростые времена все обязательства сторон должны выполняться. И когда этого не происходит, работе такое уж точно не помогает. С другой стороны, я понимаю, что все происходящее - не более чем результат стечения неприятных обстоятельств, которые надо пережить. На сборе в Австрии Федорычев разговаривал с командой, пообещал, что все встанет на свои места. И лично у меня оснований ему не верить нет.

- Если бы все-таки забастовка случилась, как бы себя повели?
- Заметьте, официально заявлений по этому поводу в команде никто не делал. Потому убежден - дело до нее не дойдет. Хотя, не скрою, говорить на эту тему всегда крайне неприятно.

- Если оставить ее, то как вообще живется на новом месте?
- Сначала пришлось тяжело - все-таки сколько лет отдано "Торпедо", столько всего с ним связано. Особенно непросто было привыкнуть к новой обстановке. По старой памяти все тянуло в Лужники, а ехать-то надо было на "Динамо" или в Новогорск. В первое время даже внутри что-то щемило, будто частичку души потерял. Но постепенно отпустило - время-то лечит.

- Вот уж не ожидал от вас подобной сентиментальности, Игорь Петрович!
- Ну, это вы напрасно. Обычные переживания. Которые, если они мешают, профессионал должен уметь в себе гасить.

- Может, шли они еще и от неизвестности, которая всегда сопутствует любому переходу в новый клуб?
- В данном случае ничего подобного не было. Я знал, что никаких гарантий светлого завтра в "Динамо" нет и быть не может. И все будет зависеть только от меня самого. Но это, наоборот, только подстегивало. Ведь всю свою футбольную жизнь от меня требовалось кому-то что-то доказывать. И прежде всего самому себе.

РУКОПОЖАТИЕ АЛЕШИНА

- А почему все-таки было выбрано не слишком благополучное "Динамо", хотя вас очень хотел видеть у себя прочно стоявший на ногах "Зенит"?
- И не только он. Настойчивость проявляли и "Сатурн" с "Москвой". Причем, заметьте, условия предлагали совсем неплохие. Но я предпочел "Динамо" - прежде всего потому, что очень убедителен и настойчив был в переговорах Семин.

- Как долго они велись?
- Все ограничилось несколькими телефонными звонками Юрия Павловича в Эмираты, где я отдыхал с женой.

- Ее мнение сыграло какую-то роль?
- Лариса - человек деликатный и в мои футбольные дела никогда не вмешивается.

- Какие же аргументы Семина стали для вас решающими?
- Юрий Павлович заявил, что хочет создать мощную, стабильную команду, которая боролась бы только за призовые места. В "Локомотиве" он доказал, что делать это умеет. Согласитесь, отказаться от такого предложения трудно.

- Означает ли это, что "Торпедо" подобная перспектива уже не светит?
- Понимаете, с этой командой я знавал разные времена. Был и бронзовый сезон, и вполне приличное четвертое место, которые добывались исключительно за счет самоотдачи и преданности. Начиная каждый чемпионат, мы делали все, чтобы превзойти самих себя. Иногда это удавалось. Но в силу определенных обстоятельств выйти на стабильно высокий уровень было сложно. А мне в двадцать восемь очень хотелось бы это попробовать сделать с "Динамо". И торпедовское руководство меня поняло.

- Насколько известно, президент "Торпедо" Владимир Алешин не очень спешил расставаться с вами и несколько раз опускал шлагбаум перед несколькими более чем заманчивыми предложениями. Как все происходило на сей раз?
- Как пишут в газетах, "при полном взаимопонимании сторон". А если серьезно, то Владимир Владимирович, узнав о намерении "Динамо" и тех условиях, которые оно предлагало мне и "Торпедо", сразу же пожал мне руку и пожелал удачи. Скажу честно: если бы сумма компенсации за мой трансфер не устроила бывший клуб, я бы из него никуда не ушел.

- В одном из первых после перехода интервью вы сказали, что о сроках нового контракта сообщите позднее. Имелись какие-то сомнения на сей счет?
- Никаких. Просто на тот момент еще не были подписаны все необходимые документы. А потому заранее говорить о чем-то не имело смысла.

- А кто диктовал в данной ситуации условия?
- Никто. "Динамо" предложило трехлетнее сотрудничество, и я сразу же согласился. Не возникло вопросов и по заработной плате.

- Она намного превышала торпедовскую?
- Сказал бы, значительно.

- Зато в "Торпедо" вы были, можно сказать, на особом положении?
- Ни в коей мере. Вот спрос с меня был действительно особый. И это держало в постоянном напряжении, не давая расслабиться ни на минуту. Очень горжусь тем, что все это время наши отношения с Владимиром Владимировичем были по-настоящему дружескими и доверительными.

- И это при том, что некоторые считают характер торпедовского президента, мягко говоря, непростым?
- А он и не может быть иным у человека, управляющего таким огромным хозяйством, как Лужники. Именно благодаря энергии и настойчивости Алешина и продолжает свою нелегкую жизнь "Торпедо", которое он в свое время спас от банкротства. Добавлю еще, что лично по инициативе Владимира Владимировича мой клубный контракт переписывался трижды. А это знак полного доверия.

- Коли у вас сложились такие отношения с президентом, почему не уходили из "Торпедо" раньше? Может, предложений не было?
- Их как раз хватало. Особенную настойчивость проявляла "Москва". Но Алешин все варианты отвергал, считая несерьезными.

- Не задевало то, что все решалось без вашего участия?
- Напротив. Я полностью доверял президенту и знал, что поступает он так исключительно в моих интересах.

ТРЕНЕР ВСЕГДА ПРАВ

- А то, что "Торпедо" обречено играть при практически пустых трибунах, не раздражало?
- Конечно, не очень приятно было: выходишь на поле в восьмидесятитысячных Лужниках, а зрителей - кот наплакал. Но три тысячи торпедовских фанатов нас поддерживали всегда. А на матчи с лидерами и все семь приходило. На выезде же, в Самаре, скажем, или в Питере, стадионы обычно под завязку набиты. Естественно, там и обстановка другая, более праздничная.

- Насколько это влияет на вашу игру?
- Никак не влияет. Давно и навсегда вбил себе в голову: результата надо добиваться при любых игровых декорациях. Хотя не скрою, что, когда мы в Кубке УЕФА встречались в гостях с "Вильярреалом" и софийским ЦСКА, которых поддерживали переполненные трибуны, заводило это сильно. Еще никогда не забуду, как на прошлом мировом чемпионате, в Йокогаме, за два часа до матча с хозяевами половина стадиона уже была забита болельщиками.

- Вы вообще человек настроения?
- К счастью, нет, поскольку считаю, что, кроме вреда, ничего это не приносит. Все свои проблемы, какими бы серьезными они ни были, футболист обязан оставлять в раздевалке. Партнеры и игра не должны страдать из-за твоих личных переживаний. Помню, четыре года назад перед какой-то важной игрой мы соседей этажом ниже затопили. А однажды жена все документы в магазине потеряла. Сами понимаете, настроение после этого хуже некуда. Но приезжал на стадион и заставлял себя обо всем, к игре не относящемся, на полтора часа забыть.

- А резкое высказывание тренера в свой адрес долго будете помнить или сразу же на него ответите?
- Существует неписаный закон - тренер всегда прав. Стараюсь от него не отступать. Мало, конечно, приятного, когда тебе при ребятах достается, да еще, как сам считаешь, не по делу. Но даже при таком варианте в раздевалке выяснять отношения не буду. А вот потом, в спокойной обстановке, к этому моменту обязательно вернусь.

- В "Торпедо" подобные ситуации часто возникали?
- Бывало. Хотя с Тархановым, Ивановым, Шевченко и Петренко, в течение восьми лет сменявших друг друга, у меня были нормальные отношения.

- С кем работалось наиболее комфортно?
- О каждом вспоминаю только хорошее. Тарханов, по сути, открыл мне дверь в большой футбол, позвав из армейского дубля в "Торпедо" и доверив место в составе. Его сменил Валентин Козьмич Иванов, которого я прежде не знал. Азартный, рискованный тренер. Мог под горячую руку на тренировке такого наговорить... Но во время игры за своего футболиста горой стоял, не давал в обиду. Одно слово - душа человек. Жаль, только полгода довелось с ним поработать.

- Помнится, сменивший его Виталий Шевченко вас в состав включал реже.
- Было такое. Отчасти подобным образом Виталий Викторович как бы воспитывал меня, не переставая повторять: "Будь жестче на поле, Игорь. Становись, наконец, мужиком. Пора, как-никак уже двадцать стукнуло". Нутром понимал, что тренер прав, но по-человечески, конечно, обидно было на лавке просиживать. Мне тогда его помощник, Валерий Петраков, которого сейчас в "Динамо" Андрей Кобелев очень напоминает, помог - успокаивал, подбадривал, подсказывал. Если бы не его поддержка, не знаю, как бы дальше все в "Торпедо" сложилось.

- Могли и уйти?
- Если бы были предложения, наверное, так бы и сделал.

- Выходит, с Шевченко у вас отношения не складывались?
- Не совсем так. Просто у него ко мне свои требования были. И, как я потом понял, вполне логичные и правильные. Не поработай я с ним те два года, глядишь, не выбился бы в футбольные люди.

- Лидером-то вы уже при Петренко стали?
- Скорее за год до его прихода, еще при Шевченко, который на тот момент мне уже доверял полностью. А Сергей Анатольевич помог себя лидером почувствовать, дал полную свободу на поле, уверен был в моей игровой интуиции. Хотя ему самому непросто было в команде начинать. Слишком уж много скептиков предсказывали новому тренеру незавидную судьбу в "Торпедо". А он доказал обратное. И сейчас, когда все трудно в чемпионате складывается, рук не опускает.

ЧТО ПИШУТ О СЕМШОВЕ?

- Когда вы последний раз видели "живьем" свою бывшую команду?
- В Лужниках в кубковом матче с "Зенитом". Правда, по нему было трудно судить об истинном состоянии торпедовцев: могло сыграть роль то, что в первой встрече в Питере они уступили - 0:2. Но чувствуется, что проблем в команде хватает: атака с Данишевским и Луценко практически новая, в обороне изменения. Думаю, что отсутствие в составе Панова - большая потеря.

- А как вам показалась средняя линия без Семшова?
- Вполне приличного уровня. Кормильцев, Зырянов, Будылин, Волков - ребята умелые, грамотные. Но одним им тянуть торпедовский воз не под силу.

- Полузащиту еще каких команд вы бы выделили?
- В ЦСКА, "Зените", "Локомотиве", "Спартаке" собраны интересные, умеющие вести игру ребята. И то, что в названных клубах эта линия - определяющая, говорит само за себя.

- О динамовской можете сказать то же самое?
- Пока, к сожалению, нет. Не хватает нам еще стабильности. Вот если будем проводить игры на таком же уровне, как со "Спартаком", у Юрия Павловича исчезнет повод для критики в наш адрес.

- С Семиным вы в сборной познакомились?
- Да. И он мне сразу Валентина Козьмича Иванова напомнил - отеческой опекой игроков, откровенностью, ровным, без исключения, отношением ко всем, будь ты игрок основного состава или резервист. Требования всегда предельные. И в тренировках нет деления на звезд и дублеров.

- Что же, история с Коштиньей это подтверждает. А как вы к ней относитесь?
- Трудно однозначно ответить. Скажу лишь, что нечищеные бутсы - не повод для демарша. А потом, еще раз вспомните футбольный закон, согласно которому тренер всегда прав.

- Интересно, а вспомнили вы о нем, когда в матче со "Спартаком" из Нальчика оказались на скамейке запасных?
- Отнесся к этому философски: остался в запасе - значит, дал для этого повод. Когда нет результатов, вполне естественно, что тренер ищет какие-то новые варианты. Конечно, можно говорить о том, что сегодняшнее "Динамо" - практически новая команда. Шутка ли, почти десяток игроков пришел. А Смертин и Жан вообще появились перед самым сезоном. Естественно, нет еще того игрового понимания, которое позволяло бы стабильно набирать очки. А когда пошли неудачи, то еще и груз ответственности стал давить. Вот все вместе и привело к провалу на старте.

- Не приходила, часом, в голову шальная мысль: не зря говорят - от добра добра не ищут? Играли бы себе в "Торпедо", где продолжали бы считаться "нашим всем"...
- Уже говорил, что, переходя в "Динамо", на легкую жизнь вовсе не рассчитывал. Но, признаюсь, и такого поворота не ожидал. Значит, нужно всем вместе вылезать из ямы, в которую угодили. Игра со "Спартаком" перед перерывом показала, что кое-какие сдвиги уже наметились. Хорошо в Австрии поработали, в Нижнем Новгороде с настроением кубковую встречу провели, в Питере сражались с "Зенитом". Да и с "Локомотивом", используй свои шансы Дерлей с Данни, все могло по-иному сложиться.

- Какие у вас с ними сложились отношения?
- Более чем нормальные. Пока ни в одном интервью со мной не было ничего придуманного. Но после истории, в которую в "Бенфике" по вине недобросовестного сотрудника одного издания попал Каряка, признаюсь, стал опасаться ее повторения уже со мной.

- Вам важно, что пишут о Семшове?
- Конечно. Интересно сравнить чужое мнение о своей игре с собственным. Вот только порой никак не могу понять, по каким критериям выставляются послематчевые оценки. Впрочем, это, наверное, все-таки дело вкуса. А не нравятся мне те журналисты, которые учат, как надо играть, вместо того, чтобы просто высказать свою точку зрения. Сколько уж раз бывало, что после победы сборной ее тренера газетчики признавали чуть ли не героем России, а после неудачи клеймили позором.

МОСТОВОГО ПОДСТАВИЛИ

- Кстати, о сборной. Частенько приходится слышать, что далеко не все футболисты охотно откликаются на приглашение в нее из-за того, что там в отличие от клуба не заработаешь, а потерять можно многое. Что скажете на сей счет?
- Возможно, для кого-то это именно так. Для меня же играть за сборную - огромная честь. По-моему, это мечта, к которой должен стремиться каждый. Иначе ничего серьезного в футболе не добьешься.

- Патриотично, надо сказать, звучит. А гимн перед матчем поете?
- Только начало, которое помню, и еще припев. Но не считаю, что это главное для игрока сборной. Гораздо важнее то, что у него в душе и насколько он готов все отдать для победы. Меня, например, ни одному тренеру в сборной настраивать было не надо.

- С кем из них у вас было наилучшее понимание?
- Пожалуй, с Романцевым, который не побоялся сразу же взять меня на чемпионат мира в Японию. Помню перед этим, на турнире LG, я очень удачно сыграл против белорусов в совершенно незнакомой компании с Лактионовым, Соломатиным и Аршавиным. Говорят, Олег Иванович тогда сказал, что я провел встречу в спартаковском стиле, а это у него обычно считается высшей похвалой. Еще один хороший матч отыграл в недавнем отборочном цикле дома с Лихтенштейном. Здесь уже обо мне Семин добрые слова сказал за большое движение, отдачу. У нас тогда с Лоськовым и Измайловым действительно почти все в середине получалось. Вообще при Юрии Павловиче я частенько в состав попадал. Честно говоря, и в "Динамо" пошел из-за того, что чувствовал - Семин меня понимает.

- Про Ярцева вы этого сказать не можете?
- У Георгия Александровича было свое видение игры, и место для меня находилось редко. В Португалии на европейском чемпионате я сыграл только в последнем матче с греками. Да и то выйдя на замену.

- Верно, что на том первенстве обстановка в сборной была чрезмерно напряжена?
- Не сказал бы. Если вы имеете в виду историю с Мостовым, то, думаю, его просто подставили испанские журналисты. И, скорее всего, отправлять Александра раньше времени домой не стоило.

- А что думаете по поводу не столь давнего выступления в "СЭ" Аленичева?
- Полностью согласен с Романцевым, считающим, что у Дмитрия не было иного выхода. Жаль, конечно, что в итоге все так для него закончилось. Прекрасный человек и отличнейший мастер. Это я в Японии с первых дней нашего знакомства понял.

РОНАЛДИНЬЮ - КОНЦЕРТНЫЙ. ЗИДАН - ЛУЧШИЙ

- Часто сейчас то время вспоминаете?
- Бывает. Особенно, когда чемпионат мира в Германии смотрел.

- Матчи японской сборной ни о чем не напомнили?
- Еще бы! Разве можно забыть, как меня во встрече с ней в Йокогаме в чужой штрафной руками завалили. А судья Мерк, который рядом стоял, даже глазом не моргнул. Дай он тогда стопроцентный пенальти, глядишь, все по-другому бы и в том матче, и на чемпионате для нас повернулось. Кстати, и сейчас этот арбитр оказался в центре судейских скандалов в Германии. Хватало их и на прошлом первенстве, и на нынешнем, что, конечно, плохо сказывалось на зрелищности турнира.

- За кого болели?
- Сначала за Аргентину, а потом за французов.

- Что предопределило выбор?
- За аргентинцев выступают Рикельме и Колоччини, которых я знаю по матчам Кубка УЕФА с "Вильярреалом". Отличные футболисты и замечательные ребята. А в команде Франции играет великий Зидан. Какую потрясающую игру он выдал с испанцами! На мой взгляд, это сегодня лучший в мире полузащитник.

- А многие считают таковым бразильца Роналдинью.
- Это мастер высочайшего класса. Но он больше игрок концертный, зрелищный, как и большинство его земляков. А Зидан - мудрый, спокойный, ни одного лишнего движения, что в футболистах нашего амплуа особенно ценится.

- Как отнеслись к несдержанности Зидана в финале, стоившей ему удаления?
- Мне с самого начала показалось, что итальянцы всеми способами пытались вывести капитана французов из себя, понимая, что такая потеря у соперника резко увеличивает их шансы на успех. Матерацци это мастерски удалось, что не делает чести победителям. Уверен, останься на поле Зидан, все могло бы сложиться иначе еще до послематчевых пенальти. Потеря лидера всегда удар для команды.

- Финал все расставил по справедливости?
- Не уверен. Итальянцы и французы по силам равны. Но двух чемпионов мира, как известно, не бывает.

- Как считаете, какие-то открытия, неожиданности чемпионат в Германии принес?
- В какой-то степени к неожиданностям можно отнести провал блеснувших в первой игре чехов да досрочный отъезд звездных бразильцев, которым все дружно прочили чемпионство. Что касается открытий, назвал бы сборную Ганы и неожиданно выстреливших австралийцев, которые с Хиддинком, похоже, удивили весь мир.

- Надеетесь встретиться с ним в сборной?
- Кто знает, как все сложится. Но было бы интересно узнать, с помощью каких таких секретов ему удавалось заставлять играть в приличный футбол корейцев и австралийцев. А ведь это дело непростое.

- Как думаете, с какими трудностями ему придется столкнуться в России?
- Прежде всего - язык. Конечно, если среди его помощников будут Корнеев и Бородюк, то многих проблем, возможно, избежать удастся. Впрочем, голландцу работать в таких условиях не привыкать. Но, главное, ему потребуется время, чтобы узнать и почувствовать, каков он, российский футбол, изнутри. Без этого будет трудно.

- Как известно, в футбольной жизни легко вообще не бывает. И частенько в ней многое зависит от простого стечения обстоятельств, предопределенных судьбой. Вам с этим приходилось сталкиваться?
- В самом начале, когда, по сути, открывший меня в ЦСКА Тарханов вынужден был уйти в "Торпедо" и во второй раз протянул руку помощи, позвав к себе. Так я оказался в команде, которой обязан всем, что сегодня имею в футболе: возможностью обеспечивать семью, уважением соперников, доверием партнеров, признанием болельщиков. К тому же мне посчастливилось сыграть на чемпионатах мира и Европы.

- Какими они остались в памяти?
- С одной стороны, радостью от подарка судьбы, с другой - болью от несбывшихся надежд. Помню, как со слезами на глазах уезжал из Японии, так и не залечив травму, мой близкий друг Слава Даев. А как душила обида после проигранного из-за судьи матча с японцами и поражения от не самой сильной сборной Бельгии! Потому понимаю тунисцев, которые, не стесняясь, плакали после матча с Украиной.

- В трудные минуты о чем вспоминаете?
- О детях - дочери Виктории, которой скоро будет пять, и четырехмесячном Викторе.

- Что ж, сына вы родили, дом строить начали, осталось только дерево посадить.
- Обязательно. Причем непременно постараюсь это сделать в Петровском парке.

Не удивлюсь, если у кого-то сложится впечатление, что герой этого интервью оказался слишком уж правильным. Он и семьянин, и патриот, и за прежнюю команду переживает, и о нынешней душа болит, не бунтарь, не привлекался, не состоял... Но у каждого свой подход - кто-то примет Семшова именно таким, а кто-то, усмехнувшись, сквозь зубы процедит: "Да знаем мы все про этих ваших игроков". Мне же в голову неожиданно пришла мысль: "А может быть, мы в нашем футболе просто отвыкли от нормальных людей?"
Источник: Спорт-экспресс
Оцените работу журналиста
Голосов:
1 октября 2016, суббота
Какой клуб произвёл на вас наилучшее впечатление в последних матчах Лиги чемпионов и Лиги Европы?
Архив →