Обманувший Гарринчу
Фото: terceirotempo.ig.com.br
Текст: Алексей Третяк

Обманувший Гарринчу

История о легендарном массажисте сборной Бразилии Марио Америко, который за 25 лет работы в команде стал трёхкратным чемпионом мира. Столько же на ЧМ побеждали лишь великие Пеле и Загалло.
16 апреля 2010, пятница. 15:15. Футбол
Америко — единственный в мире участник семи мировых первенств! А победы в 1958, 1962 и 1970 годах сделали его наряду с Загалло и Пеле трёхкратным чемпионом мира. Марио, несмотря на запись в трудовом договоре, был в команде не просто массажистом — он являлся другом для многих футболистов, которые приходили к нему не только с физическими травмами, но и с душевными. Очень жаль, что роль таких людей в футболе зачастую остаётся незамеченной, хотя при этом наш герой играл немаловажную роль в тех далёких триумфах "Селесао". По обыкновению после провала бразильской сборной на мундиале в её руководстве происходили значительные перемены.
Марио обеспечивал своим подопечным алиби от ревнивых жён, когда те предпринимали неожиданные набеги в отель, где находилась на очередном предматчевом сборе команда, чтобы застать врасплох загулявших супругов. Именно Марио узнавал от бедняг о подхваченных в загулах мелких неприятностях, о которых стыдно сказать даже врачу.
Вслед за главным тренером команду покидал и весь тренерский штаб. Но Америко оставался неприкосновенным в сборной с 1950 по 1975 годы.

Марио родился в 1914 году в крошечном посёлке Монте-Санто в беднейшей и, как обычно, многочисленной негритянской семье: мать — прачка, отец — батрак на местной фазенде. Он умер, когда Марио исполнился всего год. Уже с семи лет парня отправили на работу: он пас скот, чистил хлев, помогал своей двоюродной сестре-кухарке. Вставал в четыре часа, заканчивал работу затемно. Но долго такого режима Америко не выдержал и уже через год сбежал в Сан-Пауло к двоюродному брату, которого в большом городе найти не смог. Марио пришлось работать вокзальным чистильщиком ботинок, механиком на автомойке, ремонтировать зонтики, пока он не напросился в ученики к одному из лучших мастеров-ударников джазового оркестра, выучился и стал работать, даже обрёл популярность под псевдонимом "Марио Чарльстон".

Позже Америко увлёкся боксом, но после первого же нокаута ему пришлось завершить едва начавшуюся карьеру тяжёловеса. После этого один из постоянных зрителей и болельщиков Марио — врач футбольного клуба "Мадурейра" Алмир до Амарал — пригласил его в массажисты на смену старому, уходящему на пенсию Джиованни.

— Сеу Джиованни, — сказал при знакомстве растерянный Марио, — я ничего не понимаю в массаже.
— Я тоже, — улыбнулся старик. — Но занимаюсь этим делом уже 30 лет. И постараюсь тебе помочь.

В 1944 году Марио фактически заставили подписать контракт с "Васко да Гама". Футболист "Васко", а в прошлом хороший знакомый Америко по "Мадурейре" Жаир предложил подвезти старого друга до дома, а сам тайком привёз Марио в офис "Бакальяу". В кабинете директора его уже ожидали несколько картол, в том числе пара офицеров. А на столе лежал шикарный контракт. Постукивая ногтём по бумаге, подполковник строго сказал, что если Марио не подпишет договор, его тут же арестуют и отправят за решетку. Америко ничего не оставалось, как поставить свой автограф в контракте.

В 1950 году Америко вместе с главным тренером "Васко" Флавио Костой перешёл в национальную сборную. Благодаря своей специальности (ставить на ноги после травм, оживлять истощённые мускулы), а прежде всего своему характеру и, видимо, врождённому дару общения, умению вызвать доверие окружающих Марио очень быстро стал задушевным другом, желанным собеседником и доверенным лицом практически всех футболистов, прошедших через его волшебные руки. В Америко души не чаяли звёзды бразильской сборной: Диди, Джалма Сантос, Гарринча, Вава, позже Жаирзиньо, Жерсон и, конечно же, Пеле.

Америко считался в команде своим в доску. Когда футболисты уходили в загул, именно Марио тренеры посылали бегать в местные бары и публичные дома, чтобы найти пропавших. Марио обеспечивал своим подопечным алиби от ревнивых жён, когда те предпринимали неожиданные набеги в отель, где находилась на очередном предматчевом сборе команда, чтобы застать врасплох загулявших супругов. Именно Марио узнавал от бедняг о подхваченных в загулах мелких неприятностях, о которых стыдно сказать даже врачу. Футболисты делились с ним самым сокровенным, для них он был кем-то вроде старшего брата.

Поэтому именно в комнату к Марио подселили безутешного в своём горе Пеле, когда во втором матче чемпионата мира 1962 года со сборной Чехословакии он тяжело растянул мышцу в паху и стало ясно, что дальше играть в этом турнире он не сможет. И Марио тогда увидел, что Пеле страдает лунатизмом, и заботливо наблюдал за тем, чтобы, расхаживая во сне по комнате, он не выпал случайно в окно.

Как-то раз в Каире, когда нужно было спасти выходящего из отеля Короля Футбола от бушующих местных фанов, Марио организовал инсценировку: позвал Чико Ассиза (ответственного за униформу команды), вытолкнул его на улицу и крикнул: "Пеле! Пеле! Подойди-ка сюда!" Восторженная толпа яростно накинулась на бедного Чико, вскинула его на плечи, понесла со сладостным рёвом по улице, а тем временем настоящий Пеле проскочил в машину и уехал. Лишь тут обманутые фаны осознали ошибку и гневно швырнули Чико на асфальт.

А однажды Марио обманул самого Гарринчу.

Как-то раз в Каире, когда нужно было спасти выходящего из отеля Короля Футбола от бушующих местных фанов, Марио организовал инсценировку: позвал Чико Ассиза (ответственного за униформу команды), вытолкнул его на улицу и крикнул: "Пеле! Пеле! Подойди-ка сюда!" Восторженная толпа яростно накинулась на бедного Чико, вскинула его на плечи, понесла со сладостным рёвом по улице, а тем временем настоящий Пеле проскочил в машину и уехал.

"И вот как-то раз вижу: Мане притащил приёмник, именно такой, о каком я мечтал. Лёг он на мой стол, я начал обрабатывать ему ноги. Массирую. А он тем временем блаженно глядит в потолок, развлекается с покупкой, гоняет аппарат с волны на волну, и всюду, естественно, слышится шведская речь. Тут-то у меня и созрел план…
— Слышишь, Мане, — спрашиваю, — ты что, здесь купил этот приёмник?
— Да, а что? — улыбается он, счастливый и безмятежный.
— Что же ты за дурак, в самом деле? Как ты себе мог позволить такую оплошность!?
— Что? Что? — насторожился он. — О чём ты говоришь?
— Как это о чём? Ты же слышишь, что этот приёмник говорит только по-шведски. А ты ничего не понимаешь на этом языке! Представь себе: ты привозишь его в Рио, а там тоже из него одни шведские слова. Что скажет твоя семья? Все же будут над тобой смеяться. Да и здесь ребята увидят и начнут издеваться над тобой, разве нет?
Тут он ударил себя по лбу и взволнованно говорит:
— А ведь ты прав, Марио! Как же быть? Что же мне теперь делать?
Я сделал невинное лицо и говорю ему:
— Всё очень просто: ты можешь продать его мне. Пускай надо мной смеются. Ты же знаешь: надо мной всегда парни наши смеются, и я привык не обращать на это внимания.
— Ну, ладно, — говорит Мане, причём без всяких колебаний. — Ты меня убедил. Сколько же ты мне за него дашь?
У меня тогда было в бумажнике ровно 40 долларов, я и предложил ему именно эту сумму. Но Мане удивился:
— Почему 40? Я же уплатил за него больше ста!
— Хорошо, оставь его у себя и терпи все насмешки от ребят. Я бы тебе дал больше, но у меня больше нет, — и для убедительности я вывернул перед ним содержимое бумажника.
Мане почесал затылок, потом говорит:
— Ну ладно, давай 40. Только беру с тебя честное слово, что никому из ребят не скажешь, как я опростоволосился с этим аппаратом, о'кей?
— Хорошо, — ответил я. — Но тогда дай мне и квитанцию из магазина, чтобы её у тебя не нашли и не начались бы расспросы.
Мане отдал мне квитанцию, долго благодарил меня, сказав, что я верный и преданный друг.

В 1975 году Америко по своей воле ушёл из сборной — по словам Марио, в команде существовало много околофутбольных проблем, и работать в таких условиях становилось всё сложнее. Когда Америко прощался со сборной, у большинства футболистов на глазах наворачивались слёзы, настолько им был дорог этот человек.

После сборной Марио решил попробовать свои силы в политике. Он выдвинул свою кандидатуру и был избран депутатом муниципального собрания штата Сан-Пауло. За него проголосовало 53 тысячи избирателей. Справедливости ради следует сказать, что на этом поприще особого успеха он не имел. Сработало, видимо, старое житейское правило: каждый должен заниматься своим делом. В апреле 1990 года Марио Америко скончался, не дожив четыре года до очередной победы сборной Бразилии на чемпионате мира. Первой победы после ухода Марио из команды.
Источник: «Чемпионат»
Оцените работу журналиста
Голосов: 84
10 декабря 2016, суббота
9 декабря 2016, пятница
Кто вас больше разочаровал в этом розыгрыше еврокубков?
Архив →