До 10 000 рублей каждому на первый депозит! Получить!
Текст: «Чемпионат»

Малафеев: "Зенит" - чемпион; не рифма, но как звучит

Очень обаятельный молодой человек Вячеслав Малафеев вновь верховодит в питерской штрафной. Сегодня Слава - один из лидеров «Зенита», и уже один этот факт является весомым поводом для интервью.
30 августа 2006, среда. 15:25 Футбол

Очень обаятельный молодой человек Вячеслав Малафеев вновь верховодит в питерской
штрафной. Сегодня Слава — один из лидеров «Зенита», и уже один этот факт
является весомым поводом для интервью. Разговор наш, кстати, получился очень
необычным. Малафеев торопился в аэропорт, на товарищеский матч с «Глазго», в
трубке верещали детишки, а Слава как ни в чем не бывало отвечал на мои вопросы.
Что тут скажешь — вратарь. Хладнокровный и невозмутимый.

МНЕ НЕСВОЙСТВЕННА БЕСШАБАШНОСТЬ

— Через несколько часов полетите в Глазго. Что возьмете с собой в дорогу?
— Мне собираться недолго. Помимо зубной щетки, паспорта и формы обычно беру
диски, разные журналы, компьютер.

— Никогда ничего не забываете?
— Скорее нет, чем да. Бесшабашность мне несвойственна.

— Не надоели постоянные разъезды?
— Есть такое…

— Жена не жалуется на частое отсутствие мужа?
— Во-первых, Марина уже привыкла к такому графику. Во-вторых, она понимает, что
это моя работа, что мне тоже приходится непросто. Может быть, это и доставляет
неудобства, но что ж поделаешь. Так что никаких жалоб.

— При такой работе, наверное, нужно быть легким на подъем.
— Ну, это смотря куда и зачем. Про себя я бы не сказал, что легко могу сорваться
с места.

— Бегать тоже не любите?
— Честно скажу, нет (смеется).

— Но тест Купера сдаете на отлично?
— Смотря в какой форме нахожусь… Но обычно в двенадцать минут укладываюсь и
пробегаю положенные 3200 м.

,— Вы такой серьезный, рассудительный. Это только первое впечатление или вы
всегда такой?

— Такой вот и есть. Наверное… (Смеется.)

— Невозмутимость — это основное качество вратаря Малафеева?
— В игре стараюсь быть как можно более сконцентрированным, собранным. Но это всё
очень индивидуально. Каждый голкипер должен использовать свои сильные стороны,
которые ему помогают на поле. У кого-то это агрессия, может быть, даже злость,
кому-то свойственны импульсивность и авантюризм. Я думаю, что главное тут —
найти свое психологическое состояние.

— Вижу, вы спокойный, но отнюдь не замкнутый. «Зенит» сейчас представляет
собой многонациональный вариант. Со всеми находите общий язык?
— В принципе, да. Но общаюсь, конечно, больше с нашими ребятами, которых
давно знаю, — Горшковым, Радимовым, Спиваком. С легионерами разговариваем в
основном на английском, иногда приходится объяснять что-то на пальцах. Но
проблемы никакой в этом не вижу — всегда могу подобрать слова или жесты.

— Наш великий и могучий — один из самых сложных языков. Как быстро
иностранные игроки выучивают русские слова?

— Наши братья-славяне осваивают его достаточно быстро. А вот норвежцам,
голландцам, корейцам приходится сложнее. Но пытаются.

— Вы как-то помогаете им в этом нелегком деле?
— Конечно, ребята иногда интересуются: «А как это будет по-русски». Мы
объясняем, при этом подучиваем их всяким русским ненормативным выражениям
(смеется).

— Жизнь футболиста непроста во всех отношениях. Но вы не боитесь трудностей?
— Конечно, приходится тяжело, но что делать. Это работа, которую ты любишь и
хочешь делать, и за нее получаешь зарплату. В «Зените» существуют свои богатые
традиции, и плох тот футболист, который их не соблюдает.

Я ПАТРИОТ СТРАНЫ И КЛУБА

— Спортсмены рано взрослеют. В каком возрасте вам пришлось стать
самостоятельным?
— Это зависит не только от спорта, но и от того, в каком возрасте человек
заводит семью. Как только появляются заботы, дети — взрослеешь быстрее. Футбол
тоже, конечно, не любит детства. Чем раньше ты взрослеешь, тем проще тебе
адаптироваться в дальнейшем. Ко мне осознанность пришла лет в девять-десять,
когда я начал осознавать, что такое футбол и для чего он нужен. А вот
осмысленность и понимание того, что футбол — это мое призвание и будущая
профессия, наступили позже, в период окончания школы.

— Интересно, как же становятся вратарями?
— Очень сложно сказать; думаю, в большей степени это лотерея. Конечно, огромное
значение имеет тренер по вратарям, который должен отыскать в мальчике задатки
для вратарского дела и потом обучать его и направлять в это русло.

— Если это лотерея, то каков же процент вероятности, что из ребенка получится
хороший голкипер?

— В принципе, научить и научиться можно всему. А вот дано тебе это или нет —
другой вопрос. Можно, к примеру, обучить человека бухгалтерии, потом он будет
работать по этой профессии, но будет ли ему это нравиться, будет ли он жить
одним этим делом и расти как профессионал — не факт. И определяющую роль как раз
в способности прогрессировать и получать от работы удовольствие играет талант и
призвание.

— Ну, вас-то талант не обошел стороной…
— Не знаю. Все происходило постепенно. Сначала заинтересовался, потом тренеры
подсказали, потом решил двигаться в этом направлении. То есть действовал не
столько ощущая свой талант, сколько интуитивно. И это чувство не было
спонтанным, что проснулся утром с мыслью: «Всё — я вратарь!», а проходило сквозь
всю мою жизнь, только на разных этапах по-разному.

— Кто же направил будущего голкипера в нужное русло?
— Футболом я начал заниматься с шести лет, в девять пришел в футбольную школу
«Смена», вот там из меня и начали делать футболиста. Тренеры: Савин, Смаков,
Вильде…

— А как попали из «Смены» в «Зенит»?
— Очень просто. Футбольный клуб «Зенит» детской спортивной школе «Смена» уделяет
внимание и присматривает там себе игроков очень давно. В какой-то момент меня
взяли на заметку, начали платить стипендию, а потом уже я подписал
профессиональный контракт. Сейчас, в принципе, работает такая же схема: «Смена»
— «Зенит».

— Российский футбол пока уступает заграничному. У вас никогда не возникало
мысли перебраться в какой-нибудь иностранный клуб? Тем более что за «Зенит»,
считая дубль, вы выступаете уже десять лет.
— Конечно, такие мысли возникают у всех, и я в данном случае не исключение.
Но такие думы появляются обычно не в самые благоприятные моменты жизни, например
когда ты не играешь из-за травм или не попадаешь в состав. Или, наоборот, когда
чувствуешь, что уже всего достиг в одной команде и надо пробовать себя в другой.
Но мне кажется, в «Зените» я еще не всего достиг, и мне хочется отдать ему всего
себя, чтобы мы вместе могли добиться каких-то высоких результатов.

— Но все же, если для российских хоккеистов предел мечтаний — уехать в НХЛ,
то к чему стремитесь вы?

— Стремление уехать за границу было раньше, когда российский футбол был на
низком уровне, когда наш чемпионат сильно отличался от европейских и по качеству
игры, и по заработной плате. Сейчас заграничная жизнь своим спокойствием,
размеренностью и стабильностью уже не особо привлекает, и надо сказать, что
многие иностранцы мечтают играть в российском чемпионате. Я хочу в составе
«Зенита» как можно лучше проявить себя в европейских кубках.

— Считаете себя патриотом?
— Да, конечно, я патриот страны. И «Зенита»!

— Что за эти годы дал вам питерский клуб?
— Я думаю, что все-таки становление индивидуальности происходит немного раньше,
чем ты попадаешь в профессиональный клуб. Тем не менее «Зенит» мне очень много
дал как человеку и как личности. В составе «Зенита» я тренировался, играл, потом
завоевывал медали, получил известность сначала в городе, потом в стране.

ВОЗМОЖНО, ОБО МНЕ НАПИШУТ В КНИГЕ

— Выбор Академии имени Лесгафта для спортсмена логичен. Это именно то
образование, которое бы хотели получить, или просто там легче учиться?
— Я пошел учиться в первую очередь, конечно, для того, чтобы не попасть в
армию. Но когда уже футбол затянул полностью, я понял, что нужно учиться и
получить высшее образование по профессии. Естественно, я поступил на кафедру
«Футбол — хоккей», в прошлом году окончил академию и теперь являюсь специалистом
в области спорта.

— Тема вашего диплома звучит как «Воспитание вратарей детской спортивной
школы на примере СДЮШОР «Смена». Сами выбирали, чему посвятить выпускную работу?
— Не буду скрывать, мне очень помог мой тренер — Владимир Павлович Савин. В
то время мы планировали написать книгу, которая была бы посвящена и ему, его
работе, и мне. Она задумывалась и как пособие, и как художественное произведение
с множеством материалов и примеров из жизни. Вот основываясь на том, что было
собрано для этой книги, я и написал свой диплом. Очень благодарен Владимиру
Павловичу, что предоставил основную часть работы — вратарские упражнения,
методики, что-то из своего личного опыта. Идея проекта еще в силе, хотя процесс
и затянулся, но осталось не так много сделать — кое-что доработать и
отредактировать. Будет ли этот материал полноценной книгой, я пока затрудняюсь
ответить.

— Конечно, очень хотелось бы почитать это произведение
литературно-вратарского искусства… И раз уж вы коснулись темы детского спорта,
должны были задуматься о том, почему хороших вратарей европейского уровня в
нашей стране вырастает не так много, как хотелось бы.
— Проблема в том, что все выдающиеся в прошлом вратари, которые сейчас
тренируют голкиперов, работают не в школах, а в профессиональных клубах. А
становление человека как футболиста, и в частности как вратаря, происходит
именно в школе. И эти десять лет становятся очень важным фундаментом для
карьеры, другими словами — что в тебя заложат, тем ты и вырастешь. А получается
так, что все квалифицированные специалисты работают уже с готовыми вратарями, а
в школах учат детей пусть и хорошие тренера, но не лучшие. Сложно представить
себе Дасаева или Чанова в какой-нибудь СДЮШОР, сами понимаете, почему. Эта одна
из тупиковых ситуаций в нашем футболе. А ведь если прочно выстроить первый этаж,
то следующие уже не развалятся.

— Есть мнение, что футбол полностью изучен и изобрести что-то новое уже
невозможно. Во вратарском ремесле тоже не осталось загадок?
— Сложно сказать. Я думаю, что вратарское мастерство растет с практикой.
Загадок, может быть, и не осталось, но всегда есть что изучать и развивать. Это
постигаешь только работой, тренировками и особенно играми. Потому что та же
учеба в институте дает общие знания, а мы изучаем и плавание, и борьбу, и
гимнастику, и много чего еще. Но я считаю, что мне лучше быть специалистом в
одной области, чем поверхностно знать обо всём, поэтому в учебе стараюсь
отталкиваться от футбола и все работы строю только на примере футбола.

— Для обычных студентов дни складываются из лекций, экзаменов, шпаргалок… Как
прошли ваши студенческие годы?

— Я практически был лишен всего этого — не ходил на лекции, не списывал, не
писал шпаргалки (смеется). Потому что в силу плотного графика игр и тренировок
учился индивидуально. Договаривался с преподавателями и, когда мог, приходил
получать задания, а потом по ним отчитывался. Так что веселье студенческих дней
прошло мимо. В сентябре буду поступать в аспирантуру, темой выбрал спортивный
менеджмент.

КОГДА ПРИСУТСТВУЕШЬ НА РОДАХ, НАДО СТОЯТЬ В ИЗГОЛОВЬЕ

— Выглядите вы очень интеллигентно. Наверное, любите книги?
— Сами понимаете, что и на это занятие времени особо нет. Если читаю, то это
или детективы, или боевики. Почему? Потому что они могут хорошо отвлечь и
освежить голову. Еще очень люблю журналы.

— Вам бы, наверное, очень пошел строгий костюм… Что же вам ближе — галстук
или домашние тапочки?

— Категорично не могу ответить на этот вопрос, иногда и без тапок хожу
(смеется). Могу надеть и костюм, если есть повод. Вообще отдаю предпочтение
универсальному стилю и особо не уделяю внимания выбору одежды. В этом мне
помогает жена, что меня очень радует (смеется). Основным критерием для меня
выступают удобство и качество. Поэтому предпочитаю известные брэнды — например,
Versace, Dolche & Gabbana.

— Вашей жене приходится не только выбирать вам одежду, но и заниматься домом,
а недавно у вас родился второй ребенок. Тяжеловато приходится?
— Честно скажу, наверное, легче, чем многим. Общаюсь с другими ребятами — у
кого-то нянечки нет, у кого-то бабушки… Марина так всё расписывает, что проблем
не возникает, — сначала с детьми сидят мои родители, потом ее родители, нянечка,
потом наш день. В принципе, так все получается, что я не утруждаюсь и занимаюсь
детьми в свое удовольствие.

— Нравится роль папы?
— Этот вопрос даже не ставится. Я люблю своих детей, люблю с ними играть, мне
очень интересно смотреть, как они растут, развиваются… Интересно думать над тем,
что же получится из этого ребенка и что ты ему можешь дать. То есть проверить на
практике, действительно ли всё зависит от воспитания, либо он какой вырастет,
такой и вырастет (смеется).

— Как назвали детей?
— Девочку — Ксюша, ей два года и восемь месяцев, а сына — Максим. Ему скоро
будет полгодика.

— Кстати говоря, вы присутствовали на обоих родах жены. Для мужчины это
решительный шаг.

— Первые роды были более трудными, впечатляющими и эмоциональными — я больше
выложился, скажем так. Вторые прошли спокойней и для жены, и для меня.
Адаптировался, наверное (смеется).

— Страшновато было?
— Ну как сказать, волновался очень сильно… В принципе, если стоять у головы,
ничего страшного нет, и в обморок падать, на мой взгляд, не от чего. Хотя,
бывает, и от этого шлепаются. У меня при виде своего ребенка возникли лишь
радостные чувства.

— С появлением на свет сына не думали о том, что родился будущий футболист?
— Конечно, думал. Очень бы хотелось, чтобы сын пошел по моим стопам, но сейчас
пока рано об этом говорить. Хотя уже точно знаем, что отдадим детей в спорт.
Видами выбрали теннис и футбол.

— У вас много поклонников среди подрастающего поколения. Есть что им
посоветовать?

— Самое главное — это работать, трудиться. Даже если что-то нехорошее случается
в жизни, нужно собраться и двигаться дальше. Не бывает так, что идешь только
вверх, иногда случается и падать, но это у всех бывает, и ни при каких
обстоятельствах нельзя впадать в отчаяние.

ГИМНЫ ЗНАЮ НАИЗУСТЬ

— Часто общаетесь с болельщиками? Они, я знаю, вам даже веб-сайт подарили.
— Не то чтобы подарили, я являюсь основным поставщиком информации на этот
проект (смеется). Примерно раз в месяц человек, который занимается сайтом,
составляет мне список вопросов, на которые я потом отвечаю. Это помогает
поддерживать контакт с болельщиками.

— Наверняка после вашей свадьбы поклонниц поубавилось?
— Я и до этого не давал повода для того, чтобы со мной можно было легко
познакомиться. Поэтому не думаю, что что-то изменилось в этом смысле. Конечно,
молодые девочки, которые видят во мне кумира, возможно, перестали представлять
меня в роли своего будущего мужа. Так что пусть с этой проблемой теперь работают
более молодые, неженатые ребята (смеется).

— Обычно «Зенит» играет при полных трибунах. Так какие они — питерские
поклонники?

— Мне не с чем сравнивать, но могу сказать одно — они лучшие. Конечно,
попадаются разные люди — кто-то с трибуны может кричать матом, но в целом
поддержка «Зенита» — это понимающие, благодарные, преданные люди. И я им очень
благодарен.

— Какая рифма приходит на ум к слову «Зенит»?
— Чемпион! Может быть, это не рифма, но «Зенит — чемпион» стал настолько родным
слоганом, что остальные слова просто не ложатся!

— Гимн «Зенита» знаете?
— Город над вольной Невой… конечно!

— Да, тот самый. А гимн страны?
— Да, я знаю слова, и когда слышу его на матчах за сборную, проговариваю про
себя.

ИДЕЛЬНЫЙ ВАРИАНТ ДЛЯ ПИТЕРА — БРОНЗОВЫЕ МЕДАЛИ

— Сейчас вы вернули былую форму. Надеетесь в скором времени снова спеть
национальный гимн?
— Безусловно, у меня есть к этому огромнейшее желание и стремление, и я
отдаю очень много сил, чтобы снова оказаться в составе российской сборной.

— Вы играете под шестнадцатым номером. Это что-то для вас значит?
— Думаю, да. Когда я пришел в «Зенит», он был свободный, и с тех пор на
протяжении восьми лет я играю под этим номером. Цифры присутствуют в номере
автомобиля, телефонов, в общем, стараюсь, чтобы это число было со мной по жизни.

— В «Зените» вы вернули себе лидерские позиции, но теперь выходите на поле
уже под руководством нового тренера. Какое впечатление на вас произвел Дик
Адвокаат?
— В команде произошли изменения к лучшему, поменялось отношение к работе,
начались приниматься правильные решения, которые раньше не обсуждались. Новый
тренер достаточно амбициозен, на все имеет свое мнение, всегда добивался
результата в командах, которые тренировал, он может создать коллектив… Плюсов
можно насчитать много. Еще хорошо (для меня, по крайней мере) то, что появилась
возможность подтянуть английский язык (смеется).

— Как оцениваете то, что «Зенит» в последнее время погряз в ничьих?
— В принципе, если учесть соперников и то, что клуба коснулись весомые перемены,
думаю, что последние игры мы провели нормально. Вничью мы сыграли с «Москвой» на
выезде, потом дома с ЦСКА — лидером чемпионата… Конечно, «Динамо» и «Сатурн»
надо было обыгрывать, но это футбол. К тому же динамовцы очень хорошо играли
против нас, и нельзя сказать, что они выглядели соответственно месту в таблице.
Мы понимаем, что от нас сейчас ждут большего, но, думаю, победы скоро придут.

— Насколько реально «Зениту» в этом сезоне бороться за медали?
— Если реально смотреть на вещи, «Зениту» прежде всего нужно бороться за зону
УЕФА, то есть занимать место не ниже четвертого. В идеале, конечно, хотелось бы
«бронзы».

ПЕРЕПАСОВКА

— С каким животным можете себя сравнить?
— Наверное, это будет нескромно (смеется). Была мысль сказать про льва, но,
думаю, больше похож на пантеру.

— Фраза из кинофильма, которая приходит на ум?
— I'll be back (смеется). (К/ф «Терминатор».)

— А поговорка?
— Наверное, «Не родись красивым, а родись умным!»

— Есть любимые запахи?
— Люблю, как пахнет еда, духи, нравится аромат любимой женщины.

— В какие игрушки играли в детстве?
— В солдатиков!

— Мультфильмы любите?
— Не то чтобы люблю, но смотрю с ребенком.

— Если не футбол, то…
— При определенных финансовых возможностях открыл бы свой бизнес.

— Готовить умеете?
— Скорее нет, чем да, но с голода бы не умер. Яичницу смогу приготовить,
спагетти — что-нибудь в этом духе.

— Как вы относитесь к экстриму?
— Раньше любил, сейчас тяготею к более спокойной жизни. В принципе, могу
что-нибудь замутить экстремальное, но попозже (смеется).

Источник: Футбол. Хоккей Сообщить об ошибке
Всего голосов: 0
18 октября 2017, среда
Партнерский контент