Сенсационные признания генерального директора «Спартака»
Текст: «Чемпионат»

Сенсационные признания генерального директора «Спартака»

Бывшего президента "красно-белых" болельщики не любили. Доходило до того, что на матчах "Спартака" они вывешивали плакат: "Чемодан. Ростов. Вокзал". Прозрачно намекая, куда следует отправиться нерадивому, на их взгляд, руководителю клуба. К Юрию ПЕРВАКУ отношение явно другое. За тот год, что он стоит у руля "Спартака", знаменитый клуб постепенно сумел вернуть к себе былое уважение.
5 июля 2005, вторник. 15:26. Футбол

Офис «Спартака» находится в центре Москвы, на Покровском бульваре, в особняке, который принадлежит нефтяной компании «ЛУКОЙЛ» – фактическому владельцу популярного клуба. «Спартаку» выделили часть помещений на четвертом этаже. Проникнуть туда без предварительного звонка практически невозможно. Даже покинуть офис можно только в сопровождении представителя клуба.

– Юрий Михайлович, надо полагать, " ЛУКОЙЛ" со «Спартака» денег за аренду не берет? — спрашиваю я.

– Почему не берет? Мы платим, но только по льготным расценкам.

– А чем вас не устраивало здание на Спартаковской улице?

– Так оно принадлежит Андрею Червиченко (бывший президент «Спартака», а ныне вице-президент ФК «Химки» – С. Д.). Теоретически мы могли его купить, но сумму нам выставили непомерную. Здание столько не стоит. Да и не нравится мне оно. Большие коридоры, огромные лестницы – и маленькие комнатушки. Много места пропадает впустую. Здесь лучше. Да и совет директоров, в случае чего, можно быстро собрать.

– Кстати, о вашем предшественнике. Он что-то опять просит денег за Егора Титова, даже судом грозит. Как это понимать?

– Что-то Червиченко в последнее время стал часто выступать в прессе. Может, он хочет баллотироваться в Думу или всерьез заняться политикой? Но при чем здесь Титов? Мы за него с Червиченко давно рассчитались. У Егора есть действующий контракт со «Спартаком», разорвать его никакой Червиченко не может.

– В прошлом году Андрей Владимирович уже предъявлял свои права на Титова и запросил за него 6 миллионов долларов. А сколько в итоге получил?

– Три миллиона с лишним. Не ценными бумагами, а реальными деньгами. По этому поводу есть специальное соглашение между нынешними владельцами «Спартака» и миноритарным акционером клуба господином Червиченко. Он до сих пор владеет 10 процентами акций. Честно говоря, тонкости его взаимоотношений с Леонидом Федуном (вице-президент «ЛУКОЙЛА» и фактический хозяин «Спартака» – С.Д.) меня не волнуют. Мне важно, чтобы Червиченко не мешал нашей команде.

– Если откровенно, не жалеете, что упустили австрийца Погатеца? По словам Александра Старкова, он хотел продлить контракт с этим футболистом, который здорово вписался в игру «Спартака».

– Я тоже считаю, что Эмануэль нашел свою команду. Но если Погатец не смог доказать своей жене, что Россия – это Европа, а не Африка, что мы цивилизованная страна, то Бог с ним. Мы никого не будем удерживать насильно. Да, Погатец показывал хорошую игру, но пока нельзя сказать, что это классный футболист. И что через год он будет играть еще лучше.

– А вы сами не пробовали поговорить с его женой?

– Не успел. Она быстро уехала. Я даже не знал, что есть какое-то недовольство с ее стороны. Квартиру австрийцу мы дали в хорошем районе, через дорогу – парк. Он попросил выделить ему водителя (сам боялся ездить по Москве) – мы согласились. Если бы жена попросила няню для ребенка – нашли бы няню, не вопрос. В этом деле главную роль сыграл семейный адвокат австрийца. Представителям «Байера» он говорил одно, «Спартаку» другое, а самому футболисту третье. Комиссионные за переход Погатеца в «Спартак» получил его агент. Видно, адвокат посчитал себя обделенным и тоже захотел срубить денег. Он обработал жену Эмануэля – и в результате возник вариант с Англией, с «Миддлсбро». «Байер» тоже остался внакладе.

– Обида на Погатеца осталась?

– Обиды нет, но для нас это урок. Я-то думал, что, работая в футболе, буду иметь дело только с мужчинами, а тут вмешалась женщина. Но ничего, замену австрийцу мы уже нашли. Может быть, даже более качественную

– Кто же это?

– Пока секрет. Контракт еще не подписан.

– Червиченко именовался президентом, клуба, а ваша должность называется «генеральный директор». Почему?

– А мне без разницы, как называться. Честное слово. У нас есть Президент страны – это понятно. А управлять клубом может и директор.

– «Спартак» за год явно прибавил. Вы видите в этом свою заслугу?

– Я не думаю, что у меня есть какие-то особые заслуги. Пришли новый тренер, новые игроки, в команде сложилась хорошая атмосфера. А наша задача – сделать так, чтобы у футболистов не было бытовых проблем, чтобы они могли полностью реализовать себя в работе. С этой задачей, считаю, мы справляемся.

– Недавно вы стали лауреатом премии «ГРОСС, как один из лучших спортивных менеджеров 2004 года. Леонид Федун знает об этом?

– (Пауза). По-моему, нет. Об этой премии в прессе мало писали, а телеверсию церемонии еще не показывали.

– Но согласитесь, вам было приятно осознавать себя победителем?

– Вы знаете, когда-то в Челябинске меня вообще признали человеком года. Тогда, считаю, у меня было больше оснований собой гордиться.

– Что же вы такого сделали?

– Я одним из первых в России стал строить автозаправки европейского типа – под крышей. В Челябинске они появились раньше, чем в Москве. Это был мой личный бизнес, я зарабатывал деньги и вкладывал в его развитие. Потом уже, в 1999 году, компания „Лукойл“ пригласила меня к себе, директором. Наверное, увидела во мне конкурента. Компания тогда долгие годы не выполняла план, но мне удалось быстро наладить процесс. План стал перевыполняться. Мы вышли в лидеры, на первое место.

– С Федуном вы познакомились тогда же?

– Да. Но в то время мы почти не соприкасались по работе. Близко сошлись в начале прошлого года, когда я пришел в „Спартак“. Кстати, раньше я болел за другую команду – киевское „Динамо“. И Федун, между прочим, тоже. Мы же с ним оба родились на Украине. Он в Киеве, я в Харькове.

– А теперь болельщики киевского Динамо» хотят сделать чемпионом «Спартак»?! Ну и ну!!! Как сильно все изменилось?

– Да, теперь я не пропускаю ни одного матча с участием «Спартака». Даже на выезде.

— Но вы же деловой человек, а выезды с командой отнимают немало времени.

– Ничего, мне хватает, это моя работа. К тому же, футбол с производством не сравнишь. Он менее предсказуем, скорее похож на театр, на какое-то шоу. То судьи вмешаются, то еще что-нибудь. К примеру, тот же Погатец, которого удалили в матче с «Шинником» уже на десятой минуте, сломал нам всю игру. Команда потеряла два очка. Энергии, эмоций в «Спартаке» я трачу гораздо больше, чем в «ЛУКОЙЛЕ». Но может, это и к лучшему.

– Вас сразу потянуло в бизнес?

– Нет, первое образование у меня педагогическое, но в школе я никогда не работал. Одно время крутил баранку, был дальнобойщиком. Ой, весело все это вспоминать! Потом поступил в техникум, на экономическое отделение. Окончил его с отличием, а позже – и тоже с отличием закончил Московский финансово-экономический институт. Правда, заочно. Мне было тогда 44 года. А в 48 я защитил диссертацию.

– Переехав из Челябинска в столицу, долго ли вы привыкали к огромной и шумной Москве?

– Вы знаете, квартиру в Москве, на Ленинградском проспекте, я купил еще лет пятнадцать назад – приходилось часто бывать в столице по делам. А теперь есть и дом, на Николиной горе. Сначала в Москву переехали дочь и моя мама, ее бабушка. Дело в том, что Ксюша, которую мы с детства отдали в теннис, стала играть все лучше и лучше, а в Челябинске есть проблемы и с кортами, и с тренерскими кадрами. Мы с женой решили, что Ксюше надо тренироваться в Москве, в теннисной академии «Валери». Сейчас дочери 14 лет, она по рейтингу первая в Европе в своей возрастной категории. Скоро, уверен, будет играть на юниорских турнирах «Большого шлема».

– Можете ли вы назвать бюджет «Спартака» за 2004 год? И конкретные суммы расходов – на содержание команды, на перелеты, на проведение сборов, на покупку новых игроков? Приобретений-то было много – Кавенаги, Родригес, Видич, Иранек, Аленичев, Ковальчук, Бояринцев…

– Мы с прошлого года покрасили свою бухгалтерию в белый цвет, но точные цифры я называть не хотел бы. Не потому, что это секрет. Просто я представляю не свой частный бизнес, а футбольный клуб, за которым стоят акционеры. Если на ближайшем заседании совета директоров я получу от них «добро» на разглашение этой информации, обещаю: «Футбол + Хоккей» узнает ее первым. (В печати фигурировали такие цифры бюджета за прошлый год: от 40-42 до 50 миллионов долларов – С.Д.)

– Хорошо, давайте тогда уточним, сколько реально стоил Фернандо Кавенаги. Большинство изданий пишут, что его купили за 11,5 миллиона долларов, однако приводилась и другая сумма 10, 7 миллиона.

– Ладно, открою один секрет. На самом деле, вместе с налогами, Кавенаги обошелся «Спартаку» в 14 миллионов. В начале сезона аргентинец вроде бы заиграл как надо, но потом сдал. Даже сидел в запасе. Старков им не очень доволен, Кавенаги обязан прибавить. Кстати, решение по поводу его покупки принималось еще до того, как я стал работать в «Спартаке».

– А кто был инициатором? Невио Скала?


– Точно не знаю. Может, он, может, селекционная служба предложила. Но владельцы этот трансфер одобрили. Сейчас вот возникли разговоры насчет перехода Кавенаги в «Эспаньол». Я из газет узнал, что испанцы им интересуются. А что? Кавенаги – человек южный, испанский чемпионат ему подходит, там защитники играют не так жестко, как в России. У Фернандо опытный агент, Омар Сивори, сын известного футболиста. Наверняка старается для своего клиента. Но в «Спартак» никто из «Эспаньола» пока не обращался. Вот в чем вопрос.

– А если бы обратился?


– Тогда бы и стали думать. Чего сейчас голову ломать?

– А другой аргентинец, Клементе Родригес, Старкова устраивает?

– К нему тоже есть претензии. Но защитник он хороший.

– А стоит, наверное, раза в два дешевле Кавенаги?

– Мы заплатили за Родригеса – опять же с налогами – 7,.2 миллиона. Но это последняя цифра на сегодня, хорошо? Мы же с вами договорились.

– Тогда ответьте, пожалуйста, на такой вопрос: кто, по вашему мнению, должен получать больше – главный тренер, который в ответе за результат команды, или президент клуба?

– (Пауза). Я думаю, что сильный, преуспевающий менеджер, которого высоко оценивают акционеры, должен иметь почти такую же зарплату, как главный тренер. Поменьше, но близко к ней. Хотя, если взять «Челси», то там разница большая. Жозе Моуринью получает семь с половиной миллионов, а генеральный менеджер Питер Кеньон – 1 миллион 800 тысяч. Так распорядился Абрамович. Не исключаю, правда, что после того как «Челси» стал чемпионом Англии, он Кеньону кое-что добавил.

– А вам кто назначает зарплату? Леонид Федун?

– Да. Как председатель совета директоров.

– Как часто вы с ним видитесь?

– По желанию. И по мере необходимости. На днях втроем – он, я и Старков – обсуждали селекционные вопросы. «Добро» на приглашение нужных игроков получено. Их будет трое, включая вратаря. Фамилии? Нет, пока не озвучу.

– Как я понимаю, приблизительный бюджет клуба утверждается заранее. А могут ли владельцы «Спартака» выделить дополнительные деньги сверх лимита, если какой-то игрок вам позарез станет необходим?

– В футболе надо постоянно ставить какие-то цели. Допустим, цель попасть в призеры чемпионата выполнена. Но вскоре уважающий себя клуб должен ставить другую цель – золотые медали и достойное участие в Лиге чемпионов. Поэтому, на мой взгляд, бюджет солидного клуба должен быть «резиновым». Пока акционеры «Спартака» идут нам навстречу. Конечно, в разумных пределах.

– Футболисты за победы получают премиальные. А вам премии полагаются?

– Нет, мы работаем на энтузиазме (Улыбается).

– В одном из недавних интервью Егор Титов сказал, что с вашим приходом в «Спартаке» изменилось отношение к травмированным игрокам. Теперь они, сидя на лавке, вроде бы тоже получают вознаграждение за победы.


– Егор выразился не совсем точно. На самом деле существует четко прописанная система выплат. За первые две игры после полученной травмы футболист действительно получает премиальные в полном объеме. Но потом сумма падает до 50 процентов, потом еще ниже, и в конце концов доходит до нуля. В бухгалтерии нашего клуба (а бухгалтера проверенные, я привез их из Челябинска) эти правила четко соблюдаются. Так что болеть целый год все равно невыгодно.

– За челябинским «Спартаком» следите так же пристально, как и прежде?

– Конечно. Я же финансирую этот клуб. Из личных средств.

– Поскольку мы заговорили о другом «Спартаке», я все-таки позволю себе спросить: сколько денег тратите на эту команду за год?

– В этом сезоне уйдет около 3,5 миллионов долларов. По-моему, это самый маленький бюджет из клубов первой лиги.

– Ну, не скромничайте. У «Петротреста» или липецкого «Металлурга» бюджет гораздо меньше.

– Ах, да, те вообще без денег сидят. Но с командами, которые занимают первые десять мест в таблице, мой клуб из Челябинска даже близко по финансам не стоит.

– Администрация города помогает со средствами?

– Пока больше обещает.

– Ваша родная команда не попала бы в первый дивизион, если бы с «Содовика» из Стерлитамака не сняли львиную долю очков за то, что там играл грузин с поддельным паспортом. Теперь уже бывший тренер «Содовика» Александр Игнатенко прозрачно намекнул, что всю эту «паспортную историю» затеяли прямые конкуренты его команды.

– Я к той истории не имею никакого отношения. Кашу заварили не мы, а тот клуб из первой лиги, в которой Джеладзе играл по грузинскому паспорту. Игнатенко прекрасно знал, что в его команде есть игрок-нарушитель. Пусть он говорит что угодно, для меня этот человек не существует. Между прочим, в составе «Урала» из Свердловской области в прошлом сезоне тоже выступал нарушитель – футболист с украинским паспортом. В шестнадцати гостиницах России при поселении он предъявлял не российский, а именно украинский паспорт. По большому счету, дисквалифицировать нужно было и «Урал». Но меня интересовала только моя команда. Поэтому я сказал руководству ПФЛ: если Челябинска не будет в первой лиге, я подаю в суд. Открыто сказал, не прячась. В результате ПФЛ отдала нам одну из вакансий. Но и «Урал» к участию в турнире тоже допустила.

– Но ведь это же несправедливо! Получается, что за одно и то же нарушение «Содовик» был наказан, а «Урал» нет.

– А где вы видели чистоту в футболе? К сожалению, ее еще долго не будет. Вы знаете, как судят во второй лиге? А я знаю, своими глазами видел. Ведь все наши судьи начинают свой путь оттуда. Понимаете? Сейчас вот многие говорят о судье Егорове, который вроде бы не хочет больше работать в премьер-лиге. Но у меня есть пленка с записью матча в Новосибирске «Чкаловец» — «Спартак» (Челябинск). Его судил Егоров. Вам будет любопытно посмотреть. И еще вспоминаю самый первый матч челябинской команды во второй лиге (тогда она называлась «Лукойл»). Мы играли с «Уралмашем» (ныне – «Урал»), а судил опять Егоров. Так вот, скажу я вам, если этот арбитр действительно уйдет, российский футбол переживет такую потерю.

– А после тех матчей, Юрий Михайлович, вам не хотелось поговорить с судьей Егоровым? Так сказать, по мужски?

– Я вообще не хочу говорить с Егоровым. Я знаю свою фамилию – Первак. И мне за нее не стыдно. Вот если бы и каждый из наших судей чтил свою фамилию, заботился о своей репутации, тогда и грязи в нашем футболе было бы намного меньше. Человек, который взял в руки свисток, должен осознавать, что когда-то его дети вырастут, начнут кое-что понимать в жизни и могут спросить: «Папа, а почему про тебя такое говорят, пишут в газетах?» Хочешь — не хочешь, придется отвечать.

– А как вы относитесь к жеребьевке при назначении арбитров?

– Это бред сивой кобылы. Вот здесь я с Егоровым согласен. Накануне каждого тура судьи приезжают в Москву, но часть из них уезжает домой ни с чем – не назначили, не повезло со жребием. Получается, что деньги тратятся впустую, а это, между прочим, деньги клубов. Не надо ничего выдумывать. Уж коли мы назвались премьер-лигой, давайте посмотрим, как назначают судей в английской премьер-лиге – одной из самых авторитетных в Европе. Зачем изобретать велосипед?

– Несколько лет назад, еще до вашего появления в «Спартаке», президенты клубов премьер-лиги вроде бы договорились: все, больше не работаем с судьями. Как думаете, эта работа продолжается?

– Да, уверен на сто процентов. Хотя на словах все говорят, что этим не занимаются. Более того, думаю, что работают и с отдельными игроками – из тех команд, которые находятся в нижней половине турнирной таблицы. Насчет игроков не уверен, но я так думаю. Это мое право.

– Вы сами играете в футбол?

– Да, иногда гоняю мяч с ветеранами. А в молодости играл в нападении за «Торпедо» (Миасс), по юношам. На уровне класса «Б». Еще был кандидатом в мастера по баскетболу, перворазрядником по лыжам. Мы с Саней Тихоновым, который стал потом знаменитым биатлонистом, учились в одной школе. Позже дружили семьями. А недавно, спустя много лет, я встретил его в аэропорту в Австрии. Жаль, времени для разговора было мало.

– А что вы делали в Австрии?

– Катался на горных лыжах в Инсбруке. Кстати, катался в первый день нового года, и закончилось это тем, что я сломал ключицу. До сих пор болит, перелом был.

– К бывшему спартаковцу Станиславу Черчесову, в гости, часом, не заглядывали?

– Мы общались с ним по телефону. А вот Петрович (т.е. Старков – ред.) заезжал к Черчесову, когда просматривал в Австрии Погатеца.

– И последний вопрос. Один из моих коллег написал, что после победы ЦСКА в Кубке УЕФА многие люди из мира футбола теперь завидуют армейцам. А вы лично завидуете Евгению Гинеру?

– Я вообще никому не завидую. А Жене после победы в Лиссабоне я позвонил одним из первых. И от души поздравил. ЦСКА сегодня – это авангард российского футбола. Будем на него равняться.

– А «Спартаку» по силам взять в будущем Кубок УЕФА?

– Зачем нам Кубок УЕФА? Благодаря Аленичеву, мы уже держали в руках другой кубок – за победу в Лиге чемпионов. И он нам понравился.

Источник: Футбол плюс Хоккей Сообщить об ошибке
Всего голосов: 1
23 мая 2017, вторник
Партнерский контент
Загрузка...
Лучший вратарь сезона в РФПЛ - это...
Архив →