Андрей Каряка: трансфер был нужен и мне, и клубу
Текст: «Чемпионат»

Андрей Каряка: трансфер был нужен и мне, и клубу

Интервью Андрея Каряки, который начал предсезонный сбор в составе новой команды - лиссабонской "Бенфики", в которую он перешел из "Крыльев Советов".
13 июля 2005, среда. 11:18. Футбол
Андрей Каряка прибыл в старый, но не добрый для нас Лиссабон. Он первый из тех, кто воевал в последнее время с португальцами едва ли не столько, сколько наши предки с турками, перешел на сторону врага. Условного, естественно. И вот из номера альпийской гостиницы новоявленный игрок «Бенфики» делится новыми впечатлениями и сквозь них пытается оглянуться назад. Не забыл ли чего перед дальней дорогой?

– Начался тренировочный процесс. Все для меня новое. Выполняем, конечно, и те упражнения, которые в «Крыльях» отрабатывали. Но сама концепция подготовки в Португалии совсем другая. Команда собралась недавно, поэтому на тренировках нас особо не нагружают, а предлагают больше работать над техникой.

– То есть привычные для нашего футбола кроссы и прочая работа над «физикой», по большому счету, отсутствуют?
– Бегаем, конечно, но с мячом возимся дольше. Первые сборы в России – это, естественно, совсем другое. В Португалии в этом плане поспокойнее. Сказка!

– Новый главный тренер «Бенфики» Роналд Куман дал понять, на какой позиции он вас видит?
– Да мы, в основном, на бытовые темы говорили. Первая встреча, как-никак. А в процессе сборов будет уже видно, где моя позиция на поле. Главное – набрать форму, а уж место найдется.

– Португальские клубы, кстати, всегда были оснащены игроками с мощным дальним ударом. Свое мастерство уже показали? С сорока метров не били?
– Так трудно все успеть за несколько дней. Но как-нибудь обязательно приложусь издали – пусть знают нашего брата!

– Куман видел ваши игры за «Крылья Советов»?
– Честно говоря, не знаю. Но второй тренер команды точно смотрел мои матчи за сборную на чемпионате Европы и представление о футболисте Каряке имеет.

– Вообще, когда в новый клуб ехали, какие чувства испытывали?
– Летел с хорошим настроением и легким волнением. В самолете настраивал себя на мажорный лад: новая страна, новый город, новый футбол – интересно! Так что волю в кулак собирать не пришлось, чувствовал себя достаточно комфортно. Теперь буду стараться закрепиться в основном составе. Морально я к этому готов!

– А когда в Самару из киевского ЦСКА ехали пять лет назад, что чувствовали?
– Ну, тогда мои впечатления, конечно, иными были. Без противовеса. Чего скрывать, с удовольствием покидал столицу Украины, в которой меня ничего не держало. Уезжать из Самары… это все же нечто другое. Не скажу, что я уж больно сильно желал оставить «Крылья». Оставил, потому что так надо было. И мне, и клубу! Предложение от «Бенфики» имелось у меня давно, и настал день, когда мне суждено было его принять.

– Еще не забыли, как в «Крылья» попали?
– Федорыч (Александр Тарханов) пригласил из нашего киевского ЦСКА четверых игроков на просмотр. В Самаре тогда команда новая создавалась. Можно сказать, с нуля. Однако остался из той украинской компании лишь я один.

– Тарханов рассказывал, что над ним смеялись, когда он пригласил Каряку.
– Дело в фамилии, наверное. Над моим игровым потенциалом вряд ли кто посмеивался. Я ведь еще за запорожский «Металлург» с 17-ти лет регулярно выступал.

– А над фамилией часто смеялись?
– Почему-то только в России, да и то поначалу. Потом, видать, признали за своего.

– А ведь первоначальную известность в России вы получили благодаря киевской связке Каряка – Закарлюка. Так как об украинском ЦСКА никто толком в России не знал.
– А я о российском чемпионате толкового представления не имел. Единственное, в конце девяностых играл против «Локо» на Кубок обладателей кубков. Сыграл и забыл.

– Не мелькнула мыслишка, что по уровню когда-то превзойдете многих футболистов из тогдашнего «Локо»…
– …И об этом в то время не думалось. В Киеве я просто старался делать свою работу как можно лучше, чтобы прогрессировать. Но глобальных идей или мечтаний не вынашивал. А как удалось перебраться из Киева в Самару, так и вовсе счастлив был. Думал: вот забрался! Но постепенно осознал, что останавливаться на достигнутом нельзя. Появился стимул забраться как можно выше.

– Украинская федерация за вас бороться стала уже в блистательное время выступлений за «Крылья»?
– Запросы на меня пришли одновременно как из украинской федерации, так и из РФС. Хотя Россия прорабатывала данный вариант серьезнее. Еще до приглашения в сборную мне предлагали сменить гражданство. Причем ранее, еще на украинском этапе карьеры, я постоянно вызывался в молодежную команду этой страны. Но так ни разу на поле и не вышел. А следовательно, был не задействован. Когда же осуществлялся набор в юношеские сборные Украины, то я как раз переживал последствия тяжелой травмы спины. Позднее, когда от этой болячки оправился, сборная моего возраста уже сформировалась. Видать, было кому играть и помимо меня. Но недаром говорят: все, что ни делается – к лучшему.

– А разве обидно не было, что вроде и замечали вас, но реального доверия так и не проявили?
– Было, конечно. И обидно, и печально. Ведь вызывался я в команду, ребята которой на два года старше меня были. И тренировались вместе, и жили вместе, только не играли вместе. И тут эта травма, прямо во время перехода из Запорожья в Киев. Полгода вообще мяча не касался. Хотя на недооценку моей персоны я бы не стал жаловаться.

– И каким тогда видели свое будущее?
– Уверенность порой пропадала. Ведь та травма и по сей день является самым сложным этапом в моей карьере. Все могло пойти под откос.

– За исключением того критического этапа, футбол вам давался нетрудно?
– Почему? Были и другие периоды, когда мысли сторонние одолевали… А не закончить ли со всем этим? Не пойти ли поучиться?

– И что же за периоды?
– Периоды полной неопределенности. Закончил я, помню, спортивную школу. С нашего потока одни уже в дубле тренировались, других еще куда-то приглашали, а ко мне никакого интереса. Лишь спустя две недели в Запорожье позвали. И все эти проблемы, будь то окончание спортшколы или травма, случались, как назло, в важнейшие моменты, на стыке времени, можно сказать. А когда ты только начинаешь свой профессиональный путь, тут проще простого вылететь из вроде бы любимого дела.

– А учиться на кого собирались в сложные моменты?
– Да даже и этого не представлял себе. Знал, что если придется уйти из футбола, то только в институт. Варианты различные были – спортфак, милицейская школа…

– Кто-то поддерживал вас в трудное время?
– Конечно! В основном, мама.

И тут в нашем разговоре возникает пауза. Звонок на мобильный и вновь диалог о проблемах. – А, капитан, здорово! – слышен голос Каряки. После непродолжительной беседы Андрей поделился. – Гусин звонил из Самары. Обыграли на Кубок команду второй лиги. Но что-то радости не заметно. В клубе никого нет из руководства.

– Да, ломать у нас всегда умели…
– …А построить заново, конечно, тяжело будет.

– Так мама ваша, получается, за футбол была?
– Не всегда. Но в целом относилась к увлечению сына положительно. А в решающие моменты прислушивалась к моему мнению и поддерживала.

– Вы мягкий человек?
– Думаю, да. Но если нужно, могу и жестким стать.

– Вернемся к кульминационной точке: из чего исходили, делая свой выбор в пользу сборной России?
– Из того, что за четыре года я не провел ни одного официального матча за молодежную команду Украины. Подумал, что это неспроста.

– А родина ваша где?
– В СССР. А по паспорту… так это неважно. Так сложились обстоятельства.

– Вы теперь уже, можно сказать, ветеран национальной команды. Как полагаете, в чем причина дисбаланса в демонстрируемом нашей сборной футболе?
– Пресловутая система розыгрыша нашего чемпионата «весна-осень», при которой трудно подстраиваться в функциональном плане под Европу. Получается, одна половина российской команды в форме, а другая – еще не наиграна. Хотя… Это все-таки не главная причина.

– А основные какие?
– Прессе, наверное, виднее. Я сейчас имею в виду не всю прессу, а отдельные издания, которые любят перебарщивать с оценкой сборной. Когда плохо – начинается атака на нас, когда хорошо – наоборот. И выходит, что о реальном состоянии дел в сборной все знают. Это же заблуждение! Я не против негативной критики, но неужели игроки национальной команды никогда не заслуживают похвалы?

– Тем не менее, за тот период, который вы провели в главном коллективе страны, был момент или своеобразная полоса, выдержав которую, мы могли замахнуться на большие цели?
– Давайте пока не будем этого касаться. Думаю, в ближайшем будущем все будет нормально. У нас очень хороший подбор молодых футболистов, который способен трансформироваться в настоящую плеяду.

– Вам при каком наставнике в сборной было комфортнее? Со стороны казалось, что наиболее удачно Каряка смотрелся при Валерии Газзаеве, который любит футболистов прорывного плана.
– Возможно. Ведь по своей сущности я атлетичный игрок, прошедший начальную школу на Украине, где очень много времени уделяется физической подготовке.

– То есть ваш игровой стиль уже сложился на Украине?
– Вообще-то не сказал бы. Там меня подготовили как физически здорового игрока, но технически оснащенным в необходимой степени я стал только под руководством Федорыча (Тарханова – прим. ред.). А когда ты чувствуешь уверенность и в «физике», и в технике, то игра в футбол кажется сплошным удовольствием. На Украине-то особого индивидуального мастерства за собой не замечал. Бегал много, а пользы было маловато.

– Перед отъездом в «Бенфику» с Тархановым не общались?
– После ухода Федорыча из «Крыльев» встречались с ним пару раз. Пересекались как случайным образом, так и просто в неформальной обстановке беседовали. Последний раз виделись с ним около месяца назад, однако обсуждали всякие житейские моменты. Каких-то советов или рекомендаций по поводу перехода в «Бенфику» он мне не давал. Да тогда лиссабонский вопрос серьезным образом и не стоял.

– Тарханов и Гаджиев сильно отличаются?
– Сильно, но сравнивать не буду.

– По этическим соображениям?
– Конечно.

– А если сравнить их не как тренеров, а как людей? Наверняка и настраивают они футболистов по-разному?
– Главное, что их объединяет – это высокая квалификация и высокий профессионализм в отношениях с футболистами. Александр Федорович, может быть, более романтичен, что проявляется и на поле. А Гаджи Муслимович попрактичнее, что ли.

– Лидерские качества в себе когда обнаружили?
– Да как-то все само собой получилось, даже не задумывался об этом. Нельзя сказать, что лидером я родился. Со временем, доказывая игрой, и пришел к тому, что имею сейчас.

– Когда же пришли, допустим, в те же «Крылья», могли на равных общаться, скажем, с Мирджалолом Касымовым – тогдашним плеймейкером команды?
– Нет, дистанция какая-то была между нами. Касымов и Бородюк являлись авторитетами в нашем коллективе. Я пока таким авторитетом не стал.

– Ваши личные пиковые моменты на данном этапе карьеры – это выигранная «бронза» и проигранный Кубок. Победа равнозначна поражению?
– Трудно их сравнивать. Просто достижения футболиста неразрывно связаны с задачами, которые ставит его руководство. Наш клуб не один год стремился в еврокубки, и через Кубок мы могли попасть в Европу на год раньше, еще до наступления текущих проблем. Сейчас вот я сам по себе попал в Европу – постараюсь что-нибудь выиграть для Самары.

– Вы, как известно, заядлый рыбак. У португальцев поинтересовались уже, где хороший клев?
– Я еще пока квартиру не нашел, так что пока мне не до рыбалки. Но со временем надо бы выбраться на здешние водоемы.

– Кстати, былой кумир самарских болельщиков Гарник Авалян весьма часто возвращается в добрые волжские места поохотиться. И именно в сложные рабочие моменты.
– Я вас понял. Самара – это частичка моей души, которую не вырвать. Потянет – вернусь. А пока нужно доказывать, что не зря я прибыл в Лиссабон.

КАРЯ И КАРА – НОВАЯ СВЯЗКА?
Не успев толком освоиться в Португалии, Андрей улетел в Швейцарию, где «Бенфика» проводит сборы. Звонок журналиста застал в гостиничном номере Каряки парня, не говорящего ни по-русски, ни по-португальски. Человек явно не без труда переспросил: «Ка-ря-ка»? И затем попросил перезвонить через пять минут. На английском. И ровно спустя пять минут Андрей прояснил ситуацию: «Так это Кара… Кара… ну, в общем, норвежский нападающий». – Карадас? – Да, точно! Он тоже в клубе относительно недавно, а нас вместе поселили, видимо, потому что ни он, ни я не понимаем португальского. Вот, пытаемся в английском общий язык найти. Уже обсудили с ним его соотечественника Хагена из «Зенита». Видимо, в Лиссабоне появилась колоритная связка Каряка – Карадас, не менее колоритная, чем канувшая в Лету связка Каряка – Закарлюка.

КАРЯКА И РИО-ДЕ-ЖАНЕЙРО
Еще в Самаре некоторые партнеры по команде называли Каряку «Карьокой». Причем загадочное прозвище придумали Андрею бразильцы, а точнее, Леилтон. Но отнюдь не от сложности произношения забавной украинской фамилии. Дело в том, что есть в португальском языке слово «carioca», обозначающее принадлежность к Рио-де-Жанейро. Узнал об этом Каряка уже в «Бенфике».

ПЯТЬ САМЫХ ЯРКИХ ПОРТУГАЛЬСКИХ ВПЕЧАТЛЕНИЙ АНДРЕЯ

БРАЗИЛЬСКИЙ РЕСТОРАН

– Рестораны здешние просто отпад! Но самое крупное впечатление произвела на меня одна бразильская харчевня. Тут тебе любое мясо на выбор подадут и в необъятных количествах. Носят его целый вечер, кушать можно хоть до утра.

ЗНАКОМСТВО С КОМАНДОЙ
– Конечно, впечатлило знакомство с новыми партнерами. Волновался. Ведь ни языка не знаю, да и новое все. О «Динамо» португальцы любят шутить. Все знают, как закончился недавний матч бело-голубых с ЦСКА. Здешние ребята понимают, что в России больше платят, и не прочь серьезно подработать на нашей щедрой земле.

РЕЖИМ
– Распорядок дня в «Бенфике» – это особый разговор. Дисциплина. Причем практически во всем. На ужин и обратно в номера ходим едва ли не строем. Неважно, что ты уже наелся, встать из-за стола имеешь право только со всеми остальными. Телефоном нельзя в раздевалке пользоваться, приходится в машине оставлять. Сказали, что автобус в семь часов отъезжает. Так и есть. Словно водитель сидит и за секундной стрелкой своих часов следит.

СТАРЫЙ ЛИССАБОН
– Очень красивая часть города. Все здания неимоверно старые, но привлекательности своей от того они не теряют. Гулять буду, наверное, там, а не в современной столице, которая меня не впечатлила. В 1998 году какая-то крупная выставка была там, и все под это мероприятие выстраивалось. Выставка прошла, а все ее атрибуты остались. Ни к селу, ни к городу, как говорят у нас.

А ПЕРЕВОДЧИКА-ТО НЕТ!
– Вот немного я не ожидал, что помогать мне в языке никто не будет. Может, оно и к лучшему, быстрее португальский выучу. Хотя пока ничего не понимаю. Хорошо, хоть самарские бразильцы матюгаться научили (смеётся).
Источник: Футбол. Хоккей
Оцените работу журналиста
Голосов: 1
9 декабря 2016, пятница
Кто вас больше разочаровал в этом розыгрыше еврокубков?
Архив →