"Торпедо" - никто не бросает, никто не спасает
Текст: «Чемпионат»

"Торпедо" - никто не бросает, никто не спасает

Легендарный клуб, в составе которого выступали такие мастера, как Эдуард Стрельцов и Валентин Иванов, оказался в незавидном положении аутсайдера чемпионата России.
2 ноября 2006, четверг. 14:04. Футбол
Легендарный клуб, в составе которого выступали такие мастера, как Эдуард Стрельцов и Валентин Иванов, оказался в незавидном положении аутсайдера чемпионата России.

С НАДЕЖДОЙ НА АВОСЬ

В апреле этого года в "СЭ" было опубликовано интервью председателя совета директоров "Торпедо" Владимира Алешина, озаглавленное "К борьбе за выживание готовы". Название, надо признать, бросалось в глаза: слова "Торпедо" и "выживание" тогда не очень вязались друг с другом. Наверное, потому материал не остался без реакции самого Алешина, пожурившего автора этих строк в других СМИ за некоторое искажение смысла сказанного. Диктофонная запись, впрочем, давала мне право оставаться при своем мнении, но сути дела это не меняет. Потому что любая журналистская либо председательская трактовка, любые слова меркнут перед фактами: на финише чемпионата "Торпедо" борется за выживание.

И не сказать, чтоб успешно. Отставание от спасительного 14-го места - 3 очка. Впереди матчи против по традиции оппозиционной "Москвы", "Зенита", "Шинника", который, как показали недавние события, еще обыграть надо, и "Динамо". Причем главный конкурент, ранее копошившийся в одной с черно-белыми песочнице, начал побеждать, демонстрируя вполне осмысленную игру. А еще у "Динамо", утверждают злые языки, на случай форс-мажора есть административная "подпорка". "Торпедо" же и по этой части, честно говоря, фаворитом не выглядит.

В довершение ко всему за 10 туров до финиша подал в отставку Сергей Петренко, возглавлявший команду в течение четырех лет. Он уступил место Александру Гостенину, о возможностях которого широкой публике мало что известно. Вывел "Томь" в премьер-лигу, после чего был уволен. По происхождению - свой, торпедовец. Вот, собственно, и вся информация, превращающая финиш тяжелейшего чемпионата для лужниковцев и их болельщиков в нервную угадайку.

Кстати, о гаданиях и прогнозах. "Нас рано хоронить, - совсем недавно говорил Владимир Алешин. - А те, кто намекал на это еще в начале сезона, либо провидцы, либо люди, специально дестабилизирующие обстановку в команде". Вторую категорию рассмотрим позже. Про первую же можно сказать следующее: не предрекавших "Торпедо" тяжелую судьбу перед сезоном-2006 было значительно меньше, чем предрекавших. Потому что в футболе существуют объективные критерии оценки готовности команды к чемпионату. "Торпедо" большинству из этих критериев не соответствовало - вот и все. За оптимистов было еще традиционное русское авось, реалистам же со скептиками имеющейся "материальщины" вполне хватало для вывода: черно-белые фундаментально слабы. А уж чего там тренеры понастроят на таком фундаменте - этого и вправду никто не знал.

Настроили не много. И "Торпедо", согласно общему вектору своего движения последних лет, проследовало вниз турнирной таблицы. Да, на этом пути были всплески, были выигранный второй круг сезона-2002 и первая половина сезона-2004, отдельные впечатляющие серии и матчи. Но в целом нынешняя команда Гостенина значительно слабее той, которую принимал когда-то Петренко. И это, к сожалению, не результат работы отдельно взятого тренера на отдельно взятом рабочем месте. Это тенденция нынешнего "Торпедо".

ТОЛЬКО В ХОРОШИЕ РУКИ

В чем тут дело - секрет невеликий. Команде давно не хватает финансирования. Можно написать - должного финансирования, но это сразу породит вопросы: должного для чего? Поэтому лучше сформулировать по-другому: команда старается жить по средствам. Вроде то же самое, но разница есть. В Лужниках сопоставляют траты с возможностями, стараясь избегать авантюризма. Сколько могут - столько платят, причем платят пунктуально. Однако могут не много и потому живут вчерашним днем. Деньги уходят на поддержание жизнеспособности, а не на развитие команды и клуба. Но вслух в этом никто не признается, и "Торпедо" вступает во всякий новый сезон чуть ли не с чемпионскими амбициями.

Ну а если признаются, что, лучше будет? Да нисколько. Может быть, даже хуже, ибо высокая цель создает хотя бы видимость мотивации. Громкими заявлениями хозяин клуба, все понимающий на самом деле, всякий раз как бы подталкивает команду к подвигу. Нельзя ведь, согласитесь, зажечь людей идеей выживания! Только объяви народу, что его удел - ползать, и пиши пропало - не взлетит. А так люди видят, что руководство верит в них больше, чем, быть может, сами они в себя. Видят - и стараются соответствовать. По идее.

Вот только методы словесной мотивации плохо работали даже тогда, когда других и не существовало вовсе. Пятилетка за четыре года, грамота на стене - все это в свое время бодрило и радовало, но не слишком сказывалось на результатах. Теперь же - другая эпоха. Бывшая ровня по чемпионату растет вширь и ввысь, строит стадионы, выигрывает еврокубки, покупает звезд, доводя их до уровня сборной Бразилии. "Торпедо" же вынуждено развиваться не экстенсивными, а интенсивными методами, изыскивая резервы в самом себе, в Лужниках и в высоких моральных идеалах. Донкихотство какое-то получается.

Почему так происходит и можно ли этого избежать? Всего два вопроса, но сколько за ними кроется ответов и мнений, позиций и правд! Лавировать между всем этим нет никакой возможности, хотя я знаю людей, которым это каким-то чудом удается. С другой стороны, есть ведь и некие общие пункты, объективные оценки. Существуют факты, наконец. А с ними спорить значительно тяжелее.

Ключевой момент здесь, конечно, - несостоявшаяся продажа клуба Александру Мамуту в 2003 году. Никто не утверждает, что с новыми хозяевами "Торпедо" жилось бы лучше, но все сходятся во мнении, что Мамут богаче Алешина. Дальше - сплошной простор для фантазии. "Или фантазерства", - поправляют сторонники консервативной точки зрения. Сам Алешин, что характерно, ни разу не дал понять, будто жалеет о несостоявшейся сделке. Как только заходит речь на эту тему, генеральный директор "Лужников" обозначает свою позицию: он не продал команду потому, что не увидел в покупателях серьезности намерений, а ему важно, чтобы "Торпедо" попало в хорошие руки. Звучит вполне достоверно.

"ВЫ БОЛЕЛЬЩИКИ? ВОТ И БОЛЕЙТЕ!"

Есть и другой взгляд на ту же проблему. Который отсылает нас к моменту, когда "Торпедо" перебралось с Восточной улицы в Лужники. Зачем Алешин спас автозаводскую команду в 1996 году? Ради чего согласился вкладывать в нее собственные деньги? (Факт спасения и личные траты, продолжающиеся по сей день, - аксиомы. Без Алешина "Торпедо" в его нынешнем виде не было бы. А может, и вообще не было бы - после событий 1997 года.) Думается, сделано это было не из жалости. Из любви к футболу - пожалуй. Из уважения к торпедовской истории - наверное. И почти наверняка - из желания лично повариться в большом футбольном котле, стать серьезным игроком на этом поле.

Тщеславие в футболе - никакой не грех на самом деле. Быть незаметными для хозяев клубов атипично. Более того, многие как раз и идут на вечные нервы, расходы и риск ради саморекламы. Взять, к примеру, должность генерального директора "Лужников". Ответственно, почетно, важно. Работы много, она интересная, хотя и административно-хозяйственного профиля. Такой труд при ревностном к нему отношении, которое всегда отличало Алешина, делает его человеком уважаемым и известным. Правда, в недостаточно широких кругах - по сравнению с президентом клуба премьер-лиги.

Вряд ли погрешу против истины, если скажу, что советник мэра Москвы, член Олимпийского комитета России, комитета по стадионам и безопасности УЕФА, исполкома европейской ассоциации менеджеров стадионов, доктор экономических наук, профессор, автор статей и книг по менеджменту, маркетингу и спортивной экономике, кавалер Олимпийского ордена, орденов "Знак Почета", Трудового Красного Знамени, Дружбы, "За заслуги перед Отечеством" III и IV степеней, заслуженный работник физической культуры и спорта стал по-настоящему популярным в футбольной России именно после 1996 года. Он сохранил "Торпедо" жизнь. "Торпедо" отблагодарило его публичностью.

Так вот тот самый другой взгляд на срыв сделки с Мамутом заставляет предположить: в последний момент Алешин решил, что сумеет и сам удержать команду на плаву. О себе или о "Торпедо" думал он в тот момент, известно только ему. Новые боссы сулили клубу расцвет и подъем, но хозяин "Лужников" в этом случае становился просто хозяином "Лужников", хотя и выигрывал в деньгах и нервах. И Большая спортивная арена - был риск - теряла бы собственную команду, что для главного спортсооружения страны не лучший вариант. Алешин, взвесив все за и против, решил сохранить все как есть. Имея, разумеется, на то полное право.

По интернету гуляла недавно история про то, как болельщики пришли на тренировку "Торпедо" и обратились к Алешину со своими пожеланиями, если не сказать - претензиями. Ответ был примерно следующим: "Вы болельщики? Вот и болейте. А я хозяин. И стану поступать так, как сочту нужным". И ведь не поспоришь. Хозяин музея волен закрыть свое заведение либо устроить распродажу экспонатов. Владелец парка - вырубить столетние дубы и засадить территорию кукурузой. Театральный босс - разогнать труппу и отдать сцену под попсовый чес. Хозяева - они ведь владеют всем этим. Только народу, привыкшему к прежним картинам, зелени, спектаклям, футболу, куда податься? Народу, который думал, что музей, парк, театр, команда - все это и для него тоже.

ТУПИК

Впрочем, версия, в основе которой лежат личностные мотивы, мало что объясняет и уж точно ничего не меняет. Команда не продана, сожалений у хозяина по этому поводу нет - вот что имеем в сухом остатке. Хотя почему нет? Нет вообще или нет по поводу Мамута?

Существует один любопытный нюанс. Дело в том, что за полгода до Мамута "Торпедо" всерьез интересовался Роман Абрамович. Лично. И даже провел по этому поводу серию переговоров и консультаций в Москве. Речь шла о готовности вложить в "Торпедо" примерно 100 миллионов долларов - на некоторых, понятно, условиях. В каком месте что не срослось и до какой стадии дошло - неведомо. Но Алешин сегодня те события, о которых он, естественно, знал, отрицает. Зато говорит: "С радостью бы принял предложение Абрамовича, если бы оно поступило". Получается, все-таки жалеет, что упустил возможность продать команду. Ведь Абрамовича несерьезным покупателем никак не назовешь.

Справедливости ради замечу: после событий 2003 года лужниковский босс не скрывает, избегая прошлых дат и имен, что мечтает продать "Торпедо" в любой момент, как только появится солидное предложение. И постоянно говорит об открытости для всевозможных спонсоров, инвесторов и потенциальных собственников.

А в ЦСКА, между прочим, именно в 2003-м году появились сначала Ярошик, потом Олич, далее - по пунктам. Может, совпадение, а может, нерастраченные торпедовские миллионы все-таки нашли свое применение. "Торпедо" же осталось с тем, что имело. И уже не важно, стоит ли считать ошибкой сорванные сделки и считает ли их ошибкой сам Алешин. Главное то, что происходит с командой сейчас.

А происходит с ней вот что. Хозяин "Лужников" продолжает вкладывать в "Торпедо" собственные средства. Судя по селекции нынешнего года, объемы этих вложений не увеличиваются. Команда практически не демонстрирует осмысленную игру, одержано всего три победы, результаты на настоящий момент - абсолютно худшие в истории клуба. Кто во всем этом виноват? Без сомнений - главное лицо, хозяин, пользующийся в клубе всей полнотой власти и несущий за это ответственность. Перед кем, правда, ясно не вполне. Допустим, перед самим собой. Но вина это его теперь или беда - вопрос.

В значительной мере Алешин - заложник ситуации. Он не может тратить больше, так как это начнет угрожать его бизнесу. Не может продать команду, уже отказав двоим желающим, потому что некому теперь продавать. Не может и бросить ее просто так, поскольку существует для него, как мне кажется, понятие купеческого слова. Избегая громких эпитетов, назвал бы это именно так. Совсем бросить "Торпедо", нанести сильнейший удар по собственной репутации было бы не по-алешински.

И вот картина. Черно-белых никто не спасает и никто не бросает. Они тонут сами по себе, увязая в серости, под беспомощными взглядами окружающих. Регулярные упоминания Алешина о готовности продать "Торпедо" звучат нынче почти как вопль о помощи, но в ответ тишина. А его слова "рано нас пока хоронить" - не более чем блеф. Если ничего не изменится, лучше не станет. Нет предпосылок. Тупик.

ВМЕСТО НЕБА СИНЕГО - СЕРЫЙ ПОТОЛОК

Таковой, повторяю, ситуация выглядит со стороны. Сам лужниковский босс, вполне вероятно, имеет другую точку зрения. Во всяком случае, именно это следует из его заявлений для прессы. Отставку Петренко, скажем, он снабдил таким комментарием в "СЭ":

- Ответственность разделяем мы все: Петренко, футболисты, я и другие руководители клуба. Но на главного тренера она возлагается в большей степени, потому что ему создавали надлежащие условия. В этом сезоне мы купили 12 футболистов, а рекомендовал их тренерский штаб. При этом последнее слово было за Петренко.

Надо четко понимать, однако, что условия эти были надлежащими по мнению самого Алешина. Что думали на ту же тему торпедовские тренеры, узнать не представлялось возможным: при существующей вертикали власти критика снизу в Лужниках как-то не культивируется. Но не секрет, что в любой команде - даже в "Челси", если на то пошло, - есть потолок трансферных сумм. Был он и в "Торпедо". Почти наверняка негласный. И абсолютно точно невысокий. В него не могли не упираться многие пожелания Петренко. И "последнее тренерское слово" по поводу Куща, Скочибушича, Ленцевича, Пехны и еще массы игроков обуславливалось высотой этого потолка. А как только на горизонте замаячил, скажем, украинец Белик, хозяйский кошелек захлопнулся. (Хотя пример с этим форвардом "Шахтера" не совсем корректен: плату за него украинская сторона прямо по ходу переговоров вздыбила в несколько раз, нарушив все деловые принципы.)

Толковый подчиненный никогда не станет требовать Дрогба, зная, что денег у хозяина только на Голубова. А у Алешина большинство подчиненных в этом смысле толковые. Возможно, данное обстоятельство и взрастило с течением времени в председателе совета директоров "Торпедо" иллюзию насчет полноты удовлетворения кадровых тренерских запросов. А может, его слова насчет "решенных селекционных задач" - всего лишь хорошая мина при плохой игре. Последние два слова - в буквальном смысле.

Не обошелся без ошибок, разумеется, и Петренко. Как не может без них обойтись любой другой тренер в любой другой команде. В конце концов, он принял хозяйские условия игры, знал, в каких колючих рамках придется работать, и согласился с этими рамками, беспротестно брал на себя завышенные обязательства шефа, хвалил то, что надо было хвалить, и ругал то, что требовалось ругать. Петренко решил, что Кантонистов - это второй Семшов, купил ряд не просто средних, а бесполезных для российской премьер-лиги игроков, с рядом же полезных, напротив, расстался.

Но и тут кроется некое несоответствие. Еще весной в частной беседе Алешин говорил мне: критикуешь, мол, а не знаешь, что я выполняю все тренерские пожелания. Какие, дескать, претензии?

Помилуйте, но, если тренеру покупают всех, кого он хотел, деньги выплачиваются вовремя, команда катается как сыр в масле, а результата - ноль, почему ж этот тренер просидел на своем месте двадцать туров, после чего сам ушел в отставку? Где президентские амбиции, где радикальные шаги, где громы и молнии, где сожаление о потраченных впустую деньгах? Неужели дело ограничивалось лишь закрытыми воспитательными беседами? Если да, то этого, как учит жизнь, мало для борьбы за светлые дали. Кроме того, руководительская инертность, нежелание либо невозможность выправить ситуацию имеют особый резонанс не столько на стороне, сколько внутри команды, что гораздо важнее. Если локомотив не везет, вагоны сами не поедут.

БИСЕР У КОРОБЕЙНИКОВ

Возвращаясь к селекции, стоит отметить еще один момент. Единственным возможным способом покупать более или менее ценных футболистов в условиях скромного финансирования могла бы стать организация в клубе сильной селекционной службы. Не стала. Генеральный директор Юрий Мишин, тренер-селекционер Андрей Новгородов, Петренко - вот те трое, кто обязан был следить за всем мировым футболом в поисках талантов. Двое первых при этом имели целый воз других, весьма трудоемких обязанностей. В итоге торпедовская селекция оборачивалась одним-двумя игроками в год, которых действительно "вели" на протяжении какого-то времени, а также приобретением разнообразного "бисера", который подвозят по остаточному принципу агенты-коробейники. Но даже здесь особняком стояли покупки вроде Коровушкина, купленного с тоски в последний момент, или Панова, которого "никто не звал, он как-то сам прилип" да и пригодился в итоге.

В уходе Панова, кстати, повинен скорее сам футболист, чем клуб. "Торпедо" хотело от Панова игры, Панов хотел денег. Компромисс найден не был, хотя клуб, по моим данным, его искал и предлагал. Как бы то ни было, в один прекрасный день стало ясно, что в "Торпедо" Панов не останется ни при каких обстоятельствах, просто не видит здесь мотивации для себя. И форвард ушел. Бывает. Кто прав, кто нет - вопрос темный. Но вот другая тема: почему речь шла только о финансовой мотивации? Только ли из-за маленькой зарплаты Панову стало тоскливо в Лужниках? И много ли, положа руку на сердце, сейчас в команде тех, кого интересуют не одни лишь деньги?

Старожилы Зырянов, Кормильцев, Бородин, Будылин тянут свою лямку давно и привычно. Они многое познали, многое пережили. Они, можно сказать, мудры житейской мудростью и - в смысле отношения к своим обязанностям - профессиональны. Но поднимать восстание в раздевалке перед каждой игрой и устраивать битье посуды после каждого поражения им, в сущности, ни к чему. Да и не с руки. Потому как вокруг - десять легионеров (одиннадцатый - Кормильцев), а тем по большому счету что "Торпедо", что "Сатурн", что "Рязань-Агрокомплект": плати вовремя, выполняй контракт, а вот орать не надо, не для того они в Россию приехали.

Есть еще группа молодых воспитанников. Тех самых, на которых, как официально было объявлено, решено сделать ставку в кадровой политике. Волков, Луценко, Мамаев, Смольников, Соколов, Подымов, Тарала... Большинство - действительно неравнодушные пока молодые люди. Еще пара дублеров - на далеком подходе. Имеются также Голубов, Колесников и Тумасян, которым по возрасту не положено зарастать ракушками по самую ватерлинию. Но кто из них играет лидерскую роль на поле или за его пределами? И что за ставка на собственных воспитанников такая, если в заявку на матч попадает то два, то три из них? В ЦСКА тоже есть Таранов, Григорьев и Салугин, в "Спартаке" - Шишкин, Ребко и Торбинский, но там никто не называет это "ставкой на собственную молодежь"! Говорят, один "свой" в год - уже неплохо для клубной школы. "Торпедо" в этом смысле идет вровень с общей тенденцией, но если искусственно ввести в команду много юниоров, разве будет толк? Не будет, что жизнь сейчас и доказывает.

Стержнем, нервом на поле, носителем идей и традиций был Семшов. Он объективно перерос "Торпедо" и по игре, и по зарплате. Но заменить его на лидерском посту оказалось некому. Черно-белые сейчас ничем не сцементированы, кроме контрактных обязательств. И запредельной отдачи от них соответственно потребовать очень сложно. Не у кого требовать, не к кому предъявлять претензии. Тот виноват, допустим, и тот, - но лучше на их места все равно нет. А вон тот не виноват - но он видит, что происходит вокруг и делает соответствующие выводы. Президент клуба говорит, что вопросы мотивации - прерогатива тренера, а тренер ничего не говорит, поскольку он полностью зависимый от президента человек, - так и живет нынешнее "Торпедо". Отсюда и разговоры о безволии, безразличии. Не праздные, надо заметить.

Кого ни спросите из переживших большой взлет, всякий скажет: ради высокой цели требуется положить на алтарь все. Силы, деньги, время, нервы, а самое главное - мысли и устремления. С мечтой надо жить, засыпать и вставать. Ее надо вынашивать в себе, как ребенка. На ней надо зациклиться, если хотите. Но даже в этом случае не факт, что результат придет. Примеров сколько угодно, начиная с "Ротора" и заканчивая "Крыльями".

В "Торпедо" таких сумасшедших нет. Нет и условий для их появления. Любые мечты, включая собственные алешинские, любые попытки в хорошем смысле сойти с ума натыкаются на скромные возможности. Кроме того, клубу, претендующему на многое, желательно занимать в голове своего радетеля и кормильца главенствующее положение. Первостатейное. Команда может быть, конечно, и приусадебным участком. Для сердца для души, так сказать, или для болельщиков. Но даже в этом случае нужно серьезно изощряться, чтобы держать ее на плаву. Либо выделить клуб в отдельную структуру во главе с самостоятельным в поступках человеком. Что в лужниковских условиях невозможно.

ЧЕРНО-БЕЛАЯ ВОРОНА

Напоследок, как и обещал, - о факторах, дестабилизирующих жизнь "Торпедо", о якобы заказных материалах и заговорах, сплетенных вокруг команды. По Алешину, писать резкие статьи, которые он считает необъективными, негуманно, поскольку это вбивает клин между футболистами и руководством, отвлекает игроков от тренировочного процесса и сеет в них вредные мысли. Но тут уж, извините, у кого какая работа. Задача журналистов - не способствовать микроклимату в "Торпедо", а отражать то, что они видят и чувствуют. Чувства же "Торпедо" в последнее время вызывает не самые светлые. В такой бы ситуации - да разъяснения от руководства клуба. С фактами. А еще лучше - конкретные дела. Но воз стоит на месте, команда превратилась в аутсайдера, все разъяснения сводятся к "не спешите нас хоронить" и "условия были созданы".

С другой стороны, как человек, давно знающий руководителя "Лужников", готов подтвердить: Алешин всегда различал конструктивную критику и огульную. По своим, понятно, критериям, но различал. Однако и времена были другие. Тем, кто, по его мнению, неверно излагал факты, Владимир Владимирович имел возможность ответить игрой и результатами. Сейчас он такой возможности не имеет - не то нынче "Торпедо". Хотя именно с результатов отношение к его команде и начинается, ими и определяется. Они - самое главное, а не какие-то там заговоры или подтасовки.

Этот материал, кстати, был в основе своей готов к публикации еще в конце сентября. Но "Торпедо" в тот период выиграло вдруг у "Луча", отбилось в Нальчике, затем сделало шальные ничьи со "Спартаком", "Локомотивом". В действиях команды стали проявляться живость и отчаяние, за которыми могли крыться надежды на некие системные изменения. Зная крайнюю обидчивость лужниковского руководства на критические публикации, я настоял на том, чтобы материал был отложен. В том числе и потому, чтобы избежать возможных упреков типа: "Мы тонем, а вы - багром по голове". Но торпедовская живость, похоже, была все-таки ближе к живости лабораторной лягушки, дергающейся от разрядов тока, которыми искрит столь близкий первый дивизион. Бывает, конечно, что и эти телодвижения позволяют спастись, чего черно-белым искренне и желаю. Однако системными переменами нынешние потуги не пахнут. А раз так, при чем здесь, скажите, пресса?

Валентин Иванов не пишет статей вообще и заказных в частности. Но в его жилах течет торпедовская кровь, и ситуацию он знает глубоко.

- Хороших игроков надо покупать - тогда и результат будет, - говорит Козьмич. - На молодежи, как хотели в Лужниках, выехать не получится. Станет ли вылет "Торпедо" трагедией? Не знаю, сейчас эта команда стала какой-то малозаметной, не то что раньше. Да и вернуться можно будет, если умным людям с толком за дело взяться, а не так, как сейчас. При Алешине много всякой "ерундистики", как говорил "дед" Маслов, накопилось. Отсюда и результат.

А вот мнение еще одного нежурналиста, Виталия Шевченко, тренировавшего "Торпедо" с 1999 по 2002 год:

- Неплохие деньги на селекцию были выделены в период дефолта 1998 года. Тогда многие повалились, а "Торпедо" на общем фоне, напротив, окрепло. Затем наступило время ставки на молодежь. Что само по себе и неплохо, только молодежи этой нужно было создавать условия, чтобы она оставалась в команде, а не распродавать ее, как Бугаева, или не терять, как Лебеденко и Оганяна. Наверное, еще и болельщиками надо было как-то обрастать, привлекать их к команде. Но не было ничего этого. А ежегодные высокие цели ничем не подкреплялись.

Вообще с трудом представляется, чтобы некое лобби решило ликвидировать "Торпедо" из-за его московской прописки или как конкурента путем информационных и судейских технологий. Воюют всегда с сильными, а не с теми, кто сам ползет вниз. Этих обычно в наших футбольных джунглях просто бьют при случае, как бьют слабых повсеместно.

"Торпедо" же сейчас не просто ослабло - оно еще и оказалось в некотором смысле белой вороной. С судьями, что общеизвестно, клуб принципиально не "работает" (если в ближайших турах будут предприняты попытки в этом направлении, они будут выглядеть жалко, ибо "Торпедо", кажется, просто разучилось этим заниматься). О собственном имидже черно-белые специально не заботятся, громких PR-акций не проводят, равно как и тихих, впрочем. В Лужниках считают, что все придет само собой, и потихоньку зарабатывают репутацию клуба "не для всех". Эта позиция имеет право на жизнь и даже в чем-то вызывает уважение, но таким белым воронам действительно бывает тяжело. А уж в первой лиге с ее первобытно-разобщенными нравами и подавно.

Меньше всего сейчас хотелось бы кликушествовать, упоминая лишний раз о первом дивизионе. Шансы на спасение у бронзовых призеров-2000 еще есть, но не все, увы, уже зависит от них. А кроме того, при спасении неплохо бы знать, во имя чего оно свершается. Одно дело, если "Торпедо" в ближайшее время ждет очищение и лечение. И совсем другое, если клуб не оставит попыток войти в будущее, не имея за плечами ничего, кроме своего прошлого.
Источник: Спорт-экспресс
Оцените работу журналиста
Голосов: 0
6 декабря 2016, вторник
Где закончит чемпионат России ЦСКА?
Архив →