Плей-офф КХЛ на Востоке - в шутку и всерьёз
Текст: Фарид Бектемиров

Горячий восточный "плов"

Под фельетонный залп "Чемпионат.com" попала и Восточная конференция.
4 марта 2012, воскресенье. 08:00. Хоккей

Первый выпуск нашей «кулинарной» рубрики едва не стал последним, поскольку далеко не всем читателям хочется видеть на спортивном сайте не самые спортивные истории, да и по качеству текста, как справедливо утверждали некоторые, до Ильфа и Петрова мы пока не дотягиваем. Однако многочисленные просьбы не столь привередливых посетителей сайта (особенно восточных, которых вроде как обделили фельетонами) заставили хоккейный отдел изменить своё решение.

Заседание продолжается, господа присяжные заседатели! Лёд тронулся – теперь в сторону «Востока».

«Югра» – «Трактор» (счёт в серии – 1-1)

«Во время второго матча в Челябинске Евгений Кузнецов, когда его высветила телевизионная камера, поднял табличку с надписью „Продам гараж“ и номером телефона. Причины такого поступка остались неизвестны».

Шеф опаздывал со звонком. На 18 минут. Такого раньше не было. Хотя Джин во время подготовки в спецподразделении ФСБ проходил антистрессовую программу, ему стало не по себе. А если американцы узнали, кого к ним собираются отправить под видом обычного молодого хоккеиста? Что, если в аэропорту Вашингтона Джина будут ждать не суровый Тед Леонсис и не милый, хотя и излишне доверчивый Дэйл Хантер, а матёрые ребята из контрразведки?

У Алекса, работающего в Вашингтоне под оперативной кличкой Sheep, уже были такие проблемы в начале карьеры. Поговаривали, что его команду в плей-офф судьи специально «сливали», чтобы не дать возможности завоевать Кубок Стэнли и прийти на традиционную встречу обладателей с президентом

"Продам гараж..."

"Продам гараж..."

США. Вряд ли майора разведки рассекретили. Наверное, просто пытались перестраховаться. И всё же осадок остался…

За себя Джин боялся меньше всего. Куда больше он не хотел, чтобы провалилось задание, с которым связывали надежды на самом верху. 22 минуты, а шеф всё не звонит. Что-то явно случилось. Нужно было действовать, причём быстро. Не зря же, в конце концов, его месяцами учили выживать в любых условиях, под проливным дождём и в 40-градусный мороз, в джунглях Амазонки и во льдах Белого моря. Это прессе сообщили о травме, о поездке в немецкую клинику… Хорошее прикрытие для последнего этапа подготовки.

Принять решение, сделать что-то, напомнить о себе – именно это сейчас было нужно. Если не шеф, то кто-то из агентуры должен понять, что ситуация критическая. Джин огляделся: лёд, команды, трибуны, голосящие болельщики…

Думай, парень, думай. Есть! У одного из челябинских ультрас в руках он заметил небольшой картонный плакат. Договориться было делом пяти секунд – кто же откажет звезде? Пара движений маркером – кодовые слова «Продам гараж» и номер телефона. Осталось лишь дождаться телекамеры… Ещё никогда младший лейтенант ФСБ Кузнецов не был так близок к провалу.

Так, вот и камера. Показать плакат. Улыбнуться. И ждать. 10 секунд. 20… Мысли разведчика прервала весёлая трель из внутреннего кармана кофты. Это был шеф. Ничего не случилось – парня просто проверяли на бдительность. От сердца отлегло. Из арены Джин выходил, насвистывая:
«Я прошу, хоть ненадолго, боль моя, ты покинь меня…»

«Амур» – «Авангард» (счёт в серии – 0-2)

«Победа „Авангарда“ стала достойным подарком для Раймо Сумманена в его 50-летний юбилей».

Раймо в одиночестве стоял над умывальником и грустно смотрел в своё отражение. «Жалкое зрелище… Душераздирающее зрелище, – думал он. – Под правым глазом появилась третья морщинка, пробивается второй подбородок, волос всё меньше… Старею».

Стоящий где-то на заднем дворе «Омск-Арены» кассетный магнитофон разносил по окрестностям голос Игоря Николаева — «День рождения, праздник детства, и никуда от него не деться». Раймо, уже неплохо понимающий по-русски, оценил грустную иронию певца.

«Полвека по земле хожу, — от собственных мыслей у тренера щемило в сердце. – Какие словесные обороты я придумывал, в каких людей планшетками кидал! А теперь, посмотрите-ка, постарел, одряхлел, ослаб. Вынужден побеждать обычными методами, без бунтарства.

Красивый новый галстук у Раймо Сумманена…

Красивый новый галстук у Раймо Сумманена…

Разве это я? Разве таким хотел я стать в детстве?». Раймо от бессилия ударил ладонью по стеклу. На запотевшем зеркале остался отпечаток.

«А ещё эти 20 оглоедов. С глазу на глаз каждый – паинька, каждый – примерный ученик. А за спиной строят козни, как бы во второй раз погнать меня из команды. Про день рождения наверняка забыли. Не до этого им, подарка я так и не видел».

«Ава» чемпион! «Ава» чемпион!" – донеслось откуда-то с улицы. Раймо выглянул в окно на освещённую фонарями площадку перед стадионом.

– Мы победили, тренер! Мы сделали их! Эта победа для вас! С юбилеем! – кричали ему возбуждённые хоккеисты, поддерживаемые ликующей толпой. Раймо присёл у окна, закрыл лицо руками и горько заплакал.

– Что с вами, тренер? – бросились к нему шедшие в первых рядах Червенка и Пережогин.
– Я… я… – всхлипывал Раймо. – Я собаку хотел…

«Барыс» – «Металлург» (Магнитогорск) (счёт в серии – 1-1)

«Проклятие снято. „Барыс“ выиграл первый матч плей-офф за четыре года».

В комнате было темно, но не так, как бывает, когда щёлкнешь выключателем в родной квартире. Здесь темнота будто сама исходила из каждого угла и разливалась по пустому пространству. Лишь подвешенная под потолком бирюзовая лампада, освещавшая круглый стол загадочным светом, сохраняла подобие жизни в этом мёртвом царстве. За столом сидела женщина. Её лица не было видно из-под пряди чёрных волос, а руки, казалось, сами собой гнулись под тяжестью колец и браслетов.

«Цыганка, – подумал Нурлан. – Тебя-то я и искал». Но, вопреки своим мыслям, обращаться к женщине сразу он не решался. Каждый шаг Нурлана по скрипучим половицам гулко отскакивал от стен и возвращался к нему, искажённый и страшный. Вдруг женщина подняла голову и впилась своим взглядом в глаза вошедшего, хотя видеть его в темноте не могла. По спине Нурлана заструился холодный пот.

«Бежать, – уже решил он. – Развернуться и бежать, никогда не возвращаться». Однако не двигался с места. Ноги будто вросли в деревянный пол

– Знаю, зачем пришёл, — подала голос провидица. – Вижу, всё вижу!
– Ч-ч-что… в-видишь? – запинаясь, произнёс мужчина.
– Вижу силу. Волю. Решимость. Всё, чтобы достигнуть цели. Но ты не можешь её достичь.
– П-почему?
– Чёрная печать лежит на твоём челе. Как в открытой книге, я читаю в ней проклятие, данное тебе кем-то из недругов ещё три года назад. Твоя команда никогда не выиграет в плей-офф.

Нурлан бросился перед цыганкой на колени, обливаясь слезами горя и надежды.
– Спаси! Спаси, ханым! Сними печать, ничего не пожалею, всё отдам… Даллмэна отдам, Боченски… Шаянова выгоню. Только помоги!

Провидица усмехнулась. Упавшая прядь чёрных волос

"Я тебе точно говорю: у "Магнитки" выиграем..."

"Я тебе точно говорю: у "Магнитки" выиграем..."

снова закрыла её уставшее лицо от взгляда просящего.
– Снять печать – не в моих силах. Но помочь тебе я могу. Ибо сказано в Книге Судеб: «зверь не выстоит против зверя, но под ударом железа закалится шкура его».

Лицо Нурлана разом просветлело. Пожалуй, даже лампада в этот миг не сияла так ярко.
– Понял, ханым, всё понял! Теперь всё сделаю правильно. И тебя не забуду. В золоте купаться будешь! На «Майбахе» ездить! Зверь, значит, железо… Ну, держись, «Металлург»…

«Салават Юлаев» – «Ак Барс» (счёт в серии – 1-1)

Никакой новостной заметки тут и не требуется. Они просто сошлись.

Два чёрных джипа остановились в 100 метрах друг от друга у насыпи песчаного карьера. Вокруг не было ни души. Рабочие давно разъехались по домам, стройка пустовала, а другие люди сюда и не забредали, справедливо считая этот участок опасной зоной. Только слетевшееся на лёгкую добычу воронье своими криками оглашало бескрайнюю степь.

Граница Татарстана и Башкортостана, место встречи криминальных группировок, где конфликты, как правило, не улаживались, а разрешались. В ту или иную пользу.

Из джипов вышли два человека восточной наружности в кожаных куртках и с золотыми цепями на мощных шеях. Их глаза были скрыты за тёмными очками, хотя сумерки уже сгустились до той степени, когда с трудом можно было различить человека, стоящего в 10 метрах от тебя. Парней это не смущало. Плавно, как прудовые лебеди, они приближались друг к другу, стараясь уследить за каждым движением другого.

– Ленар! Какая встреча, – ухмыльнулся первый, приехавший со стороны Башкирии, когда расстояние между ними позволяло говорить почти шёпотом
– Азамат… Давно не виделись, – поддержал беседу Ленар.
– Не так уж и давно, – речь Азамата всё больше пестрила сарказмом. – Вчера тебе здорово досталось. По щелбану за каждый гол Прошкина и по фофану за каждую передачу Радулова. Сегодня придётся добавить. Какой там сейчас счёт?
– По радио говорят – два-два.

– Ленарчик, дорогой! – крикнул кто-то из джипа. – Забили, забили наши! Капанен в овертайме!

– Э, шайтан! – разозлился Азамат. – Что там у нас по прейскуранту? Щелбаны? Подзатыльники?
– Хватит, брат, – Ленар вдруг резко посерьёзнел. – Ты батыр, я батыр. Два взрослых человека, а такой ерундой занимаемся. Нервы портим, друг другу жить мешаем. Пойдём лучше выпьем кумыса, съедим бешбармак – моя хатын приготовила. К шайтану эти раздоры. Посмотрим хоккей вместе.
– Да, без булдырабыз! – воскликнул поражённый Азамат.

Самые страшные бандиты двух республик, бросив джипы, в обнимку, как лучшие друзья, уходили в закат.

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 76
25 апреля 2017, вторник
Партнерский контент
Загрузка...
Кто, по вашему мнению, станет обладателем кубка Стэнли?
Архив →