Текст: Регина Севостьянова

Варламов: тут мне делать нечего...

Травмированный Семён Варламов покидает сборную даже при том, что его просят остаться, и рассказывает "Чемпионат.ру" о том, как и что с ним случилось, и что он думает делать дальше...
4 мая 2008, воскресенье. 12:24 Хоккей

В субботу врачи сборной России вынесли окончательный неутешительный вердикт — для вратаря Семёна Варламова чемпионат мира закончен. Он держится молодцом: улыбается, коротает время в беседах с журналистами в холле отеля. А что ещё остается? Гулять по городу никак — врачи не разрешают даже наступать на травмированную ногу, она в гипсе. И в то время, как другие игроки нашей сборной разбредаются на вечернюю прогулку, Варламов остаётся в гостинице один.

Поэтому Семён сам выразил пожелание отправиться сначала в Нью-Йорк, на встречу с агентом, а потом – домой, в Ярославль. На награждение «Локомотива» серебром российского чемпионата.

Другие игроки сборной как могут поддерживают Варламова. Пока корреспондент «Чемпионат.ру» берёт у Варламова интервью, мимо проходят руководитель российской делегации Игорь Тузик и пресс-атташе сборной России Василий Канашенок. Мы интересуемся: полагается ли Варламову медаль в случае успешного выступления сборной? Полагается, — отвечают нам… Варламов радуется этому. А что ему ещё остаётся?

— Я посмотрю игру с Чехией. Потом, может, полечу в Нью-Йорк к своему агенту — Полу Теофанису. На пару — тройку дней. Он ещё покажет мою ногу специалисту. А оттуда уже полечу домой на награждение. Оно 13-го числа, хочу попасть… Тут мне делать нечего. Если б игры хотя бы каждый день шли — я бы остался. А так сборная через день играет, а мне просто делать нечего. Я один лежу в гостинице. Ребята уезжают на тренировку. Просто повеситься можно.

— Последнее упражнение на земле было такое: бегали эстафету и прыгали на одной ноге в группе, сцепившись друг с другом, — вспоминает Варламов момент, когда получил эту обидную травму за день до старта чемпионата мира. — И так получилось, что у меня нога зацепилась за чью-то ещё, и пошла не прямо. Вбок пошла. До этого-то вообще никаких проблем не было. А тут я сразу понял, что всё — кабздец мне. Серьёзно. Потому что я встать не смог. А когда меня посадили на стул, то я окончательно убедился, что этот чемпионат мира закончен для меня.

— Обидно очень...
— До слёз. Но теперь уже три дня прошло, я успокоился немного. Очень хотелось сыграть на чемпионате мира. Очень! Тем более в Канаде. «Да что же такое?!» – думаю. Сначала меня [главный тренер молодёжной сборной Сергей] Немчинов не взял в сборную, теперь здесь такое приключилось…

— Когда ехали сюда после такого удачного плей-офф чемпионата страны, после финала, вы чувствовали, что имеете шанс стать даже первым номером сборной?
— Нет, такого не было. Я знал, что буду вторым или третьим. Я пока молодой, у меня нет такого опыта, как у Саши Ерёменко или Жени Набокова.

— Но амбиции-то у вас есть?...
— Амбиции есть. Нет, конечно, если бы мне доверили место первого вратаря, я бы готовился к этому и не побоялся бы.

— Очень сложно было пережить второй эмоциональный пик? После финала чемпионата страны – и сразу на чемпионат мира.
— На самом деле — это тяжело. Непросто снова заставить себя тренироваться на полную катушку, доставать из себя опять эмоции. Вот сейчас я тренировался неделю вообще без эмоций.

— Может, поэтому травма и случилась?
Да нет. Мне кажется, что травма — это просто стечение обстоятельств. Не повезло.

— Канадский вратарь Кэри Прайс перед пятым матчем «Монреаля» против «Филадельфии» даже сжигал свою ловушку. А вы человек суеверный?
— Я, кстати, посмотрел все моменты, в которых он пропускал голы. Что-то у него действительно проблемы были с левой рукой, с ловушкой с этой. А я… Да уж, те кроссовки, в которых я тренировался, точно больше не надену. Я их выброшу. Но сжигать не буду. Я потом посмотрел — я просто неправильно, похоже, тренировался. У меня кроссовки были на высокой подошве. В таких нельзя в зале тренироваться.

— … Саня Овечкин чаще всех подходит, Сёрега Фёдоров — тоже. Сёма пореже, спрашивает: «Как дела»? Ну так, интересуются в принципе. Саня Овечкин после травмы говорит: «Что ты тут делаешь? Давай, лети в Вашингтон, чтобы тебя там лечили». Я отвечаю: «Что мне там делать? Меня ж никто не знает там». А он: «Ты что, обалдел?! На будущий год нашим основным вратарём будешь».

— Вам скоро в НХЛ отправляться. За время работы со сборной успели прочувствовать нюансы игры на канадской площадке?
— Да, я уже привык к ним. Сейчас даже на тренировки когда выхожу, никакой разницы с европейской площадкой не замечаю. Достаточно было недели, в принципе, чтобы привыкнуть.

— Поясните для простого болельщика: в чём для вас, вратаря, разница между европейскими и северо-американскими коробками?
— Там углы отскока совершенно другие: непредсказуемые, неожиданные. И нужно, конечно, месяца два поиграть, чтобы привыкнуть окончательно. А ещё за воротами очень мало места, на что надо обращать внимание, когда выходишь за них. Когда мы играли [контрольный матч в Квебеке] со швейцарцами, у меня шайба постоянно путалась в ногах. Я не мог её остановить. Было очень много ошибок таких, и вообще я играл неуверенно за воротами. Потому что к этому нужно просто привыкнуть.

— Как вам вообще Канада — страна хоккея? Говорят, после игры с Италией команды чуть не овациями встречали в холле отеля.
— Не знаю. Я пока доковылял на костылях, все овации, видно, уже закончились. Слишком долго из автобуса выходил. Поэтому ничего не заметил. Я когда подошел, тут всего пара человек оставалась. Ещё большой очень ажиотаж вокруг Саши Радулова здесь. Он тут герой. А ещё будет играть против чехов. Посмотрим, что будет твориться на трибунах.

— Но вы остаетесь с командой?
— Я посмотрю игру с Чехией. Потом, может, полечу в Нью-Йорк к своему агенту — Полу Теофанису. На пару-тройку дней. Он ещё покажет мою ногу специалисту. А оттуда уже полечу домой на награждение. Оно 13-го числа, хочу попасть.

— А если бы не это награждение в Ярославле, не хотелось бы остаться тут посмотреть чемпионат мира?
— Нет. Тут мне делать нечего. Если б игры хотя бы каждый день шли — я бы остался. А так сборная через день играет, а мне просто делать нечего. Я один лежу в гостинице. Ребята уезжают на тренировку. Просто повеситься можно.

— А к вам никто не приехал — из друзей или родителей?
— Нет, никто.

— Не проявляете интерес к сборной Франции, в воротах которой Кристобаль Юэ, вратарь «Вашингтона»?
— А он там играет? Да? Нет, не проявляю. Как я с ним познакомлюсь? Надеюсь, познакомлюсь с ним в сентябре.

— А вы для себя уже точно всё решили? Едете в НХЛ?
— Да.

— Сезон начался не так удачно… Это, наверное, связано было с тем, что у меня не было тренера вратарей. Я понял, как тяжело работать без грамотного тренера вратарей. Он обязательно нужен. По крайней мере мне. А когда финн пришел в команду, я очень здорово начал добавлять. Если бы он не пришел к нам в середине сезона, может быть, я бы не показал тех результатов в его концовке…

— Но ведь с приобретением «Вашингтоном» Юэ ваши лично шансы пробиться в основу снизились.
— Первый год сложнее, конечно, будет. Возможно, я и второй год не буду играть в НХЛ. Ничего страшного — поиграю в АХЛ. Привыкну к коробкам, атмосфере. Выучу язык. Я думаю, что «Вашингтон» — идеальный для меня вариант. У них нет второго вратаря, на которого они бы рассчитывали. По-моему, [Олаф] Кольциг уйдет на следующий год, а Юэ ещё не подписывали. К тому же, по слухам меня действительно там ждут.

— В этой связи у вас есть какие-то свои отношения с теми же Александром Овечкиным, Александром Сёминым, Сергеем Фёдоровым?
— Обычные, рабочие отношения. Саня Овечкин чаще всех подходит, Сёрега Фёдоров — тоже. Сёма пореже, спрашивает: «Как дела»? Ну так, интересуются в принципе. Саня Овечкин после травмы говорит: «Что ты тут делаешь? Давай, лети в Вашингтон, чтобы тебя там лечили». Я отвечаю: «Что мне там делать? Меня ж никто не знает там». А он: «Ты что, обалдел?! На будущий год нашим основным вратарём будешь».

— Сергей Фёдоров — он живая хоккейная легенда ведь. Какая-то дистанция между ним и другими соблюдается?
— Да нет, кстати, никакой дистанции нету. Он со всеми ребятами совершенно спокойно общается. Я, по крайней мере, не почувствовал ничего такого. С ним на любую тему можно пообщаться. Он открытый для всех человек. Подходит ко мне, спрашивает: «Как дела? Как нога? Как показатели?» Подбадривает меня каждый день. Молодец он.

— У вас лично интерес к этому чемпионату мира сейчас какой?
— Хочется, чтобы наша команда выиграла. Потому что в этом году хорошая сборная у нас подобралась. Может быть, ещё [Евгений] Набоков приедет. Интересно было бы с ним пообщаться, на самом деле. Но мне почему-то кажется, что теперь счет в серии [«Даллас» — «Сан-Хосе»] 3-3 станет. После просмотра прошлой игры. Там ещё два гола не засчитали. Поэтому я думаю, что Набоков ещё нескоро приедет.

— Семён, как вы оцените свой сезон в Суперлиге? Понятно, что плей-офф был у вас просто блестящим. По ходу регулярного первенства: где вы были лучше, где хуже?
— Сезон начался не так удачно, как хотелось бы. Это, наверное, связано было с тем, что у меня не было тренера вратарей. Я понял, как тяжело работать без такого специалиста в команде. Без грамотного тренера вратарей. Он обязательно нужен. По крайней мере мне. А когда финн [Юсси Парккьюла, ассистент главного тренера «Локомотива» Кари Хейккиля] пришел в команду, я очень здорово начал добавлять. Если бы он не пришел к нам в середине сезона, может быть, я бы не показал тех результатов в его концовке. Мы работали над всем: и над техникой, и психолог он очень хороший. Языковой барьер был, конечно. Но я немного знаю английский, мы с ним общались. Термины знаю хоккейные. Не все, но многие.

— Многие наши молодые вратари ездят на сборы в ту же Финляндию. Вы не задумывались о чём-то таком?
— Я, возможно, летом тоже поеду к нему на сборы. Недели на полторы.

— Есть мнение, что вы более уверенно играете, когда на вас рассчитывают, как на первого вратаря. Как сами думаете?
— Знаете, был момент такой в этом сезоне, когда решалось, кто станет в «Локомотиве» номером один. Мы с [Юусо] Риксманом играли по очереди. Я неплохо провел те игры, зная, что я не первый номер. Мне кажется, ко мне такое не относится. Мне всё равно.

— Хотелось бы поставить точку в той ситуации с молодёжным чемпионатом мира, о котором вы сказали. У вас ведь не лучший период был в декабре, так?
— Да, не самый лучший. Это факт.

— И вас не взяли, и вы обиделись...
— Ну да. Я считаю, что у нас просто у нас недопонимание какое-то случилось с Немчиновым, когда он не взял меня на сборы. Он ведь мог просто позвонить мне. Ведь за месяц до чемпионата мира он говорил мне, что ждет меня на сборах. А потом не позвонил, и мы с ним до сих пор не общались. Вот и всё.

— А что ещё было за недопонимание между тренерами первой и молодёжной сборных, Быковым и Немчиновым, в Новогорске, когда параллельные были сборы – первой сборной к Кубку Первого канала и «молодёжки» к чемпионату мира?
— Может быть, что-то там и было. К тому же, говорили, что есть какая-то конфликтная ситуация между нашим клубом и Федерацией. Но это все на уровне слухов. Не знаю, что за ситуация была. Хотя у нас было три кандидата в сборную из Ярославля, и никто не поехал. Давно такого не было.

— Сколько времени теперь уйдет на восстановление? Сначала сказали, что минимум неделя...
— Теперь три недели мне сказали на костылях ходить. При этом — четыре в гипсе. Завтра мне гипс наложат уже основательный.

— Это к вопросу о лагере, который вы планируете в Финляндии посетить. Успеете?
— Вообще, я в конце июня собирался. Вернее мой тренер [Парккьюла] так хотел. Хотя я бы не хотел в июне ехать. Слишком рано это ещё — начинать подготовку к сезону уже в июне. Я бы хотел где-то в конце июля или в начале августа съездить. Но не знаю. Сейчас приеду в Ярославль, поговорю с ним. У нас как раз с 5-го по 15-е число сборы проходят. Тем более что в этом году в лагерь в «Вашингтон» ехать не надо.

— Какие ещё планы на лето?
— Первым делом надо просто отдохнуть! Сам я из Самары. Туда поеду. И, может, съезжу куда-то за границу. В какие-то тёплые страны. Я в прошлом году на Мальдивы слетал в первый раз. Мне там понравилось! А ещё мне рыбалка нравится.

— Классическое увлечение вратаря? Великий Лев Яшин любил рыбку поудить...
— Третьяк тоже. Он в какой-то книге писал. Дима Ячанов тоже поехал куда-то в рыбные места (улыбается).

— Сейчас его, не исключено, как раз будут разыскивать в этих местах – после вашей травмы и удачной игры «Сан-Хосе» в сборной только два вратаря остались, Ерёменко и Бирюков.
— Ну, может, рыбы нам тогда привёзет. Вяленой. Мы, кстати, только что на ужине обсуждали с Мишей Бирюковым вопрос: кого могут вызвать. Может, [Сергея] Звягина?

— Почему Звягина?
— Потому что он в Канаде живёт. Или Ячанова, потому что ему единственному оформляли визу канадскую. Быстрее недели вряд ли её оформят ещё кому-то. А если дольше, то чемпионат мира к тому моменту уже закончится…

Источник: «Чемпионат» Сообщить об ошибке
Всего голосов: 0
21 сентября 2017, четверг
Партнерский контент