Показать ещё Все новости
Тренер с говорящей фамилией. Сокольникас – о «Спартаке» и Ночной лиге
Константин Нуждёнов
Комментарии
Ученик Вайсфельда, хоккеист, агент и судья в прошлом, выбравший для себя новый путь.

В любительском чемпионате страны не счесть интересных команд и очень интересных людей, путь которых в Ночную лигу поражает своей тернистостью. Одна из таких команд — «Клуб болельщиков „Спартака“ и её тренер с прямо-таки говорящей для любого спартаковца фамилией: о богатом хоккейном прошлом и увлекательном настоящем в интервью соСтаниславом Сокольникасом.

«Мы – золотая середина»

— В прошлом сезоне мы играли в этой же третьей группе «Лиги Надежды», — рассказывает Сокольникас. – Её уровень, по сравнению с предыдущим чемпионатом, отличается не сильно. Добавилось несколько команд, которых мы не знали. Плюс усилились мы – как по подбору игроков, так соответственно и по игре. Вообще, что касается уровня, тенденция такова, что каждую группу «Лиги Надежды» можно разделить примерно пополам. Вторая часть команд, скажем так, чуть слабее первой, где в каждом коллективе есть несколько игроков, которые в основном и решают судьбы матчей.

— Ваш «КБ „Спартак“ идёт на восьмом месте при 12 участниках. То есть относится к более слабой половине?
— Плотность в таблице довольно большая. Мы – золотая середина. И в прошлом сезоне, и в этом. Считаю, это стоит дорогого. В нашей команде никогда не было не то что выпускников спортивных школ, даже людей с базовыми навыками игры в хоккей.

В нашей команде никогда не было не то что выпускников спортивных школ, даже людей с базовыми навыками игры в хоккей.

— Давно образовалась команда?
— Ещё в 2001 году. Я влился в неё в 2011-м. За практически семь лет успехов достаточно. Самое яркое достижение – выигрыш Кубка Игумнова — турнира, в котором принимали участие четыре команды болельщиков «Спартака», — в 2012 году.

— С какого сезона «КБ „Спартак“ в Ночной лиге?
— Мы начинали с РТХЛ, дивизион „Стеклянный“. В Ночной лиге третий год. Первый провели в четвёртой группе „Лиги Надежды“, прошлый и нынешний, как уже говорилось, в третьей.

— Почему предпочли Ночную лигу?
— Более лояльные материальные условия. В РТХЛ, прямо скажем, дороговато.

— Вашим предшественником в команде болельщиков ведь был известный специалист Владимир Капуловский, помогавший Милошу Ржиге в «Химике» и «Спартаке».
— Да. В 2011 году его назначили главным менеджером «Авангарда», и он покинул любительскую команду. Свою лепту в неё он, безусловно, внёс. В то время в памяти ещё были свежи сезоны «Спартака» под руководством Ржиги и его штаба. Болельщикам, которые видели победу в плей-офф над СКА и московским «Динамо», конечно, было любопытно поработать с человеком, который был к ним причастен напрямую.

«Спартак» живёт только на деньги самих игроков»

— Какая-либо конкретная задача на сезон у «КБ „Спартак“ есть? Вы играете в третьей группе, первое место в которой не позволяет рассчитывать на путёвку в Сочи.
— Без задач можно ограничиваться тренировками и товарищескими играми. Соревнование же подразумевает стремление к чему-то. Мы не замахиваемся на великие задачи. Но стараемся каждую игру провести на хорошем уровне, показать характер и набрать очки. Стремимся, чтобы решение нескольких мини-задач превращалось в решение задач максимальных – три очка в каждом матче. Что касается первых мест, то все об этом мечтают. Но понимают: чтобы выйти на этот уровень, нужно много работать.

— В шестой группе «Лиги Надежды» выступает вторая команда болельщиков «Спартака» — «КБ „Спартак“-2». Её стоит рассматривать как фарм-клуб?
— Мы бы хотели её рассматривать в таком качестве. Но разрыв в уровне очень велик.

— Проводите ли совместные тренировки?
— Только совместные и проводим. К сожалению. В моём понимании каждая команда должна тренироваться отдельно. Половины площадки не хватает катастрофически – нет нужного объема катания ни для первой, ни для второй команды. Плюс разные задачи, разный уровень игроков.

— «КБ „Спартак“ живёт на деньги самих игроков?
— Только на них. С одной стороны, чувствуется нехватка финансов, так как многие команды имеют спонсоров, чаще всего – из числа членов команд. С другой стороны, считаю, подобная схема ущемляет демократическое начало – имеется авторитет, неприкасаемый. У нас есть взносы, которые платятся равномерно. Они составляют бюджет. За него отвечает конкретный человек с финансовым образованием — игрок команды. Иногда бывает остаток. Он используется по целевому назначению – например на подарки по различным жизненным ситуациям. Сейчас у нас профицит. Ищем лёд. Хотим потратить средства на разделение тренировок команд.

— Сколько у вас тренировок в неделю?
— Одна. К сожалению. По пятницам. Время не очень удобное. Но что поделать.

— От второй группы «КБ „Спартак“ отстаёт сильно? Можете в перспективе заявиться туда?
— Разрыв, я бы сказал, колоссальный. Поэтому заявиться во вторую группу? В любительском хоккее скачков не бывает. На повышение уровня нужны годы. А человек стареет. Мы держимся за то, что есть. К тому же у нас очень возрастная команда по отношению к другим (средний возраст 40 лет и 52 дня). Тяжеловато.

— Да и команда у вас консервативная – прийти в неё ведь могут только болельщики «Спартака»?
— Да, отбор у нас специфический. Если бы была возможность свободного входа, наверное, у нас было бы больше перспектив в плане улучшения игры, продвижения по дивизионам. Но быть болельщиком «Спартака» — обязательное условие.

Материалы по теме
Мостовой: в Ночной лиге почти тысяча команд, это невозможно представить!
Мостовой: в Ночной лиге почти тысяча команд, это невозможно представить!

«Моё призвание – передавать то, чему учился»

— Лично вы работаете с любителями давно?
— Около 10 лет. По сути, с самого начала серьёзного движения любительского хоккея в стране. Но основательная работа – постоянный тренировочный процесс, игры, турниры – началась только в «Спартаке».

— Вы ведь ещё работаете агентом?
— Нет, сейчас этой деятельностью по ряду причин не занимаюсь. Мне интересней жить в хоккее, чем заниматься бизнесом от хоккея. Моё призвание – передавать то, чему учился.

— Вы закончили школу ЦСКА, не так ли?
— Да, выпуск 1971 года рождения, тренер Александр Викторович Бирюков. Из нашей команды на высший уровень вышли вратарь сборной России Сергей Звягин, обладатель кубка Стэнли и участник нескольких чемпионатов мира Олег Петров и Дмитрий Мотков, успевший поиграть за «армейцев» ещё в Суперсериях с клубами НХЛ.

— Почему не вышли вы?
— После школы, в 1987 году, поехал пробоваться в Новокузнецк, вторая лига. Не получилось. Может быть, ещё не был готов к мужской игре. Плюс другие факторы.

Мне интересней жить в хоккее, чем заниматься бизнесом от хоккея. Моё призвание – передавать то, чему учился.

— Какие?
— В составы были мужики, которые десятилетиями жили в этой команде. Мы приехали вдвоём. Вернулись через неделю. Образно выражаясь, две головы синяков.

— Как-как?!
— Жуткая дедовщина! Место в команде, заработок, терять никто не хочет. У многих семьи, несколько детей. А тут приезжают два пацана из Москвы, быстро бегут кроссы, на тренировках отнимают шайбу. Практически сразу поняли, что пролезть в состав нереально. Останавливали и говорили: «Молодой, ты чего?»

— Реально били вас?
— В открытую – нет, конечно. Но на тренировках — как канадцы против сборной СССР. В худших традициях.

«Наш курс в институте выпускал Леонид Вайсфельд»

— Поездка в Новокузнецк – единственная ваша попытка зацепиться за большой хоккей?
— Да. И сожаления о том, что не предпринял другие, нет. Потому что для игры на высшем уровне в те годы требовался суперталант. А на более низком – вариант Новокузнецка. Там нужно, чтобы местные мужики тебя знали, чтобы ты на их фоне выделялся, помогал им делать результат. Тогда, может быть, тебя в команду пустят и даже помогут выйти на первые роли. Я же решил поступить в ГЦОЛИФК – чтобы получить образование и не бросать хоккей. У нас была своя команда. Очень приличная. Сборная института – СКИФ. В ней играли тот же Звягин, Игорь Султанович, покойный Игорь Королёв, сын Бориса Михайлова Андрей. Мы стали трёхкратными чемпионами Универсиады СССР. Тогда это стоило дорогого – уровень был высокий. Дали даже звания мастеров спорта. Я был самым младшим. В 19 лет – уже с высшим образованием. После института, в 1991 году, при помощи известного селекционера Бориса Шагаса попал в ЦСКА – работал тренером, помогал Александру Петровичу Герасимову с 1975 годом. Там играл Саша Харламов – сын Валерия. Ещё покойный Борис Зеленко, чемпион России в составе «Динамо». Очень хороший хоккеист. К сожалению, очень рано умер.

Наш курс в институте выпускал Леонид ВладленовичВайсфельд. А если он курирует группу, значит, все должны судить. Я, когда учился, прошёл все судейские отборы.

— Что было потом?
— Союз развалили. ЦСКА не принадлежал никому. Зарплату не платили. А я как раз женился. Родился сын. Что делать? Пытался заниматься бизнесом. Но – не моё. В 1995 году очень кстати подвернулся случай уехать играть во Францию. Впрочем, с этим тоже проблем хватало – виза, контракт, 80 процентов от которого даже в те годы требовалось отдавать в казну государства, если уезжаешь по «спортивной линии».

— Отдавали?
— Я пошёл другим путем. Уехал по мидовской линии. Это было гораздо проще. У моей жены отец работал дипломатом. Её семья много времени проводила в командировках и знала все нюансы, имела связи.

— Как в то время возникали варианты играть за границей?
— У меня был знакомый, его сестра жила во Франции. Он ещё играл с Вячеславом Фетисовым, когда тот, стремясь уехать в «Нью-Джерси», был в опале и тренировался на карандашной фабрике «Сакко и Ванцетти». Как-то раз я оказался в той компании. И тот знакомый спросил, есть ли желание поиграть за границей. Я ответил, что есть, но возможности нет. Через два месяца он, вернувшись из Франции, перезвонил и предложил вариант. Хоккейный мир тесен.

Станислав Сокольникас

Станислав Сокольникас

Фото: Борис Татаринов, Ночная хоккейная лига

— В каких командах играли во Франции?
— Во второй лиге — «Медун», «Булонь Беланкур» и АСББ. Последняя команда, пожалуй, самая сильная. В составе могло быть три легионера. В основном играли канадцы. Уровень вполне нормальный. Проецируя на наши дни – Высшая лига, середина таблицы. Во Франции выступал Андрей Виттенберг, известный по игре за ярославское «Торпедо».

— Там до 50 с лишним лет доиграл легендарный Владимир Ковин.
— Он во Франции звезда. Если не ошибаюсь, тренирует там до сих пор – возглавляет школу в Руане. Во Франции живёт, а также долго играл и тренировал, Андрей Зубков, защитник, играл за «Спартак», ЦСКА, сборную СССР. Не так давно с ним общался.

— Сколько вам платили?
— Порядка трёх тысяч долларов в месяц. Нашей семье из трёх человек хватало. Объездили всю Европу. Хотя страна дорогая. Меня выручал МИД – я же по совместительству работал ещё и там. Посол России во Франции был святой человек – Юрий Алексеевич Рыжов, бывший ректор МАИ. Очень любил спорт.

— Остаться во Франции не хотелось?
— Жить там довольно сложно. Как я уже говорил, дорого. А хоккей – это ведь временно. Да и после пяти лет семье уже хотелось домой. Вернулись в Россию на машине – как будто из Европы и не уезжали. За время отсутствия многое изменилось. Но хоккей был очень запущен. Что творилось в ЦСКА? Два клуба! А в «Спартаке»? В «Крыльях», которые вылетели из элиты? В течение восьми лет, находясь в России, я за хоккеем даже не следил. А к 2008 году настолько оголодал, что твёрдо решил вернуться. Понял, что хоккея в жизни не хватает очень сильно. Наш курс в институте выпускал Леонид Владленович Вайсфельд. А если он курирует группу, значит, все должны судить. Я, когда учился, прошёл все судейские отборы. Работал с известным рефери Александром Шеляниным, у нас была она из лучших пар лайнсменов в Москве и почти – в России. Уже предстояло судить «Вышку», но я женился и судейство забросил. И в 2008 году в хоккей решил вернуться именно через него. Благо корпус, особенно ветеранов, знал хорошо. Работал на матчах школьных команд, в РТХЛ судил даже с собственным сыном. Параллельно встречал людей, с которыми пересекался раньше. Постепенно связи восстановились. И вот теперь со «Спартаком» в Ночной лиге.

Комментарии